Интервью петербуржца, который стал голосом Pornhub в России

В 2008 году Дмитрий Колодин приехал жить в Петербург, где какое-то время работал на производстве бетона и барменом. А в 2014-м стал сотрудничать с Aviasales и создал один из самых веселых и заметных SMM-кейсов страны. В 2017-м Колодин начал работать с Pornhub как наемный консультант.

Колодин стал единственным сотрудником порногиганта в России: вел паблик во «ВКонтакте», где постоянно шутил на актуальные темы, емко рассказывал новости индустрии и увеличил аудиторию с 30 тысяч человек до почти полумиллиона, а также общался с прессой и занимался рекламой. По словам специалиста, в работе у него была полная свобода действий.

В начале войны в паблике Pornhub появился логотип с пацификом вместо буквы «o», но в дальнейшем посты стали выходить редко. 10 июня Колодин рассказал, что его сотрудничество с Pornhub прекращено. Таким образом, у компании не осталось сотрудников и операций в России, хотя сам сервис доступен. Новость об этом написали десятки федеральных СМИ.

«Бумага» поговорила с Колодиным о появлении уникального для российской аудитории кейса, завершении его работы и создании качественных сервисов и продуктов в новых реалиях.

Дмитрий Колодин

SMM-специалист

— Как произошло увольнение?

— Никакого увольнения не было. Мы работали по контракту, было принято решение его не продлевать.

— Но в посте у себя в телеграм-канале ты писал, что чувствуешь себя уволенным.

— Ну, если дочитать его до конца, это объясняется. Меня технически не могли уволить — и если бы могли, не думаю, что стали бы. Мне просто сказали, что на данный момент это неактуально. В силу понятных причин. Я этого ожидал с самого начала. С какой стати просто так платить деньги?

— Как строилась твоя работа во время войны?

— Первое время ничего практически не было. Временно даже закрыли комментарии — опять же по понятным причинам. Естественно, никакого былого задора не предусматривалось.

Я занимался не только соцсетями, были различные планы на год. Все эти активности остановились. Взяли время посмотреть, что будет. Вот, видимо, время прошло, стало понятно, что продолжение не предусматривается. На этом всё и закончилось.

— После 24 февраля ты сразу понимал, что вряд ли получится реализовать планы?

— Конечно, стало понятно, что не [получится] реализовать планы. Это было понятно и мне, и компании. Неподходящее время — начиная от операционных трудностей и заканчивая сильными изменениями на рынке. Здесь вопросов нет. У меня в целом никаких вопросов нет к компании. Я бы [на их месте] поступил точно так же.

— Но всё равно было болезненно?

— Не совсем болезненно… Было несколько часов слепой ярости и, может быть, обиды, что были интересные проекты в разработке, были планы, которые теперь вряд ли будут реализованы. Я люблю, когда то, что придумано, бывает сделано.

— Какой краткий итог можно подвести?

— Всё было прекрасно. В целом было очень эпично поучаствовать в подобной авантюре, аналогов которой не было. Я всем доволен, и компания, насколько я знаю, тоже. Они немножко смущены тем, что это стало новостью в России, но здесь я ничего не могу сказать. Когда-то почему-то новостью стало и то, что я там начал работать.

— Как ты объясняешь для себя, почему это стало новостью?

— Наверное, больше не о чем писать, ничего не происходит, видимо.

— Не думаешь, что это говорит о значимости кейса?

— У меня нет причин и времени об этом думать. Если начать думать, станет приятно, и можно о себе возомнить лишнего. Я бы этого не хотел, мне уже некуда лишнего о себе думать.

— То есть ты не думаешь, что твой кейс работы с Pornhub оставит след на SMM в России?

— Думаю, что он, возможно, даже его оставил. И он не зависит от того, написали об этом СМИ или нет. Наша работа заключалась по большей части не в том, чтобы о нас писали. По крайней мере, не в том, чтобы писали конкретно обо мне.

— В чем была уникальность того, что ты делал в Pornhub?

— Уникальность была просто в том, что это был единственный случай в истории компании, когда на один рынок нанимался отдельный человек. Все остальные «руки» работали с глобальным аккаунтом. То, что мне удалось почему-то этим человеком стать и поучаствовать в такой уникальной истории, меня радует.

— Насколько важной страницей в жизни для тебя была работа с Pornhub?

— Настолько, что проработал там столько лет. Кажется, нигде я столько не работал.

— А что цепляло?

— У меня был полный карт-бланш. Не было никаких планерок, не давали никаких задач. Я сам ставил себе задачи, сам объяснял, почему они важны, рассказывал ребятам либо о планах, либо о результатах. Шансов найти подобную работу у меня мало, [сделать это] практически невозможно. Мне комфортно работать так, я не очень люблю работать в привычном понимании: с каким-то графиком, офисом, большой командой.

— И какой теперь план на будущее?

— Ближайший план у меня отправиться на набережную и съесть рыбу, потом заехать в бар и выпить «Гинесса». Это весь мой горизонт планирования. Я, конечно, получил кучу офферов, но я на них не отвечаю и не рассматриваю. У меня есть небольшая работа, где я помогаю зарубежному стартапу, связанному с миром единоборств — немножко этот мир пошатать.

Пока что я не хочу ничего искать, потому что компаний с подобным подходом [как у Pornhub] я сейчас не найду. Все, конечно, убеждают, что готовы так работать, но на самом деле не готовы — проходили уже. Корпорации хотят так работать, но так работать не умеют — поэтому и делают говно.

— Как думаешь, реально делать в «новой реальности» то, что ты делал в Pornhub?

— Я никогда не привязывался к какому-то рынку. Сервисы и продукты делаются для людей, а не для каких-то [«новых»] реальностей. Хороший и полезный продукт будет работать в абсолютно любой реальности.

Что еще почитать: