5 книг о том, как видеть память о прошлом глазами историков, культурологов, политологов — «Горький»

Эткинд практикует культурологический подход к прошлому, к памяти, к политике памяти. В этой книге мне кажется наиболее важным размышление о том, как непроработанное прошлое живет в нашем мире. Эткинд приводит пример: еще 10 лет назад на купюрах номиналом 500 рублей у нас присутствовало изображение Соловецкого монастыря времен, когда там был лагерь особого назначения. Были видны характерная крыша без крестов и другие детали. Потом изображение поменяли — теперь там купола и кресты. То есть мы все носили в кошельках изображение ГУЛАГа, даже не зная об этом: это идеальная метафора того, как во всей советской постсталинской и даже в постсоветской культуре непроработанная память о сталинизме жива. Точно так же мы не отдаем себе отчет в том, что историки, которые пишут о средневековой культуре, — например, тот же Бахтин, — задаются вопросами, которые вряд ли пришли бы им в голову, если бы не опыт XX века, не опыт ГУЛАГа совсем рядом (а для кого-то и в собственной биографии). Этот ракурс мне тоже кажется важным, хотя он не имеет прямого отношения к политике памяти в узком политологическом смысле.