Оригинал материала
Жены мобилизованных на юге и Кавказе: готовы ли митинговать за мужей?
Главной проблемой Кремля накануне президентских выборов стало растущее недовольство жен мобилизованных, выяснили журналисты. Женщины в разных регионах России объединяются в попытках выйти на митинги, чтобы потребовать как минимум ротации, а как максимум – демобилизации их родных. При этом в северокавказских и южных регионах, где в прошлом году прошли многочисленные митинги против призыва, никаких объединений нет. В чем причина этого и стоит ли властям опасаться, что ситуация здесь изменится?
"Не рабы"
О планах жен мобилизованных выйти на митинги в разных регионах России стало известно в начале ноября, когда нечто подобное произошло в Москве. Несколько женщин присоединились к митингу партии КПРФ 7 ноября и развернули плакаты с надписями "Мобилизованным пора домой" и "Нет бессрочной мобилизации". Их окружили полицейские, но до задержаний не дошло. Родственницы оставили депутатам свои письменные требования, им пообещали ответить через месяц.
Женщины стали объединяться в разных регионах. Согласно общему манифесту в телеграм-канале "Путь домой", они требуют от российских властей установить предельный срок службы мобилизованных в один год, гарантировать конституционные права на протесты и собрания, не допускать репрессии против семей мобилизованных и их самих, перестать относиться к военным как "к рабам и расходному материалу".
Объявленная 21 сентября 2022 года так называемая частичная мобилизация юридически продолжается до сих пор. Те, кто уже был мобилизован на войну прошлой осенью, останутся в армии до завершения "специальной военной операции" (так российские власти называют войну) – об этом неоднократно заявляли чиновники, такой же позиции, как утверждает участник недавней встречи с Владимиром Путиным "военкор" Александр Сладков, придерживается и президент.
"Мы не навязываем политический выбор относительно власти или отношения к вооруженному конфликту на Украине. Каждый вправе определиться самостоятельно. Однако мы поддержим того, кто вернет нам наших мужчин", – сказано в манифесте жен.
В следующие две недели митинги за права воюющих в Украине мужей пытались согласовать в нескольких городах: Москве, Новосибирске, Красноярске, Челябинске и Санкт-Петербурге – везде им было отказано, формально – из-за коронавирусных ограничений. Еще две заявки подали в Новокузнецке и Чувашии, их статус пока неизвестен, пишет "Верстка".
При этом новосибирские чиновники позволили вместо митинга провести собрание, на которое пришли около 30 человек, по большей части сами власти. Журналистов на эту встречу не пустили, только сотрудников двух государственных каналов. Что именно обсуждали на этой встрече, неизвестно. Участницы, которые согласились ответить на вопросы, сказали лишь, что не верят в ее результативность.
Один в поле не воин?
Региональные чаты жен мобилизованных были созданы в телеграм-канале "Путь домой", который насчитывает более 14 тысяч подписчиков. В нем объединились жительницы как минимум 30 регионов России, в том числе Краснодарского края, Ростовской и Волгоградской областей – последний чат на момент написания этого текста был удален по неизвестной причине. Сообщений о каких-либо совместных акциях в чатах Ростова и Краснодара нет.
Жены мобилизованных находят другие способы заявить о себе в этих регионах. Требования вернуть домой призванных год назад мужчин регулярно появляются под записями губернатора Ростовской области Василия Голубева в его официальном канале. Например, сообщение о том, что следующий год объявлен в России годом семьи, родственники мобилизованных назвали "плевком в лицо", потребовали провести ротацию и "закончить СВО" (специальная военная операция. – Ред.), а также напомнили, что через полгода домой вернулись даже заключенные, которые завербовались на войну в колониях.
Супруга одного из призванных на войну прошлой осенью уроженцев Ростовской области, которая попросила сохранить анонимность, рассказала сайту Кавказ.Реалии, что от открытого протеста ее удерживает только наличие двух детей.
"Я ответственная за них – если меня посадят, куда их, в детдом? Вот это семья получится: дети в приюте, мать в тюрьме, батя в окопе. Конечно, я пишу в Минобороны, президенту, делаю, что могу – пусть хотя бы в отпуск мужа отпустят, год его уже не видела, а Путин обещал, что каждые полгода будет отпуск", – сказала собеседница.
В открытых чатах женщины продолжают искать родных из числа бывших заключенных колоний на Кубани и в Адыгее, которые пропали в Украине. Некоторые идут на отчаянные меры и после всех инстанций обращаются к журналистам. Например, так сделала жительница Волгограда Ольга Гребенникова, которая с февраля этого года пытается добиться операции для своего 38-летнего мужа. Он получил ранение в руку, сейчас она не двигается. Его отправили на обследование, на операцию оказалась большая очередь, которую он надеялся дожидаться дома. Однако мобилизованного снова забрали на войну, несмотря на то, что он не может самостоятельно завязывать шнурки.
В ноябре 2022 года в Украину забрали супруга 28-летней жительницы Адыгеи (она также попросила не называть ее имя). Недавно у них родился первый ребенок – отец его еще не видел, несмотря на то что после ранения его ждали дома.
"Мужу осколок попал в ногу, долго лечился, мы рассчитывали, что вернется домой, насовсем. Но его снова забрали, ничего не объясняли, а он там хромает. Ни о каких митингах жен у нас я не слышала, так бы конечно пошла – сколько можно над нами издеваться? Но другие девочки, у которых тоже мужья там, говорят, что пока все не закончится, их не отпустят", – делится супруга военного.
Стихийный протест не одинаково распространен во всей стране, это нормально
В феврале этого года жительница Краснодара Ксения Абрамова написала десятки обращений в различные инстанции, суды и провела одиночный пикет перед администрацией – все это помогло вернуть ее мужа Алексея с фронта в часть для повторного медобследования. У ее супруга многочисленные травмы позвоночника, из-за которых он не мог носить бронежилет. Однако уже в сентябре командование проигнорировало запрет на "командировки" – Алексея снова отправили в Украину. Что с ним сейчас, неизвестно.
Все это – единичные истории борьбы в самых сложных случаях, никаких объединений и совместных акций жен мобилизованных на юге России нет. По мнению правозащитника Ростислава Павлищева, это нормальная ситуация – южные регионы традиционно считаются менее протестными.
"Это стихийно возникшее протестное движение. И как любой стихийный протест, он не одинаково распространен во всей стране, это нормально. На юге, возможно, больше боятся репрессий – Центр "Э" [управление по противодействию экстремизму] и полиция в Ростовской области, а особенно в Краснодарском крае работают более жестко и активно", – считает правозащитник.
О том, что мобилизованные покинут Украину только после окончания войны, ранее в разговоре с "Лентой.ру" рассказал председатель комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов. Он также заявил, что ротация не предусмотрена, а военные якобы регулярно ходят в положенные им отпуска.
Что на Кавказе?
В списке нет ни одной республики Северного Кавказа, несмотря на то что после объявления мобилизации регион стал самым протестным в России. Наибольшее число недовольных объявленным призывом вышли на улицы в Дагестане и Кабардино-Балкарии. Жители перекрывали федеральные дороги, собирались у военкоматов, вступали в стычки с полицией, пытавшейся разогнать их силовым путем. В Нальчике десятки матерей пытались добиться встречи с главой республики, но тот к ним не пришел.
В тройку лидеров в стране по числу возбужденных за дискредитацию армии административных дел вошел и Краснодарский край – только по данным на октябрь 2022 года в суды поступило 164 дела. Против мобилизации выступали и жители Волгограда, а в конце января этого года в Новороссийске и Ставрополе появились мемориалы в память о жертвах российского удара по Днепру.
Мобилизация спровоцировала первую за годы правления Рамзана Кадырова акцию против действий чеченских властей в Грозном – 21 сентября прошлого года несколько десятков женщин вышли на улицы. Протест вызвал гневную реакцию Кадырова. Силовики забрали митингующих в мэрию, а позже привезли туда их родственников-мужчин. Их заставили избить жен, угрожая, что иначе это сделают сами силовики. Некоторых членов этих семей насильно отправили на войну.
Нынешняя пассивность на Кавказе на фоне бурного недовольства в других регионах является следствием запугивания и безысходности, убежден политолог, автор аналитических статей по Северному Кавказу. В целях безопасности живущего в России эксперта мы вынуждены скрыть его имя.
"Тех, кто недоволен, по-тихому репрессировали, мужей-сыновей забрали, еще штрафы на женщин навесили. Они остаются одни, под прицелом силовиков, с маленькими детьми – какие тут уже митинги? На Кавказе, как нигде, выражать свою позицию опасно, это позволяют только определенным категориям людей, например антисемитски настроенным, потому что совпадает с "линией партии", – сказал эксперт.
"Бунт на коленях"
Протесты женщин в остальных регионах России тревожат Кремль, особенно перед президентскими выборами. Поэтому любое недовольство родственников мобилизованных решено "гасить деньгами", пишет "Верстка". По данным их источников в федеральных и региональных органах власти, недовольство жен мобилизованных считается одной из главных проблем на данный момент.
Поэтому чиновники теперь обязаны переводить выплаты семьям максимально полно и быстро, а если деньги не успокоят жен, тогда нужно пообещать написать письма в Минобороны, привлечь общественников или "просто выслушать".
На данный момент это единственное активное протестное движение России
На юге и Северном Кавказе чиновникам пока нечего сдерживать, но некоторые меры здесь все равно предпринимают. Например, в телеграме появились несколько идентичных каналов, которые якобы ведут мобилизованные жители Астрахани – на самом деле в них репостят записи местного правительства, губернатора и проправительственных СМИ.
Еще летом губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров в ответ на многочисленные обращения родственников мобилизованных о недостаточном обеспечении и жестоком обращении с ними со стороны командования заявил, что эти данные якобы не подтверждаются. Он призвал женщин "сохранять спокойствие", а иначе украинские спецслужбы могут "воспользоваться ситуацией".
Власти не понимают, что им делать с новой недовольной аудиторией – не привычными уже антивоенными активистами и навальнистами, а женами тех, кто "погибает на фронте бессмысленной войны", говорит правозащитник Павлищев.
"Конечно, Кремль напрягся, и не зря. На данный момент это единственное активное протестное движение России. Оно очень специфическое: разгонять дубинками и сажать его участников – это очень опасная затея для Кремля. Если такие видео попадут на фронт, очень высокий шанс получить второй "марш справедливости" на Москву. Вообще неясно, чем закончится попытка подавить этот протест", – считает Ростислав Павлищев.
Не столько протест, сколько жалоба в ЦК КПСС
Власти прибегают и к другим способам заглушить недовольных, самый популярный из них – обвинение в сотрудничестве с Украиной. Поэтому требования недовольных иногда очень разнятся. Например, модераторы канала "Мобилизованным пора домой" объявили своей целью не полную демобилизацию, а только ротацию. Жены мобилизованных таким образом подчеркивают: они выступают не против войны, а против выборочной мобилизации, позволяющей остальным мужчинам в стране "ходить на концерты и веселиться".
В том числе по этой причине политолог Станислав Дмитриевский не верит в протестный потенциал родных мобилизованных.
"Мне кажется, это бунт на коленях. Не столько протест, сколько жалоба в ЦК КПСС: "Дорогие власти, мы, конечно, не против войны, даже за, но пусть уже кто-то другой повоюет". Это довольно трудно назвать движением, ведь в нем люди, которые были оплотом власти, да и сейчас им остаются. Большинство из них либо опустят руки, либо их купят, на что сейчас делается ставка. Я был бы очень рад ошибиться, но пока мой прогноз такой", — говорит эксперт.
При этом Дмитриевский не видит противоречий между массовыми протестами на Кавказе против призыва и молчанием, когда недовольство набирает обороты по всей стране.
"Думаю, что утверждение о Дагестане как о самом протестном регионе не очень верно, – продолжает собеседник. – Да, там были стихийные выступления, за которыми не стояло никакой горизонтальной организации. Митинги в центральной России были организованы по призыву, а люди выступали не за свои права, а за общую гуманистическую повестку. На Северном Кавказе был бунт отчаявшихся одиночек".
Режим сделал все, чтобы подавить протесты и отбить охоту к любой самоорганизации, которая тут же объявляется экстремизмом, заключет Станислав Дмитриевский.
- Первым российским военным, о чьей гибели стало известно после начала полномасштабной войны против Украины, стал дагестанец Нурмагомед Гаджимагомедов. Вскоре редакция Кавказ.Реалии начала собственный мониторинг сообщений о потерях армии РФ. В поименном списке убитых уроженцев юга России и Северного Кавказа уже более 5000 человек – без учета более 650 захороненных наемников на кладбище так называемой ЧВК "Вагнер" на Кубани. Рассказываем, как о погибших на войне говорят чиновники, государственные организации и подцензурные СМИ.
- Мобилизованные из Северной Осетии пожаловались на издевательства: в сети появилось видео, в котором военного одного из полков, находящихся в Херсонской области Украины, избивает командир.
- В 2023 году в ряде судов Южного военного округа, особенно Ростовском и Новочеркасском, резко выросло число уголовных дел об убийствах и причинении тяжкого вреда здоровью. Из приговоров следует, что контрактники нападают на своих сослуживцев, как в зоне боевых действий в Украине, так и возвращаясь домой в отпуск или на лечение. Эксперты и активисты, опрошенные редакцией, полагают, что россиянам следует готовиться к волне насильственных преступлений со стороны побывавших на передовой.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить