Всюду свой. Тайке Вайтити — 50 лет

Вот как он очаровал и Голливуд, и авторское кино, всюду воспевая аутсайдеров

16 августа Тайке Вайтити — новозеландскому актеру и режиссеру — исполнилось 50 лет. Это редкий пример кинематографиста, которого ценят и фанаты блокбастеров (он снял, в частности, двух «Торов»), и поклонники авторского кино (за сценарий к «Кролику Джоджо» он получил «Оскар»). По просьбе «Медузы» о его главных работах в кино рассказывает критик Антон Долин.

Чуть больше десяти лет назад меня занесло в Нью-Йорк на Хеллоуин. Любимый американский праздник смотрится особенно колоритно на деловитом Манхэттене: город перевоплощается в заколдованное королевство, фасады украшают чудовища и пугала, парад монстров торжественно пересекает остров. Друзья позвали отметить Хеллоуин в кинозал Линкольн-центра, где как раз планировалась премьера подходящего фильма.

Сражаясь с джетлагом, я невпопад хохотал над злоключениями героев самого необычного (а я видел сотни) кинематографического переосмысления вампирского мифа — бурлескного мокьюментари «Чем мы заняты в тени» (в России он вышел под позорным названием «Реальные упыри»).

Но настоящее шоу началось после показа. На сцену для беседы с критиком-модератором вышел герой картины — 379-летний вампир Виаго в соответствующем облачении. Сварливо и обстоятельно он жаловался на сложности собственной адаптации к современности, ни на секунду не выходя из образа. Так я впервые увидел Тайку Вайтити — артиста, продюсера, сценариста и режиссера этого малобюджетного, хулиганского и прорывного кино.

Блестящая картина о повседневной жизни древних вурдалаков осталась визитной карточкой и золотым стандартом для Тайки Вайтити. Хотя он снимал интересные фильмы и прежде, а Голливудом был замечен после — результатом того стала и работа на Marvel, и оскаровские успехи с «Кроликом Джоджо», и несколько удачных сериальных подрядов. Но так уж вышло, что «Чем мы заняты в тени» — кстати, тоже выросшие впоследствии в неординарный телесериал под продюсерским руководством Вайтити — лучше всего передал главный талант режиссера. Занимая позицию чудака-аутсайдера, он умеет одновременно растрогать и рассмешить аудиторию. Это же обусловило его промежуточную позицию: одной ногой в мейнстриме, другой — в пограничном, иногда рискованном эксперименте.

Быть может, этот специфический дар отчасти объясняется происхождением и воспитанием. «Полинезийский еврей», как называет себя уроженец Веллингтона Вайтити, по отцу восходит к маори (за права коренных народностей разных стран он сражается как продюсер и активист), а от матери унаследовал фамилию Коэн; его прадед был из Новозыбкова, что в Брянской области. Поэтому в интернациональном Голливуде он как раз не пришелец, а с ходу свой.

Прирожденная адаптивность и причудливое сочетание разных традиций делают Вайтити идеальным постановщиком для высокобюджетного кинокомикса: в этот жанр он контрабандой протащит и непотребно глупые, но неизменно смешные шутки, и тинейджерскую веру в непременную победу добра над злом. Потому что цинизма Вайтити лишен начисто.

Его «Тор: Рагнарек» (2017) с незабвенной Кейт Бланшетт в роли богини смерти Хелы — восхитительно безответственная трактовка всех апокалиптических мифов сразу (там соединились древнегреческая, скандинавская и христианская версии). Зрителям меньше понравилась следующая картина о простодушном боге-силаче с его молотом — «Тор: Любовь и гром» (2022), но Вайтити в ней верен себе не в меньшей степени, чем сыгранный и озвученный им эксцентрический персонаж — инопланетный гладиатор Корг. Просто времена и восприятие жанра с годами изменились, грозовой 2022-й оказался совсем не беззаботным 2017-м.

Чем более дурацкая ролевая игра предложена, чем выше в ней ставки (то есть бюджеты и попытки их окупить), тем с большим кайфом Вайтити пускается в авантюру. Так родились многие его проекты. Одни он придумал сам, как «Чем мы заняты в тени» или пародийный «Паранормальный Веллингтон» (оба сделаны в тесном соавторстве с ближайшим соратником Джемейном Клементом). В другие зашел гостем, как в «Рика и Морти», «Наш флаг означает смерть», где ему досталась колоритная роль капитана Черная Борода, и «Мандалорца», в котором он ставил ключевой эпизод и играл беспощадного охотника за головами IG-11.

Козырь Вайтити — детский азарт и неподдельная радость, позволяющие не утонуть в рутине и не утратить идеалов. Это ощутимо еще в его дебюте «Орел против акулы» (полюбуйтесь хотя бы на постер!) и двух следующих, более зрелых фильмах — «Мальчик», где Вайтити сыграл роль никудышного отца, и «Охота на дикарей» с замечательным Сэмом Ниллом. Оба посвящены проблемным отношениям детей с родителями, оба соединяют трагические нотки с бурлескной комедией, оба стали в Новой Зеландии рекордсменами по кассовым сборам.

Резюмировать опыт ранних картин и переплавить их в концептуальное высказывание Вайтити смог в «Кролике Джоджо» — вероятно, самом прославленном своем фильме. Эта антисказка о Второй мировой и холокосте вытащила на поверхность еврейское наследие режиссера, ее трагикомический эффект напомнил о подзабытом хите «Жизнь прекрасна». Вайтити в картине адаптировал ко взгляду ребенка (а значит, и неподготовленного зрителя) страшнейшую трагедию ХХ века, взяв на себя роль воображаемого друга главного героя — самого Адольфа Гитлера. Одолеть зло комедией и растопить его сентиментальностью: успешность этой стратегии проверена еще Чаплином и его «Великим диктатором». «Кролик Джоджо» взял приз зрительских симпатий в Торонто и «Оскара» за лучший сценарий.

Спортивная комедия с Майклом Фассбендером «Следующий гол — победный» не повторила успеха предыдущих картин Вайтити. Но его это если и смутило, то вряд ли в большей степени, чем героя этой симпатичной картины, нидерландского тренера с мировым именем, — маловероятная перспектива превратить в классную команду никчемную сборную Американского Самоа по футболу. Вайтити обожает ставить на слабаков и аутсайдеров — вспомните еще один его продюсерский проект, сериал о коренных американцах «Псы резервации».

В любом случае, планов и заявленных, но пока не осуществленных проектов у него множество. Ближайший и самый интригующий — экранизация трагического романа Кадзуо Исигуро о дружбе девочки с роботом «Клара и Солнце». Не удивлюсь, если Вайтити найдет возможность закончить свою авторскую интерпретацию на светлой ноте.

Антон Долин