"Концлагеря для военнопленных"? Как содержатся украинские солдаты на юге России

Проект Gulagu.net, а также телеграм-каналы сообщили о содержании украинских военнопленных в СИЗО волгоградского Камышина и ростовских колониях. Власти эту информацию не подтверждают и не опровергают, но правозащитники говорят о переполненных в ряде южных регионов изоляторах.

По данным источников Gulagu.net, уже в конце апреля украинские военнопленные содержались в исправительной колонии №1 Зверево и ИК-12 в Каменске-Шахтинском, откуда российских арестантов еще в начале марта, предположительно, стали вывозить в другие спецучреждения.

"Теперь ИК-1 и ИК-12 – фактически концлагеря для военнопленных и наполняются за счёт захваченных на поле боя украинских солдат. Контролем за военнопленными занимаются сотрудники ФСИН, ФСБ, Росгвардии и секретные агенты из числа осуждённых-активистов, многих из которых этапировали из пыточных ИК и СИЗО", – утверждает информатор Gulagu.net.

К сожалению, обе стороны не могут выработать прозрачный алгоритм обмена военнопленными

Эти сведения частично подтвердила жительница Таганрога, написавшая, что СИЗО-2 в городе занято украинскими военными, рядом с учреждением припаркованы машины военной полиции и военный грузовик с буквой "Z".

Всего в системе управления ФСИН по Ростовской области около 20 спецучреждений, все упомянутые из них – в Таганроге, Каменске-Шахтинском и Зверево – расположены вблизи Донбасса. Например, от зверевской ИК-1 до украинской границы всего около 100 километров.

"В Камышинскую тюрьму привезли около 200 военнопленных с Украины. Внимание. Инфа еще требует проверки. Но уже несколько подписчиков сообщают нам это", – еще в апреле сообщал паблик "Подсмотрено. Камышин".

Член федерального бюро партии "Яблоко" Александр Ефимов направил запросы в прокуратуру, управление ФСИН и Общественную наблюдательную комиссию Волгоградской области с просьбой проверить эти сведения.

Информацию о размещении украинских военных в СИЗО Таганрога назвал пока неподтвержденной и сообщивший о ней председатель Общественной наблюдательной комиссии Ростовской области Игорь Омельченко.

"Фильтрация" военнопленных и первые приговоры

Обе стороны конфликта проводят фильтрацию военнопленных. В России с ними работают оперативники главного военного следственного управления и сотрудники ФСБ, с украинской стороны этим занимается СБУ. Тех, по кому нет доказательств преступлений и участия в незаконных методах ведения войны, могут обменять. Такие обмены уже проводятся, заявила в комментарии для Кавказ.Реалии председатель "Комитета солдатских матерей" Светлана Голуб.

Собеседница отмечает, что в переговорах по обмену совершенно не задействованы правозащитники – их игнорируют обе стороны. Голуб неоднократно направляла запросы в Киев, все они остались без ответов.

"Через журналистов передала предложение Алексею Арестовичу (советник офиса президента Украины, один из ключевых спикеров с украинской стороны. – Прим. ред.). Он ответил, что это вопрос не к нему. От предложения встречи также отказался, сказав: "А зачем?", – так мне журналисты передали. К сожалению, обе стороны не могут выработать прозрачный алгоритм обмена военнопленными, это затягивается", – указывает правозащитница.

И Россия, и Украина ограничены Женевскими конвенциями, которые подписаны обеими странами. По ним все комбатанты – участники вооруженных сил – имеют одинаковый статус.

Как содержатся военнопленные на территории "ЛДНР", вообще непонятно, там сплошная "серая зона"

Взявшие их в плен государства обязаны обеспечить им нормальные условия содержания, включая медицинскую помощь, отсутствие пыток и издевательств, возможность связаться с родными. Причем это относится ко всем официальным сторонам конфликта, в том числе к так называемому ополчению и "народной милиции" сепаратистских республик Донбасса, указывает директор правозащитной организации "Гражданин и армия" Сергей Кривенко.

В Женевской конвенции прямо прописано, что никакие физические или моральные пытки и никакие другие меры принуждения не могут применяться для получения каких-либо сведений от военнопленных. Тем из них, которые отказываются отвечать, нельзя угрожать, подвергать их оскорблениям или каким-либо преследованиям или ограничениям.

Поэтому ситуация, когда помощник Рамзана Кадырова по силовому блоку Апти Алаудинов показывает явно избитого пленного украинского офицера, а сам глава Чечни издевательски шутит, что тот получил гематомы на лице "случайно, наступив на грабли, аккурат в тот момент, когда выходил из окруженного здания", является прямым нарушением Женевской конвенции. Но аналогичные случаи попадали и на видео, сделанные украинскими военными.

"При этом в конвенции не содержится обязанности государства – участника конфликта по обмену пленными во время боевых действий. Это не прописано, но может произойти по желанию государства. После завершения войны обмен производится в формате "всех на всех" за исключением тех, кто совершил преступления, их каждая сторона судит отдельно", – уточняет Кривенко.

В Украине уже прошли первые суды над российскими военными. К пожизненному лишению свободы за убийство мирного жителя Сумской области приговорен 21-летний Вадим Шишимарин, командир отделения 4-й танковой Кантемировской дивизии. В Полтавской области осуждены водитель и наводчик артиллерийской части, обстрелявшей деревню Дергачи. Это Александр Бобыкин и Александр Иванов, они получили по 11 с половиной лет лишения свободы.

В России тем временем ростовский суд по ходатайству следствия избрал меру пресечения в виде ареста первому военнопленному из Украины Денису Мурыге, участнику вооруженного конфликта в Донбассе в составе батальона "Айдар". Суд над Мурыгой подтверждает перевод военнопленных в ростовские СИЗО.

Условия содержания и возвращения домой

Еще одно важное положение Женевской конвенции, как отмечает директор правозащитной организации "Гражданин и армия", это отдельные сооружения для военнопленных – они не должны содержаться в обычных тюрьмах или следственный изоляторах.

"При этом просачивается много информации, что украинские военнопленные содержатся в местах лишения свободы и на территории воинских частей Ростовской и Волгоградской областей. Так ли это, проверить нереально. Но если это так, это нарушает принципы Женевской конвенции. Как содержатся военнопленные на территории "ЛДНР", вообще непонятно, там сплошная "серая зона", – обращает внимание Сергей Кривенко.

Обозначение лагеря для военнопленных не сочетается с понятием "тюрьма"

Необходимость специальных условий для содержания военнопленных в комментарии для Кавказ.Реалии подтвердил бывший преподаватель кафедры конституционного и муниципального права Волгоградского государственного университета, автор пособий по международному праву, кандидат юридических наук Роман Мельниченко. Он был уволен после публикации в социальных сетях антивоенных постов и теперь оспаривает отстранение от работы через суд.

"Международное право по отношению к месту содержания военнопленных использует слово "лагерь". Судя по тексту конвенции об обращении с военнопленными, это особое огороженное место, на территории которого находятся помещения для военнопленных и открытые пространства для их свободного на них нахождения. Это обозначение лагеря для военнопленных не сочетается с понятием "тюрьма" или с другими местами изоляции лиц, подвергающихся уголовному преследованию", – указывает собеседник.

Он подчеркивает, что нужно разделять понятия "военнопленный" и "военнопленный, подвергающийся уголовному преследованию", то есть которого подозревают или обвиняют в конкретных преступлениях. Он может содержаться в исправительном учреждении.

"Что касается возвращения военнопленных домой, международное право не препятствует обмену по желанию сторон, но никак не регулирует эту процедуру. Впрочем, международное право войны включает в себя и нормы обычного права, в которых содержаться такие формулы, как "все на всех", "принцип равенства" и "дифференцированный обмен", – подтвердил Мельниченко.

По его словам, действие любой конвенции распространяется лишь на субъектов международного права, в это понятие входят и ещё не признанные территориальные образования, которые эти конвенции подписали.

"То есть в отношении "ЛДНР" действуют те же нормы международного права, которые находятся в Женевских конвенциях, но действуют не как конвенциональные нормы (записанные в конвенциях), а в качестве обычных норм международного права войны", – указывает собеседник.

Кроме того, в случае, если российские вооружённые силы взяли в плен украинских военных, они не имеют права передавать их сепаратистам, так как эти образования не подписали Женевские конвенции, подытожил Роман Мельниченко, отметив, что в любом случае именно Россия будет нести международно-правовую ответственность за переданных военнопленных.

***

21 марта между Россией и Украиной состоялся первый полноценный обмен после вторжения 24 февраля. Москва сообщила о девяти вернувшихся домой военных, Киев заявил об обмене в формате десять на десять. С российской стороны процессом занимается омбудсмен Татьяна Москалькова, в Украине вопрос курирует министр по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Ирина Верещук. В начале апреля стало известно о новом обмене – в формате 86 на 86.

6 июня – 103-й день войны России против Украины. Подробно о ходе боевых действий и связанных с этим событиях читайте здесь.

Кавказ.Реалии в Телеграме Читать Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить