«Если нет реальных радикалов, сгодится и Хованский»: что известно об уголовном деле против видеоблогера

В июне в квартиру ютуб-блогера Юрия Хованского ворвались силовики. У него провели обыск, буквально перевернув всё вверх дном, попутно спрашивая, есть ли дома наркотики. Следственные действия проходили по делу об оправдании терроризма. Хованского задержали и увезли на допрос в СК. Затем блогера поместили в СИЗО, где он находится до сих пор. Рассказываем, что известно об уголовном деле.

Хованскому предъявили обвинение по статье о публичном оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК), ему грозит до семи лет лишения свободы. Следственный комитет заявил, что блогер транслировал в интернет исполнение песни про захват заложников в театре на Дубровке, которая содержала «призывы к осуществлению террористической деятельности <…> и оправдание необходимости осуществления агрессивных, насильственных, жестоких действий, создающих опасность гибели людей». В песне упоминались словосочетания «„Норд-Ост“ — это было ******* [прекрасно]. Сколько же русских детей убили. <…> Все во имя Чечни!». Именно они стали причиной возбуждения уголовного дела.

Находясь в СИЗО, Хованский публично извинился за песню, письмо с этим заявлением опубликовал его друг Илья Давыдов. «Я понимаю, что моя песня отвратительна и не имеет оправдания. Эта песня — моя ужасная ошибка, больше всего я бы хотел, чтобы этой песни никогда не было. Я приношу всем свои глубочайшие извинения за то, что спел эту песню», — заявил блогер.

По версии следствия, Хованский исполнил песню «не позднее 3 июля 2020 года» на стриме у другого блогера Андрея Нефедова. 9 июня 2021 года неизвестный выложил ролик с этой песней на ютуб. Тогда же, пишет «Фонтанка», СК и возбудил дело против Хованского.

Адвокат Международной правозащитной ассоциации «Агора» Александр Передрук, представляющий интересы видеоблогера, рассказал, что его подзащитный не отрицает факт исполнения песни. Однако стрим, отрывок из которого и лег в основу дела, состоялся еще в 2012 году. Из-за этого Хованского нельзя привлечь к уголовной ответственности, утверждает адвокат.

«В 2012 году редакция части 2 статьи 205.2 УК, по которой обвиняют Юрия, предусматривала распространение подобного контента [публичное оправдание терроризма] только в СМИ, в статье не упоминался интернет. В связи с этим к Юрию должны применять часть 1 статьи 205.2 УК, срок давности привлечения по которой составляет шесть лет, и истек он в 2018 году», — объясняет адвокат.

Защитники и близкие Хованского, в том числе его девушка Мария Нелюбова, продолжают собирать доказательства исполнения песни в 2012 году. «Лично я считаю, что кто-то пытается выслужиться перед начальством и ему плевать на страдания человека, который по его вине сидит в тюрьме. Доказательную базу я собрала огромную: в интернете множество следов этой песни от 2012 года, [у нас есть показания] свидетелей стрима, на котором она исполнялась», — рассказала Нелюбова.

По ее словам из квартиры во время обыска исчезли 600 тысяч рублей: «В квартиру [во время обыска] меня пустили один раз, когда обыскивали спальню. Тогда я увидела людей, которые ковырялись в вещах, и пустую коробку, где должны были лежать мои деньги».

Нелюбова написала заявление о преступлении в связи с пропажей денег. После этого в СИЗО, по ее словам, на Хованского попытались надавить: «Насколько мне известно, Юре угрожали лишь однажды, когда требовали повлиять на меня, чтобы я отозвала заявление. Эффекта это не возымело». По существу правоохранители так и не ответили на заявление Нелюбовой и прислали ей только «отписки» о направлении заявления в Главное следственное управление СК по Петербургу.

Блогера по решению суда удерживают в СИЗО уже больше четырех месяцев. Недавно ему продлили меру пресечения до 8 ноября. По мнению адвоката Александра Передрука, суд использовал стандартные формулировки для продления ареста: отсутствие социальных связей, удерживающих Хованского на территории Петербурга, тяжесть обвинения и грозящее длительное наказание.

Все это, исходя из позиции суда, может подтолкнуть Хованского скрыться от следствия, если его освободят из СИЗО. «Суд не учитывает временной фактор. Чем больше человек находится в СИЗО, тем меньше вероятность того, что он будет скрываться», — считает адвокат Передрук.

За все время, что Хованского удерживают в СИЗО, следствие провело не более десяти следственных действий, рассказал адвокат. При этом в следственную группу, занятую делом видеоблогера, входит около восьми сотрудников Следственного комитета. В ходатайстве о продлении срока содержания под стражей до ноября следователь не указал ни одного следственного действия, которое бы проводилось за последний месяц. До сих пор, отмечает адвокат, не проведена лингвистическая экспертиза текста песни, из-за которой Хованский оказался в СИЗО.

Также все еще нет ответа из соцсети «ВКонтакте», от которой сотрудники СК потребовали предоставить данные по поводу публикации ролика с песней. «В этом [и в затягивании экспертизы] суд усмотрел признаки волокиты и вынес частное постановление в адрес следствия», — прокомментировал Передрук бездействие обвинения.

«Я знаю, что следствие будет пытаться затянуть время пребывания Юры в СИЗО», — считает девушка Хованского. Нелюбова уточнила, что происходящее плохо сказывается на физическом и психическом здоровье ее партнера. «Юра просил не писать ему [в письмах в СИЗО] слова соболезнований, это только больше расстраивает его. Он просит рассказывать смешные истории, чтобы собеседники больше говорили о себе, а не о нем. Это помогает отвлечься», — передает Нелюбова просьбу видеоблогера.

«Мои дни в заключении всегда проходят по одинаковому сценарию: в 6:00 подъем, потом завтрак, проверка, обед, прогулка, ужин и отбой в 22:00. Все свое время я отвечаю на письма и занимаюсь спортом, чтобы сберечь жалкие крохи здоровья, что у меня остались. <…> Духом я уже давно пал и на плаву не держусь. Я как Шарик в „Простоквашино“ — лег на дно поудобнее и уснул. Слишком уж утомительно хранить надежду в подобном месте», — рассказал ОВД-Инфо сам Хованский о своей жизни в СИЗО.

Александр Верховский — директор Информационно-аналитического центра «Сова» и исследователь неправомерного применения антиэкстремистского законодательства в России — в беседе с ОВД-Инфо рассказал, что количество уголовных дел по статье об оправдании терроризма в последние годы неуклонно растет.

«Юрий Хованский в эту статистику угодил, вероятно, для отчетности. Часть этих дел действительно связана с высказываниями радикального толка. Однако непохоже, что в стране просто стало больше людей, которые призывают к мятежу, убийствам или еще каким-то действиям, которые подходят под состав [ч. 2 ст. 205.2 УК]. Речь идет больше об активизации правоохранительных органов, чем о воинственных гражданах. Почему это происходит, понять нелегко. Возможно, возбуждение подобных уголовных дел базируется на убеждении [силовиков], что есть какие-то потенциально опасные течения, которые могут действительно перерасти в систематическую насильственную деятельность. И тогда с точки зрения предотвращения радикализации [силовикам] представляется правильным усиливать давление и сажать превентивно. Можно сомневаться, что это разумная практика, но она несомненно существует», — считает директор «Совы» Верховский.

«Если нет реальных радикалов, их не хватает для отчетности, то годится и Хованский. Похожая ситуация развивалась в начале 2010-х годов с правоприменением по статье 282 УК о возбуждении ненависти либо вражды, когда большая часть дел приходилась на националистических активистов. Постепенно этих активистов стало меньше, они стали гораздо осторожнее. А цифры [о привлечении по уголовным делам — ОВД-Инфо] должны были расти. И тогда подсудимыми становились случайные люди, написавшие что-то нехорошее. Поэтому перенос акцентов с действительно радикалов на случайных персонажей, увы, является реальной динамикой», — заключил Верховский.