Свет для корабля с политзаключенными

Фрагмент «Кругосветного атласа маяков» Хосе Луиса Гонсалеса Масиаса

Маяки давно потеряли свою былую значимость для мирового мореплавания, но по-прежнему украшают множество побережий в самых опасных и романтических местах. Испанец Хосе Луис Гонсалес Масиас составил «Кругосветный атлас маяков», снабдив его картами и чертежами, с тремя главками которого мы предлагаем вам ознакомиться.

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Хосе Луис Гонсалес Масиас. Кругосветный атлас маяков: От архитектурных решений и технического оснащения до вековых тайн и легенд. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2022. Перевод с испанского Е. А. Новохатько. Содержание

Аджигольский маяк

Рыбальче, Херсонская область (Украина)

Асфальтированная дорога заканчивается возле поселка Рыбальче. Далее простираются пески Кинбурнского полуострова — пространства, расположенного вдали от цивилизации, где сменяют друг друга золотые дюны, прибрежные соляные озера и хвойные леса. Эти степные земли когда-то были населены амазонками. Согласно Геродоту, лишь Гераклу удалось победить их.

В полутора километрах от Рыбальче, там, где Днепр впадает в Черное море, уже более века возвышается стройное сооружение. Его присутствие в этом месте по-прежнему необходимо. Чтобы управлять кораблем вверх по Днепру, окутанному нескончаемым осенним туманом, до Херсона, нужно знать особенности этой замысловатой переправы между островками реки, ее витиеватыми рукавами и углубленными каналами в сложном устье.

Вполне возможно, что за небольшую сумму, несколько банок пива или несколько литров бензина любознательному путешественнику удастся уговорить местных рыбаков отвезти его к маяку. Если повезет, он войдет внутрь колоссальной арматуры — в сверкающую на солнце металлическую красную сетку, — где сможет подняться, словно вскарабкаться по крыльям гигантского насекомого, вверх по узкой лестнице. У основания башни находится небольшое укрытие для смотрителей маяка. Хотя у смотрителей ежедневно был доступ к маяку с берега — в теплое время года они добирались туда на лодке, а зимой шли по льду, — внезапные изменения погоды иногда препятствовали их возвращению в течение нескольких недель. В их домике нет ничего лишнего.

Владимир Шухов, спроектировавший Аджигольский маяк, так же точно проводил линии на бумаге, как украинские мастерицы ткали нити своих платков — хусток. Глядя на его чертежи, легко представить, что стоит лишь ветерку подуть в нужном направлении, как вся конструкция тут же рассыплется. Однако постройки на эскизах Шухова чем хрупче выглядят, тем прочнее на самом деле. В конце XIX века он размышлял, насколько устойчивыми будут башни, крыши, павильоны и прочие здания, если для их конструкций использовать как можно меньшее количество материалов. Ему удалось вдохнуть жизнь в простые каркасы из стальной сетки, превратив их в необычную архитектуру, органическую, легковесную, не подчиняющуюся законам времени.

Эти гиперболоидные конструкции сочетали в себе эффективность, простоту и элегантность, а после революции 1917 года пропитали советскую архитектуру духом конструктивизма. Шухов считается одним из самых выдающихся русских инженеров в истории.

Аджигольский маяк был сделан наподобие плетеной корзины с сотнями отверстий, которые открываются ветрам.

Маяк Амеде

Амеде, Нумеа, Новая Каледония (Франция)

На опасном рифе Рош-Дувр, почти в сорока километрах от побережья французской Бретани, в 1867 году был возведен величественный чугунный маяк. Он освещал воды между двумя островами Бреа и Гернси, пока в 1944 году его не разрушили немецкие войска. К счастью, у старого маяка на Рош-Дувре все еще есть брат-близнец на противоположном конце света.

Новая Каледония стала колонией Французской империи в середине XIX века. Франция нашла на этом острове, исследованном во время путешествий Кука и Лаперуза, идеальную территорию для размещения тюрьмы — не такой жуткой, как в Гвиане, — куда можно было перевести опасных каторжников и политических заключенных, арестованных в ходе нарастающих народных восстаний во Франции. Законодатели назвали этот земной рай, который когда-то часто посещали китобои, торговцы сандаловым деревом и браконьеры, «одним из самых чистых мест на Земле для размещения тюрем».

Вход в гавань недавно основанного города Нумеа был защищен огромным рифом. Проходить на кораблях по заливу Булари, через сотни атоллов и постоянно волнующееся море, было непросто. И после нескольких кораблекрушений, случившихся в этих местах, — как, например, с кораблем «Авентура», — вскоре была осознана необходимость возвести там маяк. Несмотря на то что для его месторасположения был выбран небольшой остров Амеде, саму башню строили далеко оттуда — в столице, расположенной за 16 000 километров и известной как «город света».

В Париже компания Rigolet произвела металлические конструкции для маяка, которые затем по частям были перевезены на побережье. А в мастерских часовщика Анри Лепота, в дополнение к вращающимся механизмам, по чертежам великого Огюстена Френеля были изготовлены те самые оптические приборы, благодаря которым моря всего мира стали залиты светом.

Башня, которую ждали в Новой Каледонии, выросла в 1862 году и стала гордо возвышаться над парижским районом Вилетт. В то лето жители столицы увидели ее силуэт прежде моряков. Два года спустя она была по частям упакована в 1200 ящиков. Почти 400 тонн груза проследовали вниз по Сене на баржах до порта в Гавре и пересекли моря в темном трюме корабля «Эмиль Перейр». Прогресс в области освещения достиг новой колонии. 15 ноября 1865 года состоялось торжественное открытие маяка Амеде, сопровождаемое военной помпезностью, речами властей и церковной службой.

Благодаря этому маяку корабли с политическими заключенными благополучно прибыли в Новую Каледонию. И кто знает, но, может быть, какой-то житель Франции разглядывал этот маяк, гуляя по Парижу, а некоторое время спустя видел его огонь уже из камеры в Нумеа.

Маяк Анива

Мыс Анива, Сахалинская область (Россия)

В непроходимой тьме морей СССР мореплаватели ориентировались по немногочисленным и далеким маякам, освещавшим воды. Высокая стоимость содержания станций, энергоснабжение которых было трудно реализуемым, заставила советское руководство выбрать рискованную альтернативу для обеспечения их работы. Во время холодной войны освещение более 130 советских маяков подпитывалось от РИТЭГов — радиоизотопных термоэлектрических генераторов. Эти устройства напоминают атомную электростанцию в миниатюре и производят электроэнергию за счет тепла, выделяемого при распаде радиоактивного материала. РИТЭГи часто используются на спутниках, космических зондах и удаленных установках — в труднодоступных местах, где сложно заменить батарею.

Населенный японцами, русскими и китайцами, узкий вытянутый остров Сахалин с XVII века был спорной территорией, но по окончании Второй мировой войны вошел в состав СССР. На юго-западной оконечности острова с 1939 года стоит уникальный японский маяк, первоначально называвшийся Накасирэтоко. Изящную башню, своим видом напоминающую сказочный замок, установил инженер Синобу Миура на скале Сивучья перед крутым мысом Анива. Японцы поддерживали работу маяка едва ли в течение одного десятилетия. После подписания Сан-Францисского мирного договора им пришлось покинуть остров. Благодаря советским рабочим и электроэнергии, вырабатываемой дизельными двигателями, маяк оставался действующим еще сорок лет. В 1990 году он был автоматизирован и оборудован ядерным радиоизотопным генератором. Смотрители маяка в тот же день покинули помещение, а в вахтенных журналах, забытых на Аниве, больше не появилось ни единой записи.

Вот уже более десяти лет как свет на маяке погас. Без его огня тысячи морских птиц заняли башню. Время оставило следы на заброшенных сооружениях: стены облупились, на конструкциях появилась ржавчина, старые двигатели оказались разграблены, а окна — разбиты. Анива — это маяк, медленно распадающийся на части над морем. Иногда сюда еще приплывают маленькие лодки с отважными туристами в поисках «заброшек» — занятие, которое японцы называют хайке. Если море спокойно, удается сделать селфи на фоне развалин маяка.

Хотя власти утверждают, что радиоизотопный генератор был демонтирован, на одной из стен маяка большими белыми буквами, написанными от руки, до сих пор можно прочитать надпись: «Опасно, ядерное излучение!».