«Такая любовь к нам — они готовы нас автозаками обеспечить». Как мужчина с инвалидностью борется против мусорного полигона в Краснодарском крае

Бухгалтеру Юрию Трубачеву 67 лет, он передвигается на инвалидной коляске. Больше тридцати лет он вместе с семьей живет в станице Полтавской в Краснодарском крае. 12 августа Трубачева оштрафовали на тысячу рублей из-за протеста против местной свалки — он на несколько часов перекрыл проезд для мусоровозов. Мужчина рассказал, как вместе с другими жителями станицы борется с мусорным полигоном и бездействием чиновников.

У нас в станице есть мусорный полигон. Это его называют так — «полигон», на самом деле это просто свалка. Она была создана еще в 1992 году. Позже [глава администрации Красноармейского района Юрий] Васин всеми правдами и неправдами добился для нее статуса полигона. Он просто изменил статус при помощи фальсификации [документов]. И туда стали завозить мусор — уже с побережья возят, из Анапы и из Сочи собирались. Мы видели автомобиль, который из Анапы привозил мусор — то есть нарушил территориальную схему.

Сначала Васин сдал полигон в аренду. Практически сам себе — учредителями были его брат и дочь, семейный бизнес такой. Они заключали договора, чтобы мусор везли именно в Полтавскую. Препятствовали заключению договоров с другими полигонами. Весь мусор, всю грязь — к нам. Глава района организовал, чтобы везли именно в наш район!

В 2021 году он продал этот бизнес москвичам. Документы все предъявил, они же не знали, что он сфальсифицировал их. И теперь, если свалку закроют — а ее закроют обязательно, — те, кому он продал этот бизнес, они что с ним сделают? Я считаю, что они его просто на кол посадят. Денежки они за нее заплатили немалые. Вот поэтому он сейчас развивает эту свалку, так пытается защищать свою задницу.

Рядом со свалкой расположены рисовые чеки [стоячие водоемы для выращивания риса — ОВД-Инфо]. В этом году народ в чеках выращивал пшеницу. Мы копнули ямку — а там жижа, которую выделяет помойка.

Красноармейский район производит 30% всего российского риса. Значит, практически треть риса отравлена. Люди едят это, не подозревая, что это чревато болезнями. Так вот, если вы кушаете плов или детям кашу варите, то вы знайте, что в трети случаев вам попадется наш рис.

Жители станицы периодически проводят разные акции против мусорного полигона. Я практически во всех участвовал. 17 мая мы перекрыли дорогу: гуляли туда-сюда по пешеходному переходу около получаса. Тогда человек десять или двадцать задержали и оштрафовали. За бабушкой одной даже домой приезжали. Она живет в 400 метрах от свалки. У нее водой из колодца пользоваться нельзя, белье она на улице не может сушить, окна все время закрыты. Как ей жить — я не знаю. Сначала, когда она одна еще боролась, она собиралась самосожжение перед администрацией совершить. Мы ее отговорили. Вот эту бабушку тогда чуть ли не под руки увезли в ОВД. Потом ей назначили штраф, пять или десять тысяч рублей. У нее пенсия — десять тысяч рублей, для нее это значительно.

25 мая я приехал к администрации Красноармейского района с плакатом «Нет свалке. Президент, спасите наших детей». 16 июля проводил пикет в Краснодаре, у краевой администрации.

Потом приезжал к нам помощник губернатора. Мы остановили его автобус. Он нам пообещал, что донесет наши требования до губернатора. Полицейские примчались, когда уже все разошлись. Пытались задержать людей, которые вообще ни при чем. Еще у нас жители ездили к краевой администрации, тоже проводили одиночные пикеты.

У нас есть группа в WhatsApp, называется «Против свалки». Но у властей в ней есть свои информаторы, видимо. Потому что мы там договаривались [о проведении акции], а администрация об этом уже знала. Когда мы подъехали, на месте уже был автозак и полицейские.

Кстати, когда была встреча с администрацией — 7 июля к нам приехала выездная общественная приемная губернатора, — мы подъехали, а там пожарная машина стояла и автозак. Потом они, правда, уехали, когда встреча началась. Такая вот любовь у администрации к нам, жителям станицы. Такая любовь к нам — они готовы нас автозаками обеспечить.

11 августа я перекрыл мост на свалку, три часа не пропускал мусоровоз. Ментов и [сотрудников] Росгвардии набежало… Задержать они не смогли — меня сложно задержать. Я же на инвалидной коляске, а она весит вместе со мной килограмм, наверное, 150. Им было бы сложновато это сделать. Просто уговаривали: «Давай, уходи». Я сказал, что не уйду.

Один полицейский, — он не наш, из Славянска (Славянск-на-Кубани — город в Краснодарском крае — ОВД-Инфо) пригласили, не знаю, как он тут оказался, — он вообще угрожал, мол, сейчас мы тебя возьмем с коляской, переставим на другое место. Я с ним поговорил на повышенных тонах, он отстал. А наши милиционеры, кстати, очень корректно отнеслись, именно полтавские. Они здесь живут, они так же «любят» Васина, как и я.

У меня было условие: я требовал, чтобы сюда пришел Васин и пообещал созвать народный сход. Тогда бы я освободил мост. Мы с февраля пытаемся этот сход организовать. В январе у нас был один, когда мы создали группу против свалки. Был мороз, ветер, а нас больше тысячи человек собралось. А теперь нам никак не удается снова его провести, у Васина все время отговорки. Вот праздники праздновать — это можно собираться. А на сход он никак не дает согласие.

Но Васин так и не пришел. Хотя я три часа стоял на мосту, Васин так и не появился.

Если он не примет никаких мер, я говорю: такое устрою, что весь край вздрогнет. Я готовлю новую акцию — раскрывать, в чем ее суть, я не буду, но это будет серьезно.

Надежда на то, что протесты помогут и все изменится, у меня есть. Я считаю, что на Васина уголовное дело, скорее всего, уже заведено. Он со станицей такое творит, что ему отсюда дорога прямо в тюрьму. Ему недолго тут быть. За взятки надо судить как за измену Родине. Это измена Родине просто потому, что подрывает веру во все.

Все-таки должна быть справедливость. Да, надежда есть, и немаленькая.

Редакция ОВД-Инфо