Лишняя нефть: отказ Индии от российских поставок приведет к умеренному бюджетному кризису и стагфляции в России

27 августа истек переходный период, после которого вступает в действие дополнительный тариф на импорт индийских товаров в США, введенный Дональдом Трампом в качестве санкции за закупки российской нефти.

Индийские власти выступают с эскападами в адрес Вашингтона и заявляют, что не намерены отказываться от российских поставок. Однако никакого экономического смысла в этом противостоянии нет: убытки Индии от потерь в экспорте в США примерно десятикратно превысят прибыль от дисконта по российской нефти.

При этом отмена последних ограничений добычи участниками соглашения ОПЕК+ ведет к тому, что ожидаемый уже к концу года избыток нефти на мировом рынке будет сопоставим с объемом российских поставок в Индию. То есть, если индийские покупатели откажутся от всей российской нефти, мировой рынок останется сбалансированным.

В случае реализации такого сценария доходы российского экспорта сократятся примерно на $4 млрд в месяц, или примерно на $50 млрд в год. Это составляет около 12% российского экспорта. При этом доходы от нефтегазового экспорта сократятся на 25–30%, а именно они особенно значимы для наполнения российского бюджета.

Между тем первоначальный годовой план по доходам бюджета уже снижен с 10,94 трлн рублей до 8,32 трлн, то есть на четверть. Этот ориентир пока выглядит вполне достижимым при условии, что объемы продаж и цены не изменятся. Однако выпадение индийских экспортных поставок приведет к их дальнейшему резкому сокращению.

Хотя российские власти смогут ослабить давление на бюджет за счет существенной девальвации рубля, резкое сокращение экспортных доходов и девальвация приведут к сокращению импорта и в результате к сочетанию рецессии в экономике и высокой инфляции (то есть к стагфляции).

Впрочем, отказ Индии от российских поставок вряд ли может произойти быстро. В настоящий момент на мировом рынке еще не накоплен достаточный профицит нефти. Однако, если такая угроза реализуется, это столкнет российскую экономику в серьезный кризис.

Два события августа могут оказать критическое влияние на ситуацию в российской экономике. В начале месяца страны ОПЕК+ отказались от последних добровольных ограничений добычи с сентября, а 27 августа истек переходный период, после которого вступает в действие дополнительный тариф на импорт индийских товаров в США, введенный Дональдом Трампом еще 6 августа в качестве санкции за закупки российской нефти.

В августовском обзоре Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует рост мирового предложения нефти на 2,5 млн баррелей в сутки в этом году и еще на 1,9 млн б/с в 2026-м. Поставки стран ОПЕК+ должны вырасти уже в сентябре на 547 тыс. б/с. В то же время МЭА незначительно, но в очередной раз понизило прогноз роста спроса на нефть. Агентство ожидает, что в этом году спрос вырастет примерно на 700 тыс. б/с — до 103,7 млн б/с. В следующем году прогнозируется такой же рост на 700 тыс. б/с, до 104,4 млн. В результате уже в этом году на мировом рынке ожидается профицит в размере 1,8 млн б/с, а в следующем — в размере почти 3 млн.

Профицит, которого МЭА ожидает к концу 2025 года, примерно совпадает с объемом российской нефти, который импортирует один из двух крупнейших ее потребителей — Индия. В июле Индия, по данным Reuters, импортировала 1,5 млн б/с, в среднем за период с января по июль — 1,73 млн. То есть, если бы Индия заменила российскую нефть на ближневосточную, а соответствующие объемы российской нефти остались невостребованными, мировой рынок даже в этом году остался бы сбалансированным — не говоря о следующем, когда превышение предложения над спросом ожидается еще более существенным.

Именно к этому — полному отказу от российской нефти — Индию пытается принудить Дональд Трамп. Запретительные пошлины в размере 50% в отношении большинства товаров индийского экспорта в США, за исключением отдельных категорий вроде фармпродукции и микроэлектроники, вступают в силу с 27 августа. Они складываются из введенного ранее тарифа в 25% и дополнительного тарифа в 25% за закупки российской нефти.

Пока что Индия не сократила закупки российской нефти — наоборот, по данным источников Reuters, в сентябре ожидается их рост в пределах 10–20% (впрочем, это, видимо, заключенные ранее контракты). Премьер-министр Индии Нарендра Моди и индийские министры сделали несколько заявлений о готовности противостоять американскому давлению. В день, когда США анонсировали введение пошлин, Моди объявил о своем визите в Китай на саммит Шанхайской организации сотрудничества, первом за семь лет, а позднее анонсировал и провел встречу с Владимиром Путиным (при этом около часа лидеры разговаривали тет-а-тет, не выходя из автомобиля Путина).

Однако в действительности переговоры Индии с США о снижении пошлин продолжаются, сообщают собеседники Bloomberg (о том же говорят и источники Reuters). Остановка экспорта в США нанесет экономике Индии несоизмеримо больший ущерб по сравнению с отказом от российской нефти. По данным Kpler, на которые ссылается Bloomberg, разница в цене между российской и ближневосточной нефтью для индийских покупателей в последнее время существенно сократилась. В мае Индия платила за российскую нефть лишь на $4,50 за баррель меньше, чем за саудовскую, тогда как в 2023 году разрыв превышал $23. Таким образом, речь идет лишь о нескольких миллиардах долларов экономии. Согласно расчетам компании ICRA, которые приводит агентство, за год с апреля 2024-го по март 2025-го экономия составила всего $3,8 млрд. В то же время объем индийского экспорта в США составляет около $90 млрд в год. По подсчетам Bloomberg Economics, если 50-процентные пошлины продолжат действовать, экспорт Индии в США может сократиться на 60% (более $50 млрд), а ВВП страны снизится на 0,9%.

Скорее всего, поэтому нынешняя вспышка полемики индийских властей с Вашингтоном, осложненная личной ссорой премьер-министра Моди и Трампа (по утверждениям The New York Times, Моди отверг просьбу Трампа выдвинуть его на Нобелевскую премию мира за помощь в остановке конфликта Индии и Пакистана), через какое-то время разрешится новым соглашением. И вряд ли оно будет подразумевать отказ Трампа от дополнительного «нефтяного» тарифа. Такой поворот событий нанесет очередной удар по реноме американского президента, ослабив его позиции на переговорах с Путиным по Украине. В то же время, как мы уже писали, следует иметь в виду, что достаточный для замещения российской нефти профицит на нефтяном рынке сложится лишь к концу года. Поэтому ослабление «нефтяного» тарифа или временный мораторий вполне возможны.

Если же Индия в конце концов пойдет навстречу требованиям Трампа и откажется от российской нефти, то потенциальные потери России могут составить более $4 млрд в месяц, или около $50 млрд в год. Опираясь на данные Центра исследований в области энергетики и чистого воздуха (CREA), можно заключить, что в 2025 году Индия закупала российские энергоносители в среднем на сумму €3,9 млрд в месяц, причем около 80% приходилось на сырую нефть и еще около 10% — на нефтепродукты. Таким образом, поставки нефти и нефтепродуктов в Индию составляют порядка 12% стоимостных объемов всего российского экспорта (в среднем $33 млрд в 2025 году, согласно данным платежного баланса) и 25–30% объемов нефтегазового экспорта.

При этом найти альтернативный рынок для индийских объемов российской нефти вряд ли удастся. Китай в 2025 году сокращал закупки российской нефти и в любом случае не располагает такими свободными мощностями нефтепереработки. В свою очередь другие поставщики, прежде всего ближневосточные, заинтересованы в таком развитии событий. Исчезновение части российской нефти с рынка ослабит давление на цены и таким образом позволит им увеличить свою долю рынка и доходы. Парадоксальным образом, в меньшей степени в нем заинтересован Дональд Трамп, так как цены на нефть укрепятся в этом сценарии, в то время как их снижение способствовало бы снижению инфляции в США.

Таким образом, утрата индийского рынка может привести к выпадению более четверти доходов нефтегазового экспорта, играющих особо значимую роль в наполнении российского бюджета. Между тем нефтегазовые доходы российского бюджета и без того продолжают сокращаться. В июле, по данным Минфина, они составили 787 млрд рублей, что на 27% ниже уровня прошлого года. Без учета налога на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья (НДД), который взимается раз в квартал, нефтегазовые доходы в июле составили всего 485 млрд рублей. Это меньше, чем в июне (495 млрд). При этом июньский результат уже был крайне слабым — на треть ниже прошлогоднего.

По итогам семи месяцев нефтегазовые доходы бюджета, по данным Минфина, составили 5,5 трлн рублей — это на 19% меньше, чем годом ранее. Изначально правительство планировало собрать в этом году 10,94 трлн нефтегазовых доходов. Этот план основывался на прогнозе средней цены нефти Urals в $81,7 за баррель. Размер нефтегазовых доходов бюджета определяется тремя параметрами: объемами поставок, ценой российской нефти и курсом рубля. Падение цен на нефть и укрепление рубля заставили правительство внести корректировки. Текущая версия бюджета предполагает получение нефтегазовых доходов в размере 8,32 трлн рублей, то есть на 25% меньше первоначального плана. Эта цель не выглядит недостижимой. По прогнозу экономиста Сергея Алексашенко, итоговая сумма может оказаться даже чуть выше — около 8,5 трлн рублей, при условии, что в оставшиеся месяцы динамика объемов и цен будет такой же, как раньше.

Выпадение более 25% экспортных доходов приведет к относительно пропорциональному сокращению поступлений в бюджет сверх уже наблюдаемого их снижения. Такое падение в доходах могло бы оказаться критическим, но в определенной мере сбалансировать бюджетные диспропорции может девальвация рубля. В этом сценарии, который потребует также сокращения ряда расходов, бюджет останется крайне напряженным и дефицитным, но в приемлемых пределах. Однако это не решит проблем российской экономики. Выпадение столь значительной части экспортных доходов и резкая девальвация приведут к сокращению импорта. При этом на фоне ограниченных инвестиционных ресурсов государства и предприятий это сокращение не будет компенсировано расширением внутреннего производства для его замещения. В результате Россия окажется в условиях рецессии, которая будет сопровождаться ростом цен, то есть в условиях стагфляции.