Знакомьтесь: участница ансамбля Aphkhazeti Ксения Микелова

Paper Kartuli познакомилась с Ксенией Микеловой — танцовщицей национального ансамбля Aphkhazeti, основательницей проекта популяризации и развития грузинского танца ILETI и одной из организаторов первого баттла по грузинским танцам. У девушки греческие корни, она училась в России, а последние 7 лет живет в Грузии.

Ксения рассказала, что ее привлекло в грузинских танцах, где смотреть выступления национальных танцоров, как она отдыхает от тбилисского колорита на озере Лиси и как почувствовала себя «своей» в Грузии

Кто вы

— Я танцовщица и хореограф. Недавно посчитала, что занимаюсь грузинскими танцами 19 лет.

Я родилась в Ессентуках. У моих бабушки и дедушки греческие корни — они жили в районе Цалка, где компактно проживали греки. Когда мне было 5–6 лет мы переехали в Грецию, в Салоники, но потом вернулись в Россию. Там я закончила школу и университет и переехала в Грузию. Живу здесь уже семь лет.

Я часто задаюсь вопросом, чем меня привлек грузинский танец, ведь я не грузинка. Думаю, что своей полифонией. В разных регионах настолько отличается характер танцев, что можно в одном из них быть нежной, в другом кокетливой, в третьем сильной и воинственной, в четвертом заводной и веселой. Мне нравится, что есть возможность соединять разные характеры и, танцуя, раскрывать все эти качества в себе.

Я танцевала в ансамбле Seu, в студии Sukhishvili, а последние два года — в государственном ансамбле песни и танца Aphkhazeti. В Грузии у каждого региона есть свой государственный ансамбль. Также существует Осетинский ансамбль и Абхазский. Эти ансамбли продолжают традиции коллективов, которые существовали на территориях Абхазии и Самачабло (Южной Осетии).

Aphkhazeti переживает очень интересный период. Два года назад его руководителем стал солист национального балета Sukhishvili Бачана Чантурия. На тот момент нельзя сказать, чтобы ансамбль играл яркую роль в хореографическом мире. А Бачана Чантурия задал новый вектор и создал и продолжает развивать современный стиль грузинского танца. У нас танцуют ребята разных национальностей: например, я и еще один парень — из России, в стажерах есть русские, в детской группе — украинцы.

Недавно мы вернулись с гастролей в Греции. Для меня это было важно, потому что я выступила в Салониках — городе, где провела большую часть своего детства.

Где мы

— Это озеро Лиси. Так как у меня в жизни очень много грузинского колорита, мне важно иметь нейтральное место. Старый город и классические достопримечательности уже не вызывают большого интереса. Я пять лет занималась туризмом, работала гидом и все видела сотни раз.

Я прихожу сюда раз в неделю — в субботу или в воскресенье. Я люблю воду, долгие прогулки, шуршание листвы, закаты. Это место, где я, как правило, не думаю про грузинские танцы и Грузию, где есть возможность замедлиться, послушать поэзию, классическую музыку.

Мне это место очень помогает. Несмотря на то, что летом тут многолюдно, всегда можно отойти подальше, подняться чуть повыше и найти уединенное место.

Как вы

— Меня, как и большинство здравомыслящих людей, угнетает война. Есть те, кто по-другому смотрит на то, что происходит, и это больно.

Я уехала из России гораздо раньше, чем началась война. Здесь меня особо не ассоциируют с Россией, но я не хочу открещиваться от того, что большую часть жизни прожила там. Я не боюсь говорить, что люблю Россию, свой город, культуру. В моем случае это не вызывает конфликта — я также люблю и грузинскую культуру, знаю ее и продвигаю.

Я занимаюсь любимым делом. Развиваю свои проекты. Пять лет назад вместе с другом мы запустили мастер-классы по грузинским танцам. Сначала делали мастер-классы для туристов, но за несколько месяцев концепция поменялась, мы стали проводить классы для профессиональных и полупрофессиональных танцоров. Мне кажется, этот проект выполняет важную функцию: абсолютно разные люди взаимодействуют между собой в грузинском танце. Танец объединяет на одной сцене грузин, армян, греков, азербайджанцев, русских.

Весной с продюсерской командой — Назаром из Украины и Цисией — мы организовали баттл по грузинским танцам. Этот проект был полностью для местных, полностью на грузинском. Он стал ярким событием в местном хореографическом сообществе. Это было первое подобное мероприятие в грузинских танцах.

После баттла я стала чувствовать себя по-новому. Более интегрированной. Нам удалось создать нечто полезное и важное не только для меня, но и для местного танцевального сообщества. Это был поворотный момент, после него я еще больше почувствовала себя на своем месте.

Как меняются грузинские национальные танцы

— По сравнению с другими национальными танцами, с которыми я имела дело, — например, танцами Северного Кавказа и Закавказья, — грузинский танец очень живой и быстро развивающийся. Это ярко видно на примере нашего ансамбля.

С одной стороны, существует танцевальный фольклор, который имеет достаточно консервативные формы. Хотя я считаю, что фольклор — это тоже живой организм, который имеет свойство меняться. С другой стороны, есть сценический танец, который хоть и продолжает традицию, подвергается определенной обработке, — иногда небольшой, иногда сильной.

Например, танец «Мтиулури» состоит из ряда движений, которые можно комбинировать по-разному, но, в целом, это одни и те же движения. Что делает художественный руководитель, например, нашего ансамбля? Он берет традиционное движение — к примеру, «чаквра», резкий выброс ноги — и видоизменяет его: разбирает на более мелкие движения, по-новому комбинирует их, использует новые ракурсы, добавляет необычные положения корпуса. Так, движение получает новое современное звучание.

Народный танец отражает состояние общества, менталитет, мировоззрение. Например, в первых сценических постановках женщина была чаще скромна, двигалась не активно, но современная грузинская женщина не такая. В последнее время женские партии стали сильными: мы исполняем пируэты, танцуем «техили» — ломаные движения из горских танцев, которые традиционно исполняли мужчины. Как мне кажется, это результат в том числе того, что женские и мужские роли в обществе изменились, а за ними изменился и танец.

Единственный танец, который сохранился неизменным — «Картули» (грузинский — прим. Paper Kartuli). Этот танец не привязан к региону. В нем ярко отражены традиционные роли мужчины и женщины. Мужчина в «Картули» мужественный, гордый и сдержанный, а женщина женственная, нежная, но с сильным стержнем — грузинская женщина всегда сильная. В какой бы регион вы ни поехали, если включают «Картули», его можно исполнить с партнером без репетиций, потому что рисунок везде одинаковый.

Где смотреть выступления национальных танцоров в Тбилиси

1. Рестораны. У многих ресторанов в Тбилиси есть чуть ли не ежедневная танцевальная программа. Например, Tsiskvili, Ethnographer и Gorgasali около серных бань.

2. Открытые площадки. Летом Sukhishvili выступают на своей открытой сцене Takara. Там проходят регулярные концерты. У Aphkhazeti тоже есть такая площадка — Svetebi. В прошлом году в течение месяца мы давали там концерты. Обе площадки находятся в Тбилиси.

3. Репетиции. Иногда [зрителей] пускают на прогоны государственных ансамблей. Это вариант для дерзких людей, которые не постесняются пойти и договориться.

А еще можно прийти потанцевать к нам с Ираклием на классы. Я считаю, что грузинский танец — классный способ интеграции приезжих. Через танец люди узнают о традициях страны, знакомятся. Это очень действенный способ наладить контакты и лучше понимать, что происходит вокруг.

Что еще почитать: