«И беременную избивал, и при ребёнке»: краснодарку похитили из шелтера для жертв домашнего насилия

Рита Логинова 17 мая 2024 |

Мария Смелая обратилась за помощью из-за побоев мужа. Но муж увёз её обратно.

Жительница Краснодарского края Мария Смелая обратилась в правозащитный проект «Кавказ без матери» из-за побоев и угроз мужа отобрать сына. Ей с ребёнком помогли скрыться в шелтере. Спустя два дня муж Марии по имени Чингизхан Шабазов и семья беглянки забрали их, попутно выбив там дверь и избив сотрудницу. Шабазов заявил «Вёрстке», что никто не вправе лезть в его семейные дела, «спасать от него его кровиночку» и что с женой всё в порядке — так теперь говорит и сама Мария. Но правозащитники уверены, что её жизнь в опасности.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Угрожает забрать ребёнка, угрожает зарезать её семью»

Жительница Краснодара Мария Смелая впервые обратилась за помощью 30 апреля. Об этом рассказала «Вёрстке» координаторка правозащитного проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко.

Сама Мария говорит, что ей 33 года, ребёнку нет и двух лет. Между ней и Чингизханом Шабазовым был заключён никахi. До свадьбы Шабазов был вхож в семью Смелой, сама она ездила знакомиться с его родственниками в Чечню, и они произвели на Марию хорошее впечатление.

«Она цыганка, он чеченец. Выйдя замуж, она обнаружила, что её муж садист, бухает, бьет её, — пересказывает слова Марии Лидия Михальченко. — Говорит о себе, что он вор в законе и угрожает забрать ребёнка, угрожает зарезать её семью».

Михальченко передала корреспондентке «Вёрстки» аудиосообщения и фотографии от Марии Смелой, в которых она рассказывает о жизни с Шабазовым и показывает синяки от побоев.

«Я с ним официально не расписывалась, а ребёнок на него записан. Он мог и беременную, и не беременную меня избивать при ребёнке, — рассказала Мария координаторке проекта “Кавказ без матери”. — Если бы он был нормальный отец, я, может быть, ему бы и дала ребёнка. Но он занимается не тем, чем надо. Он говорит: “Я тебя задушу, я вор в законе, меня все здесь знают. Я твою семью вырежу”. Он уже с ножом за мной гонялся».

После таких рассказов Михальченко договорилась с одним из шелтеров для жертв домашнего насилия за пределами Краснодара о том, что они примут Марию с ребёнком, и была готова помогать ей уехать от мужа ещё дальше. 7 мая Мария Смелая заселилась в приют. Но уже через два дня, в ночь на 9 мая, туда приехал её муж и неустановленные лица.

В шелтере, где скрывалась Мария, от комментариев «Вёрстке» отказались. При этом в инстаграм-аккаунте «АНО помощи мамам и детям Блаженной Ксении Петербургской», которая содержит шелтер, 11 мая появился пост о том, что они подверглись нападению. Так выяснилось, что Шабазов с сообщниками повредили дверь от уличных ворот и замки, избили одну из сотрудниц. Сотрудники шелтера обратились в полицию. «По делу работают. Отпечатки и побои сняты», — написали они в инстаграме.

В приюте уточнили, что за два года существования такое произошло с ними в первый раз и что находившаяся там девушка включила телефон, вопреки правилам безопасности. Нападавшие, вероятно, нашли её по геолокации.

«Насчёт мужа: он меня не избивал. Все ссорятся, все скандалят»

11 мая в краснодарских пабликах и СМИ появились комментарии и публикации от лица Марии Смелой. В частности, она писала, что «если бы муж её не забрал, она была бы уже за границей на панели».

«Я Мария Смелая, фотки мои без моего ведома выложили в сеть, со мной и ребенком все хорошо. Я поругалась с мужем уехала в Москву, он нас забрал, то что пишут это кливета, — якобы сообщила Мария паблику “Краснодар и край”. — Мой муж которому звонили провоцировали, моей маме говорили, что дочку не увидишь, не допускали связаться с родными мне людьми. Это все не правда удалите пост, из-за этого страдаю я и моя семья». Орфография и пунктуация сообщения сохранены.

Позже она записала видеообращение, в котором тоже заявила, что с ней всё хорошо и что она просила Михальченко удалить публикации о ней и её семье.

«У меня нету синяков на лице. Я с нейiсвязывалась после того, как я дома оказалась в Краснодаре, чтобы она убрала публикации, которые она ранее незаконно и без моего ведома выложила в соцсети. На меня сейчас открыта травля. Со мной всё хорошо, ребёнок мой рядом. Насчёт мужа: он меня не избивал. Все ссорятся, все скандалят, я это от злости сказала ему: “Ты не увидишь ребёнка!” Схватила ребёнка, сгоряча уехала в Москву. На данный момент я нахожусь в Краснодаре. Вот дом, вот моя мама сидит, вот мой ребёнок смотрит мультики. Все мы живы и здоровы».

И Лидия Михальченко, и сотрудники шелтера сомневаются, что Смелая говорит это по доброй воле и без давления со стороны Шабазова.

«Мария вышла на связь, сказав, что с ней всё хорошо, но так ли это? Насколько правдива информация? Мы не знаем! Семья Марии Смелой очерняет нас и рассказывает о том, что мы не приют, а секта и наши руководители — это люди, продающие женщин в рабство. Мы несколько лет даём крышу над головой женщинам и детям, бывали разные ситуации, но такая впервые, — говорится в посте “АНО помощи мамам и детям Блаженной Ксении Петербургской”. — У нас испорчены камеры, дверь не поддаётся восстановлению, женщины в панике, и мы вынуждены переселить их в другое место, так как их жизни как свидетелей под угрозой».

Михальченко, в свою очередь, говорит, что из этих публикаций следует, что Смелая хотя бы жива, но ведёт себя как «жертва абьюза — как по учебнику психологии».

В своих последних сообщениях Михальченко Смелая грозила правозащитнице самоубийством, если та «не уберёт публикации из интернета». Михальченко ответила Марии, что не может быть ответственна за решение другого взрослого человека, и в ответ услышала: «Я же кавказская девушка, я всё равно наложу на себя руки, я пойду повешусь и напишу заявление, что вы меня доводили до смерти», — цитирует Смелую Михальченко.

«В связи с этим я боюсь, что Шабазов может что-то сделать с ней, а потом скажет, что это было самоубийство или попытка суицида, если она выживет, — добавляет правозащитница. — То есть он уже приготовил объяснения, почему он не виноват».

По мнению правозащитницы, Шабазов — «опасный психопат» и запугивает окружающих. Он угрожал и самой Михальченко, в том числе изнасилованием. Эти аудио есть в распоряжении «Вёрстки». В них есть такие слова:

«Ты ебанашка, я всё сделаю, чтобы мы встретились. Тварь, блядь, за своего сына я загрызу. Я поеду туда, где ты живёшь. Увидимся, я тебе вопросы позадаю, никуда не денешься, — заявил Шабазов Лидии Михальченко. — Запомни одно, ты не правозащитник, ты аферистка, барыга. Ты можешь писать, куда хочешь, если бы ты была передо мной, я бы тебя заставил ответить за твои слова. Ты не человек, ты чёрт ходячий. Если у тебя дома есть мужчина, пусть со мной созвонится. Моего сына ты от меня спасаешь? Я за своего сына раком поставлю любого».

«Она всё выдумывает. Это всё её цыганская балалайка всем известная»

Корреспондентка «Вёрстки» попыталась связаться с Марией Смелой, но та не ответила на звонки и сообщения. Родственники Марии тоже не взяли трубку, но поговорить согласился сам Шабазов. Приводим наш разговор с ним с незначительными сокращениями.

— Алло, здравствуйте, Чингизхан, это вы? Меня зовут Рита, я журналистка. Про вас в новостях пишут, и я хотела уточнить, насколько это соответствует действительности.

— Подождите, подождите, я к журналистам не обращался.

— Вы не обращались, но коллеги пишут, что вы избивали жену и похитили её из шелтера. Я хочу спросить, так ли это.

— А вы переживаете за что-то?

— Работа у меня такая.

— Работа. Ко мне ваша работа никак не относится. Больше не звоните мне. С ними всё хорошо. Та женщина, Михальченко, которая об этом пишет, — это не журналист, это не правозащитник, это человек, который в клетку людей загоняет. В Армению, в Грузию отправляет людей. Еврейка, в Израиле.

Всё, что она пишет, [неправда]. Вон рядом моя жена, она от злости что-то сказала, и эта женщина, пользуясь моментом, это публикует.

— На фотографиях, которые ваша жена передала Михальченко, видно довольно тяжёлые побои.

— Послушайте. Эти побои не мои, во-первых. А во-вторых, моя жена всё объяснила. Она от злости всё это наговорила. Моя семья со мной рядом. Вы патриот, вы благотворительный фонд. Кто вы вообще?

— Я журналистка.

— А вы мне звоните, вы чем-то хотите помочь ей?

— Если её так сильно избивают, то человеку нужна помощь. Если вы не справляетесь с этим, может быть, нам ей помочь?

— Смотрите, очень мы нуждаемся в вашей помощи, у нас нет денег. Вы можете нам денег дать?

— Я же вам представилась, что я журналистка.

— Нет, помочь вы в чём хотите? У человека нет кушать, одеть, обуть нету. Вы можете помочь?

— Да, такое иногда случается.

— Вот именно. Сейчас очень остро. Вы можете скинуть деньги?

— А кто бил Марию, скажите, пожалуйста?

— Вы меня слышите или нет? Вы можете деньгами помочь или нет?

— Да, если Мария ко мне обратится лично, то обязательно помогу.

— Она вам сегодня же позвонит и попросит помощи, чтобы вы помогли деньгами.

— Так вы же очень богатый человек. Вы говорили Лидии Михальченко, что по 120 тысяч рублей на ребёнка тратите в месяц.

— Одеться надо, кушать надо. Вот, в чём помощь нужна. А ваша шляпа, она никому не интересна.

— А про побои вы ответите?

— Послушайте сюда. Есть родственники, есть муж, у неё всё хорошо, никаких проблем у неё нет. И ваша журналистская белиберда нам не нужна. У нас всё хорошо. Вы спите спокойно и разберитесь в своих семьях. Если вы хотите помочь, я вам объясню просто на будущее: есть инвалиды, есть дети бездомные, которые не видят, не слышат. Если вы им булку хлеба принесёте, <…> это будет ради Господа помощь, искренность, чистота. А то, что вы там на каналах хотите какие-то движения делать, деньги заработать на людях — это не людская работа.

— А Мария сейчас с вами?

— Конечно, семья со мной рядом. А где ей быть? Она в плену была. Я знаю, что они [Михальченко и сотрудники шелтера] ей говорили: «Убери телефон, ни с кем связь не поддерживай, мы тебе подготовим документы, куда хочешь тебя отправим»… Куда она [Михальченко] собралась моего ребёнка отправлять? С головой у неё всё хорошо? Я за своего ребёнка полмира загрызу. Пока моё сердце не остановится, я буду драться, резать, убивать за своего ребёнка. Вы чего попутали, что ли, рамсы?

Она почему имела право выслушать жену в одностороннем порядке, и мою семью в космос запустить, блядь? Почему она нормально не позвонила, не поинтересовалась у меня? Матери жены почему не позвонила, братьям, если она хотела правду услышать?

— Мария взрослый человек и сама приняла решение уйти от вас.

— Нет, смотрите, смотрите, если я прошу Лидию передать[моей жене, что я хочу её услышать, она хотя бы это передать должна была, правильно или нет? Или она должна полностью ограничить её от информации? А родной матери ответить: «Вы никогда её больше не увидите». Это как понимать?

— Шелтер, из которого вы Марию забрали, в плохом состоянии. Зачем вы там дверь выбивали?

— Какой дверь выбивали? Послушай сюда: мы зашли, её родная мать и её семья, мы свою семью забрали. Коротко и ясно. Пусть [Лидия] куда хочет идёт. Я жду любого её звонка. Плевать я хотел на это всё. До свидания!

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

Координаторка «Кавказа без матери» готовит заявление на Шабазова в Следственный комитет РФ — уже от своего имени.

«Я очень переживаю за Марию, — рассказала Лидия Михальченко “Вёрстке”. — Шелтер вынужден переехать из-за этого гада. Это всё, конечно, влияет и на меня: давление, мигрень. Угрозы физической расправы и изнасилованием — это не шутки. Я живу в Израиле, и Шабазов говорит, что у него тут друзья, поэтому нужно и в местную полицию информацию передавать, чтобы они меня защитили в случае чего».

По мнению Михальченко, только огласка даст реальный шанс на то, что Мария Смелая не будет убита или покалечена, пока к её ситуации приковано общественное внимание. Проект «Кавказ без матери» также потребовал у правоохранительных органов найти Марию Смелую и гарантировать ей и её сыну безопасность.

«Шабазов пытался меня запугать, но даже если я боюсь, я не молчу и не бездействую», — говорит Михальченко.

Напомним, ранее «Вёрстка» рассказывала о судьбах вывезенных из Донбасса в Россию сотен детей, писала о том, что журналистке, убившей мужа-абьюзера, нечем оплачивать адвоката — и запрещено общаться с детьми, разбиралась в том, как врачи в российских клиниках по методичкам отговаривают пациенток от аборта.

Обложка: Д. Д.

Поддержите «Вёрстку» — это важно и безопасно →