Оригинал материала
Где вы были восемь лет назад?
Где вы были восемь лет назад? Этим вопросом щеголяет российская пропаганда, указывая на бомбежки и обстрелы в Донецкой и Луганской областях Украины. В 2014 году там начался вооруженный конфликт и с тех пор практически не останавливался. Но этот вопрос лучше переадресовать самому Кремлю. «Важные истории» напоминают, как не восемь, а еще восемнадцать лет назад Кремль начал вмешиваться в украинскую политику, а затем разжег в Украине гражданскую войну.
2004. Восемнадцать лет назад
Владимир Путин никогда не воспринимал Украину как самостоятельное государство. Однажды, задолго до его сегодняшних историософских выступлений, в разговоре с президентом США Джорджем Бушем Путин вспылил: «Ты же понимаешь, Джордж, что Украина — это даже не государство! Что такое Украина? Часть ее территорий — это Восточная Европа, а часть, и значительная, подарена нами!»
«Он всегда относился к Украине как к Тамбовской области… Украинские президенты мало его интересовали. Это как губернаторы для него. Просто как-то по ошибке случилось, что он не губернатором называется, а президентом», — рассказывает про Путина беглый банкир Сергей Пугачев, хорошо знакомый с российским президентом.
Впервые такое отношение к соседней стране ярко проявилось на выборах президента Украины 2004 года, в которые прямо вмешалась Россия. До войны Украина традиционно делилась в своих политических пристрастиях на западную и восточную части. В тот раз Запад голосовал за Виктора Ющенко, поддерживаемого Евросоюзом и США, восток — за Виктора Януковича, поддерживаемого действующим украинским президентом Леонидом Кучмой и Владимиром Путиным.
Подпишитесь на рассылку «Важных историй»Рассылку заблокируют последней, а читать ее пока не запрещеноКремль отправил в Украину целый десант своих политтехнологов, который должен был помочь Януковичу: среди них были один из тогдашних идеологов Путина Глеб Павловский и Сергей Марков, который вспоминал: «В Украине мы всегда об этом говорили: наш главный заказчик, наше главное руководство — это администрация президента России", а также Тимофей Сергейцев, который сейчас пишет статьи с призывом убивать украинских нацистов. Выборы проходили с гастролями российских звезд, в Москве висела реклама с изображением Януковича, который перед выборами вместе с Кучмой под камеры прилетел на день рождения Путина. Перед выборами Путин лично летал в Киев и агитировал за Януковича.
Но вместо победы в Киеве случился первый Майдан: предварительные результаты ЦИКа, по которым победил Янукович, слишком разошлись с данными Национального exit-poll, которые говорили о победе Ющенко. На Крещатик вышли митингующие, разбили палатки и простояли там до января 2005 года. По воспоминаниям Кучмы, Путин «намекал» ему на силовой разгон оппозиции, но тот отказался. В суде был доказан факт подтасовок и по итогам третьего тура президентом стал Ющенко.
После поражения Павловский вернулся в Россию и, по его собственным словам, придумал термин «оранжевая угроза», который потом трансформировался в «оранжевую революцию». Позднее Павловский объяснял, что созданием этого понятия занималась вся «идеологическая команда администрации 2005 года»: «Оранжевая угроза — это был концепт опасности… Как оборонительная контрпропаганда против [президента США Джорджа] Буша и его идеи распространения демократии».
2013. Девять лет назад
Янукович все-таки стал в 2010 году президентом и пообещал подписать соглашение об ассоциации между Украиной и Евросоюзом. Основной содержательной частью соглашения был договор о свободной торговле, который позволял Украине постепенно интегрироваться в европейское экономическое пространство. Но куда важнее был идеологический заряд: соглашение символизировало окончательный европейский выбор Украины — «Україна — це Європа».
Именно поэтому Россия выступила категорически против подписания соглашения и использовала все свои кнуты и пряники, чтобы его остановить.
Главным кнутом стала таможенная блокада: Россия остановила на границе почти весь украинский экспорт и заявила, что заберет у соседа все торговые льготы. «Украина с подписанием соглашения теряет самостоятельность и перестает быть для нас не просто стратегическим, но даже полноценным партнером», — предупредил советник Путина Сергей Глазьев, один из главных стратегов Кремля на украинском направлении.
Глазьев тогда чуть не каждый день выступал с угрозами, обещая Украине разнообразные беды, если соглашение с Евросоюзом будет заключено. Украина потеряет полтора-два миллиарда долларов, от Украины отвернется «Газпром», «фактически Украина станет колонией ЕС, и ей из Брюсселя будут диктовать, что надо делать», Украина неизбежно столкнется с «финансовой катастрофой и, возможно, распадом государства».
Главным пряником стали деньги. Россия предложила Украине в общей сложности 15 миллиардов долларов в виде прямой помощи, кредитов и различных преференций. Кремль пообещал снизить цены на газ, профинансировать несколько крупных инфраструктурных проектов и пытался заинтересовать бизнесменов, близких к Януковичу, участием в «чрезвычайно выгодных проектах».
В 2013-м Янукович дал слабину и согласился отложить подписание, совершенно не учтя, какое возмущение это вызовет у украинцев. Так в Украине случился второй Майдан, 2013–2014 годов, переросший в революцию достоинства. Янукович со своим окружением бежал в Россию, где его поселили на правительственной даче в Баковке. Он купил страусиную ферму где-то в Краснодарском крае и занимается сельским хозяйством, рассказывает собеседник, работавший на Кремль в те годы.
Потеряв надежду подчинить себе Украину путем давления и подкупа, Кремль решил ее развалить. Начали с Крыма.
2014. Восемь лет назад: Крым
«Вы нам еще за Севастополь ответите!» — эта знаменитая реплика из фильма «Брат 2» всегда пользовалась популярностью у части российской элиты. О том, что Крым надо вернуть России, постоянно заявлял, например, мэр Москвы Юрий Лужков, предложивший построить керченский мост еще в 1999 году. «Вопрос по Севастополю должен быть передан в международный суд», — заявлял он позднее.
«Когда я назначался в 2013-м, уже тогда в приемной [первого замглавы администрации президента Владислава] Суркова висела карта Российской империи, на которой Крым был частью России. До референдума [мы] в Крыму были неоднократно, в том числе обсуждали вопросы, связанные с подготовкой соглашения о строительстве транспортного коридора через Керченский пролив. А об остальном — думайте сами», — рассказывал журналистам бывший подчиненный Суркова Борис Рапопорт, чья фамилия тоже регулярно значилась в списках кремлевских совещаний по Украине. Планы по возврату Крыма в Кремле существовали всегда, подтверждает собеседник «Важных историй» в Кремле.
«Когда я назначался в 2013-м, уже тогда в приемной Суркова висела карта Российской империи, на которой Крым был частью России»
Судя по многочисленным письмам в приемную Суркова, аннексия Крыма готовилась загодя: за три месяца до ее начала Суркову уже собирали справки об устройстве избирательной системы Крыма и Севастополя, а в феврале прислали смету керченского моста. Подготовка к аннексии Крыма началась за несколько месяцев до того, как Янукович сбежал в Москву, — фактически с первых дней Евромайдана, соглашается собеседник «Важных историй» в «Единой России», получавший соответствующие инструкции от Кремля по партийной линии.
Кроме Суркова присоединение Крыма курировал и Глазьев: в 2014 году пророссийские акции в Крыму и на материковой части Украины оплачивались из российских фондов, а правительство главы Крыма Сергея Аксенова формировали при участии кума Путина Виктора Медведчука – украинского политика, бывшего главы администрации украинского президента Кучмы. Это следует из записей телефонных переговоров Глазьева с главой российского Института стран СНГ Константином Затулиным, которые были представлены на суде по делу о госизмене Януковича.
Когда в Киеве в феврале 2014 года расстреливали участников Майдана, спикер крымского парламента Владимир Константинов заявил, что, если ситуация ухудшится, то он не исключает отделения Крыма от Украины. Для «защиты» полуострова объединились «казаки», которые, по заданию Глазьева, координировали беспорядки во время митингов в Симферополе 27 февраля. Тогда же возле зданий Совмина и Верховного Совета Крыма появились баррикады, а под утро вооруженные люди в зеленой форме без опознавательных знаков вошли в парламент и повесили на зданиях российские и крымские флаги. Это был российский спецназ, который в народе назовут «зелеными человечками» (российская пропаганда предпочла термин «вежливые люди»): председатель крымского Совета министров Анатолий Могилев пытался вести с ним переговоры. В здание запустили депутатов и начали стягивать пророссийских активистов. Так депутаты крымского парламента проголосовали за проведение референдума о статусе Крыма, отправили в отставку своего премьера Могилева и назначили новым премьером лидера «Русского единства» Сергея Аксенова.
Аксенов и Константинов не признавали, что правительственные здания захвачены российскими военными. Врал и Путин: «А вы посмотрите на постсоветское пространство. Там полно формы, которая похожа на [российскую военную] форму… Пойдите в магазин у нас, и вы купите там любую форму… Это были местные силы самообороны».
16 марта под контролем российских военных прошел референдум, на котором жители полуострова проголосовали за присоединение к России.
Через некоторое время, когда стало ясно, что большинство россиян безоговорочно одобряют присоединение Крыма, Путин рассказал часть правды. «За спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие», — признал он в апреле. А год спустя в специальном пропагандистском фильме «Крым. Путь на Родину» рассказал, что дал команду «начать работу по возврату Крыма в состав России» еще утром 23 февраля — за четыре дня до захвата парламента российскими солдатами. Путин признал также, что спецоперацией по захвату Крыма он руководил лично: «Наше преимущество, знаете, в чем заключалось? В том, что я занимался этим лично. Не потому, что я там все правильно делал, а потому что, когда это делают первые лица государства, то исполнителям легче работать».
2014. Восемь лет назад: Новороссия
Но Россия претендовала не только на Крым. Судя по перехваченным переговорам, в планы Кремля входило расшатать весь юг и восток Украины и заставить местные парламенты принять обращения к России об их присоединении. В день захвата «зелеными человечками» административных зданий в Крыму Затулин просил у Глазьева деньги для Харькова и Одессы: «У нас уже все. Мы уже расстреляли весь „боезапас“. Вот где-то в районе тридцатки-пятидесяти нам нужно, оперативно. Не только для того… Здесь приехали ходоки. То, что мы обсуждали: Харьков, Одесса — мы им, так сказать, вынуждены выдавать». У Затулина, по его словам, было прямое поручение «руководства»: «поднимать людей на Украине, там, где мы можем. Значит, надо выводить на улицы, делать, как в Харькове, по образцу. И как можно быстрее».
В Харькове в это время активисты проводили пророссийские митинги и пытались провозгласить Харьковскую народную республику. За антимайдан там отвечала созданная в 2010 году пророссийская организация «Оплот», финансирование которой обсуждали Глазьев и Затулин, а также пророссийский губернатор Михаил Добкин. В марте участники антимайдановского митинга «За Харьков!» взяли штурмом здание обладминистрации, прорвав оборону евромайдановцев, и установили на крыше российский флаг.
«Спусковой крючок войны все-таки нажал я. Если бы наш отряд не перешел границу, в итоге все бы кончилось как в Харькове, как в Одессе. Было бы несколько десятков убитых, обожженных, арестованных. И на этом бы кончилось. А практически маховик войны, которая до сих пор идет, запустил наш отряд»
Так начинался проект «Новороссия». У этого проекта никогда не было одного автора, рассказывает собеседник, работавший в то время на Кремль. В одно и то же время им занимались Сурков, Глазьев, Медведчук и приближенные к ним олигархи, а также ФСБ и экономический блок правительства.
Во вскрытой почте подчиненного Суркова — Бориса Рапопорта — нашлись оперативные разработки по организации народных протестов в Харькове, Одессе, Херсоне и других городах. После захвата харьковской областной администрации в Киеве срочно собрался кабинет министров, который принял «план действий в связи с попытками дестабилизировать ситуацию на востоке Украины». Так в Харькове оказался министр внутренних дел Арсен Аваков — и администрацию вернули назад штурмом спецназовцы из Винницкой области. Крупные бизнесмены Игорь Коломойский и Сергей Тарута были назначены губернаторами Днепропетровской и Донецкой областей. Волнения погасили, а некоторые их участники оказались за решеткой. Например, Павел Губарев, объявивший себя народным губернатором Донецкой области и выступавший за отделение региона от Украины.
По-настоящему поджечь Кремлю удалось только Донбасс. 12 апреля вооруженные люди во главе с Игорем Стрелковым-Гиркиным захватили Славянск и с этого началась война. Стрелков отбирал людей для «командировки» в Донбасс еще в период крымских событий. «Собрал группу из 52 человек из Киева, Харькова, Одессы, самого Крыма», — рассказывал Александр Жучковский, помогавший подразделению Стрелкова. Они направились в Славянск к группе местных жителей, активно поддерживающих Россию.
Стрелков высоко оценил свою роль в тех событиях: «Спусковой крючок войны все-таки нажал я. Если бы наш отряд не перешел границу, в итоге все бы кончилось как в Харькове, как в Одессе. Было бы несколько десятков убитых, обожженных, арестованных. И на этом бы кончилось. А практически маховик войны, которая до сих пор идет, запустил наш отряд».
Стрелков прошел несколько войн и сам называет себя бывшим сотрудником ФСБ, в гражданской жизни он работал на православного бизнесмена Константина Малофеева, чьи фонды позднее открыто спонсировали непризнанные республики.
Почти три месяца Славянск под контролем Стрелкова был главным форпостом боевиков и центром сбора для тех, кто решил присоединиться к пророссийским сепаратистам: в городе было введено военное положение, Стрелков ввел смертную казнь. Он признавал, что если бы не военная помощь из Москвы, то силами одного ополчения добиться успеха было бы невозможно.
В итоге сменить власть удалось только в «отдельных районах» Донецкой и Луганской областей, где после референдума в мае были провозглашены одноименные республики.
Первым премьер-министром Донецкой народной республики стал гражданин России, политолог Александр Бородай, давний сотрудник Малофеева. Основные кадровые назначения в республике утверждались в Москве, следует из перехваченных переговоров Бородая с Сурковым. Из них же ясно, что в Москве готовились основные документы, например Конституционный акт Новороссии. Сурков уверен, что в республику послали другой вариант текста: «Запутались мои помощники „доблестные“. Поэтому, я хотел бы попросить тебя… мы там будем просить переголосовать его, более мягкий вариант, потому что нам не нужно… мы только бардак там усилим. Попрошу тебя переголосовать потом, ладно?.. Без шума, без пыли переголосовать и все, лады?».
«Не надо иллюзий. В Кремле знают реальную цену этих людей [руководителей непризнанных республик]. Они находятся на своих местах лишь до тех пор, пока демонстрируют полную управляемость… Урезонить могут молниеносно, в Донецке это все должны помнить», — так описывал ситуацию собеседник, близкий к администрации президента.
2022. Сегодня
По словам собеседников «Важных историй» в Кремле, после того как 3 апреля были опубликованы свидетельства преступлений российских военных в Буче, в администрации президента полдня царил «хаос», а потом в СМИ спустили методички по опровержению событий: «Внутри все стали обсуждать, что дело идет к трибуналу».
Все опрошенные «Важными историями» чиновники считают, что Путин принял решение идти в этой войне до конца и без трофея не отступит: как минимум хочет отвоевать Донецкую и Луганскую области, как максимум — юго-восток Украины.