Новый Пелевин — «KGBT+»

В этом году писатель рассказывает о том, как посмеяться в лицо апокалипсису (который в России всегда рядом). И дает инструкцию, как убежать от реальности

29 сентября в издательстве «Эксмо» выходит роман Виктора Пелевина «KGBT+». В 2022 году писатель, вот уже девять лет выпускающий новые книги ежегодно, рассказывает историю о «вбойщике» по-имени KGBT+ — герое, который через мозговой имплант заставляет множество людей переживать некую коллективную медитацию. Помимо давно любимой философии буддизма, в этой книге писатель рассуждает о войне и апокалипсисе — и даже о «хороших русских». Литературный критик Галина Юзефович рассказывает, каким получился новый роман Пелевина.

Пожалуй, никогда еще страна не ждала очередного художественно-аналитического романа от Виктора Пелевина с таким нетерпением, как в 2022-м. И, конечно, глубоко символично, что в продажу он поступит 29 сентября — накануне событий, которые в очередной раз за последние полгода трансформируют нашу действительность до неузнаваемости.

В этих обстоятельствах ставший дежурным с 2013 года (именно тогда писатель перешел в свой нынешний ежегодный формат) главный вопрос о новом романе — «норм» он или «не норм» — стоит острее, чем когда-либо. Помимо обычного ожидания высококлассного развлечения с элементами интеллектуальной гимнастики за ним сегодня кроется не высказанная мольба: что же это такое с нами происходит, как нам об этом думать, в каком направлении жить?

Можно долго обсуждать, почему с этими жгучими вопросами российская общественность (во всяком случае некоторая ее часть) по традиции уже обращается к давно исчезнувшему из медиа-пространства писателю-насмешнику, умело избегающему прямых ответов и конкретных рекомендаций. Однако из всех толкователей и интерпретаторов реальности именно Пелевин в наши дни, похоже, вызывает наибольшее доверие. И с доверием этим на этот раз он справляется очень достойно — если коротко, то новый Пелевин определенно «норм». Не сомневайтесь — наша Пифия нас в очередной раз не подвела.

Тут рецензию можно было бы сворачивать, но некоторые особенности «KGBT+» все же стоят того, чтобы на них остановиться. И главная состоит в отчетливой и явно намеренной психотерапевтической интонации, выбранной Пелевиным. Будто осознавая ответственность перед испуганным и дезориентированным читателем, Пелевин в своем ежегодном послании обращается к нему со словом утешения, по мере сил подбадривая и давая практические советы по ментальному (увы, только ментальному) выживанию в сложившихся обстоятельствах.

Впрочем, подбадривания и советы в «KGBT+», как обычно, совершенно не прямолинейные и отчетливо «пелевинские». Иными словами, упакованы в плотную оболочку из зубоскальства, занимательной футурологии, антиэротического секса, жирных намеков на текущие события и философии буддизма Тхеравады, которым, насколько можно судить, писатель всерьез увлекся где-то на подступах к «Тайным видам на гору Фудзи» — книге, вышедшей в 2018 году (прежде Пелевина больше привлекал буддизм Махаяны, распространенный в Монголии, Китае и Японии).

Нынешний роман напрямую продолжает прошлогодний сборник «Transhumanism Inc.», так что освежить его в памяти перед тем, как приниматься за чтение «KGBT+», будет не лишним. В мире вся элита обрела бессмертие, переселившись в «банки» (так называют подземные резервуары, в которых хранятся мозги богатеев, подключенные к миллионам генерирующих виртуальную реальность электродов), а на земле официально наступила «зеленая эра» (теперь перемещаются исключительно на лошадях). Рекламу транслируют в мозг потребителя через вживленный имплант, напрямую управляя эмоциями и желаниями человека. На этом фоне разворачивается история главного героя по имени Кей — или, если полностью, KGBT+.

Имя — вернее, творческий псевдоним — героя сконструировано так, чтобы максимально расширить его целевую аудиторию. «KGB» вызовет приятные ассоциации у «патриотического» крыла публики (теперь их принято называть «сердоболами» — именно они стоят у власти в России). GBT+, напротив, понравится ориентированным на западные ценности «криптолибералам». Впрочем, и патриоты, и либералы в этом дивном новом мире — категории относительные, поскольку лидеры мнений обоих направлений давно переселились в «банки», и мирно сосуществуют, время от времени стравливая своих смертных сторонников и собирая на этом дивиденды.

Кей — «вбойщик». Так называют новую форму художников — нечто вроде рокеров классической эпохи или современных рэперов. Только материалом для них служат не слова или музыка, но идеи, которые они транслируют — «вбивают» — в головы аудитории через мозговой имплант. Резонанс тысяч имплантов, вживленных в головы слушателей, превращает созданную «вбойщиком» композицию в подобие коллективной медитации. На несколько мгновений она дарит и самому творцу, и его пастве подлинный духовный экстаз — при том условии, конечно, что идея «вбойки» хороша.

Три четверти романа занимают мемуары Кея, умершего при весьма драматичных обстоятельствах. После смерти он попал в «банку», оттуда наставляет молодое поколение «вбойщиков» и делится с ними секретами своего непревзойденного мастерства. «История успеха» — сам по себе жанр достаточно смешной, но Пелевин многократно усиливает комический эффект, подходя к нему с предельным допустимым сарказмом и заостряя конфликт между глянцевой формой и жутковатым содержанием.

История Кея — это, в сущности, история про одаренного парня, которого многократно обманули, использовали, впутали в сложнейшую политическую интригу, подставили, убили, а после, уже в «банке», отправили мотать срок в виртуальной тюрьме. В виде бодрого глянцевого нарратива сюжет смотрится подчеркнуто нелепо.

📄 Дорогие читатели! Теперь вы можете скачать PDF-версию любой статьи «Медузы». Файл можно отправить в мессенджере или по электронной почте своим близким — особенно тем, кто не умеет пользоваться VPN или у кого явно нет нашего приложения. А можно распечатать и показать тем, кто вообще не пользуется интернетом. Подробнее об этом тут.

«История успеха» в качестве прообраза всегда отчасти ориентируется на евангелие, и Пелевин иронично обыгрывает это родство. Однако — и вот тут начинается по-настоящему важное — сходство это неслучайно, поскольку в некотором роде биография Кея и есть евангелие.

Как уже было сказано выше, мемуары «вбойщика» Кея занимают только три четверти романа. Оставшаяся же четверть отсылает к рассказу «Поединок» из сборника «Transhumanism Inc.». Его главный герой, старый мастер боевых кукол Сасаки, оказывается фигурой неслучайной. Он — перерождение молодого японского офицера, который во время Второй мировой войны в гнилых джунглях Бирмы практикует особую технику перехода из одного тела в другое — или, если несколько упростить, осознанной и направленной реинкарнации. В каждом перерождении его душа стремится к творчеству, а заодно и к избавлению человечества от страданий — ведь именно в этом и состоит самая суть учения Будды.

И вот Сасаки принимает решение умереть и вновь возродиться в образе Кея — подлинного творца, посредством своих «вбоек» способного донести до людей свет истинного знания.

Таким образом, история, которую рассказывает Кей, оказывается, как ни странно, сразу и пародией на евангелие, и собственно евангелием. Сам же герой выступает одновременно и в роли паяца — куклы, которую дергают за нитки высшие силы, и в роли Спасителя. Благую весть, которую несет своим слушателям — а вместе с ними и читателям — Кей, сам он называет «летитбизмом»: «Просто позволь происходящему происходить. Оно будет происходить и без твоего позволения».

В этой точке Пелевин фактически выходит на авансцену, сбрасывает маску и обращается к читателю напрямую, предлагая нам план спасения. Смысл его послания прост: страдания возникают в тот момент, когда мы пытаемся оценивать и осмыслять происходящее или взаимодействовать с ним каким-то иным способом. Единственное, что мы можем сделать, чтобы избежать страдания, это отказаться от своей порочной привычки и воспринимать каждое событие, картинку, вдох и выдох словно бы извне, не вовлекаясь и не погружаясь в них. Если этого удастся добиться, «вот тогда тебя не будет в этом, тебя не будет нигде — ни здесь, ни там, ни где-либо посередине». Ты исчезнешь — и пересоберешь себя в ином мире, созданном по твоему собственному образу и подобию. Или не соберешь вовсе — если почувствуешь, что готов покинуть колесо Сансары.

В целом, эта рекомендация мало чем отличается от многочисленных советов «жить в моменте», «быть здесь и сейчас», исходящих от разного рода гуру и экспертов (пользуясь пелевинским языком, «влиятелей»). И Пелевин прекрасно отдает себе в этом отчет. Однако в шутовском колпаке пелевинской прозы старая истина почему-то не выглядит ни банальной, ни вульгарной. Идею великого побега Пелевин упрятал между злыми шутками на актуальную тему (их в романе предостаточно — от иронии по поводу «хороших русских» до болезненных намеков на мобилизацию), псевдонаучными историко-философскими конструктами и дежурными проклятиями в адрес критиков и недоброжелателей. Парадоксальным образом он наполняет все это неотразимым очарованием и утешительной силой.

Россия — такая страна, что апокалипсис в ней всегда за углом. Локальные концы света происходили в прошлом, произойдут и в будущем — некоторые из них Пелевин не без желчного удовольствия описывает в «KGBT+». Мы не властны над этим, да и вообще почти ни над чем не властны — лишь над собственной душой. Но именно в ней спрятан ключ, способный выпустить нас на свободу из клетки страданий и страхов.

Пелевин словно подводит нас к краю пропасти, берет за руку и говорит: «Не бойся, прыгай. Ну, давай вместе — видишь, я не боюсь». Пожалуй, в какой-нибудь другой — более счастливый и спокойный — год этого могло бы оказаться мало для безусловной благодарности и восхищения. В иных условиях можно было бы обсудить затянутую середину романа, утомительные самоповторы, банальность основного посыла и прочие несовершенства. Но в 2022-м — в самый раз.

Галина Юзефович