Знакомьтесь: Гиги Джанелидзе

Гиги Джанелидзе работает как Design Transformation Lead и Head of Design and UX.

Гиги Джанелидзе вернулся в Грузию из Москвы в 2020 году. В Тбилиси он переехал по приглашению TBC. Гиги руководит дизайн-направлениями в банке, занимается консалтингом и ведет разговорный подкаст на грузинском языке.

Paper Kartuli поговорила с Гиги о возвращении в Тбилиси, создании нового грузинского медиа и о том, как изменилась страна за последние годы.

Это рубрика «Портрет». В ней мы знакомим читателей с людьми, которые занимаются полезными делами в Грузии и чья жизнь нам интересна.

Кто вы?

— Я родился в Тбилиси, а рос и жил — в Москве и Европе. Где-то 3 года назад я релоцировался в Тбилиси, благодаря приглашению от банка TBC. Это были сложные ковидные времена, когда всё было закрыто [на карантин]: например, нельзя было вечером выходить на улицу.

Тогда был период, когда не только в Грузии, но и во всем мире как будто было остановлено движение. Тут будто всё замерло на паузе, и меня радует, что сейчас [в Грузии] идет такое активное движение [вперед]. Несмотря на все проблемы, есть какая-то перспектива, люди в нее верят, и каждый по-своему пытается содействовать общему европейскому пути, который мы выбрали.

Могу сказать, что, по сравнению с жизнью в Москве, у меня больше свободного времени. В Тбилиси я не трачу время, энергию и ресурсы на вещи, на которые тратил в Москве: например, на большие расстояния от одной точки до другой. Здесь у меня более соблюден ворк-лайф бэлэнс, я стараюсь вести более активный образ жизни.

В TBC я помогаю встраивать дизайн-процесс в бизнес-процесс компании, развиваю компетенции сотрудников в пользовательском опыте, продуктовом дизайне, сервисном дизайне. Мы стараемся максимально улучшить пользовательский опыт в TBC.

Для меня важно, что я приношу пользу своей стране: занимаюсь образованием и консалтингом. Радует, что я могу быть полезен не только компании, но и молодому поколению [жителей Грузии].

Мы [с друзьями] в какой-то момент решили сделать подкаст. Акцент был на том, чтобы привнести новое качество производства в грузинскую среду. Один из таких новых форматов — подкаст Netav, который мы создали вместе с Лукой Хиникадзе. Плюс ребята отдельно развивают канал Gzadagza — новое грузинское медиа, где упор делается на развлекательный контент, с участием грузинских стендап комиков.

Я за любое созидание. Поэтому активные люди, которые хотят улучшать сервис, строить решения, развивать индустрии — я всегда за них, кто бы это ни был: люди из арабских стран, из Украины, России или откуда угодно.

Я никогда не сталкивался с дискриминацией из-за того, что рос и жил в России. Всё зависит от какого-то конкретного контекста, конкретных совпадений с какими-то людьми. Понятно, что есть напряженность вокруг, когда очень резко появляется наплыв людей; очень сложно быстро перестраиваться.

Пока сложно судить, адаптировалась ли Грузия к этим наплывам. Люди, которые здесь осели, хотят адаптироваться, их дети уже пошли в школу и начинают изучать грузинский язык — это одно. Другое, когда люди здесь временно: уезжают — приезжают, тут непредсказуемости больше. Третье — это когда люди стараются: открывают бизнес, созидают, не делают черных схем для обхода [санкций]. Сложно судить, но, думаю, ту часть людей, которые здесь адаптировались, — их общество принимает больше, чем раньше.

Думаю, надо быть на позитиве. Конечно, невозможно максимально отгородиться от негатива, но можно стараться быть эмпатичным и излучать позитивный вайб. Это вообще то, чему должны научиться люди: быть более эмпатичными стараться созидать и излучать позитивную энергию. В таком случае все негативные факторы будут нивелированы.

Где мы?

— Мы в ресторане Oro. Это очень хороший грузинский ресторан. Во всем меню — вкусные блюда. Я люблю это место из-за атмосферы и локации. Здесь обычно нет суеты.

К открытию ресторана Oro причастна моя хорошая знакомая Настя Бендукидзе. Она много делает для развития ресторанной индустрии и грузинской кухни. В этом развитии, привнесении экспериментов, чего-то нового есть европейский подход к кулинарному мастерству, блюдам, приготовлению.

Традиционные грузинские рестораны тоже важны. Но рестораны, которые основаны еще и на мастерстве шеф-поваров, которые придают блюдам новые элементы, — ими я всегда восхищаюсь.

Как вы?

— Я рад, что Грузия получила статус кандидата в Евросоюз. Я по майндсету человек западной культуры, и для меня Грузия всегда являлась неотъемлемой частью европейской культуры, традиции и так далее. Просто многие люди этого не знают, не изучают историю, из-за этого у них очень мало информации и данных.

Я считаю, что [поулчение статуса] — это важная часть нашего пути к интеграции, возвращению в общую европейскую семью. Я придерживаюсь правила, что невозможно чем-то заниматься в одиночку. Даже когда ты выстраиваешь коллектив, у тебя есть кодекс, правила и принципы, которым каждый человек, который входит в коллектив, должен соответствовать.

Если в этот коллектив попадает человек, который вносит деструктив или не не соблюдает твои принципы, то из этого, наверное, ничего хорошего не получится. Здесь я вижу то же самое: государству важно, как и любому человеку, видеть какой-то нордстар. Куда я хочу двигаться, каким принципам хочу соответствовать, с каким обществом я хочу коммуницировать? Это развивает тебя.

Я верю, что любое [проевропейское] заявление, помогает обществу достигать цели одновременно. Потому что общество без целей, не понимающее, куда оно идет, обречено на распад. Понятное дело, что есть проблемы, которые надо преодолевать, но я думаю, что нет ни одного государства, у которого нет каких-то определенных проблем, над которыми оно должно работать.

Это [вступление в ЕС] всё равно не означает, что кто-то хочет от тебя урвать суверенитет. Такого нет в Европе. Ты всё равно в европейской семье свою идентичность сохраняешь. Это можно на примере любой страны в Европе увидеть. У Греции, например, своя культура и традиции — никто им ничего не навязывает. Поэтому у Грузии будет свой грузинский путь, и будет грузинская государственность, но мы будем частью общей большой семьи, в которую мы устремлены.

Я вспоминаю: когда я рос в Грузии, при Шеварнадзе, вообще никто не верил, что Грузия сможет оправиться от коррупции. Мы сейчас удивляемся, что иногда нет электричества и воды, но тут хотя бы можно понять: потому что меняются инфраструктура, переключаются на новые каналы, идет работа. А раньше вообще ничего не было. И никто не знал, что что с этим делать. Разница колоссальная.

Люди, которые сюда приезжают уже после того, что было проделано за эти годы, которые никогда не бывали в Грузии в 1990-е, просто не видят, какие колоссальные изменения уже произошли. А те, кто видят, наверное, забывают и не ценят этого. А те, кто ценят, видят и помнят, и всё равно устремлены вперед — вот на этих людях и будем держаться.

Я хочу, чтобы [в 2024 году] были честные выборы. Как люди решат, какой выбор сделают — это уже воля народа. Но самое главное, чтобы были честные открытые выборы с конкуренцией. Ожиданий у меня особо никаких нет. Я хочу, чтобы была реально сильная парламентская республика и отсутствие поляризации.

Из личных целей — я и моя команда будем содействовать глобальным целям [,fyrf TBC]. Параллельно я хочу путешествовать и посмотреть больше мест в мире, а также развивать медийные форматы, которые мы начали разрабатывать: подкаст и медиа Gzadagza. Я в них тоже вижу определенную пользу.

Фото на обложке: Рина Бекбулатова

Что еще почитать:

• «Это не выбор национальности. Это выбор между добром и злом». Муся Тотибадзе — о жизни на две страны, фамильном доме в Тбилиси и музыке, которая объединяет
• «Писали, что мне голову отрежут и отправят матери». Как эмигрантка делает тикток с мемами о Грузии, несмотря на угрозы