Фактически рухнул, по документам — цел

В середине декабря на Гороховой улице, 73 обрушился корпус шестиэтажного дома — шесть квартир, часть из которых были коммунальными, и лестница, на которую выходило еще пять квартир. Жильцы не пострадали — накануне они эвакуировались в жилье маневренного фонда или к друзьям.

«Каждый из жильцов будет оставаться в фокусе внимания властей пока не решится их квартирный вопрос», — заявил тогда губернатор Александр Беглов.

«Бумага» выяснила, что спустя полтора месяца после обвала дома его жители так и не могут оформить документы для выплаты компенсаций, а одна семья продолжает платить ипотеку за уже не существующую квартиру. Пострадавшие называют ложью утверждения чиновников, что квартиры маневренного фонда пригодны для жизни и что у жителей была возможность забрать из разрушенных квартир вещи.

Читайте, почему пострадавшие в результате громкого ЧП в центре города всё еще не могут получить адекватную помощь.

В администрации не выдают жильцам справку об обрушении дома, а без нее они не могут оформить компенсацию за утраченное жилье

Петербурженка Мария Яйнович продолжает платить ипотеку за квартиру, которой больше нет. Она находилась в рухнувшем флигеле дома на Гороховой, 73. Квартира была застрахована от подобного ЧП, но страховой компании нужен документ о разрушении квартиры. А ни одна инстанция не берет на себя ответственность его выписать.

Сергей Тверски

юрист

— Люди приходят в администрацию [района] и говорят: «Я жил во флигеле 73-го дома, дайте мне справку, что дом рухнул». Им отвечают: «Обращайтесь в МЧС, мы такие справки не выдаем». Люди приходят в МЧС, а там им говорят: «Мы такие справки тоже не выдаем».

Юрист двух семей дома на Гороховой Сергей Тверски предоставил «Бумаге» запись одного из его диалогов с чиновником. На ней сотрудник отдела районного хозяйства утверждает, что они в отделе справок об обрушении тоже не выдают. А на возражения юриста, что он писал в администрацию района и она распределила жалобу в отдел, чиновник тянет: «Нет, ну ответ-то мы вам напишем». «А в ответе будет сказано, что дом рухнул?» — не сдается юрист. «Отдел районного хозяйства не занимается домами, он занимается фасадами и капитальным ремонтом», — устало объясняет сотрудник отдела.

Чиновники не соглашаются оформить справку, потому что не хотят признавать нарушение, объясняет Тверски. Дело в том, что жители дома на Гороховой, 73 с 2020 года жаловались на трещины и добивались признания его аварийным, чтобы получить компенсации и купить другое жилье. Чиновники отказывали — дом состоял из четырех парадных, в нем было зарегистрировано 165 человек, и всех расселить было сложно. В итоге флигель дома рухнул, не имея статуса аварийного.

Сергей Тверски рассказал «Бумаге», что по факту обрушения возбудили уголовное дело по статье «халатность». Но следственные действия, по его словам, только замедляют работу администрации.

Сергей Тверски

юрист

— В администрации не понимают, как оформить обрушение документально. Для этого им нужно признать аварийным и расселить весь дом. А квартир в маневренном фонде не хватает. Если бы флигель числился отдельно, например как «Гороховая, 73, литера А», они могли бы признать аварийным только его. Но до обрушения этого не сделали.

Семьям из разрушенного флигеля справка об обрушении необходима, чтобы подать документы на оформление компенсации за утраченные квартиры. Сейчас эти люди либо снимают жилплощадь, живут либо в маневренном фонде — пострадавшие, с которыми говорила «Бумага», недовольны его состоянием и не хотят там задерживаться.

«Бумага» задала вопрос администрации Адмиралтейского района об официальном статусе дома по адресу Гороховая, 73. Чиновники ответили, что управляющая компания проводит экспертизу и должна подготовить отчет о его состоянии до 15 февраля. Отчет передадут в городскую межведомственную комиссию для решения вопроса о признании дома аварийным.

Из-за того, что обрушение флигеля не оформлено, его бывшим жителям продолжают приходить коммунальные счета

Одна из бывших жительниц дома на Гороховой, которая съехала во временное жилье еще в октябре, сообщила «Бумаге», что получала счета за коммунальные услуги по старой квартире вплоть до января. Другая собеседница сказала, что счета приходили ей до момента обрушения дома, хотя она тоже выехала раньше.

Марии Д., чья квартира выходит на рухнувшую лестницу, и с 19 декабря туда не попасть, также пришли счета за свет за декабрь и за январь.

Мария Д.

бывшая жительница дома на Гороховой, 73

— Позвонили из «Петроэлектросбыта», рассказали про задолженность. Я отвечаю, что дом рухнул: «Вы же закрыли лицевой счет». Оказалось, что ничего не закрыто. «Как нам может приходить квитанция, если у нас нет дома?» — спрашиваю я.

В жилкомсервисе Адмиралтейского района, который обслуживал дом на Гороховой, жильцам предлагают «договариваться с ресурсоснабжающими организациями самостоятельно», рассказывает Сергей Тверски. В самих ресурсоснабжающих организациях с жильцов требуют ту самую справку об обрушении, которую никто не выдает.

Жителей эвакуировали в квартиры без ремонта. Кроме плесени, переселенных ждали неоплаченные счета, неподключенный водопровод и электричество

Сразу после обрушения дома губернатор Беглов и глава Адмиралтейского района Сергей Оверчук подчеркивали, что только благодаря чиновникам никто не погиб — последняя семья якобы отказывалась покидать дом, ее еле уговорили.

Как выяснила «Бумага», этой семьей была Мария Яйнович с мужем и ребенком. Жилье, которое им выделили власти, оказалось непригодным для жизни. Семье предлагали две квартиры: в одной, по словам их адвоката Сергея Тверски, были антисанитарные условия и постоянно шел пар от пола, «как в микроволновке», а в другой на стенах была черная плесень и не было газа.

Семья была готова переехать в любую из них после ремонта — но чиновники не смогли его организовать или оплатить и так и оставили этот вопрос подвешенным. И за полчаса до обрушения, говорит Тверски, семья Марии экстренно уехала к друзьям — успев взять только самое необходимое.

«Все помещения маневренного фонда являются благоустроенными, отвечают санитарным, техническим нормам и иным требованиям законодательства», — ответил представитель администрации Адмиралтейского района на запрос «Бумаги».

Но другие бывшие жильцы дома на Гороховой подтверждали «Бумаге», что условия в маневренном фонде не всегда пригодны для жизни. Ольга, переехавшая в маневренный фонд, рассказала, что в администрации в ответ на ее жалобу о необходимости ремонта во временной квартире посоветовали обратиться в отдел социальной защиты: «А там сказали, что можно собрать кучу справок, принести и будет рассматривать комиссия, и, если признают нас нуждающимися, может дадут тысяч 20». В итоге ей пришлось взять на этот ремонт кредит в 150 тысяч рублей.

Юрист Сергей Тверски рассказал, что одну из двух семей, которых он представляет, переселили в дом, который и сам находится в аварийном состоянии — но, как и дом на Гороховой, официально не имеет такого статуса. Еще одной семье предоставили квартиру площадью на 10 квадратных метров меньше, чем была.

Другим сюрпризом для многих переселенных стал долг за коммунальные услуги в новых квартирах. Бывший жилец дома на Гороховой, пожелавший остаться анонимным, рассказал «Бумаге», что их семье выставили счет в 12 тысяч рублей. У Ольги, по ее словам, потребовали 50 тысяч рублей, еще одному жильцу, также просившему не называть его имя, пришел счет на 70 тысяч. Последнему, кроме того, досталась квартира без света, воды и с неработающим унитазом.

Юрист Сергей Тверски считает, что те, кто согласился на маневренный фонд, — пока для администрации закрытый вопрос. По его словам, практика показывает, что человек может проживать во временном жилье годами, пока власть не найдет возможность выделить ему постоянную квартиру. А семья Яйнович — большая проблема для чиновников, потому что ее конституционные права не соблюдены. Пока администрация попыталась решить эту проблему, обвинив саму Марию в том, что с ней не удалось договориться.

Мария Яйнович

бывшая жительница флигеля дома на Гороховой, 73

— Сегодня мы заезжали в администрацию и узнали, что там задним числом написали приказ на наше расселение. А 19 декабря перед обрушением администрация вообще подала на нас в суд. Суд иск, конечно, не принял из-за того, что не было досудебного урегулирования. Иск явно подавали в спешке.

Сейчас семья Яйнович арендует квартиру друзей. Новых вариантов жилья или компенсации им не предлагают.

После обрушения семье Марии не дали спасти их крыс в клетке. Из уцелевших квартир, перед которыми обвалилась лестница, не помогли вывезти технику и мебель

Когда дом рухнул, чиновники пообещали: жильцы смогут забрать вещи под контролем МЧС. Семье Марии Яйнович это было очень важно: выезжая из флигеля последними, они не успели забрать своих питомцев — крыс. После обвала клетка с ними была еще цела, утверждает Мария: «Возле выхода из квартиры стояла клетка с крысами — ее нам не дали забрать. Муж просился, говорил, что сам поднимется по лестнице и вынесет их, ему не разрешили. Когда часть подъезда обрушили, они убили наших животных».

По словам Марии, спасатели МЧС никак им не помогли.

Мария Яйнович

бывшая жительница флигеля дома на Гороховой, 73

— Наши вещи были в груде камней. Из нашей квартиры выстоял краешек кухни. При желании можно было бы достать холодильник, морозилку, коробки с вещами, которые стояли на выходе.

С той же проблемой столкнулись и такие как Мария Д. — жильцы пяти квартир, расположенных в основной части дома 73, но выходящих в общую с флигелем четвертую парадную.

Этих жителей заранее не расселяли. 19 декабря они узнали, что во флигеле обрушилась внутренняя стена, и многие из них предпочли не ночевать дома. Когда флигель рухнул, стало ясно, что жильцам смежной парадной теперь тоже негде жить — лестницы, ведущей к их квартирам, больше нет.

Большинство соседей Марии Д. сверху и снизу переселили в гостиницы, а затем в маневренный фонд. В отличие от людей из флигеля, которых переселили заранее, переехавшим экстренно соседям выплатили компенсацию для обустройства. Жильцы, с которыми поговорила «Бумага», утверждают, что речь идет о ста тысячах рублей до вычета налогов.

Несмотря на обещания чиновников, людям не помогли с вывозом вещей. Жильцы просили помочь им спустить мебель, но в администрации заявили, что грузчиков, готовых этим заниматься, у них нет.

«В той части живет бабушка-блокадница, у которой вся семья жила в этом доме еще до войны. У нее старинная мебель, тяжелая, она сама ее будет таскать?», — возмущается Ольга. Другие бывшие жильцы подтвердили «Бумаге» — извлечь мебель и технику из квартир самостоятельно почти невозможно. Единственный способ — через окно — опасен.

После обвала спасатели МЧС соорудили шаткую временную лестницу, и жильцы поднимались по ней к квартирам, чтобы забрать необходимое. Примерно в середине января лестницу, чтобы не рисковать, убрали.

В середине января трубу в полуразрушенном доме прорвало. Почему там не отключили воду, неизвестно

Мария Д. из заблокированной квартиры оказалась в числе тех, кому ни жилье в маневренном фонде, ни компенсация не достались — потому что в ее с мужем собственности находится еще одна квартира, взятая в ипотеку. В этой не отремонтированной до конца квартире, как рассказала девушка «Бумаге», семья и ночевала в момент обрушения.

В середине января бывшие соседи Марии написали ей, что в её квартире прорвало трубу. Оказалось, что в этой части дома ни коммунальщики, ни МЧС не отключили воду, квартиры залило и они быстро заледенели на морозе. Только после этого происшествия администрация района разрешила Марии подняться в квартиру.

Мария Д.

бывшая жительница дома на Гороховой, 73

— В мусорных ведрах везде была вода. Душевая была полностью разбита, а газовая плита свернута. У соседей вся кровать была мокрая, когда мы подняли матрас, с него полилось. У нас протечки были не так заметны — воду задерживали натяжные потолки. Была залита только кухня.

Жильцы дома, с которыми поговорила «Бумага», считают, что прорыв трубы не был случайностью: чиновникам спокойнее, если имущество в оставшихся квартирах разрушится, и люди не будут пытаться в них попасть, рискуя получить травмы. Доказательств этого нет.

Компенсировать Марии Д. стоимость жилья или испорченных водой вещей администрация отказалась. Чтобы получить хоть что-то, нужно, чтобы дом официально признали аварийным.

Девушка жалуется, что сейчас ей сложно выплачивать ипотеку за квартиру, куда ей пришлось переехать. В тот же день, когда она узнала про потоп, сгорел склад Wildberries, где Мария работала, и она лишилась дохода.

Жильцы уцелевших подъездов и соседнего дома живут в ожидании нового обрушения

СМИ писали, что уцелевшие три подъезда дома на Гороховой, 73 расселили сразу после обрушения — жильцов разместили в гостиницах и пообещали оказать материальную помощь. Позже эти жители вернулись домой. Об этом «Бумаге» рассказали их соседи из пострадавшей части дома. Информацию подтвердили в администрации Адмиралтейского района, уточнив, что речь идет о первом, втором и третьем подъездах и что жильцам «оказана вся необходимая помощь».

Никто из этих людей не согласился ответить на вопросы «Бумаги». Покинувшие дом жители утверждают, что перекос оставшейся части дома и его отклонение от дома 71, к которому он раньше плотно примыкал, видно невооруженным глазом. Они предполагают, что их соседи не жалуются, потому что им пообещали выкупить их квартиры.

Кроме этого, после обвала флигеля в конце декабря на пять дней расселили соседний дом на Гороховой, 71. Но когда руины разобрали, жильцам соседнего дома разрешили вернуться.

При этом, как рассказал «Бумаге» председатель совета дома на Гороховой, 71, жители опасаются, что история повторится — плотно прилегающий корпус дома 73 с тремя парадными всё же рухнет и повредит их дом.

Как пережить сложные времена? Вместе 💪

Поддержите нашу работу — а мы поможем искать решения там, где кажется, что их нет

Что еще почитать:

• «Предложили маневренный фонд с крысами и черной плесенью». Жители рухнувшего дома на Гороховой — о том, как чиновники их расселяли
• Жильцы рухнувшего дома на Гороховой годами добивались аварийного статуса и компенсаций. Вместо этого их расселяли в маневренный фонд

Фото обложки: читатель «Бумаги»