Оригинал материала
Диктаторы волнуются. Александр Подрабинек – о лживом миролюбии
Диктаторы заволновались, и есть от чего. "2026 год начался не очень хорошо", – посетовал 25 февраля председатель КНР Си Цзиньпин в беседе с канцлером ФРГ Фридрихом Мерцем. Действительно, год начался для них тревожно. Сначала американский спецназ вывез для суда в Нью-Йорке самопровозглашенного президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Затем американцы с израильтянами уничтожили главу иранского теократического режима аятоллу Хаменеи. Каждый узурпатор начал примерять случившееся на себя. Их возмущению нет предела.
Пекин назвал ликвидацию Хаменеи "вопиющим и серьезнейшим нарушением суверенитета". Принципы Устава ООН были попраны, заявило китайское министерство иностранных дел. Пхеньян назвал действия американцев и израильтян "незаконным актом агрессии" и осудил "самым решительным образом бесстыдный акт злодейства со стороны США и Израиля, направленный на реализацию своих эгоистичных и гегемонистских амбиций". Александр Лукашенко "с глубокой болью и скорбью восприняли трагическую новость о гибели верховного лидера Исламской Республики Иран Али Хаменеи в результате вероломной атаки". Владимир Путин назвал случившееся "циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права". Президент Кубы Мигель Диас-Канель выразил глубокие соболезнования иранскому народу, назвав произошедшее "омерзительным актом" и "убийством", которое нарушает нормы международного права. Пхеньян заявил, что военные действия продемонстрировали "бесстыдное и гангстерское" поведение двух союзников, которые, по его словам, выбрали "злоупотребление военной силой для реализации своих эгоистичных и гегемонистских устремлений". Эта военная кампания, по мнению северокорейских коммунистов, "является совершенно незаконным актом агрессии и самой отвратительной формой нарушения суверенитета".
Все эти стоны диктаторов о нарушении международного права выглядят лицемерными и циничными, если вспомнить сколько своих политических оппонентов они сгноили и продолжают мучить в своих тюрьмах или просто убивают без суда. Тут они о международном праве не вспоминают, хотя права человека находятся под защитой международных правовых норм. Но на самом деле ситуация еще хуже. На Западе, да и во всем мире отчетливо слышны голоса тех, кто с наигранным возмущением заявляет: "Так значит теперь каждый может похитить или убить президента другой страны, если ему не понравится проводимая им политика?" Как будто нет разницы между тиранией и демократией, между избранным президентом и узурпатором, между уважением прав человека и массовыми политическими репрессиями.
Военное вмешательство дает иранцам шанс избавится от религиозной деспотии
Премьер-министр Испании Педро Санчес выступает против войны с Ираном, которую называет "катастрофой человечества". "Мы не будем соучастниками того, что наносит ущерб миру и противоречит нашим ценностям и интересам", – заявил испанский премьер. С Санчесом все более или менее понятно: социалист – он и в Испании социалист. Однако позиция его находит некоторое понимание и в других европейских странах – весьма определенное во Франции и менее уверенное в Британии, Германии и некоторых других странах Евросоюза. Чем вызвана такая позиция европейских демократий? Полагаю, есть несколько причин.
Одна из них: желание избранных политиков спокойно отработать свою каденцию, не принимая на себя риск тяжелых решений. Таких ответственных политиков, как Рональд Рейган или Маргарет Тэтчер, и раньше было немного, а теперь и того меньше. Политики предпочитают комфортно пребывать в своих должностях, зарабатывать потихоньку популярность и средства на будущее, отдыхать на "островах Эпштейна" и в других приятных местах, выступать с правильными речами на международных конференциях и в ООН. Зачем им ввязываться в проблемы, которые сыграют тогда, когда они уже отойдут от власти? Пусть этим занимаются те, кто придет следом.
Другая причина – превратное толкование международного права. Они не считают убийство в Иране десятков тысяч противников исламского режима достаточным поводом для международного реагирования. На словах они осуждают политические репрессии, но на деле готовы смириться с их неизбежностью и со своей, якобы, беспомощностью в этом вопросе. По правде говоря, совершенно не очевидно, что у США и Израиля, помимо обуздания ядерных амбиций Тегерана, был и мотив защиты иранского общества от массовых репрессий. Демонтаж фундаменталистского режима, судя по всему, не считается приоритетной целью войны, хотя без этого ситуация в Иране кардинальным образом вряд ли изменится. Но, как бы там ни было, военное вмешательство дает иранцам шанс избавится от религиозной деспотии.
Еще одна возможная причина недовольства политиков: кастовая солидарность, убежденность в незыблемости иммунитета от преследования за любые политические решения. Политические лидеры не только трепетно относятся к своим должностям, но и с почтением смотрят на узурпаторов власти в других странах. Они – коллеги, товарищи по клубу избранных, как же можно обходиться с ними, как с обычными преступниками?
Пока тирании будут иметь такие же права как демократии, международное право будет парализовано
Товарищи из диктатур этот нарратив всячески поддерживают. Они не устают причитать о своей легитимности, о национальном суверенитете, о равенстве всех стран на международной арене и о невмешательстве во внутренние дела. "Да, мы немножко убиваем критиков нашего режима – это наша национальная особенность и наше внутреннее дело; уважайте, пожалуйста, наши обычаи и не навязывайте свои, – говорят эти коллеги своим западным партнерам. – Лучше давайте обсуждать вопросы экономики, торговли, образования, научного обмена, глобального потепления, взаимовыгодного сотрудничества. И не будем травмировать друг друга упреками в нелегитимности, а тем более угрожать войной или арестом. Давайте разговаривать – как можно больше и как можно дольше, побольше дипломатии и поменьше требований".
Вслед за политиками заволновалась и общественность, преимущественно левая. Перспектива личной ответственности государственных деятелей им явно не по душе, что и понятно – социалистическая идея базируется на приоритете государственного над личным, а социалистическая практика – на превосходстве управленцев над рядовыми гражданами. Поэтому, говорят они, не трогайте диктаторов, носителей высших государственных интересов. Поэтому так велико негодование намерением США и Израиля лишить Иран ядерного арсенала, а заодно дать иранскому народу редкую возможность снести мракобесный режим и отстоять свою свободу.
К сожалению, диктатур в мире еще много, а стран, готовых оказать им сопротивление, мало. Правильным было бы широкое международное участие в военных акциях, подобных нынешней, но на это рассчитывать не приходится. Пока тирании будут иметь в международных отношениях такие же права как демократии, международное право будет парализовано, правозащитные конвенции и дальше будут оставаться благими пожеланиями, а защита прав человека в тиранических режимах будет уделом немногих смельчаков, готовых рисковать своей жизнью и свободой ради подлинного мира и законности.
Александр Подрабинек – московский правозащитник и журналист
Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции
Диктаторы волнуются. Александр Подрабинек – о лживом миролюбии
Поделиться
Поделиться