Интервью с ЛГБТК+ учителями из России

Преподаватель, особый человек в жизни каждого из нас, кто однажды старался изучить определенные навыки.

Они делают нашу жизнь иной, помогают разобраться в сложных процессах, обрести любовь к новым знаниям или, наоборот, отбить желание обучаться. Все всегда зависит от любого конкретного человека и отдельных ситуаций.

Учителя в России не имеют возможности открыто говорить со своими ученикам обо всем, что выходит за рамки школьной программы и касается сексуальности и гендера. Это всегда тонкая грань, по которой нужно идти очень осторожно, пытаясь не разозлить родителей или администрацию учебного заведения.

Сегодня нашей редакции удалось поговорить с квир учителями/преподавателями различных учебных заведений и обсудить, есть ли сейчас препятствия для обучения юных умов в современной России.

Матвей, история и обществознание, 2 года стажа

— Насколько система образования в России отстает от современного мира, новой этики?

Система образования РФ достаточно сильно отстает от тенденций современного мира и ожиданий обучающихся. На педагогических советах мы заслуживаем противоречивые доклады про «актуальные» нововведения и изменения взгляда государства на саму педагогическую парадигму. Самое большое разочарование для меня — это отсутствие реальной научной деятельности для учителей и поддержки инициатив по улучшению внутришкольного микроклимата. В реальности всех больше интересует имидж учебного заведения и результативность в цифрах, отчетность по успеваемости. На мой взгляд, актуальными многие новшества были бы 10 лет назад, а большинству учеников просто некомфортно и неинтересно в стенах школы.

— Есть ли страх, что ученики/студенты узнают о вашей сексуальной ориентации?

Страха нет, потому что все знают. Изначально я шел работать в школу учителем, ставя в приоритет свой комфорт и понимание, что я не хочу скрываться. В моих соцсетях стояли посты про каминг-аут, позже их все же пришлось скрыть. Ещё до моего выхода на работу слухи об ориентации среди учеников разлетелись, так как дети быстро находят человека в соцсетях. В первый же день работы я столкнулся с попыткой сорвать урок и поиздеваться со стороны мальчишек 8 класса. Своих сил и опыта справиться с этим явлением у меня тогда еще не было, поэтому я вызвал завуча, который их приструнил. Позже мальчики подошли извиниться, и я с ними поговорил обо всем откровенно и честно, мы начали общение с чистого листа. С тех пор у нас с ними не было никаких проблем. Большинство учеников и учениц поддерживают меня, обращаются за советами, мы можем долго говорить по душам или решать сложности подросткового возраста через обсуждение.

Сложнее, конечно, с гомофобными коллегами и чрезмерно патриотическими родителями. Здесь были и заявления в комитет по образованию, и звонки директору, и заявления на педсовете, что пи****м в образовании не место. Сошлись с понимающим, адекватным директором на том, что я скрою посты в соцсетях, чтобы просто и дальше их не провоцировать.

— В чем по вашему мнению главная трудность в работе учителем/преподавателем сегодня?

Самая большая трудность в профессии состоит в том, чтобы не выгореть. В какой-то момент заканчиваются силы на креатив и попытку вовлечь в учебу немотивированных детей. От этого ухудшается моя продуктивность, следовательно, и продуктивность детей. Непонятно, что является причиной, а что следствием.

Вторая сложность —​ это сделки с совестью. К сожалению, некоторые дети не хотят учиться, все усилия вовлечь оборачиваются ничем, а «двойку» в триместр или полугодии поставить не дадут, так как важнее хорошая статистика и имидж заведения. И в результате ты обязан ставить «тройку» из воздуха, либо долго спорить со всеми вокруг и все равно ставить «тройку».

— Нужны ли уроки сексуального образования в учебных заведения? Если да, в каком возрасте лучше начинать говорить об этом и какой результат должен быть от подобных занятий?

Уроки сексуального просвещения, разумеется, нужны. Я уверен в этом на все 100%. Дети часто игнорируют правила контрацепции, хотя знают, чем это грозит. Уровень осведомленности о вопросах уважительного отношения к партнеру, компонентах человеческой сексуальности весьма низкий. Незнание приводит к непониманию, отсутствию принятия и повышает уровень опасного сексуального поведения.

Мне кажется, что результатом подобных мероприятий должно стать более осмысленное, уважительное отношение к своим и чужим сексуальным потребностям и здоровью.

— Была ли ситуация, когда между вами или студентом возникала более близкая эмоциональная связь? И чем эта ситуация закончилась?

Я бы сказал, что с некоторыми старшими учениками и выпускниками мы дружески общаемся: вместе отмечаем дни рождения, поздравляем друг друга с праздниками, обменивается книгами и гуляем. Хочется быть для них не только источником знаний, но и человеком из ЛГБТ сообщества, стирающего своим примером общественные мифы и стереотипы. Не со всеми получается поддерживать общение, но я не жалею об этом. Были, конечно, и моменты с манипуляциями, двуличием. Было больно, но это помогло мне лучше разбираться в людях.

— Как часто родители школьников/студентов поражают своим мышлением или взглядом на жизнь? Были ли какие-то особые случаи взаимодействия с ними, которые запомнились на долгое время?

Я не сталкивался с какой-то агрессией родителей непосредственно. Были конфликты, но мы обозначили свою позицию по поводу ориентации, СВО, воспитания и разошлись каждый при своем. С теми же, кто действовал из тени своими анонимными доносами, и общаться не имеет смысла. Самое страшное и шокирующее — это когда дети 5-6 класса говорят словами ненависти, которые им привили родители, а это и пожелания о геноциде, и расстрелах.

Кирилл, математика, 6 лет стажа

— Насколько система образования в России отстает от современного мира, новой этики?

Достаточно сильно, к сожалению. Российская система, по крайней мере, не в задумке, а в большинстве воплощений, и особенно в государственных школах, это про «выучи — воспроизведи». Учебники написаны и уроки строятся так, что на все вопросы есть правильный ответ — и эта ситуация усугубляется. Даже, прости господи, наше новое счастье «разговоры о важном», если почитать официальные сценарии, составлены так, что на любую тему есть некое единственно правильное суждение, например, «уважать старших — это правильно», «быть геем — это плохо», «патриотизм — это поддержка спецоперации и никак иначе», из детей выжигают критическое мышление вместо того, чтобы учить ему.

По поводу новой этики — этику транслирует учитель, а не система. Учитель, в свою очередь, слышит государственную риторику, видит все эти официальные методички. В конце концов, он вырос в далеком от новой этики советском или российском обществе. Просто боится и в большинстве случаев транслирует ровно то, что «надо», потому что, опять же, критическое мышление работает редко, никто «сверху» ничего другого ему не скажет, а переступать через устои и признавать ошибки — сложно. Когда я работал в очень хорошей государственной школе, у меня был коллега, который был молодой, якобы прогрессивный и безумно популярный среди детей. Он считал вполне нормальным пошутить посреди урока над двумя учениками средней школы, сидевшими в полуобнимку что-то гомофобное, и сорвать аплодисменты класса. Какие травмы это могло принести этим двоим или кому-то из их одноклассников, я не знаю.

— Есть ли страх, что ученики/студенты узнают о вашей сексуальной ориентации?

Я чувствую необходимость скрываться на работе и чувствую себя по этому поводу сильно некомфортно. Во-первых, работа — теперь уже единственное место, где я не могу быть открыт. Во-вторых, я чувствую, что мог бы сделать много хорошего для детей, рассказав им про свою ориентацию. У меня хорошие отношения с учениками, им важно, что я думаю, они читают меня в соцсетях, и я верю, что мог бы кому-то этим помочь справиться с принятием себя или гомофобией. Они могли бы осознанно принять решение честно поделиться со мной своими переживаниями, зная, что у нас есть нечто общее и я когда-то проходил через то, через что сейчас проходят они. Как будто, выбирая этого не делать и оставаясь просто учителем, я делаю хуже и им.

Научиться самопринятию и принятию окружающих важнее, чем сдать ЕГЭ

Пообещал себе, что как только уволюсь из школы, сразу напишу постик для детей, хочу верить, что хватит смелости, посмотрим.

— В чем по вашему мнению главная трудность в работе учителем/преподавателем сегодня?

Ты либо должен все время быть против системы образования, либо будешь плохим учителем. Система воспринимает тебя как ресурс, ей важен миллион вещей, и в последнюю очередь — дашь ли ты детям что-то ценное. В частных школах это не так заметно, а в государственной это усложняется с каждым годом.

— Нужны ли уроки сексуального образования в учебных заведения? Если да, в каком возрасте лучше начинать говорить об этом и какой результат должен быть от подобных занятий?

Конечно, нужны. Когда — ну, смотря о чем говорить. Вот даже про вторую мировую сейчас рассказывают чуть ли не с первого класса, просто с каждым годом это делают на разных языках. Наверное, рассказывать пятиклассникам про контрацепцию рановато, это лучше начинать класса с восьмого, как и «классический» SexEd, примерно параллельно с анатомией. Но не позже! Все дети сидят в интернете, смотрят самые разные видеоролики и общаются между собой. А говорить про отношения, толерантность и diversity надо начинать чем раньше, тем лучше. Нам не придется безуспешно доказывать взрослым людям, что быть геем можно, если ему не скажут в начальной школе, что нельзя. А вместо этого в какой-то момент покажут пример гей-пары и прокомментируют его таким же будничным голосом, как и фотографию с какой-нибудь гетеросексуальной свадьбы, например.

— Была ли ситуация, когда между вами или студентом возникала более близкая эмоциональная связь? И чем эта ситуация закончилась?

Ну разве что дружеская, дружбой и (не) закончилась — ничего интересного тут не расскажу.

— Как часто родители школьников/студентов поражают своим мышлением или взглядом на жизнь? Были ли какие-то особые случаи взаимодействия с ними, которые запомнились на долгое время?

Бывает нередко. Понятно, что взгляды бывают самые разные, я видел и пропутинских, и очень гомофобных, и все что угодно. Но самое тяжелое и, к сожалению, очень распространенное — это когда родители видят своих детей не как личностей, а как какой-то собственный pet project. Яркий и, в целом, собирательный пример: сын-старшеклассник, достаточно мягкий и ранимый, любит заниматься творчеством, обожает танцы, театр, любимый школьный предмет — литература. Но отец убежден, что единственное успешное будущее в наше время — это IT, и всем своим влиянием заставляет ребенка заниматься тем, что тот ненавидит и отказываться от всего любимого. Итоги: депрессия, психологическая травма, замкнутость, отчисление из школы и полный неуспех в IT-дисциплинах, разумеется. Когда мы говорили с отцом, мы пытались объяснить ему, что вообще у него за ребенок, и было чувство, что он вообще не понимал, на каком мы говорим языке: Что значит, что у ребенка бывают свои склонности и ценности?

Злата, русский язык и культура, 3 года стажа

— Насколько система образования в России отстает от современного мира, новой этики?

Мне сложно судить о всей системе в целом, но на мой взгляд «отставание» в самой установке — в российской системе образования изначально участники находятся в неравных позициях. Учитель выше ученика. В зарубежных вузах уклон на равенство и сотрудничество. Отсюда в русских вузах и унижение учеников, и пренебрежение их интересами, а часто и конфликты, и самодурство. Не всегда, но часто. В русском вузе тебя могут «завалить» на экзамене, если преподавателю покажется, что ты не так одет, разговариваешь без почтения, красишь ногти и так далее. Что уж тут говорить об ориентации, если человек открыт.

Это, кстати, работает не только с учениками, но и с молодыми преподавателями, поскольку они ниже по статусу. Неоднократно сталкивалась с ситуацией, когда молодых преподавателей с передовыми идеями задвигают коллеги, которым за 80, и чье слово всегда закон.

— Есть ли страх, что ученики/студенты узнают о вашей сексуальной ориентации?

Я пару лет работала с детьми 9-11 класс в дополнительном образовании. Вот там был огромный страх. Мне кажется, если бы я работала в общеобразовательной школе, он был бы еще больше. На мой взгляд, в позиции учителя ты особенно сильно уязвим. Вы знаете про все эти истории с фото в купальнике? Так вот, с ориентацией, мне кажется, все могло быть еще хуже.

Я достаточно сильно переживала, что на работе кто-то узнает, потому что это бы однозначно ударило и по моей репутации, и по репутации центра.

Что я думаю о том, что сами дети могли узнать? Тут проще, хотя я все равно не хотела бы что-то афишировать. Знаете, когда я устраивалась на работу, нас сразу предупреждали, что о политике, религии и ЛГБТ мы с детьми не говорим.

Сейчас я работаю в вузе и тут легче. Здесь до тебя меньше всем дела. Узнают ли студенты? Меня это не пугает, но руку девушки я в автобусе рефлекторно отпускаю, если вижу своих учеников.

Коллеги-друзья все знают, остальному коллективу не сообщаю — вряд ли будет откровенная травля, но не исключаю, что быстрее закончу работать с ними, чем бы мне хотелось, если они узнают.

— В чем по вашему мнению главная трудность в работе учителем/преподавателем сегодня?

Мы же не говорит тут о зарплатах, да? А если серьезно, мне кажется, что в обществе есть достаточно устоявшийся стереотип об учителях.

И когда ты преподаватель, ты не можешь быть собой на 100%. Начиная от ориентации, заканчивая курением и алкоголем. И это очень грустно. Ни мои предпочтения, ни одежда, ни возраст, ни привычки не делают меня плохим педагогом

Но в обществе, даже в современном, хотя, казалось бы, 21 век, все это у преподавателя — red flag.

Вы сами-то часто видите в государственных организациях открытых, в плане ориентации, преподавателей? А преподавателей с дредами, пирсингом, татуировками? С частными вузами и центрами легче, но даже там это от стереотипов не скрыться.

— Нужны ли уроки сексуального образования в учебных заведения? Если да, в каком возрасте лучше начинать говорить об этом и какой результат должен быть от подобных занятий?

У меня нет четкого мнения по этому вопросу, на самом деле. С одной стороны я смотрю, как в канадских школах, в свободном доступе, лежат буклеты о заболеваниях, о контрацепции, о половых органах, и восхищаюсь! С другой, я оцениваю ситуацию в России трезвым взглядом. Попытка введения таких уроков встретит просто адское сопротивление со всех сторон: родители, учителя старой закалки, директора школ. Скорее всего, такие уроки будут очень формальны. Настоящей пользы они не принесут, а вести их будут, по-любому, высоконравственные преподаватели лет 70.

— Была ли ситуация, когда между вами или студентом возникала более близкая эмоциональная связь? И чем эта ситуация закончилась?

Ох, пока я ещё работала с детьми, в меня влюбилась ученица из 11 класса. Очень мило носила печеньки с сердечками и писала на полях тетрадей, что любит. И знаете, первое, что я испытала, был страх. Прям страшище. В тиктоке очень популярен тренд с «тичеркраш». Так вот, он меня пугает до чёртиков. И многих моих коллег тоже. Я очень испугалась, что или ее родители меня где-то подкараулят, или что она от обиды пустит какие-то слухи. Все это буквально может закрыть мне дорогу в преподавание. Я очень люблю своих детей и студентов, и всегда стараюсь относиться к ним с теплом, но любые переходы в романтические или дружеские отношения резко обрываю.

Если бы это был ученик, а не ученица? Я бы, наверное, испытывала меньше страха, но реакция была бы все равно такая же. Никаких более тесных связей. Мне кажется, дружить/встречаться вы можете только в том случае, если больше не являетесь друг для друга «учеником-преподавателем». Например, на днях я иду с этой самой ученицей пить кофе. По-дружески. Она не занимается у меня уже год. Самое время налаживать отношения.

— Как часто родители школьников/студентов поражают своим мышлением или взглядом на жизнь? Были ли какие-то особые случаи взаимодействия с ними, которые запомнились на долгое время?

Прям какого-то совсем откровенного треша не было, но я реально встречала очень мало адекватных родителей учеников. Были очень странные моменты в духе:

— Мы платим вам деньги, вот и учите. Что-что? Он срывает занятия? Ну так это не наша проблема, значит вы препод говно, раз не можете заинтересовать.

— А что, сюда берут преподавать кого попало? Даже школьников? Что-что? У вас два высших с двумя красными дипломами по специальности? О, ну, надо нормально выглядеть на свой возраст, значит! Какие извинения? Кого мы задели своими словами? (Родители нового ребенка в группе видели меня впервые, разговор происходил при детях).

— Вы поставили моему сыну ноль за пробник! Вы его унижаете! Да я вас по стенке размажу (цитата).

Ну, и все в таком духе.

Потрясающие две грани. С одной стороны преподаватель, за счёт своего статуса, может позволять себе что угодно с учениками, а с другой — родители почему-то считают тебя обслугой. С родителями студентов я, к счастью, не знакома. Еще одна прелесть вуза — тут «дети» взрослые и все приколы их личные.

Последний общий вопрос был адресован всем, кто написал нам для этого интервью

— Чем на ваш взгляд отличается новое поколение детей/подростков и смогут ли они изменить мир в лучшую сторону?

Даниил, математика, 6 месяцев стажа

Оно отличается возможностью потреблять информацию из различных источников, порой большей осознанностью в свои годы. Думаю они могут хоть немного, да изменить мир.

Дмитрий, творческая специальность, 12 лет стажа

Исходя из моего профессионального контингента, отмечу их большой дипломатический потенциал. Они мне кажутся более терпимыми. Безусловно, такое качество способствует созиданию.

Дарья, программирование и информатика, 13 лет стажа

Новое поколение прекрасно, удивительно и очень принимающее. Мои студенты меня обнадеживают.

Никита, МХК, 6 месяцев стажа

Все поколения супер разные, 7 классы, которых я учу, очень сильно отличаются от 8. Сравнивая со своей школьной жизнью, могу сказать, что современные дети более открытые и лояльные, практичные и креативные, но при этом они абсолютно не умеют общаться в открытую, без телефонов и интернета.

Я думаю, что они изменят наш мир в лучшую сторону, у них другое мышление, они не боятся ошибиться. Они очень информированы, и гуманистические ценности у них в приоритете, поэтому им реально удастся изменить Россию и привести ее к демократизации.

Максим, педагог организатор, 5 лет стажа

Вероятно из-за глобализации современные школьники — очень свободные ребята. При том, что с каждым годом эта «свобода» будто лишь увеличивается. Как бы кто не сопротивлялся, нынешние дети в повестке и легче относятся к стереотипам. Возможно мой стакан просто наполовину полон, но я уверен, что современное поколение изменит мир к лучшему, как в плане локальных инициатив, так и в плане общечеловеческих ценностей. Ну, и просто верю в появление негетеронормативных браков в России в ближайшие лет 20, я их точно должен застать!

Матвей, история и обществознание, 2 года стажа

Современное поколение детей более гибкое и независимое в принятии решений, активно пользуется интернетом, гаджетами, потребляет информации в разы больше, чем поколения предыдущие. Конечно, не всегда эта информация качественная, но она разнообразная и дает широкие возможности для выбора жизненного пути и формирования убеждений, критического мышления.

Я верю, что будущее поколение сможет изменить мир в лучшую сторону, поскольку больше заинтересовано в решении проблемах глобального, внутригосударственного и гуманистического значения.

Константин, математика, 6 лет стажа

Ничего нельзя при всем желании поделать с тем, что они живут в глобальном мире с самого детства. У них тонны источников информации по всему миру, они не привыкают к тому, что есть какая-то одна правильная линия, транслируемая родителями, учителями или телевизором. А значит, менее подвержены влиянию и сами формируют свои взгляды и суждения. Ну а про «изменить мир», я надеюсь, и наше поколение еще много чего сможет, а следующее тем более.