«Инфляционный шок неизбежен». Экономисты — о первых мерах валютного контроля

В стремлении остановить неизбежный обвал рубля в связи с введением санкций против резервов Банка России пошел на экстренное повышение ключевой ставки до рекордных 20%, временно запретил брокерам продавать иностранцам ценные бумаги и совместным решением с Минфином обязал экспортеров продавать 80% валютной выручки.

The Bell попросил экономистов оценить первые меры валютного контроля, введенного регулятором, в условиях беспрецедентных ограничений против России и их последствия.

Дмитрий Полевой директор по инвестициям «Локо-инвест» Решения ЦБ призваны не допустить дестабилизации рублевого сегмента банковской системы и финансового рынка, повысить склонность к сбережениям среди населения/компаний в рублях и ограничить «панический» спрос на валюту. Абсолютным приоритетом для ЦБ остаётся создание условий для бесперебойной работы банковской системы и финансового рынка вкупе с ограничением рыночной волатильности курса.

Основным источником поддержки для рубля сейчас будут средства экспортеров. По нашим грубым оценкам, суммарный экспорт в 2022 по товарам/услугам (без учёта возможного снижения физических объемов поставок основных сырьевых товаров) при ценах на нефть Urals около US$95-100/брл. может составить около US$700-730 млрд. или US$55-60 млрд в месяц, что обеспечит предложение валюты в объеме US$44-48 млрд. Это выглядит достаточным, чтобы стабилизировать рынок в течение ближайших недель.

В условиях запрета на ликвидацию финансовых позиций нерезидентами это должно помочь стабилизировать курс рубля. Но если спрос на валюту будет оставаться высоким и/или будут и далее ужесточаться финансовые санкции, то у ЦБ есть возможность для введения дополнительных ограничений на движение капитала – например, запрет/ограничение на выплату дивидендов или досрочное погашение внешних займов иностранным дочкам/материнским компаниям и инвесторам по финансовым инструментам. Но вводимые ограничения могут постепенно сниматься по мере прояснения ситуации/стабилизации обстановки на рынках

Софья Донец главный экономист «Ренессанс капитала» по России и СНГ Обязательство продажи 80% выручки экспортерами — одна из очень существенных и действенных мер поддержки рубля. Приток валюты по счету текущих операций (торговых и связанных со всей текущей деятельностью) составлял около $20 млрд в месяц при текущих ценах на нефть. А сейчас ожидая, что мы еще увидим и сокращение импорта из-за ослабления рубля и всей неопределенности, мы ожидаем, что приток будет составлять $25-30 млрд в месяц. Если этот приток будет конвертироваться в рубли, то этого будет достаточно, чтобы обеспечить рынок валютной ликвидностью и предотвратить дальнейшее ослабление рубля.

В современной России раньше были требования по обязательной конвертации валютной выручки, но по мере либерализации движения капитала были упразднены к 2006 году. Были также кризисные периоды с вербальными интервенциями: например, в 2014 году, когда [тогдашний премьер-министр] Дмитрий Медведев поручал компаниям-экспортерам продавать валютную выручку «ритмично и стабильно».

Негативных сторон у этой меры нет, кроме того экспортеры [становятся ограничены] в своей стратегии управления валютной ликвидностью, которую они могут размещать и за границей, в том числе для зарубежной экспансии. Но мы сейчас находимся в условиях проблем совершенно другого масштаба: текущие процессы выглядят как разъединение России с мировым финансовым рынком, за чем могут последовать и проблемы другого масштаба.

Основной вопрос — будут ли введены на России торговые санкции, то есть полный или частичный отказ от российского экспорта со стороны покупателей, в первую очередь Европы. Мы сейчас допускаем [любые меры]. Считалось, что практически невозможно наложить санкции на Центральный банк, особенно при таком объеме включённости экономики в мировой финансовый рынок и таком объеме золотовалютных резервов, потому что это противоречит конструкции современной мировой денежно-кредитной системы. Но уже наступило много событий, которые мы не считали возможными ранее.

Азиатский экспорт сейчас не выглядит под риском, в США мы в целом мало экспортируем. Если торговые санкции не будут введены, то это значит, что рубль и балансы российских компаний, будут в порядке, и российская экономика (более-менее) сможет восстановиться.

Инфляционный шок неизбежен, текущее повышение ставки направлено в первую очередь на то, чтобы удержать людей в российской банковской системы в рублях, чтобы они не выходили в наличность — рублевую или валютную. Эта мера может быть действенна как сигнал и может иметь стабилизирующий эффект, активизировав «жадность» при принятии финансовых решений. Также слухи о возможном ограничении на операции с валютой внутри России играют неменьшую роль, чтобы удерживать людей в рубле, особенно широкий круг вкладчиков. С другой стороны, [действия, исходящие из] желания иметь наличность, чтобы подстраховаться на худшие сценарии, неизбежны. Правда, после первичного шока, по моему мнению, мы увидим в этом стабилизацию.

Мы уже увидели меры валютного контроля, после того как Центральный банк остановил операции всех брокеров со всеми нерезидентами. Неизвестно, как долго они продлятся и как они потом будут демонтироваться. Другими элементами валютного контроля, кроме обязательств, наложенных на экспортеров, могут быть введены ограничения на объем покупки валюты, на открытие валютных счетов, на кредитование в валюте, а также ограничения, связанные с операциями физических лиц в иностранной валюте. Но, возможно, это и не понадобится, учитывая, что у нас есть большой профицит по текущему счету и то, что российский рынок уже в определенной степени был дестимулирован выходить в валюту в связи с рисками ликвидности и повышением рублевой ставки.

Шансы на рецессию в 2022 году высоки, в том числе из-за спада инвестиционной активности и удара по покупательной способности. Инфляция может остаться выше 7% на конец года. Но еще трудно оценить эффекты, связанные с дефицитом импорта, потому что непонятно, какие будут финальные меры, как сработают уже объявленные меры по ограничению технологического импорта, но возможно, мы увидим дополнительный проинфляционный эффект от дефицита.

Станислав Мурашов макроаналитик Райффайзенбанка Инфляционный шок все равно неизбежен, но решение ЦБ поднять ставку до 20% — это очень хорошая и символичная мера, которая помогает понять вкладчикам, что ЦБ предпринимает все имеющиеся у него попытки, чтобы защитить сбережения населения. При таком шаге рубль не выглядит совсем уж непривлекательным, это добавляет ему какой-то вес, особенно в глазах вкладчиков, у которых есть рублевые сбережения и у которых до этой меры единственной альтернативой было только поменять их каким-то образом в доллары. Сейчас, я думаю, многие предпочтут разместить рубли, чем менять их.

Решение ЦБ и Минфина обязать экспортеров продавать 80% валютной выручки — это существенная мера, которая может поддержать рубль. Мы ее действие увидим в перспективе, сейчас рынок очень нервозный и сегментированный. Запрет для брокеров на исполнение сделок по продаже ценных бумаг по поручению иностранных клиентов тоже фундаментально поддержит курс. У нас не будет оттока капитала со стороны нерезидентов.

Инфляция к концу 2022 года будет двузначной, а ВВП России по итогам 2022 года потеряет 3-5% в реальном выражении.

Рубен Ениколопов ректор Российской экономической школы Решение ЦБ повысить ключевую ставку снизит, конечно, инфляцию. Если бы этого не было, все было бы еще хуже. Насколько эта мера может сдержать инфляцию, это открытый вопрос. Очевидно инфляция будет гораздо выше, чем планировалось. Мы живем в другой реальности.

Сейчас ЦБ пытается спасти банковскую систему и предотвратить набег на банки со стороны населения, потому что, если люди перестанут верить в устойчивость банковской системы, то будет просто полноценный банковский кризис. Это самосбывающееся проклятие: если люди верят в то, что банки скоро рухнут, эти банки рухнут, потому что все побегут забирать из них деньги. С точки зрения курса, ЦБ будет делать, что может при своих ограниченных в два раза примерно возможностях. Очевидно, что курс уже упал очень сильно, но без действий ЦБ все было бы еще хуже.

Еще десять лет назад обязательная продажа валютной выручки была нормой. Мы очень быстро привыкаем к хорошему, но в принципе экспортеры так и жили. И использовали оффшорные схемы, чтобы не возвращать экспортную выручку. Такое будет, наверное, продолжаться и сейчас. Экспортеры будут как-то пытаться, чтобы эта выручка неполностью возвращалась обратно. Без каких-то мер принуждения их будет очень сложно заставить. Для экспортеров, которые связаны с государством, есть другие методы воздействия, и достаточно жесткие. Очевидно, они сейчас будут применяться. Да, это действительно поможет поддержать курс рубля. Именно поэтому эти меры еще 15 лет назад у нас точно использовались. Но опять же от этого страдают экспортеры. Они будут терять, потому что они не смогут хеджировать свои валютные риски и так далее. В данный моменты экспортеры будут из своего кармана оплачивать стабильность рубля.