«Суд истории» вместо суда?

30 лет геноциду в Руанде. Франция и союзники могли его остановить, «но у них не хватило воли»?

7 апреля исполнилось 30 лет с момента начала одной из самых чудовищных катастроф XX века — геноцида в Руанде, жертвами которого за 100 дней стало не меньше 800 000 человек. Почти все погибшие были представителями народа тутси, убивали их представители народа хуту. И делали это при бездействии ООН и всего мирового сообщества, начиная с Франции, которая долгие годы поддерживала руандийский режим и, как не устают повторять ассоциации жертв, могла остановить массовое убийство и до его начала, и после.

Но не останавливала больше трех месяцев, еще и обстреливая наступающие войска тутси из Руандийского патриотического фронта во главе с нынешним президентом страны Полем Кагаме (фронт позднее тоже «прославился» безжалостностью). «Мировое сообщество нас бросило» — сказал Кагаме на церемонии памяти в руандийской столице 7 апреля 2024 года. Макрон записал видео: сказал, что обращается к руандийцам в «жестокий день вашей и нашей истории», но не сказал анонсированных его пресс-службой слов о том, что Франция и партнеры могли предотвратить трагедию.

От врачей до вдовы президента: Франции есть кого судить

На церемонию Макрон не поехал, несмотря на приглашение президента Кагаме. И отправил в Кигали, столицу 13-миллионной страны, делегацию во главе с министром иностранных дел Стефаном Сежурне, а также госсекретарем по морским делам и биоразнообразию Эрве Бервилем. Бервиль родился в Руанде, но был эвакуирован из страны в четырехлетнем возрасте французскими военными в самом начале геноцида. Потерявший родителей еще до этой бойни мальчик был усыновлен во Франции.

Бервиля (тогда депутата) уже отправляли в качестве главного посланника президента Макрона на церемонию к 25-летию трагедии в 2019-м, и то был первый случай полноценного присутствия представителя французской власти на этих мероприятиях*.

Его отправка на церемонию — и тогда и сейчас — должна была напомнить: французская армия не только бездействовала или помогала властям-хуту, но и спасала жертв геноцида. Делала это, конечно, в плачевных объемах — например, в ходе операции по эвакуации французов и местных жителей, которая длилась первую неделю трагедии, было вывезено 1400 человек.

Отношения Парижа и Кигали оставались крайне напряженными почти все это время — вплоть до разрыва дипотношений в 2006–2009 годах, а в 2015–2021 годах Франция не была представлена в Руанде на уровне посла.

При этом Макрон, надо отдать ему должное, стал первым президентом Франции, признавшим ответственность французов за трагедию.

Это произошло в мае 2021-го в Руанде, после того как созданная им комиссия во главе с историком Венсаном Дюклером (которой была поручена «фундаментальная работа по изучению всех французских архивов, касающихся Руанды, за 1990–1994 годы»), представила свой доклад. Согласно докладу, Франция несет «тяжелую и удручающую ответственность», а президент Франсуа Миттеран и его окружение проявили «слепоту» перед лицом геноцидного «дрейфа» правительства хуту, которое Париж поддерживал.

Помимо признания ответственности, были сделаны еще кое-какие шаги.

• В 2021-м, после возвращения французского посла, в Руанду вернулось и Французское агентство развития. Макрон тогда же взял обязательство довести финансовую помощь от агентства руандийцам до «беспрецедентного уровня».

• В 2023-м, в очередную годовщину трагедии, Елисейский дворец объявил, что в центре Парижа, неподалеку от здания МИДа, установят памятник жертвам этого геноцида (до этого в городе уже был «памятный сад» на юге и стела на кладбище Пер-Лашез).

• Кроме того, французские власти отдали под суд нескольких виновных.

В 2020 году в ближайшем парижском пригороде задержали Фелисьена Кабугу, президента печально знаменитой радиостанции RTLM — ключевого органа пропаганды геноцида. Как ему удавалось скрываться четверть века — большой вопрос, тем более что арестовали его уже в том возрасте, который в итоге не позволил суду в Гааге вынести приговор: в 2023-м судьи признали Кабугу находящимся в «состоянии сосудистой деменции». В том же 2023-м парижский суд дал пожизненное бывшему руандийскому жандарму, а затем 24 года — бывшему врачу, виновному в создании банды, чьим «занятием» стало массовое истребление людей из народа тутси (хуту называли их «тараканами»). Во Франции врач с 1994 года и до пенсии больше 20 лет работал по специальности. При этом заявление о преступлении в его отношении было подано в 1995-м, а обвинение было выдвинуто лишь в 2018-м. В сентябре этого года ожидается суд еще над одним врачом, руководившим операциями по массовому захоронению тел. Но это будет всего лишь восьмой суд в стране за все годы.

При этом

во Франции, согласно данным ассоциаций жертв, до сих пор живет около сотни людей, подозреваемых в участии в геноциде, включая вдову президента** Жювеналя Хабиариманы, чье убийство в теракте и стало для правящей «элиты»-хуту поводом к давно готовившемуся истреблению народа тутси.

А вывезли Агату Хабиариману (а также большую часть правительства) из Руанды в июле 1994-го французские военные по указанию Миттерана — как раз в тот день, когда в Кигали вошли войска Руандийского патриотического фронта во главе с нынешним президентом Кагаме. Дело по заявлению в отношении Хабиариманы тянется 17 лет, сейчас ей 81.

Суд истории вместо суда?

При этом в ходе первого и единственного визита Макрона в Руанду президент Кагаме продемонстрировал, что готов (в отличие от ассоциаций пострадавших) удовлетвориться словами французского президента об «ответственности Франции».

Хотя раньше называл Францию «соучастницей». Макрон «соучастие» отверг.

«Его слова имели большую цену, чем извинения, они были правдой», — тем не менее сказал президент Руанды, отметив «огромное мужество» «своего друга» Эммануэля Макрона.

Перед нынешней круглой датой, в четверг 4 апреля, Елисейский дворец приписал Макрону совсем уж смелое по этим меркам заявление. Пресс-служба дворца заявила:

президент считает, что Франция «могла остановить геноцид вместе со своими западными и африканскими союзниками», «но не проявила для этого воли».

Елисейский заявил также, что в годовщину трагедии, 7 апреля, президент опубликует специальное видеообращение.

Это позволило представителям ассоциаций сделать заявления о том, что «это новый важный шаг», и о том, что, может быть, это приблизит выплату ожидаемых пострадавшими компенсаций и «разблокирует дорогу» в суд для военных и сотрудников администрации Миттерана, принимавших решения в те дни (иск «против Х» подали во французский суд в 2005 году шестеро выживших из руандийского региона Бисесеро, Международная федерация за права человека и ассоциация Survie; «событие преступления», на которое они ссылаются, — бездействие французских военных в конце июня 1994 гожа, когда они три дня не вмешивались в совершаемую рядом резню, несмотря на мольбы людей о спасении. В докладе Дюклера эти события были названы «человеческой драмой» и «глубоким провалом» Франции).

«В этом году в свете исторических работ и архивов, открытых президентом, он, по сути, сделал еще один шаг, направленный на признание того, что (…) мы могли иметь возможности совместно с международным сообществом предотвратить этот геноцид», — прокомментировал слова Елисейского дворца упомянутый выше Эрве Бервиль, французский министр — выходец из Руанды. И оценил, что сближение между Парижем и Кигали «стало бесповоротным».

Но в опубликованном в воскресенье видеопослании Макрона не было анонсированных слов о том, что Франция и партнеры «могли избежать» трагедии, ничего не было и про «волю».

Макрон сказал, что обращается к руандийцам в «жестокий день вашей и, отважусь ли сказать, нашей истории» и что «Франция берет на себя всё и именно в тех терминах, которые я использовал 27 мая 2021 года» (то есть «признал ответственность»). «У меня нет слов, которые я мог бы добавить, нет слов, которые я мог бы выбросить из того, что я сказал вам в тот день», — заявил он и поблагодарил президента Кагаме «за то, как он принял» те слова 2021 года и, «сделав это, тем самым открыл новую страницу» отношений двух стран. «Прошлое должно быть обнародовано, оно должно анализироваться и изучаться нашими историками в наилучших условиях… Эта миссия продолжается…»

Из послания можно сделать простой вывод: будем вспоминать о трагедии, но не будем особенно ворошить, пусть специалисты потихоньку себе делают «историографическую работу», а мы давайте смотреть вперед и развивать взаимовыгодные деловые отношения (глава французского МИДа сейчас привез очередные «подарки» — дорожную карту, предусматривающую инвестиции Франции в размере 400 миллионов евро на период 2024–2028 годов, а также авиационное соглашение по увеличению числа прямых рейсов между двумя странами).

Этот вывод прямо подтвердил назначенный президентом историк Венсан Дюклер. «Эммануэль Макрон и его руандийский коллега Поль Кагаме сделали выбор в пользу суда истории», — сказал Дюклер в интервью RFI.

«Комиссия Дюклера получила целый ряд документов, которые, как считается, не могут быть переданы в суд… Историкам дается больше, чем судьям, которым поручено бороться с безнаказанностью, добиваться справедливости для жертв, добиваться правды», — возмущался в свою очередь на пресс-конференции в Париже президент Лиги прав человека Патрик Бодуэн.

***

«Именно международное сообщество подвело всех нас, будь то из-за презрения или из-за трусости», — сказал во время церемонии к 30-летию трагедии президент Поль Кагаме, выступая перед несколькими тысячами человек на BK Arena, ультрасовременном многофункциональном зале в столице Кигали. Добавил: «Никто, никто, даже Африканский Союз, не может извиниться за свое бездействие перед лицом хроники объявленного геноцида. Давайте наберемся смелости признать это…»

На церемонии присутствовал и Билл Клинтон. Именно он был президентом США в момент руандийской резни. И тогда американцы отказались послать свой контингент в Руанду — на фоне того, что годом ранее 18 американских солдат погибли в Сомали.

• В 1998 году от имени Соединенных Штатов Клинтон выразил неоднозначное сожаление: «Международное сообщество наряду с африканскими странами также должно нести свою долю ответственности. Мы не отреагировали достаточно быстро после того, как началось убийство. Мы не сразу назвали эти преступления их правильным названием: геноцид».

• В 2000 году бельгийский премьер-министр Ги Верхофстадт высказался яснее, напоминает AFP: «Я беру на себя перед вами ответственность за свою страну, за бельгийские политические и военные власти, и от имени моей страны я прошу у вас прощения за это».

До сих пор ни одна страна, кроме Бельгии, не принесла официальных извинений. Притом что, например,

во время «голосования позора» 21 апреля 1994 года в Нью-Йорке все 15 стран-членов Совета Безопасности ООН (включая Россию) единогласно приняли решение о выводе из Руанды почти всех миротворцев. В это время в Руанде шел 15-й день массового истребления людей.

сноски

* В 2004 году, в 10-ю годовщину трагедии, Рено Мюзелье, государственный секретарь по иностранным делам, направленный Жаком Шираком, покинул памятные мероприятия из-за высказываний Поля Кагаме о Франции, которую он критиковал за то, что она «остается там без извинений». В 2008 году на памятных мероприятиях должна была присутствовать Рама Яде, государственный секретарь по правам человека при Николя Саркози, но ее поездка была отменена незадолго до… То же самое произошло с Кристиан Тобира, министром юстиции при Франсуа Олланде, в 2014 году.

В феврале 2010 года Николя Саркози стал первым главой французского государства, посетившим Руанду после геноцида.

** На самом деле — диктатора: к 1994-му, году своей гибели, он удерживал захваченную в ходе госпереворота власть более 30 лет. Что касается живых виновников геноцида, то еще как минимум несколько их сотен до сих пор обитает в соседних странах Африки.