Дилемма Покровска: эксперты считают, что город практически потерян; вопрос в том, можно ли считать это успехом российского наступления

Российская армия близка к успешному завершению стратегического маневра по захвату Покровска. Как мы и предполагали, решающий рывок пришелся на позднюю осень. В течение последнего года, растягивая силы ВСУ наступлением на многих участках фронта, российское командование реализовывало двойственную стратегию, включавшую обхват покровско-мирноградской агломерации, с одной стороны, и использование тактики инфильтрации в городскую застройку — с другой.

ВСУ могли бы продолжать борьбу с инфильтрацией, зачищая территорию, однако угроза окружения делает такую тактику крайне рискованной. Большинство аналитиков предлагают Киеву смириться с потерей города и вывести войска. Возможно, это уже и происходит.

Вероятное взятие Покровска станет самой крупной военной победой Кремля после захвата Авдеевки в феврале 2024-го. В целом, на взятие Покровска, первая попытка которого пришлась на март 2024 года, у российской армии ушло чуть более полутора лет. Потери Москвы убитыми и ранеными за это время составили около 800 тыс. человек, по подсчетам британской военной разведки. Для захвата оставшейся части Донбасса Москве понадобится в лучшем случаем еще один год, а в менее благоприятном — не менее двух.

Ключевым на сегодняшний день остается вопрос: как трактовать падение Покровска после полутора лет военных усилий Москвы — как свидетельство силы российской армии или ее слабости? Владимир Зеленский опасается, что потеря города станет аргументом в пользу того, что ради прекращения огня Киев должен уступить Москве оставшуюся часть территории Донбасса.

Именно этот вопрос станет центром политической баталии ближайших недель. Но так или иначе, вероятность того, что захват Покровска станет последней крупной операцией этой войны — во всяком случае, ее текущей фазы — весьма велика.

Полтора года покровской операции

Как мы предполагали еще полтора месяца назад, именно поздняя осень стала моментом максимального наращивания усилий российской армии, стремящейся завершить наступательную кампанию 2025 года ощутимым результатом (→ Re: Russia: Накануне «решающего прорыва»). Основное усилие «решающего прорыва» было предсказуемо сосредоточено на взятии Покровска, и на сегодняшний момент окончательный захват российскими войсками города рассматривается большинством аналитиков как практически неизбежный.

Оккупация Покровска — одного из ключевых городов-крепостей на востоке Донецкой области, который российская пропаганда называет воротами Донбасса, — станет крупнейшим военным успехом российской армии с февраля 2024 года, когда ей удалось получить контроль над Авдеевкой. Тогда же, в марте 2024-го, российские войска в первый раз попытались захватить Покровск с помощью фронтальных ударов, но эта операция провалилась, напоминают аналитики Института изучения войны (ISW). Осенью 2024 года российская армия начала стратегическую операцию по обхвату города. Таким образом, в целом решение задачи по захвату Покровска заняло более полутора лет.

В наступательной кампании последнего года на покровское направление приходилось около трети всех российских наступательных действий (→ Re: Russia: Накануне «решающего прорыва»). При этом бóльшая часть действий на других направлениях имела целью связывание максимального количества украинских сил. С конца лета интенсивность российского наступления на этих направлениях снизилась, отмечается в обзоре ISW. Это, в частности, привело к падению до минимальных значений темпов продвижения российской армии на прочих участках. Сосредоточение сил на покровском направлении на этом этапе было подчинено двойной стратегии по захвату агломерации: российские войска, с одной стороны, создали угрозу и пытались завершить операцию по обхвату Покровска и Мирнограда, а с другой — использовали тактику «инфильтрации».

Свою роль в успехе тактики обхвата сыграло, по всей видимости, серийное использование российской стороной управляемых авиационных бомб с усовершенствованным универсальным модулем планирования и коррекции (УМПК), которые способны поражать цели на расстоянии до 200 километров. В начале ноября Владимир Зеленский заявил, что на покровское направление приходится до 50% всех российских ударов управляемыми бомбами.

В свою очередь «инфильтрация» — штурмовая тактика, которая позволяет преодолевать украинскую «стену дронов». Российская сторона использовала ее еще в боях за Северодонецк и Бахмут, однако как комплексный подход она стала применяться с момента захвата Селидово осенью прошлого года, пишет украинский военный аналитик Константин Мошавец. Маневр требует тщательной подготовки: российская сторона выявляет уязвимые места позиций ВСУ, в которых наблюдается нехватка личного состава, низкое морально-психологическое состояние бойцов или проблемы с логистикой. Далее она целенаправленно выбивает операторов беспилотников на этом участке фронта, обеспечивая превосходство в воздухе. В Покровске для охоты на украинских операторов дронов российская армия создала специализированные подразделения, на вооружении которых находились разведывательные и ударные БПЛА.

Саму инфильтрацию производит множество малочисленных штурмовых групп, которые действуют по заранее прописанному сценарию и координируются командованием. Они организуют налеты и засады на украинские позиции (в первую очередь атакуя командные пункты и группы управления БПЛА), стремясь создать хаос в системе обороны ВСУ и снизить ее управляемость. Как пишут аналитики ISW со ссылкой на украинских военных, в рамках инфильтрационных действий российские войска ежедневно направляют в Покровск порядка 100 огневых групп по три человека — в результате операторы беспилотников ВСУ зачастую не успевают запускать дроны до того, как таким группам удается подавить украинские позиции.

В дальнейшем штурмовые группы стремятся найти укрытие и оборудовать замаскированные позиции в тылу или на флангах подразделений ВСУ. После того как российское командование решает, что на конкретном участке фронта оборона ВСУ достаточно дезорганизована, наступает третья фаза операции, когда в наступление идут передовые подразделения основных сил, которые устанавливают контроль над территорией.

Зачищать или оставлять?

Первые штурмовые группы российской армии проникли в Покровск в июле 2025 года, однако в августе пресс-служба 7-го корпуса Десантно-штурмовых войск ВСУ сообщила, что город полностью зачищен. Почти сразу после этого сообщения российские диверсанты вновь появились в Покровске, отмечает «Украинская правда». Собеседники издания в защищавших город бригадах ВСУ рассказывали, что российские солдаты словно «вылезали из-под земли» — им удалось спрятаться в городе после июльского проникновения. Один из украинских операторов БПЛА сообщил The New York Times, что российские диверсанты носили гражданскую одежду, чтобы их принимали за кого-то из примерно тысячи остающихся в Покровске мирных жителей.

В августе информация о проблемах в Покровске до общественности не дошла. Генштаб ВСУ отчитывался об успехе операции по ликвидации российского выступа под Добропольем, а наличие российских диверсантов в Покровске признал лишь в октябре. Как отмечает «Украинская правда», в некоторых бригадах ВСУ по-прежнему распространена практика передавать наверх «лакированные» донесения о ситуации на поле боя.

Свою роль в успехе российского наступления сыграла и плохая погода, сделавшая менее эффективными украинские беспилотники. К концу октября российские дроны установили почти полный контроль в небе над Покровском, пишет «Украинская правда». Российские дроны взяли под контроль большинство логистических маршрутов в Покровск и соседний Мирноград точно так же, как в свое время это произошло с группировкой ВСУ в Курской области, что привело к ее окружению и отступлению, отмечает издание.

Продолжение борьбы с российской инфильтрацией вполне возможно, и российская армия еще далека от полного контроля над городом. Сторонники этой линии, видимо, есть в украинском руководстве. На прошедшей неделе появлялись туманные и противоречивые сообщения о высадке в городе украинского спецназа. Однако рациональность такой стратегии вызывает сомнения в контексте другого элемента российской комбинированной стратегии — угрозы полного окружения города.

В настоящий момент ВСУ следует вывести оставшиеся войска из Покровска, говорит известный эксперт по войне в Украине Майкл Кофман в комментарии для The Washington Post. Хотя взятие Покровска позволит российским войскам расширить одно из основных направлений наступления, это не приведет к краху всей украинской обороны. Аналитик Эмиль Кастехельми из OSINT-проекта Black Bird Group также призывает смириться с потерей города и сохранить боеспособные силы. Он убежден, что после года активных боевых действий на направлении Покровск–Мирноград потеря этих городов уже мало повлияет на общую оперативную картину и российская армия не сможет быстро воспользоваться отступлением украинских войск. Франц Штефан Гади из Центра новой американской безопасности (CNAS) считает, что ВСУ должны совершить тактическое отступление и создать новые прочные оборонительные позиции к северу от города, чтобы стабилизировать фронт.

Последствия и выводы

Покровск долгое время называли ключевым пунктом украинских позиций на востоке, контроль над которым позволит российской армии развивать наступление на запад, в сторону Павлограда в Днепропетровской области и самого Днепра, пишет Newsweek. Депутат Верховной рады от правящей партии «Слуга народа» Олег Дунда заявил журналу, что контроль над городом также позволит осадить города-крепости Славянск и Краматорск.

Однако военные эксперты обращают внимание, что сработавшие в случае с Покровском обстоятельства могут не повториться на следующем этапе. Для захвата Покровска, как мы писали ранее, российская армия задействовала группировку примерно в 100 тыс. человек. ISW со ссылкой на украинских военных отмечает, что российская армия продвигается под Покровском ценой огромных потерь: чтобы выявлять расположение украинских операторов дронов, российское командование бросает в атаки необученных солдат, и только после этого в бой вступает подготовленная штурмовая пехота. Полтора года боев, результатом которых стало падение Покровска, обернулись для российской стороны потерями в размере примерно 800 тыс. убитыми и ранеными, по подсчетам Министерства обороны Британии. Для захвата Покровска российская армия выделила «ошеломляющее и несоразмерное количество живой силы и техники», пишут аналитики ISW, и на проведение аналогичных по интенсивности и продолжительности наземных операций на других участках у нее в настоящий момент уже, скорее всего, нет материальных и людских ресурсов.

Военный эксперт Константин Мошавец считает, что российская тактика инфильтрации сработала в Покровске, Купянске и отчасти в Торецке. В районе Часов Яра попытка ее применения окончилась неудачей: там малые диверсионные группы не сумели достаточно эффективно дезорганизовать оборону ВСУ и просочиться на необходимую глубину. Кроме того, даже успешная инфильтрация не всегда заканчивается захватом территории: так, например, произошло в случае прорыва российских подразделений под Добропольем. ISW отмечает, что тактика российской армии, нацеленная на достижение господства в воздухе, оказалась так эффективна в Покровске, потому что укрытие и маскировку для диверсантов и операторов беспилотников обеспечила городская застройка, отсутствующая на других направлениях возможного наступления.

Впрочем, помимо Покровска напряженная для ВСУ ситуация сохраняется и на нескольких других участках фронта. Владимир Зеленский сообщил в начале ноябре о начале зачистке Купянска в Харьковской области, где, по его словам, остается до 60 российских диверсантов. В конце октября, однако, представитель украинской Группировки объединенных сил Виктор Трегубов заявил, что российские войска проникли в северную часть Купянска и могут присутствовать примерно в 20% районах города. Сообщения об окружении украинских сил в Купянске Группировка объединенных сил в настоящий момент опровергает.

Кроме того, ситуация для ВСУ начала ухудшаться под Константиновкой, где в условиях дождей и туманов российские штурмовики также постепенно просачиваются в город, заявил в интервью «Украинскому радио» украинский военный эксперт Владислав Селезнев. Интенсивно российская армия продвигается и на востоке Запорожской области, где, по подсчетам Селезнева, сейчас сосредоточено 13% всех российских штурмовых действий.

Несмотря на эти локальные успехи, в 2025 году российской армии так и не удалось достичь решающего успеха в наступлении, резюмирует Майкл Кофман. Исход войны, по его словам, зависит не от того, «кто контролирует Покровск или следующие 20 км», а от того, что в конечном итоге окажется более неустойчивым — российское наступление России или украинская оборона. В этом смысле гораздо более важным итогом года он считает то, что ВСУ, несмотря на очевидно нарастающие проблемы с набором живой силы, по-прежнему удерживают оборону и, судя по всему, смогут это делать и в 2026 году.

Покровск: козырь или джокер?

Согласно подсчетам Black Bird Group, в октябре российские вооруженные силы оккупировали в общей сложности 468 кв. км территории Украины (в сентябре — 398, в августе — 430). По подсчетам Deepstat, основанном на картах OSINT-проекта DeepState, в октябре Россия оккупировала 266 кв. км (в сентябре — 258, в августе — 464). Впрочем, эти цифры выглядят сегодня в значительной степени условными. Аналитик Black Bird Group Эмиль Кастехельм пишет, что картографирование в районах наиболее активных боевых действий в последние месяцы стало крайне сложной задачей. Модифицировалось само понятие «линии фронта», которая сегментируется на отдельные участки и в то же время приобретает бóльшую глубину за счет операторов огневой поддержки. Серая зона расширяется во всех направлениях, так что спутниковые снимки и сообщения с места уже не позволяют установить, кто контролирует тот или иной участок.

Но разница между 260 и 460 кв. км в принципе незначительна. Операция по захвату северного Донбасса потребовала от российской армии двух лет беспрерывных наступательных усилий. Первый год ушел на то, чтобы приблизиться к поясу укрепленных городов-крепостей (к ним ISW относит Славянск, Краматорск, Дружковку, Алексеево-Дружковку и Константиновку). Второй — на то, чтобы осуществить комбинированный маневр по взятию Покровска. В целом задача захвата северного Донбасса выполнена немного больше, чем наполовину.

Но сегодня главный вопрос заключается в том, какие политические выводы будут сделаны из факта ожидаемого падения Покровска? Их может быть два. Первый — российская армия располагает военным преимуществом и в следующие годы продолжит реализовывать его на поле боя. Второй — преимущество российской армии не так значительно, и ее военные приобретения несоразмерны потерям. А третий год наступления в Донбассе на фоне резкого ухудшения экономической ситуации станет для Путина слишком большой издержкой и политически будет скорее ослаблять его, чем усиливать.

Захват Покровска необходим Москве, чтобы убедить Трампа, что Россия достигает своих целей в войне и полная передача Донбасса Москве является единственно возможной формулой достижения перемирия, заявил 28 октября Владимир Зеленский. Такого же мнения придерживаются многие эксперты. Последовательно отказываясь от компромиссов на протяжении последних месяцев, Путин ожидал, что под конец года получит «покровский козырь», который укрепит его позиции в переговорах. Это же имел в виду, вероятно, и Дональд Трамп, заявивший недавно, что «иногда сторонам надо дать повоевать». Эксперт Национального института стратегических исследований Мыкола Белесков в беседе с The Washington Post полагает, что, хотя сугубо военные соображения вынуждают начать вывод войск из Покровска, политически это усилит позиции России, что и заставляет Киев медлить с принятием такого решения.

Хотя в публичной сфере дело выглядит так, будто переговоры по завершению войны находятся в полном тупике, стороны, по всей видимости, продолжают непубличный торг об условиях прекращения огня. На фоне развала обороны Покровска Трамп обмолвился, что стороны «добились значительного прогресса» в поисках формулы окончания войны. А лидер Венгрии Виктор Орбан (который, как предполагалось, должен предоставить площадку для трехсторонней встречи Путина, Зеленского и Трампа) упомянул, что в американо-российских переговорах остается всего «несколько нерешенных вопросов».

Весь вопрос в том, как трактовать итоги кампании: является ли захват города в результате полутора летних усилий свидетельством силы России или ее слабости? Похоже Трамп и Орбан склонны трактовать его в пользу Москвы. И тогда в ближайшие недели Владимир Зеленский, по всей видимости, окажется под мощным давлением. С другой стороны, для Владимира Путина захват Покровска также может стать удачной «подножкой», чтобы заявить о приостановке военных действий на волне «успеха», а не в ситуации, когда двухлетний усилия по захвату Донбасса окончились ничем. Так или иначе, вероятность того, что захват Покровска станет последней крупной операцией этой войны, во всяком случае — ее текущей фазы, весьма велика.