«Такое невозможно простить»

Российская армия обстреляла центр Винницы, погибли 23 человека. Вот что сейчас происходит в городе. Репортаж «Медузы»

Утром 14 июля российские войска нанесли ракетный удар по одной из центральных площадей Винницы. Ракеты попали в Дом офицеров, медицинский центр, офисное здание, магазин и десятки ближайших жилых домов. В результате обстрела погибли 23 человека, трое из них — дети. За медицинской помощью обратились 183 жителя города, 82 человека были госпитализированы, еще восемь считаются пропавшими без вести. Минобороны РФ 15 июля заявило, что целью атаки был Дом офицеров, где в тот момент якобы проходила встреча украинского командования и «иностранных поставщиков вооружений». «Медуза» рассказывает, что происходит в Виннице на следующий день после атаки.

«Солнца не было видно из-за дыма, с балкона тянуло жаром»

Утреннюю тишину на одной из центральных площадей Винницы разрезают звуки коммунальной техники и скрежет ковшей экскаваторов. Пожарные продолжают заливать водой здание Дома офицеров на площади Победы, сотрудники коммунальных служб чинят перебитые осколками провода электросетей. Гул ремонтных работ не утихает здесь со вчерашнего дня: ночью его было слышно через разбитые окна по всей округе, рассказывают жители района.

Житель Винницы Андрей Артымович встречает корреспондента «Медузы» около полицейского оцепления. Попасть в этот район города теперь можно, только если есть прописка в одном из ближайших домов.

Футболка Андрея изрешечена осколками: во время обстрела они пронзили его шкаф с одеждой насквозь. «Вот такие футболки у меня теперь все. Отличный летний вариант», — шутит Андрей.

Артымович живет в доме, стоящем на улице Ивана Бевза, окна его квартиры выходят прямо на Дом офицеров — теперь разрушенный.

В момент взрыва Артымович был дома. «Я лежал в спальне, работал на ноутбуке. Услышал какой-то шум, но не придал значения, — вспоминает Андрей. — Здесь часто летают самолеты, ничего необычного. И вдруг в один момент раздается очень громкий взрыв. Дом содрогается, во всей квартире вылетают окна».

Битое стекло застряло в мебели и стенах. Сам Артымович отделался ссадинами и ушибами. «Я перекатился по кровати и упал на пол. Услышал крики в подъезде, шипение пламени. Ощупал себя, убедился, что цел и могу двигаться, начал искать кошку, — перечисляет он свои действия после удара. — Когда вышел в зал, все мои вещи и части балкона были припечатаны к противоположной от окна стене. Солнца не было видно из-за дыма, с балкона тянуло жаром. Я схватил кошку и побежал в подвал».

Взрывная волна вышибла даже металлическую входную дверь. «Сразу начали звонить друзья и родные. До утра мы разгребали завалы в квартире», — рассказывает Андрей.

За сутки большинство жильцов дома решили проблему выбитых окон: одни сразу вставили новые стеклопакеты, другие забили оконные проемы фанерой. Само здание посечено осколками, а возле подъездов жильцы дома складывают уничтоженные мебель и технику и строительный мусор. Со вчерашнего дня в доме продолжаются ремонтные работы: стучат молотки, подъезжают и отъезжают грузовые машины, жильцы и волонтеры несут стройматериалы.

После обстрела кто-то из жильцов этого дома поехал ночевать к родственникам, другие — в гостиницы. Но многие остались в своих квартирах, потому что не смогли закрыть входные двери и опасались грабежей. Некоторые двери, разломанные пополам, сейчас стоят на лестничных клетках.

60-летний Олег провел ночь после обстрела здесь, в квартире сына. Сам он живет на окраине Винницы — в семи километрах от места, куда пришелся удар. Ракеты, летящие в сторону центра города, Олег видел собственными глазами, когда они пролетали над его домом.

Олег вспоминает:

Я в гараже был, дома у себя [в частном секторе], в наушниках. Жена [прибегает] руками машет, кричит: «Смотри!» — и пальцем в небо показывает. Пролетела [ракета] — и через несколько секунд грохнуло так, что аж в груди задрожало. Да с таким гулом, что я через наушники услышал. Я сразу на второй этаж — не видно ничего [дыма еще не было]. Потом слышу второй, третий взрыв. Я к телефону, звоню сыну: он и рассказал, что по Дому офицеров и по медцентру попали. Слава богу, дома здесь, у сына, никого не было. Хотя сейчас нигде уже не безопасно.

У Олега, как и у многих украинцев, есть родственники в России, с которыми он общается по телефону. Они окончательно «побили горшки» (то есть поссорились) в феврале, рассказывает мужчина, — когда началась война. С тех пор от родственников Олег все чаще слышит оскорбления.

«Вот мне с Калуги родичи звонят. Говорят, что я бандеровец. А какой же я бандеровец, если я — настоящий хохол? — недоумевает Олег. — Мои родители здесь жили, все мое здесь. Тьфу, слов нет. Большинство родственников оттуда вообще не звонят [после начала войны]. Но есть и те, кто понимает, звонят, мы беседуем. Просят прислать фотографии, видео. Многие не верят, представляете? С нами рядом сейчас живут беженцы из Луганска, Донецка, Харькова, Краматорска. Так им мои родичи тоже не верят».

Во дворах пораженных российскими ракетами домов волонтеры развернули полевую кухню. Здесь бесплатно кормят жильцов, сотрудников полиции и спасателей, наливают воду, горячий чай и кофе. У подъездов стоят побитые осколками машины.

«Винница — это мой дом, и эту боль я пропускаю сквозь себя»

С самого утра винничане несут цветы и детские игрушки к Дому офицеров, их складывают у временных полицейских заборов и красно-белых ограничительных лент. Район вокруг площади Победы, куда попали ракеты, находится в оцеплении полиции и Национальной гвардии.

От удара погибли 23 человека. Вчера стало известно, что от обстрела погибла четырехлетняя Лиза: вместе с матерью, 33-летней Ириной Дмитриевой, она приехала в Винницу из Киева в первые месяцы войны. Уехали в более безопасное место — Винница находится в сотнях километров от линии фронта.

Мать девочки сейчас в реанимации в тяжелом состоянии. О том, что ее дочь погибла, она, по словам Ларисы, бабушки Лизы, не помнит — хотя сразу после удара сама рассказала об этом Ларисе. Врачи не разрешают матери Ирины рассказывать дочери о том, что ее ребенок погиб. «[Врач] сказал, она просто не выдержит. Сразу двоих похороните, если скажете дочери, что ребенок умер», — рассказала мать Дмитриевой.

В Минобороны РФ спустя сутки после ракетного обстрела Винницы заявили, что ракетный удар по Виннице нанесли для «уничтожения командования ВВС (военно-воздушных сил Украины)». Там подчеркнули, что город обстреляли «высокоточными ракетами „Калибр“»:

Вчера высокоточными ракетами «Калибр» был нанесен удар по гарнизонному дому офицеров в Виннице — там в этот момент проходило совещание командования украинских ВВС с представителями иностранных поставщиков вооружений.

На этом совещании командиры украинских ВВС якобы «обсуждали передачу украинским военным очередной партии самолетов, средств поражения и организацию ремонта украинского авиационного парка». В результате удара «участники совещания», по данным Минобороны РФ, «были уничтожены».

Дом офицеров, о котором говорят в Минобороны РФ, еще с советского времени служит концертным залом. 14 июля там должен был проходить благотворительный концерт с участием певицы Roxolana. Вечером того же дня певица рассказала в своем инстаграме, что часть ее команды, которая находилась в центре Винницы, получила ранения в результате удара, а звукорежиссер Евгений Коваленко, уроженец Киевской области, погиб. Ему было 25 лет.

«Женя погиб. Андрей в тяжелом состоянии продолжает бороться за жизнь в операционной. Мы молимся за их жизнь и жизни всех, кто пострадал сегодня. Мы никогда не простим», — сказала Roxolana.

Наталья и ее сын Владислав живут недалеко от Дома офицеров, они пришли на место обстрела, чтобы почтить память погибших. С площади Победы Владислав с Натальей едут сдавать кровь. С такой просьбой к горожанам обратились сотрудники Винницкого областного центра службы крови.

Утром 15 июля в больницах Винницы оставались 82 человека, пострадавших от обстрела, четверо из них — дети, заявляли городские власти. Среди погибших 15 июля удалось опознать двоих погибших детей — мальчиков семи и восьми лет. Один из них ждал взрослых в автомобиле на парковке Дома офицеров, второй погиб вместе с матерью в здании медицинского центра, сообщил глава Национальной полиции Украины Игорь Клименко. Всего, по его словам, идентифицированы тела 19 из 23 погибших. Еще восемь человек считаются пропавшими без вести.

Владислав рассказывает, что был в Киеве, когда ему позвонила Наталья:

Мама плакала в трубку, рассказывала о том, что здесь произошло. Я сразу же сорвался домой. Сегодня мы здесь, потому что это касается лично меня. Винница — это мой дом, и эту боль я пропускаю сквозь себя. Здесь, за углом, находится банк, в который я мог пойти [в момент обстрела]. Моя мама могла быть здесь, в центре, она могла погибнуть. Это национальная трагедия, и я считаю, что такое нельзя забывать. Такое невозможно простить.

Александр Рыбин, Винница