Что говорят о закрытии «Команды 29»

Объединение юристов и журналистов «Команда 29» закрылось спустя шесть лет работы. За эти годы они участвовали в десятках резонансных судебных процессов. Причина закрытия — документ Генпрокуратуры, в котором правозащитников связывают с организацией из Чехии, признанной нежелательной. Чтобы избежать возможных уголовных преследований сотрудников и сторонников, «Команда 29» не только самоликвидировалась, но и удалила все свои медиапроекты.

«Бумага» собрала мнения адвокатов, политиков и журналистов. Они рассуждают о давлении на правозащиту и независимую журналистику в России и будущем.

Речь про организацию Spolecnost Svobody Informace, основанную в 2015 году для обеспечения доступа к общественной значимой информации. Генпрокуратура признала ее нежелательной в РФ в конце июня 2021 года. Президентами организации были старший юрист «Команды 29» Дарья Сухих, а также ее руководитель Иван Павлов. По утверждению «Команды 29», Сухих и Павлов уже не участвуют в деятельности Spolecnost Svobody Informace, поэтому сама «Команда» также с ней не связана. Генпрокуратура считает, что «Команда 29» размещала материалы нежелательной организации, хотя в объединении это отрицают.

По закону о СМИ «Бумага» обязана сообщить, что ФБК признан РФ иностранным агентом, экстремистской организаций, ликвидирован и запрещен на территории России. На данный момент в список иноагентов включено несколько изданий, активистов и правозащитников, а также ряд известных НКО.

Подписывайтесь на наш канал в телеграме, чтобы получать новости быстрее всех

Иван Павлов

экс-руководитель «Команды 29»

— Наши власти сделали всё, чтобы криминализировать деятельность и даже само название «Команда 29». Это своеобразное признание эффективности нашей работы и комплимент от наших процессуальных оппонентов, которые не первый раз были замечены в неспортивном поведении.

Но «Команда 29» никогда не была формальной организацией, она всегда была коллективом единомышленников. И главным в ней были люди: и сами участники «Команды», и все, кто ее поддерживал и симпатизировал ей, и журналисты с правозащитниками, которые работали с нами бок о бок. Поэтому главное сейчас — сохранить людей, ведь люди важнее всего, люди — это мысли, поступки, ценности и устремления. Будут люди — значит, будут и новые идеи и новые проекты.

Каждый из бывших участников «К29» продолжит свою деятельность в личном качестве. Нам не привыкать начинать всё с чистого листа.

Кирилл Артеменко

генеральный директор «Бумаги»

— Все знают «Команду 29» как рыцарей от адвокатуры, сражавшихся с левиафаном в самых громких и опасных делах. Дело ФБК, абсурдные дела о госизмене, дело Ивана Сафронова. Нам же «Команда 29» несколько лет назад помогла в несопоставимом по общественному значению, но муторном и трудоемком суде с Университетом профсоюзов — так же профессионально, четко и честно, как они делали всё и всегда. Даша [Сухих] и Дарьяна [Грязнова], спасибо вам еще раз, мы в «Бумаге» всегда будем благодарны за вашу работу.

Бренды, организации или объединения людей строятся на сильных и вдохновляющих ценностях. Иногда эти ценности переживают конкретный бренд или организацию. Профессионализм, гласность, ирония — вот ценности «Команды 29». Я думаю, люди, которые держатся этих ценностей, переживут и самые масштабные, так сказать, структуры, которые стоят на гнилом фундаменте.

Марина Литвинович

правозащитница, экс-член ОНК, кандидатка в Госдуму (цитата по фейсбуку)

— Удивительная способность нашей власти уничтожать самое лучшее, самое смелое, самое эффективное.

Самые лучшие теперь — это иностранные агенты и «нежелательные организации». Считаем это лучшей наградой. Не сидел? — не политик. Не закрыт? — значит, ты неэффективная организация. Не агент? — значит, ты не СМИ.

Мир перевернут, и как в нем объяснять детям, как он устроен? Всё наоборот, сын мой, всё бери в кавычки, всё ненастоящее. Это как в СССР, но там детям не рассказывали ничего, не рушили им их идеальный мир. А сейчас рассказ о мире постоянно выглядит как его разоблачение.

Это всё кончится если не политической, то какой-то серьезной мировоззренческой и социальной катастрофой. Потому что жить в «мире навыверт» постоянно невозможно. Мозги ломаются. Логика ломается. Люди устают.

Да уже устали. Ни во что не верят. Боятся. Стали циниками. Выучили беспомощность. На 100 случайно встреченных на моих прогулках человек — таких 3–5 всегда есть. Но я всегда останавливаюсь и делаю попытку разговорить, убедить, дать надежду. Иногда удается. Но я знаю, что они вернутся домой, откроют интернет и там прочтут очередные новости об арестах, запретах и преследованиях. И снова почувствуют свое бессилие и спрячутся от него под маской цинизма и безразличия.

Борис Вишневский

депутат Законодательного собрания Петербурга от «Яблока» (цитата по телеграму)

— История с «Командой 29» чрезвычайно схожа с историей издания «Проект», которое занималось резонансными расследованиями и было объявлено «нежелательной организацией», а ряд его журналистов — «иностранными агентами». Чтобы таким нехитрым путем заставить издание замолчать.

Что существенно: метод наклеивания ярлыков.

И ярлык «нежелательной организации», которая «может представлять угрозу для основ конституционного строя, обороноспособности или безопасности государства», и ярлык «иностранного агента», — при том, что и то и другое является серьезным ограничением прав, — приклеивается во внесудебном порядке.

«Нежелательными» объявляет Генпрокуратура (достаточно решения любого из заместителей Генпрокурора), «иноагентами» — министерство юстиции.

Волевым решением, без обязанности обосновать и представить аргументацию, без возможности тех, кому клеится ярлык, представить возражения.

Одна подпись чиновника — и вопрос решен.

И пока действует нынешняя система — это будет продолжаться: позорные ярлыки будут клеить на любых неугодных власти.

Потому что для нее «нежелательно» всё свободное, независимое, самостоятельное.

«Правозащита Открытки»

правозащитный проект (цитата по телеграму)

— «Нежелательными» в России почти каждый день становятся и люди, и организации. Это практически запрет на профессию.

Сейчас ковровой бомбардировкой уничтожается независимая журналистика и правозащита, но история повторяется, и это тоже пройдет.

Какие бы репрессивные законы не выкатила власть против журналистов и правозащитников, они от этого не перестанут писать правду и защищать невинных людей от молоха государственной системы.

Дмитрий Колезев

главный редактор Republic (цитата по телеграму)

— Плохие новости. Юридическое объединение «Команда 29» вынудили прекратить деятельность из-за закона о нежелательных организациях. Как следует из документов Генпрокуратуры, «Команду 29» российские власти ассоциируют с чешской «нежелательной» НКО, то есть организаторы деятельности «Команды» в России могут стать фигурантами уголовного дела. В первую очередь это адвокат Иван Павлов, который уже ходит под следствием из-за якобы допущенного им разглашения материалов дела журналиста Ивана Сафронова. Павлов специализируется на делах по гостайне, а это, понятно, специализация ФСБ, так что адвокат стал личным врагом следователей с Лубянки. Вот, видимо, его деятельность и пытаются свести к нулю. А заодно уничтожают российскую правозащиту.

Дмитрий Гудков

политик, уехал из России (цитата по фейсбуку)

— Подполье.

Оно появляется не просто так. Сначала власть в стране захватывает какой-нибудь несменяемый национальный лидер, потом вводит монополию на правду (даже называет так газету) — и всё, что остается людям, — это уходить в подполье. Печатать там «Искру», шептать оттуда «Голосом Америки» — и либо ждать перемен, либо приближать их.

Сегодня «Команда 29» объявила о самоликвидации. Сначала им заблокировали сайт, потом пригрозили массовыми уголовными делами — и адвокаты сочли за лучшее самораспуститься.

Не они первые, увы, не они последние. Сколько СМИ, НКО — мы помним, а кто забыл, Минюст подскажет.

Сергей Бадамшин

адвокат (цитата по телеграму)

— Коллегам из бывшей «К-29»: Кому Аллах желает блага, того Он подвергает испытаниям.

Артем Филатов

журналист (цитата по фейсбуку)

— Я знаком и с журналистами, и с адвокатами, которые сотрудничали с Иваном Павловым и вместе делали большое дело, боролись за судьбы конкретных людей по тяжелейшим статьям о госизмене и вообще выступали за большую открытость самых закрытых сфер государства. Павлов и его коллеги казались совершенно несгибаемыми и внушают огромное уважение. Очень жаль и по-человечески, и профессионально, что «Команда 29» вынуждена закрыться из-за закона о нежелательных организациях и сильнейшего постоянного давления. И есть ощущение, что это уже прямой переход к белорусскому сценарию, где нет и не может быть никакой публичной правозащиты и адвокатской деятельности.

Лев Шлосберг

глава псковского отделения «Яблока» (цитата по фейсбуку)

— Атака властей на «Команду 29» — это не только попытка разгрома команды правозащитников и адвокатов, это атака на саму возможность защищать права и свободы граждан в России. Власти хотят показать всем людям, что они бесправны и беззащитны, что прав и свобод человека в России нет на биологическом уровне, есть только произвол и насилие без границ, без предела.

Я надеюсь, что участники «Команды 29» найдут возможности продолжить свой честный труд. Всем нужно понять: права и свободы человека с действующими властями несовместимы и будут восстановлены только после полной смены власти в России на демократических политиков. Либо демократы во власти, либо ГУЛАГ во всей стране.

Мария Эйсмонт

адвокат (цитата по фейсбуку)

— Каждый день люди и организации, которых я люблю ценю и уважаю, кто помогает, спасает, просвещает, кто честно делает свою работу и не боится называть вещи своими именами, получают черную метку от тех, кто, напротив, злобен, завистлив, труслив и презирает людей. По какому-то недоразумению, эти злобные, трусливые и презирающие людей мнят себя государством и действуют от его имени.

Наша задача — сохраниться, устоять и пережить этот морок. Он непременно пройдет.

Читайте, чем занималась «Команда 29», которая самоликвидировалась из-за претензий Генпрокуратуры? От обжалования указа Путина о военных до защиты сторонников Навального.

Ранее власти признали издание «Проект» нежелательной организацией, а его авторов и редакторов «Открытых медиа» — СМИ-иноагентами. Вот как на это реагировали сами журналисты и их коллеги.

Каждый день мы сообщаем вам главные новости Петербурга

Поддержите нашу работу — вступите в клуб друзей «Бумаги»