«Здесь живут люди, а травят, как тараканов»

Вернуть чистый воздух в Братск не помог даже федеральный проект на 26,5 млрд рублей

«В последние дни января в Братске стояла жуткая вонь и белый смог. Тошнота, головокружение, явные признаки отравления. Видно невооруженным взглядом, что этот смог — выбросы с предприятий. Конечно же, местные органы напишут на бумаге, что превышений нет и фильтры по очистке воздуха работают. Но на деле это не так. Здесь все-таки живут люди, а травят как тараканов», — такие обращения отправляют братчане в приемную президента на пятый год участия их города в федеральном проекте «Чистый воздух».

Благодаря «Чистому воздуху» Братск с 2019 года получил более 26,5 млрд рублей. На эти деньги, по официальным данным, произведена модернизация очистных сооружений на местных предприятиях: алюминиевом и целлюлозно-бумажном заводах, на заводе ферросплавов, отремонтированы теплоэлектростанции, а сотни домовладений в городе газифицированы и больше не нуждаются в отапливании за счет угля. Вкупе, согласно программе, это должно было к 2024 году сократить выбросы на 20%, а от отдельных источников — в 4 раза.

Но жители Братска утверждают, что все не совсем так: по их словам, местные чиновники и сотрудники контролирующих органов просто поступают хитрее, чем раньше, якобы проводя замеры содержания вредных веществ в воздухе до того, как предприятия произведут основные выбросы. И подтверждают свою позицию ответами от Роспотребнадзора, указывая на странную путаницу: согласно ответам, нарушений по выбросам у местных заводов нет, но предельно допустимые концентрации (ПДК) вредных веществ в воздухе оказываются регулярно превышены.

«Смола» разбиралась, как и с кем братчане борются за право на чистый воздух.

Градоразрушающие предприятия

— Наши крупнейшие комбинаты — это «Братский алюминиевый завод» (БрАЗ) и «Братский лесопромышленный комплекс» (БЛПК), который находится фактически в черте города, — объясняет активистка Елена Кутергина. — И вот эти два огромнейших производства чадят на головы горожан с 60-х годов. Конечно, были какие-то модернизации, но качественного изменения нет.

— Я успел поработать инженером на площадках обоих предприятий и видел все нарушения своими глазами, — подтверждает братчанин Анатолий Шаманский. — Из 26 газоочисток, запроектированных мною на БрАЗе в 2007 году, построены 11.

Братский алюминиевый завод. Фото из соцсетей

БрАЗ и БЛПК любят называть градообразующими предприятиями, уверяя, что без них город умрет, потому надо им все прощать. Однако на них работают лишь около 6 000 сотрудников в городе с населением 220 000 человек, не более 5%. Так что это скорее градоразрушающие предприятия — из Братска огромный отток населения из-за экологической ситуации.

БрАЗ, на котором проектировал газоочистки Анатолий Шаманский, производит около 30% всего алюминия в России. Это один из крупнейших в стране металлургических заводов — только в 2022 году он выпустил более ста миллионов тонн товарного алюминия. БрАЗ принадлежит одному из мировых лидеров отрасли — группе компаний «Русал», главным бенефициаром которой является миллиардер Олег Дерипаска.

«Братский лесопромышленный комплекс», второй крупнейший загрязнитель в городе, производит 35% российской целлюлозы. По итогам 2021 года выручка предприятия составила 180,3 млрд рублей, а стоимость активов оценивалась в 106 млрд. С 1997 года БЛПК входит в состав группы «Илим», лидера целлюлозно-бумажной промышленности России. Учредители «Илима» — миллиардеры братья Борис и Михаил Зингаревичи и их компаньон Захар Смушкин.

— Группа «Илим» в 2013 провела масштабную модернизацию и пообещала убрать дурнопахнущие газы. Но фактически она только увеличила мощности БЛПК, по нашим прикидкам, с 720 тыс тонн до 1,3 млн тонн, — жалуется Елена Кутергина. — И выбросы никуда не делись. <…> Но люди не хотят жить как затравленные тараканы. У нас очень большие группы в социальных сетях, в сумме около 100 тысяч подписчиков. Мы размещаем там наши шаблоны заявлений, и люди просто долбят [чиновников]. На последнюю горячую линию природоохранной прокуратуры за день 50 человек позвонило.

Не очень чистый воздух

Решением экологических проблем Братска должен был стать федеральный проект «Чистый воздух». Он направлен на улучшение экологической обстановки и снижение выбросов загрязняющих веществ. Среди заявленных задач — снижение выбросов в городах-участниках не менее, чем на 20%, к 2024 году, а к 2030 году — в два раза.

Братск попал в «Чистый воздух» с самого запуска программы в 2019 году. Это значит, что чиновники признали его одним из 12 наиболее загрязненных городов в стране. А уже зимой 2020-го в городе произошла сильнейшая волна выбросов, которую мэр города Сергей Серебренников окрестил «туманами». После нее, как объясняет Елена Кутергина, жители и задумались о влиянии заводов на их благополучие.

Сегодня в Братске Роспотребнадзором регулярно фиксируется превышение по бензапирену, формальдегиду, гидроксибензолу и ряду других веществ. Бензапирен — это канцероген, который опасен для человека даже в маленькой концентрации. А формальдегид и гидроксибензол влияют на бронхолегочную систему и даже при небольшой концентрации в воздухе вызывают раздражение кожных покровов и слизистых. Однако претензий к «Илиму» и «Русалу» у публикующего эту статистику Роспотребнадзора нет.

При этом заболеваемость хроническим бронхитом в городе в два раза выше, чем по области. Проблемы с кровью у братчан фиксируются в 1,3 раза чаще, чем по региону, с нервной системой — в 2,6 раза, с костно-мышечной системой — в 4,5 раза. Врачи прямо называют причиной загрязненный воздух.

В разговоре со «Смолой» местные подтверждают: проблем со здоровьем у них больше, чем у жителей области, — даже если не считать возникающие во время «туманов» головные боли.

— Это и психологически очень тяжелое существование, ты как будто бы находишься в общественном туалете. Режет глаза, першит в горле, очень распространены аллергические заболевания, в том числе астма. Я сама раньше долго жила в Иркутске, со здоровьем все было нормально. Но после десяти лет в Братске обострилось все, что связано с дыхательной системой. Синусит, гайморит. И так у очень многих, — объясняет Елена Кутергина. — А еще Братск — один из лидеров по заболеваниям раком. У нас медицинский мониторинг несколько лет назад проводился, риск заболевания в восемь раз выше, чем в городах без алюминиевого производства. К тому же, соседство с алюминиевым заводом [БрАЗ] — это большая нагрузка на опорно-двигательную систему. Кости от постоянного вдыхания фторидных соединений буквально разрушаются.

— Я сейчас работаю вахтовым методом в Забайкалье, но мои дочери живут в Братске. И у обеих разрушены зубы, что врачи связывают с выбросами фтора, — рассказывает Анатолий Шаманский. — Никаких компенсаций от завода получить мы не можем. Я неоднократно обращался с жалобами в прокуратуру, используя данные «Иркутского управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды». Требовал выявить виновных и привлечь к ответственности. Но на все получал отписки.

В январе 2024 администрация города заявила, что подведение итогов проекта «Чистый воздух» в Братске переносится на 2026 год. Сроки, по версии мэрии, изменили из-за закончившейся несколько лет назад пандемии коронавируса. При этом ранее глава Минприроды России Александр Козлов признавал, что причина — «новые экономические реалии».