Интервью с главой группы по прогнозированию пандемии

В Петербурге продолжает расти заболеваемость коронавирусом: 23 ноября число новых случаев приблизилось к 3 тысячам. Всего за ноябрь выявили почти 40 тысяч заражений COVID-19 — это ⅔ от общего количества заболеваний в городе за всю пандемию. В рабочей группе по математическому моделированию коронавируса считают, что рост продлится весь декабрь, а ограничения неминуемо ужесточат.

«Бумага» поговорила с главой рабочей группы Алексеем Боровковым о том, когда в Петербурге ожидают новый пик заболеваемости, хватит ли зараженным коек и почему ученые ждут третью волну эпидемии.

Когда в Петербурге будет пик заболеваемости и хватит ли коек в больницах

— В Петербурге с середины ноября каждые сутки выявляют более 2 тысяч новых заболевших коронавирусом. Насколько этот прирост критичен для города?

— Конечно, это плохо. Но здесь нужно говорить об активных больных, к которым и прибавляются эти новые заболевшие. На сегодня, 23 ноября, в Петербурге их 37 403. Для сравнения, в первый пик — он был 9 июня — было 10 619. Соответственно, сейчас 352,2 % от первого пика, при этом второго пика мы еще не достигли.

— Справляется ли система здравоохранения?

— 16 ноября в Петербурге было 10 864 койко-места для больных коронавирусом, с тех пор сведений об увеличении коечного фонда не поступало. Из них около 90 % занято.

Если смотреть на развитие ситуации в Петербурге, то во время первой волны город пытался синхронизировать число активных больных с числом коек — и дошли таким образом до 13 тысяч коек. Но, кроме «Ленэкспо», ничего нового не появлялось, а происходило перераспределение обычных коек в инфекционные в отдельных больницах. Тогда обнаружили, что такой поспешный перевод сопровождается увеличением смертности по обычным заболеваниям — в связи с тем, что, естественно, меньше могут оказывать плановую медпомощь.

Сейчас мы наращиваем коечный фонд медленнее, хотя активных больных уже в 3,5 раза больше. Это означает, что система здравоохранения стала более гибкой, врачи уже научились справляться с инфекцией. Кроме того, легких больных должны лечить амбулаторно, а инфекционные койки оставлять для тяжелых больных и больных средней тяжести.

Думаю, число инфекционных коек продолжит расти каждую неделю.

— Но число больных растет, а количество коек ограничено. Есть ли прогнозы, когда их станет не хватать?

— Такими прогнозами мы не занимаемся, это сопутствующий момент. Наша задача — дать прогноз, какое максимальное количество заболевших ожидается, — желательно с точностью до дней и погрешностью в 5–10 %.

— Когда в Петербурге ожидается пик заболеваемости коронавирусом?

— Для начала нужно понять, как мы делаем эти прогнозы. С помощью системы дифференциальных уравнений, описывающих распространение эпидемии, со специально выбранными переменными во времени коэффициентами, путем варьирования коэффициентов мы строим девять решений — кривых заболеваемости.

Верхняя оценивает пессимистичный вариант развития ситуации и дает оценку ресурсов системы здравоохранения в худшем случае. Нижняя кривая описывает оптимистичный сценарий, по которому мы могли бы пойти, если бы «хорошо себя вели»: самоизолировались, носили бы маски, в первую очередь, в общественном транспорте и общественных местах и по возможности соблюдали социальную дистанцию.

На предыдущей неделе (16–22 ноября) Петербург по всем показателям, в том числе заболеваемости, перешел от сбалансированного к более пессимистичному сценарию: мы двинулись от средней (пятой) к четвертой кривой. Уже сейчас видно, что количество активных больных продолжит расти в ноябре и будет расти в декабре. Их число, согласно прогнозу, на втором пике 7 января 2021 года составит 53 300.

Если предположить, что мы по тем или иным причинам «сорвемся» на первую, самую пессимистичную кривую, то тогда мы прогнозируем второй пик 5 января, а число активных заболевших — 64 800 человек. Для сравнения, на девятой, самой оптимистичной кривой к январю должно было быть быть 35 918 активных больных — даже меньше, чем сегодня, 23 ноября. Понятно, что оптимистичный сценарий не реализовался.

— После второго пика пойдет плато? Сколько оно продлится?

— Это сложный вопрос. Летом у нас было плато по числу активных больных недели две, то есть мы на пике задержались. А в Москве в мае этого не было.

Повторится ли плато в январе, зависит много от чего. Например, летом были белые ночи, хорошая погода, начали гости приезжать. Казалось бы, город готов выздоравливать, но среди гостей, конечно же, были инфицированные. А если в систему поступают новые инфицированные, то заболеваемость растет или, как минимум, поддерживается на постоянном уровне.

Пока оснований для того, чтобы возникло плато сразу после пика в Петербурге, нет. Мы понимаем, что 7 января — это январские каникулы. Тогда магазины, скорее всего, будут закрыты, места скопления людей типа кинотеатров — тоже. Соответственно, люди либо будут дома, либо уедут за город, то есть изолируются или рассредоточатся.

По прогнозу, 24 февраля 2021 года, спустя почти полтора месяца после январских каникул, у нас будет около 37,5 тысячи активных больных — почти как сейчас. То есть, если коротко, мы будем полтора месяца подниматься по кривой, пройдем второй пик и полтора месяца будем опускаться по кривой, — а в городе будет столько же активных больных, сколько и сейчас.

Введут ли жесткие ограничения и ждать ли их отмены в 2021-м

— Вы сказали, что на январских каникулах будут закрыты магазины, кинотеатры и прочее, но официального заявления не было. Откуда эта информация?

— Конечно, будут ограничения, кто же в пик эпидемии разрешит гулять и устраивать праздники. Режим будет достаточно жесткий, магазины будут открыты по необходимому минимуму.

Естественно, наши рекомендации будут такими — ввести ограничения. Ведь, по нашим прогнозам, будет чуть ли не в четыре-пять раз больше больных, чем в июне. К тому же нужно будет продолжать наращивать инфекционные койки.

— Когда можно будет говорить об открытии границ?

— По рекомендации ВОЗ, для этого должно быть 40 заболевших коронавирусом на 100 тысяч населения. У нас в понедельник, 23 ноября, 693 активных больных на 100 тысяч человек, то есть есть в 17,3 раза больше, чем требуется для открытия границ.

Если обращаться к ближайшему нашему соседу — Финляндии, то у них норма открытия границ: 25 активных больных на 100 тысяч населения. Ее мы превышаем в 27,7 раз. А мы, напомню, еще не на пике.

Ощущение, что раньше лета об открытии границ даже мечтать не приходится.

— Новые ограничения будут вводиться и в будущем?

— С развитием эпидемии и увеличением ее темпов, конечно, будут вводиться ограничения. У власти просто нет других средств воздействия, чтобы сдержать ее развитие. Понятно, что они будут стараться увеличивать коечный фонд, но при этом рассматривать варианты, что целесообразнее: перевести ряд коек в инфекционные, но получить проблемы с нехваткой плановой помощи, или ввести ограничения.

— На ваш взгляд, в 2021 году нам стоит ожидать полного снятия ограничений?

— Ожидать-то можно, но есть хорошее выражение, более-менее точно описывающее ситуацию: «новая реальность». Так вот, нам нужно учиться жить в этой «новой реальности».

Эпидемия будет сопровождать нас долгое время, вирус будет так или иначе мутировать, накладываться на другие инфекции и так далее. Пока мы не научились с ним бороться, очень много белых или черных, если хотите, пятен. Медицина и фармакология дают достойный ответ, но сказать, что эпидемия затухнет полностью, нельзя, потому что мы не применяем таких жестких мер, как в Китае, где даже при микровспышке закрывают города, останавливают общественный транспорт, закрывают население по домам и организуют тотальное тестирование.

У нас средний вариант: на мой взгляд, мы ближе к Швеции, в которой модель «мягких» ограничений, к сожалению, себя не оправдала. Думаю, полностью ограничения как минимум в первом квартале 2021 года не отменят.

Будет ли третья волна и насколько точны прогнозы заболеваемости

— Насколько вообще точны ваши прогнозы? 1 октября вы говорили «Фонтанке», что в пессимистичном сценарии к 29 ноября в Петербурге будет 18 тысяч активных заболевших. Сейчас их в два раза больше, хотя сценарий не самый пессимистичный.

— Мы делаем прогноз примерно за два месяца. Это время он актуален, если не происходит резкого ухудшения ситуации. Если же число заболевших продолжает расти, увеличиваются темпы заболеваний, то мы должны прогноз уточнить, так как ситуация ухудшается быстрее, чем можно было предположить.

Грубо говоря, если бы мы вели себя как в августе-сентябре, то к ноябрю пришли бы к тому, что прогнозировалось. Но мы имеем дело с социально-экономической системой, когда с позиций экономики важно не останавливать работу. В сентябре в университетах в связи с проведением занятий в очной форме стали появляться больные студенты и преподаватели — это тоже сыграло свою роль.

— Стоит ли ждать третью волну? Когда?

— Зимой или весной возможна вспышка гриппа или ОРВИ. У врачей-эпидемиологов есть разные версии, будут ли грипп и коронавирус бороться друг с другом или, наоборот, будет более тяжелый иммунный ответ, и мы перейдем на еще более пессимистичный сценарий развития ситуации. Если инфекции наложатся друг на друга, и будут влиять друг на друга негативно, то, пройдя вторую волну, мы можем сразу же выйти в третью и не опуститься до нуля.

Считается, что вспышки ОРВИ и гриппа возникают с октября по март. Одно понятно, что нужно сделать прививку от гриппа — это важно.

— Почему вообще ожидается третья волна? Обещают же вакцины.

— На вакцины надежда есть. Но все-таки пока серьезных доказательств их успешности в долгосрочном периоде или оснований того, что у людей не будет усиленной реакции иммунитета из-за повторного заражения после истечения действия вакцины, нет. Но если вопрос встанет — вакцинация или смерть, то, думаю, большинство выберет вакцинацию.

Вообще говоря, у нас возможна и третья, и четвертая волна. Например, в Дагестане, по нашим данным, идет уже четвертая волна. В США тоже уже третья волна нарастает, за последнюю, 43-ю неделю в США более 1,1 миллиона новых заболевших, в то время как у нас в России — 163 504 заболевших за 38-ю неделю эпидемии. Другое дело, что третья и четвертая волны хоть и длительные (например, в Дагестане), но не такие острые: там не пики, а холмы.

— Как вы относитесь к данным, которые публикуют на сайте правительства «Стопкоронавирус»? Доверяете ли им?

— Есть статистики оптимистические и реальные. Оптимистические — это «Стопкоронавирус» от Роспотребнадзора. Она опирается на два положительных теста при признании человека больным коронавирусом. Здесь может быть некоторое лукавство, связанное с задержкой результатов тестирования, наконец, ошибками в результатах тестирования. Как правило, «Стопкоронавирус» дает заниженную оценку.

Более реалистичная статистика — оценка сверху — то, что дают региональные комитеты или министерства по здравоохранению. В федеральном реестре находятся данные о том, сколько коек занято, сколько человек госпитализируют и так далее. Комздрав отчитывается и о количестве заболевших коронавирусом, а также пациентов, например, с двухсторонней пневмонией (это не открытые данные — прим. «Бумаги»), статистика может быть в 2–2,5 раза больше, чем та, что на «Стопкоронавирусе».

Естественно, реальная ситуация где-то посередине. Думаю, бесполезно пытаться дать точный ответ, прогноз, дату — всё время есть оценки снизу и сверху, оптимистичная и пессимистичная. Они позволяют учесть все возможные неточности, случайности, локальные воздействия на социально-экономическую систему, наконец, возможные лукавства статистических данных.

Алексей Боровков

проректор СПбПУ по перспективным проектам, руководитель Центра НТИ СПбПУ, руководитель рабочей группы по математическому моделированию и прогнозированию коронавирусной инфекции COVID-19

Читайте ответы «Бумаги» о том, что делать, если не чувствуете запахи и что сейчас нужно знать про тесты на коронавирус, КТ, вызов скорой и лечение. Здесь — интервью с петербургскими участковыми терапевтами о лечении пациентов в пандемию, квотах на тесты и переработках.

Актуальные новости о распространении COVID-19 в городе читайте в рубрике «Бумаги» «Коронавирус в Петербурге». Следите за развитием пандемии по нашим графикам.