«Свободен и с деньгами». Чем займется Аркадий Волож после развода с «Яндексом»

На этой неделе Аркадий Волож превратился из владельца самой дорогой российской IT-компании в стартапера, который называет свой новый проект «baby company» и собирается им лично руководить. Удача, кажется, все еще на его стороне: за два года, пока Волож разводился с «Яндексом», выбирался из-под европейских санкций и пытался выторговать у российских властей возможность продолжать работать за рубежом, случился AI-бум. Благодаря ему Волож и уехавшие вслед за ним из России менеджеры и разработчики «Яндекса» рассчитывают построить новый бизнес. Он должен превратиться в такую же «золотую антилопу», какой четверть века назад стал для «Яндекса» поиск.

Baby company is born

На этой неделе официально закончилась двухлетняя эпопея по разделению активов «Яндекса». В понедельник российский «Яндекс» объявил, что его бывшая материнская компания, голландская Yandex N.V., наконец полностью вышла из состава акционеров группы. А уже во вторник сама Yandex N.V. рассказала о планах на будущее — теперь холдинг будет называться Nebius Group, а Аркадий Волож станет его CEO. Накануне The Bell, единственный из российских СМИ, пообщался с Воложем.

Спустя два с половиной года после начала войны и решения не возвращаться в Россию Волож, которому в феврале исполнилось 60 лет, выглядит энергичным и воодушевленным. От оперативного руководства «Яндексом» он отошел еще в 2014 году. Возвращаться к нему спустя столько лет страшно, признает Волож, но «надо запустить новую компанию».

«У Воложа сейчас просто вторая молодость, — говорит один из его знакомых. — Два года под санкциями он был в депрессии. А сейчас фонтанирует энергией и идеями».

Под санкциями Евросоюза Волож оказался через три месяца после начала войны. В обосновании санкций ЕС указал, что «Яндекс» продвигал российские государственные медиа и удалял контент с критикой Кремля. Через полчаса после введения санкций компания объявила, что Волож покидает все посты в «Яндексе».

В августе 2023 года Волож публично осудил нападение России на Украину, а через две недели после заявления попросил власти Евросоюза о снятии с него санкций. ЕС удовлетворил просьбу в марте 2024-го. Теперь Волож утверждает, что после проверки санкциями российский след ему никак не мешает: «Мы теперь белее чем просто европейская компания. На нас посмотрело столько глаз, что мы теперь святее папы римского».

Переговоры о разводе с «Яндексом» были тяжелыми и продолжались почти два года. Когда о сделке было все-таки объявлено, Волож написал своим знакомым, что наконец он и команда «свободны и с деньгами», чтобы начинать что-то новое, вспоминает другой собеседник, видевший обращение предпринимателя. «A new baby company is born», — писал он. В результате продажи «Яндекса» головная компания Yandex N.V. получила от российских покупателей около $2,5 млрд, часть из которых пойдет на выкуп акций тех акционеров, которые не захотят остаться в новой компании Воложа. Параметры выкупа пока неизвестны.

Все новое — хорошо забытое старое. И Nebius Group будет строиться на осколках нескольких бизнесов «Яндекса». Продавая российский бизнес новым инвесторам, Волож просил у Кремля забрать в свободное плавание четыре проекта компании: облачный бизнес, беспилотные авто, разметку данных для ИИ и образовательный проект для IT-специалистов. Переговорщиком он выбрал бывшего главу Счетной палаты Алексея Кудрина, который в обмен получил работу в «Яндексе» и пакет акций компании.

В итоге в Nebius Group войдет четыре бизнеса:

• Главный, подаривший название всему холдингу, — стартап Nebius AI (экс-«Яндекс.Облако»). Теперь компания делает облачные решения для AI и продает доступ к вычислительным мощностям AI-бизнесу.
• Кроме него, в холдинг вошли еще три «дочки»: проект для тренировки нейросетей Toloka AI (экс-«Толока»), edtech-платформа для подготовки IT-специалистов в США TripleTen (экс-«Яндекс.Практикум») и разработчик технологии беспилотного вождения Avride (экс-Yandex Self-Driving Group).
• Также у Nebius Group осталась крупная миноритарная доля в компании ClickHouse, отколовшемся от «Яндекса» разработчике системы управления базами данных с открытым исходным кодом.

Контролируется Nebius Group трастом семьи Воложа LASTAR Trust: ему сейчас принадлежит 15,5% экономической доли и 59,2% голосующей доли в холдинге. Еще 11% голосов у директоров, топ-менеджеров и сотрудников компании, говорится на ее сайте. На free float приходится 78% экономической доли и 29,8% голосующей.

Кому достался «Яндекс» после развода с Воложем

Российский бизнес у Воложа и Yandex N.V. выкупил консорциум, в который вошли топ-менеджеры «Яндекса» и четыре финансовых инвестора: принадлежащий «Лукойлу» фонд «Аргонавт», венчурный инвестор и покупатель My.Games Александр Чачава, владелец депозитария «Инфинитум» Павел Прасс и бывший топ-менеджер «Газпрома», а сейчас инвестор и предприниматель Александр Рязанов.

Что примечательно, никто из фактических покупателей, кроме «Лукойла», до объявления сделки не назывался в числе претендентов и в целом не был замечен в таких крупных сделках. Кто финансировал эту покупку и может скрываться за названными покупателями — неизвестно. Подробнее об этом мы рассказывали здесь, о том, как в Кремле искали «Яндексу» покупателей, — тут, а о том, при чем тут семья Ковальчуков, — тут.

AI-облако для самых маленьких

Безотносительно бизнес-идеи AI — идеальная маркетинговая обертка для любого бизнеса времен бума искусственного интеллекта в мире. При разделе бизнеса с «Яндексом» ни о каком AI речи, конечно, не шло. Из всех активов «Яндекса» «мы выбирали то, что по бизнес-модели было ориентировано на международные рынки», — объясняет Волож.

На облачный бизнес у Воложа изначально был совсем другой план, рассказывает собеседник The Bell, близкий к Nebius. После отсоединения от «Яндекса» компания хотела строить облака в разных странах — чтобы в каждом регионе был свой локальный сервис с локальной безопасностью. «К счастью, дела у того бизнеса шли не очень, так что сменить курс оказалось легко», — вспоминает он. В конце ноября 2022 года OpenAI запустила свой чат-бот ChatGPT — и в мире начался настоящий бум генеративных нейросетей. Nebius к тому моменту успела запустить первые пробные облачные проекты, но параллельно наблюдала за разворачивающимся AI-бумом и пыталась решить, как можно в нем поучаствовать.

Сам Волож историю рождения своего нового стартапа рассказывает вполне кинематографично: «В начале 2023 года я заболел ковидом, у меня была температура 40. А 6 января я проснулся, поговорил с командой, и мы поняли, какое место можем занять в этой новой истории».

«У меня лично ощущение, что AI — это не хайп, а всерьез и надолго. Примерно так же, как было с интернетом и поиском в 90-е: большое изменение, которое происходит раз в поколение», — рассуждает предприниматель. И под это изменение, по его словам, придется перестроить всю имеющуюся инфраструктуру.

«Мы создаем полнофункциональную инфраструктуру для обслуживания бурного роста мировой индустрии искусственного интеллекта, включая крупномасштабные кластеры графических процессоров, облачные платформы, а также инструменты и услуги для разработчиков», — говорится в релизе Nebius.

Основными клиентами Nebius должны стать AI-стартапы, которые вслед за крупнейшими игроками делают или собственные нейросети, или приложения на их основе. Им тоже нужно большое количество вычислительных мощностей, но получить их у крупнейших игроков на рынке — вроде Microsoft Azure или AWS — тяжело. Инфраструктура сейчас — главное бутылочное горлышко индустрии: всем не хватает дата-центров и электричества. «Мы постараемся быть для этих стартапов самой главной инфраструктурой. Мы сами вышли из бигтеха, но сейчас на морозе — так же как и они. Так что понимаем, с чем они имеют дело».

Именно Nebius должен стать для холдинга основной компанией с устойчивой бизнес-моделью — основной «кэш-генерящей» ногой, говорит Волож. Такой же, какой когда-то для «Яндекса» был поиск, из которого потом выросло все остальное.

Удачный поворот

В итоге Nebius не только сменил концепцию, но и стал главным проектом нового холдинга. Если остальные компании будут существовать как отдельные бизнес-юниты, — по сути «дочки» с собственным руководством — то за управление Nebius решил взяться лично Волож. Он станет CEO новой компании, а нынешний руководитель Nebius AI Роман Чернин займет должность коммерческого директора. Штаб-квартира группы будет в Амстердаме, где находится главный R&D-центр Nebius.

Главный актив Nebius — дата-центр в финском городе Мянтсяля, который «Яндекс» построил еще в 2014 году и использовал для работы своих зарубежных компаний. В 2022 году, после начала войны, он был отключен от электропитания, но в итоге заработал вновь.

В 2023 году на его базе Nebius запустил новый суперкомпьютер ISEG, названный так в честь умершего в 2013 году сооснователя «Яндекса» Ильи Сегаловича — 16-й по мощности в мире и, по утверждению самой компании, самый мощный из доступных коммерческих решений в ЕС. После сделки по разводу с Воложем дата-центр достался Nebius Group.

Финский дата-центр — энергоэффективный: его накладное энергопотребление, по данным компании, составляет всего 20% от среднемирового. Часть выделенного тепла центр использует для отопления Мянтсяля. Но самое важное, что дата-центр оказался сразу готов для того, чтобы запускать новый бизнес Nebius, говорит собеседник The Bell в компании: «Нам нужно было докупить чипы Nvidia, но сам дата-центр можно было использовать без изменений».

Второй по важности фактор — налаженные связи с Nvidia, чья продукция из-за AI-бума оказалась в страшном дефиците. «Яндекс» еще до начала войны был крупнейшим в Европе покупателем чипов американского техногиганта, утверждает собеседник The Bell в компании. Эти связи «по наследству» отошли и новому холдингу: благодаря этому «Nebius пользуется льготным доступом к новейшим и самым мощным графическим процессорам и может приобретать их даже на дефицитных рынках».

Третья причина — 400 инженеров с опытом разработки AI, создания облачных сервисов и инфраструктуры для них, перешедших в новую компанию из «Яндекса». А всего за два с половиной года после начала войны «на сторону» Воложа решило перейти больше тысячи сотрудников компании, уехавших из России. В 2024 году Yandex N.V. отчитывался о штате в 1300 сотрудников. Всего до начала войны в «Яндексе» работала 21 тысяча человек.

Что дальше

Сейчас Nebius предстоит искать миллиардные инвестиции для аренды и строительства новых дата-центров, а также закупки железа, говорят два собеседника The Bell в холдинге.

Но, помимо облака для ИИ, у нового холдинга остается еще три бизнеса: Avride, Toloka AI и TripleTen. Об их перспективах пока известно сильно меньше. В сегодняшнем релизе каждой из этих компаний отводится буквально по строчке. Каждая из них будет существовать достаточно автономно от материнской компании и в перспективе будет привлекать собственных стратегических инвесторов и партнеров со стороны, говорят трое собеседников The Bell в компании. В них Nebius готов будет уступать партнерам и контрольные пакеты — так же как это было в случае со стартапом ClickHouse, в котором у компании Воложа осталась крупная, но миноритарная доля.

Однако, с какой вероятностью стартапам Воложа удастся найти новых партнеров, пока не ясно. Если бизнес TripleTen в США, по словам собеседников The Bell, чувствует себя достаточно комфортно, а Toloka не нуждается в крупных инвестициях, то для развития беспилотников Avride придется искать не только новых акционеров, но и партнера в автопроме. Прямо накануне войны Yandex Self-Driving Group практически нашла такого партнера: как писал The Bell, компания 15 февраля 2022 года подписала договор о намерениях с южнокорейской Hyundai, но эти планы рухнули 24 февраля. Удастся ли им найти нового партнера и нагнать конкурентов, чьи беспилотные авто за последние два с половиной года намотали не один миллион километров, большой вопрос.