Оригинал материала
«Когда у меня есть проблема, я звоню Марко и он ее решает»
Как Марко Рубио, который работает одновременно на четырех (!) работах, стал главным человеком в США после Трампа
«Когда у меня есть проблема — я звоню Марко и он ее решает», — говорит президент Трамп о госсекретаре Марко Рубио. Марко Рубио — не просто лицо американской внешней политики, но и двигатель самых важных международных инициатив Трампа, особенно в миротворческих вопросах, связанных с Украиной, сектором Газа и конфликтом между Пакистаном и Индией.
В начале мая 53-летний кубиноамериканец Рубио стал вторым человеком в истории США после легендарного Генри Киссинджера, занимающим одновременно пост госсекретаря и советника президента по национальной безопасности. Но на этом обязанности Рубио не заканчиваются: у него есть еще две полноценные работы. Специально для «Медузы» американист и политолог Сергей Жданов рассказывает, как Рубио стал одним из самых влиятельных политиков в команде Трампа.
Аудиоверсию этого текста слушайте на «Радио Медуза»
Чем вообще занимается Рубио?
«Когда я присоединялся к администрации [Трампа], мне сказали, что одна из наших целей — увеличение эффективности правительства. И в мои обязанности будет входить консолидация: например, можно ли взять четыре работы и отдать их все одному человеку? Я сказал, что это отличная идея, так и надо сделать. Я и не подозревал, что они имели в виду именно меня», — рассказал Рубио в начале мая, получая награду от союза латиноамериканских конгрессменов за пожизненные заслуги в сфере лидерства.
Основная работа Рубио — государственный секретарь США. Это американский аналог министра иностранных дел, но с большим политическим весом в вопросах как внешней, так и внутренней политики. В частности, госсекретарь — четвертый человек в порядке преемственности президента США и третий человек в иерархии исполнительной власти США.
Госсекретарь также самый высокопоставленный чиновник, которого назначает президент, а не избирает народ. Правда, после назначения его кандидатуру должен одобрить сенат. Рубио стал единственным из более чем двух десятков чиновников от Трампа, чью кандидатуру сенат одобрил единогласно.
Уже в первый срок Трампа Рубио был одним из его самых активных неофициальных советников по внешней политике — его даже называли «госсекретарем по Латинской Америке». Так что это назначение стало логичным продолжением отношений между Трампом и Рубио и чем-то вроде утешительного приза за то, что Рубио не получил место вице-президента, на которое претендовал в гонке-2024.
Уже через две недели после вступления в должность госсекретаря обязанности Рубио расширились ролью администратора Агентства США по международному развитию. Так как это агентство отвечает за предоставление международной помощи, его слияние с Государственным департаментом под руководством Рубио вполне логично вписывалось в намеченную Трампом оптимизацию правительства.
Дональд Трамп называл агентство «радикально левыми лунатиками», которые на деньги налогоплательщиков работают против него лично и против «интересов Америки». На фоне таких заявлений USAID стал одной из первых целей для кардинальных сокращений под руководством Департамента государственной эффективности (DOGE), возглавляемого миллиардером Илоном Маском. Вероятно, это наименее сложная для Рубио должность, потому что по факту он руководит лишь остатками USAID, который к июлю должен передать все оставшиеся функции Госдепу и перестать существовать.
В середине февраля к двум ролям Рубио прибавилась еще и должность архивиста США — главного администратора Национального управления архивов и документации (NARA). Эта в целом непримечательная работа с архивами документов в случае с президентом Трампом сильно нагружена политически.
Именно деятельность NARA стала причиной одного из уголовных дел против Трампа в 2023 году. Тогда архивисты обнаружили, что во время первого президентства Трамп брал засекреченные документы домой и не все из них вернул, покинув должность. Дело закрыли в 2024-м, но Трамп в первый же месяц президентства уволил архивистку, которая участвовала в организации дела против него, и поставил на это место лояльного себе Рубио.
Критики Рубио указывают на конфликт интересов: в качестве главы NARA Рубио должен следить, чтобы работа всех чиновников была отражена в документах и сохранялась в архивах — это касается и чиновничьих нарушений. Однако роль архивиста позволяет Рубио «подчищать» данные о собственной работе в качестве госсекретаря и не сохранять в архивах информацию о потенциальных нарушениях закона.
Именно из-за конфликта интересов Рубио стал фигурантом судебного иска, в котором его обвиняют в уничтожении документов о работе управляемого им же USAID. Позже Рубио оказался вовлечен еще в одно судебное разбирательство: члены администрации Трампа использовали исчезающие сообщения в чате Signal, чтобы обсуждать военные удары по йеменским хуситам (этот скандал получил название «сигналгейт»). По такому же принципу Рубио обвиняли, что он прикрывает работу DOGE, сотрудники которого используют исчезающие сообщения и онлайн-документы, которые не отображаются в архиве.
Четвертая должность, советник по национальной безопасности, главная обязанность которого — формировать военную политику президента, перешла к Рубио как раз на фоне «сигналгейта». Он сменил на этом посту Майка Уолца, ведь именно тот случайно добавил американского журналиста в секретный чат с обсуждением будущих боевых действий.
Рубио, десять лет активно участвовавший в комитете сената по разведке и в качестве госсекретаря вовлеченный во все крупные переговорные процессы вокруг войн, стал, с точки зрения администрации Трампа, логичной заменой Уолца. Однако сам факт, что это уже четвертая работа Рубио, показывает, что должность утратила свое былое значение и важность.
Рубио фальсифицировал свою биографию и начал карьеру в политике благодаря выходцам с Кубы
Марко Рубио родился в семье небогатых кубинских мигрантов Марио и Ориалес, и кубинские корни определили вектор его политической карьеры. Он сотни раз публично повторял историю, как его родители бежали от коммунистического диктатора Фиделя Кастро и он с молоком матери впитал ненависть к социализму и стремление к свободе. Что и сделало его в итоге республиканцем.
Со временем журналисты выяснили, что на самом деле родители Рубио получили право на постоянное место жительства в США за два с половиной года до прихода Кастро к власти, а дедушка Марко вскоре после прихода коммунистов вернулся на Кубу и стал там чиновником. В любом случае кубино-американская диаспора сыграла ключевую роль в его карьере.
Марко Рубио начинал как местный политик из Флориды — третьего по численности штата в США. Его карьера началась в 1990-х, когда Флорида еще была колеблющимся штатом, от которого зависел исход президентских выборов. В том числе благодаря усилиям Рубио в нулевых этот штат превратился в оплот республиканцев.
Рубио стажировался у республиканской конгрессвумен Илеаны Рос-Лейтинен, затем работал в юридической фирме у председателя Республиканской партии Флориды Ала Карденаса и, наконец, выиграл свои первые выборы на должность комиссара в городе Западный Майами благодаря поддержке мэра Ребекки Сосы. Все эти политики, помогавшие начинающему Рубио, были уроженцами Кубы.
Именно благодаря опоре на кубиноамериканцев 29-летний Рубио в 2000 году избрался в палату представителей штата Флорида. Так он вышел из местной политики Западного Майами (пригорода Майами) на уровень штата, где его основным союзником стал республиканский губернатор Джеб Буш — брат действующего на тот момент президента Джорджа Буша — младшего. В 2005 году, когда Рубио избрали уже спикером палаты представителей Флориды, Джеб Буш публично наградил его «мечом великого консервативного воина», подчеркнув значимость молодого кубиноамериканца для Республиканской партии.
Рубио хотел стать президентом, но проиграл Трампу
На фоне финансового кризиса 2008 года внутри Республиканской партии выделилось крыло правых популистов, называвших себя «движением чаепития» (Tea party movement). Они критиковали президента Буша-младшего и республиканский истеблишмент за помощь обанкротившимся банкам, а также выступали за снижение государственных трат и налогов и ужесточение борьбы с нелегальными мигрантами.
Марко Рубио быстро освоил риторику «движения чаепития» и стал одним из самых узнаваемых его членов во Флориде, что помогло ему в 2010-м выиграть выборы в сенат от штата и попасть уже в общенациональную политику.
В первые годы в сенате Рубио запомнился критикой президента Барака Обамы, в первую очередь за его слишком мягкую внешнюю политику. В частности, он критиковал Обаму за попытки перезагрузить отношения с Россией и Путиным, а затем и за отказ посылать летательную военную помощь Украине.
Вскоре после попадания в сенат Рубио настолько понравился избирателям и коллегам, что за ним закрепилось прозвище «латиноамериканский Обама», а журнал Time назвал его «республиканским спасителем». Все потому, что, хотя Рубио всегда позиционировал себя как республиканец, некоторые его взгляды, особенно касательно миграционной политики, вызывали симпатии у демократов. Окрыленный таким успехом, Рубио решил баллотироваться в президенты на выборах 2016 года.
«Оба моих родителя родились в бедных семьях на острове Куба. Они приехали в Америку, потому что считали, что это единственное место, где у таких людей, как они, есть шанс. Мой отец был барменом. И мое путешествие из задворков этого бара на эти выборы — для меня это и есть суть американской мечты», — говорил Рубио своим потенциальным избирателям.
Его оптимистичная кампания была больше похожа на две предыдущие кампании Барака Обамы, а не на пессимистическую кампанию с обещаниями «сделать Америку снова великой» Дональда Трампа. Именно Трамп стал главным оппонентом Рубио на публичных предвыборных дебатах среди республиканских кандидатов.
«Он все время называет меня Маленьким Марко. И я согласен — он выше меня. Но я не понимаю, почему при таком росте у него такие маленькие руки? Вы же знаете, что говорят про мужчин с маленькими руками? Им нельзя доверять» — этот выпад Рубио против Трампа стал одним из самых ярких моментов кампании. Будущему президенту пришлось многократно оправдываться, демонстрировать свои ладони и даже прямо утверждать, что с размером мужского достоинства у него все в порядке.
И хотя на уровне мемов, впервые игравших настолько важную роль на президентских выборах в США, Рубио достойно конкурировал с Трампом, на республиканских праймериз в родной для него Флориде он набрал всего 27% голосов по сравнению с 46% Трампа. Разочарование Рубио от проигрыша было настолько сильным, что он не только сразу снялся с выборов президента, но и заявил, что не собирается повторно баллотироваться в сенаторы. Однако за два дня до дедлайна он все же подал свою кандидатуру и успешно переизбрался.
Трамп стал работать с Рубио еще в 2017-м — в результате Марко полностью изменил взгляды
Президент Трамп и сенатор Рубио начали плотно сотрудничать уже в 2017 году, несмотря на ожесточенные дебаты и взаимные оскорбления во время избирательной кампании в 2016-м. Формально Рубио не занимал никакого поста в администрации Трампа, но де-факто стал его ключевым советником по Южной Америке, которой тот, правда, уделял не очень много внимания.
Особо ощутимо было влияние Рубио в вопросах Кубы: он выступал категорически против нормализации отношений США с коммунистическим режимом, начатой при президенте Обаме, а президент Трамп говорил Совету по национальной безопасности делать все, чтобы «Рубио был доволен».
На президентских выборах в 2020-м сенатор Рубио уже не выдвигал свою кандидатуру, так как опросы показывали, что у него нет шансов: за него проголосовало бы только 3% республиканцев. Хотя он продолжал стабильно выигрывать выборы в сенат, его шансы на президентство испарились после неудачного участия в выборах 2016 года.
Тем не менее как сенатор Рубио с каждым годом становился все более влиятельной фигурой. Он стабильно участвовал в двух комитетах сената: по разведке и по международным отношениям. Со временем Рубио стали прочить место лидера республиканцев в сенате. Также от поддержки Рубио во Флориде зависел успех любой президентской кампании — поэтому на выборах 2024-го Трамп обратился к нему за помощью.
«Американцы чувствуют, что наша нация находится в упадке. Нас не уважают за границей. Мы не процветаем дома. Зарплаты не успевают за ростом цен. Мужчины не работают. Семьи не растут. А молодые люди более, чем когда-либо, одиноки, изолированы и лишены надежды», — писал все более MAGA-ориентированный Рубио в статье в поддержку кандидатуры Трампа на выборах.
По ходу кампании Рубио постепенно отошел от традиционной для себя роли внешнеполитического ястреба, требовавшего жестких мер в адрес Китая, Ирана, Северной Кореи и России, и стал придерживаться более умеренных позиций трампистов, которые собирались «заключать сделки» и «заканчивать войны» в случае прихода к власти.
Так, если в начале полномасштабного вторжения РФ в Украину в 2022 году Рубио называл Путина «лжецом» и «убийцей», то под влиянием трампистов в начале 2024-го уже голосовал против пакета военной помощи Украине размером 95 миллиардов долларов, говорил, что возврат всех территорий нереалистичен, и настаивал на необходимости скорейшего окончания войны переговорами.
Рубио активно критикуют, говоря, что невозможно совмещать четыре должности. Тем не менее Трамп допускает, что Марко станет президентом
Сейчас Марко Рубио — один всего из нескольких чиновников администрации Трампа с позитивным рейтингом. Сегодня его деятельность одобряет на 4% больше американцев, чем осуждает, хотя еще в начале 2025-го этот показатель был 8%.
Рубио не просто стал членом команды Трампа — он один из его самых заметных апологетов. Марко сменил сочувствие и симпатию к мигрантам на поддержку жесткой антимиграционной политики Трампа и оправдание силовых депортаций «некоторых самых отвратительных людей» в страны «как можно дальше от Америки». Это привело к потере статуса «двухпартийного» политика, заработанного во время работы в сенате, и отвернуло от Рубио как демократов, так и традиционно поддерживавший его латиноамериканский электорат.
«Пересадка MAGA-мозга в голову Рубио завершена, — говорит сенатор-демократ Крис Ван Холлен. — Марко Рубио, рассуждающего о важности демократии и прав человека, о свободе слова как части внешней политики США, больше не существует».
Рекордные четыре должности Рубио вызывают много критики. «Совмещение должности госсекретаря и советника по национальной безопасности — это чересчур для одного человека, — говорит конгрессмен-демократ Джим Хаймс, — Людям на таких должностях вообще-то нужно и спать, чтобы мы не ввязывались в войны и все такое».
Также подвергают сомнению и конкретную работу Рубио на переговорах по поводу войны в Украине, и даже его деятельность в архиве. «Я не думаю, что архив может быть эффективным без архивиста», — говорит Дэвид Ферриро, который работал архивистом 13 лет. По его словам, Рубио впервые появился на работе в NARA только спустя примерно 100 дней после вступления в должность.
Все чаще звучат голоса сенаторов-демократов, которые публично каются, что проголосовали за его кандидатуру на пост госсекретаря, и обвиняют Рубио. «Я уже даже не злюсь на то, что вы помогаете этой администрации разрушить глобальное лидерство США, я просто разочарована, — заявила на публичных слушаниях сенаторка Джеки Роузен. — Хуже всего то, что вы остановили иностранную помощь, включая программы, которые вы раньше сами отстаивали, — вы сделали Америку менее безопасной, сильной и процветающей».
Вместе с тем трампизм Рубио делает его более популярным среди сторонников MAGA, которые до недавнего времени сомневались в его лояльности. Рубио стал посещать частные мероприятия, организованные идеологом MAGA Стивом Бэнноном, и даже советоваться с ним. Также Рубио смог наладить отношения с влиятельным в MAGA-кругах сыном президента Дональдом Трампом — младшим, который выступал против его кандидатуры на пост вице-президента во время выборов в 2024-м.
И что еще важнее: Рубио стал пользоваться стабильной и полной поддержкой самого президента. «Когда Трамп доверяет тебе, когда ты ему нравишься, он загружает тебя работой. Марко по уши загружен», — говорит источник издания Axios из Белого дома. Трамп также считает Рубио, наряду с вице-президентом Вэнсом, одним из главных кандидатов в президенты на выборах в 2028 году, хотя подчеркивает, что еще слишком рано говорить об этом.
Сергей Жданов