«Нельзя жить без любви, будь ты человек или попугай»

Есении Белочкиной 22 года. И четыре из них она руководит собственным хосписом для экзотических попугаев в Тверской области. Девушка учится на заочном отделении на ветеринара в Московской академии имени К. И. Скрябина, а все свободное время посвящает уходу за ара, жако, амазонами и какаду, которые оказались ненужными предыдущим владельцам. Большинство из них или слишком больны, или слишком стары, чтобы обрести новый дом. Но под опекой Есении, на воздухе и в окружении сородичей чувствуют себя даже лучше, чем в прошлой жизни. «Такие дела» посетили хоспис «Святилище благородных», узнали тайну его удивительного названия и выяснили, почему разговорчивость попугая — это не всегда добрый знак

«У вас тоже Кеша был, да?»

Старейшина хосписа — кубинский амазон Волан де Морт. Ему около 45 лет. «Он даже пережил свою первую хозяйку. Несмотря на возраст, он злой и кусачий. Но здесь его любят таким, какой он есть, — говорит Есения. — В детстве он получил травму клюва и лишился ноздрей. Поэтому я назвала его Волан де Мортом. Раньше он был Кешей, но я не хотела, чтобы у меня жили десятки Кеш. И почему, если попугай, то обязательно Кеша? У вас в детстве тоже Кеша был, да?» Я вынуждена кивнуть.

Хоспис для попугаев «Святилище благородных» находится вблизи деревни Отмичи в Тверской области. Просторные вольеры стоят прямо в сосновом бору. Через поле речка впадает в Волгу. Тишина здесь могла бы быть полной, если бы несколько месяцев назад просеку неподалеку не выпилили под будущую высокоскоростную магистраль между Москвой и Петербургом. Увы, в ближайшее время рубка леса не прекратится. Но и работу хосписа это не остановит.

В «Святилище благородных» живет четыре десятка птиц из городов со всей России. Кто-то добрался в Тверскую область даже с Камчатки. Большинство привезли бывшие владельцы или их родственники, некоторых Есения в порядке исключения выкупила сама. У каждого обитателя хосписа своя история, но веселых среди них нет ни одной.

Рядом с Волан де Мортом живет какаду Мироша, ей в детстве вывернули крылья. По словам Есении, эта калечащая практика была популярна среди организаторов экзотических фотосессий с попугаями. Птица с вывернутыми крыльями теряла возможность летать, однако выглядела по-прежнему привлекательно. Вот и Мироша никогда не видела мир сверху. Но это не помешало ей подружиться с другими какаду в хосписе.

Интересно, что птицы из разных мест легко находят общий язык. Они чирикают, переговариваются. А со временем обретают и общие привычки — например, приветствовать Есению громкой перекличкой с утра.

Слева: Есения готовит завтрак для попугаев. Справа: завтрак для попугаев из разных фруктов и овощейФото: Мария Семенова для ТД

«Для пернатых вообще очень важно общение с себе подобными. У них нет такой разницы в языках, как у людей, если речь о птицах одного вида или семейства. Например, разные амазоны вполне понимают друг друга, — рассказывает создательница хосписа. — А вот попытки использовать человеческий язык — это красный флаг. Мало кто знает, но такое поведение свидетельствует о зарождении психологических проблем. Птица отчаянно ищет любой коммуникации, взывает к владельцам. Это мольбы о заботе, о времени вместе».

Из всех попугаев в хосписе только какаду Сема взывает к человеку на человечьем. Сема — «депривант». Так Есения называет птиц, чьи базовые потребности игнорировались хозяевами. Сема, к примеру, никогда не видел своих родителей и не общался с другими попугаями. Его вырастил человек — и он явно считает себя человеческим детенышем. К другим птицам Сема относится крайне агрессивно. При этом ему сложно ужиться и в обществе людей: чтобы доказать, что его по ошибке заперли в теле попугая, Сема отчаянно тараторит. Так он и оказался в хосписе — хозяева передали его Есении, потому что устали от чересчур громкого и эмоционального питомца. «Сема знает много слов, но использует их в состоянии, близком к истерике. Повторяется, кружится, не может усидеть на месте», — рассказывает Есения.

Есения играет с попугаями в вольереФото: Мария Семенова для ТД

При виде новых людей Сема особенно сильно нервничает. Из вольера несется: «Привет! Эй, привет! Привет-привет! Что орешь, Сема?» Соседи поглядывают на него недоуменно. Сема уже прошел стандартный для всех новоприбывших курс лечения, поэтому живет не в отдельной клетке, а в птичнике с другими попугаями. Пока он так и не научился доверять сородичам, но Есения не теряет надежды помочь ему — старается подобрать окружение, в котором Семе будет комфортно. В вольере со смешанными видами он чувствует себя более уверенно, по крайней мере реже проявляет агрессию.

Птичьи будни

«Мой день обычно расписан по часам, — рассказывает Есения. — Утром я обхожу питомцев с едой и лекарствами, потом иду в лес за ветками. Без них никуда. Грызть ветки — любимое занятие попугаев. А еще это важная часть их рациона. Когда возвращаюсь из леса, начинаю убираться: попугаи очень много мусорят — птицы же. А тут уже и вечер. Снова надо лечить и кормить».

Еду для обитателей хосписа Есения выращивает здесь же, на участке. В меню — кабачки, помидоры, огурцы, яблоки. Основательница хосписа рассказывает, что попугаи едят практически все фрукты и овощи, за исключением авокадо: в нем содержится токсин, который может вызвать у птиц тяжелое отравление. Особенно уязвимы к воздействию этого вещества жако и кореллы.

В перерывах между уходом за птицами Есения выбирается в город по делам. Все они тоже, как правило, связаны с пернатыми: хозяйка приюта встречается с владельцами попугаев, покупает игрушки и лекарства, консультируется с ветеринаром. В «Святилище благородных» много птиц с хроническими заболеваниями, они постоянно наблюдаются у врача. Если что-то идет не так, реагировать нужно быстро.

Александрийский попугай Гринфилд получает лекарствоФото: Мария Семенова для ТД

Новоприбывшие первые дни сидят на карантине в отдельных клетках. Потом отправляются на обследование, проходят лечение и только по завершении терапии переезжают к другим птицам. Каждый год Есения сдает пробы с вольеров, а по весне прививает всех попугаев от птичьего гриппа.

В холодное время пернатые живут в вольерах с зимниками — это такие закрытые домики с утепленным полом. При желании птицы могут вылетать на прогулку через открытое окно. В морозы, когда температура опускается ниже –13 °C, Есения переносит клетки в теплый двухэтажный гараж.

Средства на содержание приюта Есения собирает через группу во «ВКонтакте». Но сколько ежемесячно уходит на спасение попугаев, предпочитает не озвучивать. «Как бы оно ни шло, на основную деятельность хватает. Иногда, когда нужно, я прошу помощи», — говорит она обтекаемо.

Есения открывает холодильник с лекарствамиФото: Мария Семенова для ТД

У 14 из 43 птиц есть кураторы — они оплачивают их корм и лечение. Это и бывшие владельцы, и просто любители попугаев, которым запал в душу один из обитателей хосписа.

Время от времени в «Святилище благородных» приезжает небольшая группа волонтеров. Но в основном Есения делает все сама. В качестве НКО приют не зарегистрирован: по словам Белочкиной, она отложила эту идею из-за большого объема бумажной работы, с которым ей в одиночку не справиться. Тяжело заниматься выписками и отчетами, когда руки круглосуточно заняты уходом за птицами.

Можно сказать, что жизнь в «Святилище благородных» течет тихо и размеренно. Пока не привозят птицу в тяжелом состоянии. Владельцы попугаев, увы, не всегда обращаются за помощью вовремя. «Каждый раз хочется кричать: “А чего тянули-то? Видно же, что попугаю плохо!” — говорит Есения с дрожью в голосе. — Но мы ведь в этом смысле все одинаковые, думаем: “Может, как-то само рассосется”. А потом оказывается поздно».

Шприцы с лекарством для попугаевФото: Мария Семенова для ТД

Есения от таких птиц не отказывается. Даже если шансы на успех малы, выбирает побороться. В доме у хозяйки приюта есть два медицинских инкубатора — туда, как в реанимацию, отправляются самые сложные пациенты. Но спасти удается не всех.

«Очень тяжело, когда умирает попугай. Обидно очень, — делится Есения. — И привыкнуть к этому невозможно. Иногда полгода живем без происшествий, а иногда несколько птиц уходит одновременно. В такие моменты, конечно, накрывает. Хоспис для меня — и лекарство, и раздражитель. Когда-то именно работа с птицами вытащила меня из депрессивного эпизода. Но у нее есть и обратная сторона».

Семейное дело

Связывать свою жизнь с птицами Есения, вообще-то, не планировала. Да, как многие дети, мечтала спасать зверей, но не таких. «Я представляла себе кого-то милого и пушистого: чем больше меха, тем лучше, — смеется Белочкина. — Птиц совсем не любила. Потому что не понимала».

Но мимо серой вороны с подбитым крылом 14-летняя Есения пройти не смогла. С этой вороны все и началось. Потом Есения подружилась с Настей — ровесницей и идейной сторонницей, которая выхаживала раненых сов, ястребов, канюков. Белочкина взяла на себя заботу о певчих и водоплавающих птицах. Чем больше возилась с пернатыми, тем больше проникалась к ним. Пока наконец не захотела собственную птицу.

«Я мечтала об экзотическом друге на всю жизнь. Особенно меня завораживали молуккские какаду, — рассказывает Есения. — Но это всегда ощущалось как несбыточная мечта. Стоили они невероятно дорого — 200–300 тысяч рублей».

Гологлазый какаду Семен на плече ЕсенииФото: Мария Семенова для ТД

Первого пернатого друга, вернее подругу, Есения нашла на «Авито». Продавали взрослого эклектуса. Нездоровая худоба, жалкие клочья вместо перьев — уже по фото было понятно, что птица в плачевном состоянии. И Есения упросила родителей ее выкупить. «Когда я увидела Лору вживую, мне стало физически нехорошо, — вспоминает она. — Птица выглядела гораздо хуже, чем на фото. Она вырвала себе почти все перья, постоянно засыпала в переноске. Говорили, что она не ручная и кусается. Но через несколько дней она сама прилетела ко мне на кровать. И это было начало прекрасной дружбы».

Лору пришлось долго лечить от грибковых заболеваний и бактериальных инфекций. А проблемы с суставами и позвоночником остались с ней на всю жизнь — из-за них она может летать только на короткие расстояния. Но это не помешало ей стать любимицей Есении. Вместе они разучили несколько трюков — например, подлет на руку по команде. Лора оказалась самостоятельной и независимой личностью, и это пришлось по нраву ее хозяйке. «Эклектусы не самые контактные птицы. Даже между собой у них мало груминга, — говорит Есения. — Но мне кажется, нет ничего прекраснее, чем если птица может заняться своими делами и дать мне немного отдохнуть».

Есения гладит гологлазого какаду Семена и жако ЕвуФото: Мария Семенова для ТД

Именно история Лоры подтолкнула Есению к тому, чтобы заняться уходом за стареющими попугаями профессионально. «Оказалось, что именно на экзотов мне хочется тратить все свое время. Мне с ними так хорошо, так комфортно. Иногда даже лучше, чем с людьми», — признается Белочкина.

После девятого класса она отучилась в Волоколамском аграрном техникуме на ветфельдшера, а пять лет спустя поступила в Московскую ветеринарную академию имени К. И. Скрябина, чтобы стать ветврачом. И параллельно с учебой создала первый в России хоспис для экзотических попугаев. Сначала Есения хотела назвать его просто «Эклектус» — в честь Лоры, но оказалось, что под таким именем уже существует какой-то коммерческий проект. Тогда девушка взяла за основу более длинное определение эклектуса — «благородный зелено-красный попугай». Есения слышала, что многие зарубежные приюты для экзотических птиц называются святилищами. Вот и получилось «Святилище благородных», отсылающее к мировому опыту и к любимой птице, которая стала началом большого пути.

С местом для хосписа Есении помогли родители. Больше 10 лет назад ее отец вместе с двумя друзьями выкупил под Тверью участок земли площадью восемь гектаров прямо в лесу и построил там дом для своей семьи. Который в итоге стал домом и для десятков экзотических попугаев.

Есения открывает вольер с попугаями, чтобы дать им лекарстваФото: Мария Семенова для ТД

Родители, правда, были и остаются не в восторге от этой затеи, признается Есения. Их тревожит, что птиц в приюте становится все больше. «Маму с папой можно понять, — считает девушка. — Это ведь их участок, их дом, а попугаи — не самые молчаливые и спокойные соседи».

Тем не менее родители поддерживают дочку: оплачивают электричество и тепло, вкладываются в лечение ее личных питомцев, помогают с транспортировкой птиц. Но в деятельность Есении не вмешиваются. И она это очень ценит — значит, мама с папой верят в нее и ее миссию.

«Сколько ненужных птиц только в нашей стране! Возможно, попугай был неуместным подарком, возможно, человек разочаровался в покупке, возможно, по какой-то причине птица стала обузой для семьи, — говорит Есения. — Многие попугаи в неволе несчастны: они живут одни, без сородичей, страдают от болезней и не получают внимания даже от человека. Я приняла решение, что хочу помогать таким птицам. Нельзя жить без любви, будь ты человек или попугай».

Из любимцев — в отказники

Гордость Есении — наличие всех пальцев на руках. Это верный признак того, что попугаи тебя приняли. Уважают, слушаются, позволяют себе помочь. Ведь в состоянии стресса птицы могут быть весьма агрессивны — за изящной внешностью скрываются острые когти и клюв.

Агрессия — одна из главных причин, по которым бывших любимцев выставляют на продажу, рассказывает Есения. Но попугаи не нападают на владельцев просто из-за дурного характера. Проблема обычно в неправильном содержании. «Люди покупают красивую картинку — статусного, яркого питомца, не зная, как ухаживать за ним. Кормят однообразно, держат в тесной клетке, а потом удивляются, почему птица проявляет агрессию», — говорит Белочкина.

Слева: вольер с попугаями в ремиссии. Справа: гологлазый какаду Семен в уличном вольереФото: Мария Семенова для ТД

По словам специалистки, такое поведение часто связано с одиночеством. Попугай, вынужденный жить без сородичей, выбирает себе в пару кого-то из владельцев и начинает конкурировать за его внимание с остальными членами семьи.

Впрочем, далеко не все птицы, выставленные на продажу, проявляют агрессию. Часть из них просто доставляет слишком сильный дискомфорт своим владельцам. «Попугаи могут жить рядом с человеком, но это все еще дикие птицы, — говорит Есения. — Они часто шумят, портят мебель, обои, да вообще все вещи в квартире. К сожалению, люди не всегда изучают этот вопрос перед покупкой и трезво оценивают свои силы».

Кто-то расстается с питомцем в силу обстоятельств — например, из-за переезда в другую страну. Для вывоза экзотической птицы нужно собрать большой пакет документов и подтвердить ее легальное происхождение, но, если человек приобрел попугая не в питомнике, это невозможно.

Часто пернатые оказываются в хосписе из-за проблем со здоровьем. Владельцы передают птиц Есении, потому что не справляются с уходом за ними. Среди самых распространенных патологий — самоощипывание, респираторные инфекции, ожирение и разрушение суставов. Всего этого можно избежать, если содержать птицу в правильных условиях и не пренебрегать ее потребностями.

Есения готовит лекарства для попугаевФото: Мария Семенова для ТД

Есения дает владельцам попугаев следующие рекомендации:

• не кормить только сухим кормом, обязательно добавлять в рацион овощи, фрукты, зелень, ветки;
• давать возможность летать: без движения птицы слабеют;
• не бояться проветривать помещение (духота вреднее сквозняков);
• подумать о компании для птицы: в одиночестве попугаи страдают.

Жить, а не доживать

«Большинство людей думают, что экзотические попугаи — это “вечные” питомцы, которые живут 60–80 лет. Но реальность жестока: многие не доживают и до десяти», — говорит Есения.

Дело и в некачественном разведении, и в плохих условиях содержания. У заводчиков, которые экономят на питании и лечении попугаев, птенцы часто рождаются уже больными. От них они попадают к новым владельцам, которые не знают, как правильно заботиться об экзотических птицах. Итог — хронические болезни и психические расстройства, опухоли в раннем возрасте.

Найти руки, которые способны справиться с такими непростыми в уходе птицами, действительно очень трудно, сетует Есения. Именно поэтому даже те из ее подопечных, которые уже завершили курс лечения, редко обретают новый дом. Многих отпугивает длинный список требований к желающим приютить редкого попугая. А Есения, в свою очередь, не может отдать птицу в случайную семью. Вот и получается, что хоспис разрастается.

Жако Василиса на руках у ЕсенииФото: Мария Семенова для ТД

У Есении есть мечта — создать на базе приюта развлекательно-образовательный парк попугаев. Место, где пернатые смогут жить большими стаями в просторных вольерах, а гости — знакомиться с ними и учиться, как правильно ухаживать за экзотами.

«Главное, чтобы люди понимали: попугай — это не “цветная курица”, которая сидит в клетке и ест семечки, — говорит хозяйка хосписа. — Это умное социальное животное, которое может прожить десятки лет, если создать для него правильные условия. Я не хочу, чтобы мой приют был местом, где птицы доживают. Я хочу, чтобы они жили».

Если у вас есть желание помочь «Святилищу благородных», узнать о нуждах приюта можно на его странице во «ВКонтакте». Есения принимает корма, лекарства, игрушки, строительные материалы для вольеров. Еще можно пожертвовать приюту свое время и записаться в ряды волонтеров, которые регулярно навещают попугаев.