Человек с ружьем

Вооруженные силы и спецслужбы: безграничное финансирование, аппаратные интриги и новые вызовы

Общее правило военной истории неизменно веками: всегда силовые органы всех стран и народов в период военных конфликтов получают дополнительное финансирование, полномочия и авторитет в народе. Россия в ходе СВО — не исключение.

Вооруженные силы страны помимо собственно армии включают в себя все вооруженные части различных силовых структур: отряды полиции муниципального подчинения, специальные подразделения Следственного комитета, МЧС и МВД. Если оценивать их состояние именно с точки зрения ведомств, то его можно охарактеризовать на конец 2023 года как превосходное. После периода адаптации к политической и экономической специфике СВО командование армии и руководство других силовых структур занялись максимальным усилением своих аппаратных позиций, административных и финансовых возможностей, которые резко возросли за эту пару лет.

Армия

В соответствии с двумя приказами Верховного главнокомандующего, продолжается формирование двух новых военных округов, отдельной армии, корпуса, ряда новых и вновь воссозданных соединений на европейской части России. Общее количество военнослужащих увеличивается с 1 013 628 (накануне СВО) до 1 320 000. С гражданскими должностями — 2 209 130. Поскольку денежное довольствие участников СВО (около 600 тыс. на декабрь 2024) начинается от 195 000 рублей в месяц и выше, то в руках МО ныне сосредоточены грандиозные суммы.

Дальнейшее расширение штатного состава после долгого периода обучения и слаживания новых соединений, по замыслу военно-политического руководства страны, призвано стать основой мощного стратегического резерва, который можно будет использовать для наступления в случае истощения ВСУ.

Развертывание ВПК в основном завершено. Суммы, которые в условиях резкого увеличения военного бюджета России проходят через руки руководства МО в этом направлении, также беспрецедентны. Тем более что помимо выплат всех типов в бюджетные расходы надо добавить строительство всех новых военных объектов, в т.ч. на Украине.

Контроль над процессом финансирования не утрачен, но сильно ослаблен из-за мер чрезвычайной секретности в области обороны.

Именно борьба за наличные зарплаты бойцов «Вагнера» подвигла Пригожина на противостояние с Шойгу и Герасимовым. Вкупе с выплатами по смерти и ранениям эти суммы оцениваются в десятки миллиардов рублей. Мятеж Пригожина стал самым важным событием года для всех вооруженных сил. Он нанес весомый ущерб авторитету высшего командования, поставил под вопрос принцип единоначалия прямо во время военных действий.

Была продемонстрирована ненадежность политической системы — муляжи институтов в виде судов, федеральных СМИ и парламентов хранили молчание в ожидании действий одного-единственного человека.

Кроме того, стало понятно, насколько серьезна степень искажения сигналов обратной связи в силовых органах и высшем политическом руководстве.

С самого начала СВО в армии начали развиваться неизбежные для любого большого военного конфликта кадровые процессы: например, ранжирование командующих по степени профессионализма. Составленный с 2012 года костяк преданной команды министра Шойгу начал размываться — среди генералов на фронте обнаружилось немало слабых командиров. Генералы, показавшие себя с лучшей стороны, стали приобретать авторитет в войсках, а команда Шойгу начала стремительно его терять. Опора команды министра — командиры бригад и выше, однако через год военных действий сформировался и пул генералов, не входивших в команду МО и Генштаба, которые рискнули обращаться в высшие органы военного управления, вплоть до Верховного главнокомандующего, через голову министра.

Интриги против новых авторитетов богаты и ждут в будущем своих сценаристов. И главным событием в кадровой борьбе, повторимся, стал как раз мятеж Пригожина, который всегда пытался привлечь в «Вагнер» все таланты. Но все разговоры записывались, и в ходе следствия МО и Генштаб постарались максимально дискредитировать многих набравших авторитет военнослужащих с новым взглядом на тактику и средства ведения СВО. Все эти следственные действия, допросы на полиграфе надолго отрывали порой ключевые фигуры с фронта. Проверялась не столько верность Верховному, сколько преданность министру.

На горизонте двух-трех ближайших лет СВО по-прежнему останется важнейшим фактором, влияющим на политическую стабильность России и государственную безопасность.

Консолидация общества вокруг фигуры президента остается. В армии зреют характеры, которые вернутся с СВО в качестве авторитетной силы.

Много калек и похоронок вернулось с фронта. Спустя два года в самых скромных и отдаленных провинциальных центрах люди уже понимают всю степень риска, на который пошел заключивший контракт земляк. Гибель и страдания военных всегда вызывают живой отклик, поэтому какое-то время после СВО они будут пользоваться поддержкой и уважением. Учитывая ипотеку и льготы, которые им предоставляет власть, ясно, что их не бросят, как афганцев, и максимально используют движение ветеранов в интересах государства. Но в эти процессы не будут включены асоциальные элементы. На сегодня общее количество заключенных на фронте оценивается в три десятка тысяч человек. Их влияние в армии невелико, хотя это, несомненно, весьма уважаемый на фронте контингент. Однако ставку на них в дальнейшем делать вряд ли будут.

Никаких признаков усталости граждан от СВО на основании информации, которую военные на фронте получают от близких, не просматривается.

Авторитет руководства МО и Генштаба в войсках пошатнулся, а с весны 2022 года оно потеряло в немалой степени и доверие Верховного, но, получив в руки огромные суммы и полномочия, старается не допускать фатальных просчетов, опирается на традиционное уважение большинства населения к армии в период военных действий.

Правоохранительные органы

Как и армия, получили дополнительное финансирование и — в качестве инструмента — экстраординарные законы, значительная часть которых не являются на самом деле законами. Это своеобразный охранительный адат. Главная задача прокуратуры, Следственного комитета, ФСБ и МВД — выявлять противников режима, поддерживать в этой среде баланс страха путем выборочного несоразмерного наказания. Одновременно необходимо поддерживать общественный порядок и в дополнение — бороться с украинской агентурой.

ФСБ

Главная особенность: впервые со времен замирения Чечни контрразведка столкнулась с реальным противником. Поскольку количество граждан Украины, въехавших в РФ, более 3 миллионов, социальную базу вербовки агентуры ГУР следует рассматривать как бездонную.

Поскольку ГУР ВСУ сделало важной частью своей деятельности организацию внесудебных убийств гражданских лиц в РФ и на присоединенных территориях, контрразведка и СК находятся в сложном положении. Многочисленные резонансные убийства (и покушения на убийство) и десятки осуществленных терактов и актов саботажа и диверсии в России, в том числе два подрыва стратегического Крымского моста, не были предотвращены. Но самое главное: длительный период органы пользовались таким доверием центральной власти, что постепенно сделали метод провокации краеугольным камнем своей работы и отчетности. И когда появился настоящий противник, никто теперь не может сказать,

сколько объявленных захватов диверсантов являются результатом реальной работы, а сколько — притянутыми за уши обстоятельствами. Настоящего независимого контроля над контрразведкой не было и не предвидится.

Кроме того, лично Путин не может не помнить просчеты спецслужб при планировании СВО. Таким образом, аппаратный вес и авторитет силовиков внутри элит, в правительстве и окружении Путина не может быть столь же высоким, как раньше. Парадокс: получив в виде чрезвычайных «законов» неограниченную власть над гражданами, силовики не получили, в отличие от армии и ВПК, крупных внутриполитических побед.

Отдельно надо оценивать ситуацию внутри МВД, его роль намного важнее для граждан, чем спецслужб. Провинциальный аппарат не получил, в отличие от армии, увеличения зарплат. В связи с дефицитом рабочей силы в других отраслях и ростом зарплат там же увеличился отток из низового звена. Скудные зарплаты — предмет непрерывных жалоб в ведомственных чатах. В целом положение МВД в ходе СВО скорее ухудшилось. При этом нагрузка в связи с миллионами беженцев и необходимостью исполнять те самые чрезвычайные «законы» увеличивается. Единственная реальная выгода для личного состава — бронь от призыва. МВД давно ждет своего реформатора, но, как считают эксперты, среди нынешних руководителей таких кандидатов нет.

Выборы президента РФ, по мнению опрошенных нами экспертов, никак на состояние вооруженных сил не повлияют. По мере продолжения СВО все сильнее будут видны ошибки в государственном строительстве в этой сфере, но это перспектива не ближайшего года. Состояние экономики позволяет силовикам пользоваться выгодами военного времени.

СВО была и останется главным фактором, влияющим на безопасность государства и общества в России, — ВПК, армия и другие силовые структуры будут развиваться опережающими темпами.

Сфере обороны будет посвящено все внимание власти. Внутренние процессы, выборы для нее вторичны. Впервые за десятилетия угроза действующей власти находится за границами страны и зависит от хода и результатов военных действий.

ОТ РЕДАКЦИИ
К сожалению, у нас нет возможности проанализировать положение дел в ВС РФ и других силовых структурах в полном объеме, поскольку многие аспекты их деятельности подпадают под охраняемую российским законом тайну, а разбор хода военных действий и их последствий неминуемо повлечет за собой возбуждение уголовного дела.

ВЕСЬ ДОКЛАД НА САЙТЕ «НОВОЙ ГАЗЕТЫ»

Илья Шуманов*. Что происходит с коррупцией в период СВО

Борис Грозовский. У России есть деньги, чтобы продолжать военные действия, но их становится меньше

Валерий Ширяев. Вооруженные силы и спецслужбы: безграничное финансирование, аппаратные интриги и новые вызовы

Василий Жарков. Внутренняя политика в России: модели развития, вызовы, цели и методы их достижения

Аркадий Дубнов. Заморозки на внешнеполитических фронтах, коллективный Запад и Глобальный Юг

Елена Панфилова. Зачем мы выпустили этот доклад

• Листайте доклад целиком в PDF-версии — тут.

• Поддержите «Новую газету»! Без наших соучастников этого доклада не было бы.