«Это обвалит рынок и заставит уйти иностранных производителей». Эксперты — о проекте правительства «второй лишний» по закупке жизненно важных лекарств

В России 3 декабря завершилось публичное обсуждение пилотного проекта правительства, который в медицинском сообществе назвали «второй лишний». Согласно документу, если на государственные и муниципальные торги по 15 наименованиям лекарств выходит хоть одна компания, производящая лекарство в России или в другой стране Евразийского экономического союза (ЕАЭС) по полному циклу — от сырья до упаковки, — то она автоматически становится победителем. Другие заявки в этом случае не рассматриваются. Врачи и представители НКО, с которыми поговорили «Такие дела», выразили опасение, что такое решение приведет к исчезновению с рынка эффективных иностранных лекарств.

Алексей Масчан

детский гематолог/онколог, член-корреспондент РАН

Эта инициатива подается под благопристойными предлогами, в частности желанием России достичь полной лекарственной независимости. Постановление будет распространяться на 15 препаратов, которые производят по полному циклу. Фактически они будут закупаться государством на бесконкурсной основе.

Нет уверенности, что не получится такая же ситуация, когда пытались ввести правило «третий лишний». По нему любой иностранный производитель отвергался, если на торги выходили две компании из стран Евразийского экономического союза. Это привело к исчезновению с рынка даже самых простых препаратов, без которых опухоли лечить невозможно. Только путем титанических усилий гематологов и при помощи пациентских организаций этот кризис был преодолен.

Абсолютно уверен, что принятие этого закона снова обвалит рынок и заставит уйти иностранных производителей. Им будет просто невыгодно поставлять свои препараты. И не дай бог, если произойдет какой-то сбой в технологической цепочке производства лекарств на территории России. Тогда без жизненно важных препаратов останутся десятки тысяч пациентов.

Елена Грачева

член правления фонда AdVita

Задача данного законопроекта очевидна и не вызывает особых вопросов: необходимо снизить зависимость российских компаний от импортных субстанций. Закон «третий лишний» считал российским все, что было сделано из чего-нибудь китайского или индийского, а в России, например, только упаковано. Закон «второй лишний» отдает преференции всем, кто организует на территории ЕАЭС полный цикл производства, а не делает вид.

В некотором смысле этот закон логичнее закона «третий лишний». Он стимулирует производителя к независимости от любых импортных поставок и, казалось бы, делает ситуацию для российских пациентов безопаснее. Мы все помним, как из-за ковидных перебоев поставок сырья из Китая десятки тысяч российских онкологических больных могли месяцами оставаться без лекарств.

Но риски тех способов, которыми достигается поставленная задача, могут перечеркнуть все плюсы. Логично было бы поддержать отечественного производителя дотациями и прочими стимулирующими мерами, чтобы сделать препараты конкурентоспособными, — и, кстати, в искомом списке из 15 препаратов такие есть. Мы прекрасно видим это на примере российского автопрома: не убрать все машины с рынка и оставить одну «ладу», а вложиться в эту «ладу» так, чтобы ее начали покупать не из-под палки.

Лекарства гораздо важнее автомобилей. И специально расчищать рынок под монополистов здесь очень и очень опасно. Если производитель один-единственный, то даже если лекарство качественное, что будет, если на производстве что-то произойдет, какой-то технологический сбой?

Мы уже видели, как лекарства десятками исчезали с рынка на много месяцев, а государство включалось только тогда, когда катастрофа разрасталась до жутких размеров. Что будет с ценами, если поставщик останется один? А главное — что будет с пациентами? Препараты из списка — по большей части моноклональные антитела, биопрепараты, а они всегда различаются у разных производителей: разные штаммы микроорганизмов, на основе которых производятся препараты, разные примеси, не вполне совпадающие технологии. Они и не обязаны на сто процентов совпадать. А это значит, что если у пациента аллергия на один препарат, то на другой ее вполне может не быть. Поэтому доктор и пациент должны иметь выбор. А его им не оставляют.

Наталья Савва

директор по научно-методической работе благотворительного фонда «Детский паллиатив»

Я в целом всегда за то, чтобы страна была самостоятельной и имела подушку безопасности на случай, если за границей будут какие-то перебои с препаратами, закупками. Стратегически важные препараты, которые входят в перечень ЖНВЛП, должны производиться в России, чтобы пациенты никак не страдали от всех перипетий на рынке, производителей.

С другой стороны, качество препаратов, которые производятся сейчас в стране, часто вызывает вопросы. Многие из них не так эффективны [как иностранные]. Например, в детской онкологии мы всегда старались использовать импортные препараты, потому что ты получал от антибиотиков тот эффект, которого ожидал. А от препаратов местных производителей никогда не знаешь, чего ждать. То же самое по побочным действиям. Еще один вопрос — это клинические испытания российских препаратов. Нам говорят, что они проведены и эффективность доказана. Но мы видим, что уровень этих испытаний очень низкий.

Есть группы препаратов, при производстве которых государство должно гарантировать, что их качество будет не хуже, чем у иностранных производителей. Некоторые группы препаратов необходимо просто запретить заменять, потому что от этого зависят жизни детей.