Помощь «дворцовым узникам». 17 адвокатов от ОВД-Инфо защищают участников зимних протестов

Зимой более чем в ста городах России прошли массовые акции протеста в поддержку Алексея Навального, на которых задержали более 11 тысяч человек. Митинги вызвали беспрецедентную реакцию власти: «дворцовое дело». Фигурантами уголовных дел стали участники протестов — более ста человек по всей России. Семнадцать из них защищают адвокаты ОВД-Инфо. Для нас это самая крупная кампания по уголовным делам с момента создания ОВД-Инфо.

На конец июня 2021 года 26 адвокатов от ОВД-Инфо участвовали в уголовных делах 29 человек, которые стали обвиняемыми после зимних акций протеста. О том как разворачиваются репрессии читайте в нашем материале: Как развивается «дворцовое дело»: 134 фигуранта, 38 осуждены.

Действуем в рамках позиции и интересов подзащитного

«Преследований такого масштаба за участие в акциях протеста в России не было никогда. Сейчас власти хотят наказать побольше людей. О многих преследуемых мы до сих пор еще не знаем. Боюсь, даже в Москве в СИЗО сидит человек десять, о которых нам ничего неизвестно. Сотрудники силовых ведомств продолжают просматривать видеозаписи, выискивать новых подозреваемых», — говорит Алла Фролова, координатор юридической помощи ОВД-Инфо.

Фролова не отрицает, что ряд действий некоторых протестующих может подпадать под статьи УК, но спровоцировано это тем, что люди были ущемлены в конституционном праве на выражение мирного протеста: ни в одном регионе в конце января и начале февраля власти не попытались согласовать демонстрации в поддержку Алексея Навального. В то же время нет уголовных дел о необоснованном применении насилия к демонстрантам со стороны сотрудников МВД и Росгвардии.

«Мы столкнулись с тем, что подсудимым говорят: откажитесь от адвоката ОВД-Инфо, и все пройдет гораздо лучше. Потому что наш адвокат будет копаться, разбираться. И дело не в том, признает ли человек вину: многие, кого мы защищаем, вину признают, выбирают особый порядок. И мы всегда действуем в рамках позиции и интересов подзащитного», — подчеркивает Алла Фролова.

Более десяти уголовных дел по следам зимних протестов уже закончились приговорами, и зачастую чем «тише» проходит суд, тем меньшее наказание получает подсудимый. Брать ли «политического» адвоката, признавать ли вину в рамках уголовного дела — это всегда выбор человека, который рискует отправиться в колонию. Но, несмотря на возможную предвзятость суда, адвокаты от ОВД-Инфо качественно представляют интересы преследуемого в суде и поддерживают его.

«Сейчас по „дворцовому делу“ работает семнадцать адвокатов от ОВД-Инфо — это беспрецедентно для нас. Адвокаты от ОВД-Инфо опытны в таких уголовных делах. Они не навредят подзащитному. Поддерживая позицию подсудимого и правозащитные ценности, мы будем вести своих доверителей от и до, посещать в СИЗО и колонии, готовить апелляции на приговор», — говорит Алла Фролова.

На момент публикации ОВД-Инфо представляет интересы 18 фигурантов «дворцового дела»:

• Николай Ляскин, Москва, ч. 1 ст. 236 УК с применением ч. 4 ст. 33 УК, запрет определенных действий;
• Константин Янкаускас, Москва, ч. 1 ст. 236 УК с применением ч. 4 ст. 33 УК, под домашним арестом (уже после публикации материала суд заменил домашний арест запретом определенных действий);
• Дмитрий Барановский, Москва, ч. 1 ст. 236 УК с применением ч. 4 ст. 33 УК, под домашним арестом;
• Сергей Павлюткин, Липецк, ч. 1 ст. 318 УК, под домашним арестом;
• Роман Пичужин, Москва, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Александр Олехнович, Владивосток, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Илья Першин, Петербург, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Эльдар Гарипов, Петербург, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Ольга Бендас, Москва, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Александр Федеряков, Москва, ч. 1 ст. 318 УК, под арестом в СИЗО;
• Валерий Евсин, Москва, ч. 1 ст. 318 УК, приговорен к двум годам колонии общего режима;
• Андрей Ломов, Петербург, ч. 1 ст. 318 УК, приговорен к двум годам условно;
• Евгений Туганков, Петербург, ч. 1 ст. 318 УК, приговорен к году колонии-поселения;
• Яна Дробноход, Новосибирск, ст. 212.1 УК, дело прекращено, назначен судебный штраф;
• Алексей Ворсин, Хабаровск, ст. 212.1 УК, под домашним арестом;
• Глеб Марьясов, Москва, ч. 1 ст. 267 УК, запрет определенных действий;
• Алексей Гасюк, Владивосток, ч. 1 ст. 267 УК, подозреваемый;
• Олег Климчук, ст. 319 УК, под подпиской о невыезде.

Подробнее о преследуемых по «дворцовому делу» читайте в нашем гиде.

Адвокаты ОВД-Инфо о «дворцовом деле»

Работающий с ОВД-Инфо адвокат Максим Пашков защищает 32-летнего таксиста Валерия Евсина, участника акции 23 января в Москве. В день публикации текста Евсина приговорили к двум годам колонии общего режима.

«Заседание по существу у Евсина будет 7 апреля, скорее всего, дело в этот день и закончится. Он признал вину, избрал особый порядок, на видеозаписи четко видно, как Евсин металлическим ограждением лупцует росгвардейца. Отрицать очевидное нет смысла. Росгвардеец принял извинения, претензий не имеет. Изначально у Евсина было три эпизода, два отскочили. По одной записи непонятно, трогал ли Евсин рукой росгвардейца: росгвардеец сам толком сказать ничего не может, Евсин говорит, что не трогал. Второй эпизод примерно такой же», — рассказывает Пашков.

Пашков отмечает, что дела о событиях января и февраля 2021 года расследуются иначе, чем дела после протестов из-за недопуска независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму летом 2019 года.

«Не знаю, в лучшую или худшую сторону, но следственная практика в делах против участников протестов поменялась. В делах, которые сейчас расследуются, нет смеха с пластиковым стаканчиком, от которого ОМОНовцы просыпаются по ночам в холодном поту. Если сейчас предъявляется эпизод, он предъявляется конкретно», — подчеркивает адвокат Пашков.

Светлана Ратникова, сотрудничающий с ОВД-Инфо адвокат из Санкт-Петербурга, защищает геодезиста и отца семерых детей, 39-летнего Андрея Ломова и еще двух участников протестов — 48-летнего Евгения Туганкова и 29-летнего Олега Климчука. По словам адвоката, большая часть обвинений основывается на видеозаписях, в качестве свидетелей привлекли сотрудников правоохранительных органов.

Их коллега, адвокат от ОВД-Инфо Дмитрий Захватов защищает 20-летнего Глеба Марьясова, активиста Либертарианской партии, пока единственного обвиняемого в организации перекрытия дорог в Москве 23 января.

«В интернете распространилась видеозапись, где Марьясов, находясь на Страстном бульваре, произносит некие фразы, которые были интерпретированы как призывы к блокированию дорог», — рассказывает адвокат.

Захватов отмечает, что практически отсутствует грань, при которой перекрытие дорог из административного правонарушения становится уголовным преступлением.

Еще один фигурант «дворцового дела», которого защищает адвокат Захватов, — 44-летний член участковой избирательной комиссии Роман Пичужин.

«Пичужин толкнул ОМОНовца 31 января. Он находится под стражей, ему назначена психиатрическая экспертиза. Как Пичужин сам указал в показаниях, он, находясь под воздействием эмоций, не выдержав зрелища избиения людей сотрудниками ОМОНа, среагировал так, как среагировал. Вину мой подзащитный не признал. Пичужин считает, что если он признает вину, то зверства в отношении мирных протестующих становятся правомерными», — говорит адвокат.

По словам Захватова, многие силовики относятся с пониманием к подследственным по делам о протестах, пусть это пока и не приводит к прекращению уголовного преследования.

«Я обнаруживаю даже определенную симпатию к Марьясову среди сотрудников полиции. Полицейские — тоже люди, а не роботы или зомби. Они прекрасно понимают, что то, что происходит, ненормально и неправильно. Правда, с этим внутренним ощущением пока они ничего поделать не могут», — добавил Захватов.

Коллективное дело опасно тем, что оно может разрастаться

Политолог Екатерина Шульман отмечает, что, по опросам «Левада-центра» в январе и феврале, арест Алексея Навального и последующие протесты стали для респондентов главной темой, сместив пандемию коронавируса на периферию общественного внимания. По ее мнению, это не обязательно говорит о сочувствии протестам и возмущении репрессиями, но очевидно, что сами эти события показались жителям России самым значимым из всего, что происходило в стране.

Большая часть уголовных дел по итогам зимних протестов — дела по части 1 статьи 318 УК: применение неопасного для жизни насилия к сотруднику правоохранительных органов. Арестованных и уже осужденных за участие в протестах января-февраля 2021 года общество, в основном, знает хуже, чем фигурантов «Болотного» и «московского» уголовных дел.

«У каждого такого дела — своя траектория, в зависимости от региона, качества местного следствия и поведения обвиняемого. Кто-то признает вину, кто-то нет, кто-то сотрудничает со следствием, кто-то отказывается. Кто-то получает условно, кто-то уезжает на реальный срок в колонию. [Большое] количество дел скорее говорит о широте географии протеста, чем о масштабе репрессий», — рассказывает Шульман.

После акций протеста в 2012 году возбудили дело по статье о массовых беспорядках. Затем по обвинению в этих якобы беспорядках людей отправляли в СИЗО и колонии. В 2019 году после летних митингов в Москве также возбудили дело о массовых беспорядках. По нему арестовали несколько человек, но дело развалилось, и его закрыли, а обвиняемых выпустили из-под стражи.

«Коллективное дело опасно тем, что оно может разрастаться. Если есть центральный эпизод, идентифицируемый как преступление, то к нему, при желании, можно привязать любое количество участников. По итогам январских протестов есть два коллективных дела. Первое — о „заражении ковидом“, по которому несколько очень известных людей находятся под следствием — к нему внимания много. Второе — о перекрытии дорог в Москве, оно пока не очень развивается», — констатирует Екатерина Шульман.