В обществе

Не хочешь добровольно – вылечим силой

14 ОКТЯБРЯ 2010 г. АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК

Дело Егора Бычкова не случайно вызвало в обществе такое оживленное обсуждение. Приговор суда наступил обществу на любимую мозоль, задел нерв, который корежит Россию не одно столетие. Как правильно жить: по правде или по закону?

Правда у каждого своя. Правда Бычкова состоит в том, что наркоманов не должно существовать ни в Нижнем Тагиле, ни в Свердловской области, ни в России. Их вообще не должно быть. С точки зрения Бычкова и его защитников, наркомания такое зло, против которого все средства хороши.

У родителей наркоманов своя правда. Им невыносимо мучительно видеть, как гибнут их дети. Им, в общем-то, не до глобальных проблем выживания нации или соблюдения законности. Им бы спасти от опустошения или возможной смерти своего ребенка.

У правоохранителей своя правда, даже две. Первая – маленькая и куцая, в том, что граждане должны действовать по закону, а если и против закона, то с их, правоохранителей, заинтересованного согласия. Вторая – настоящая и важная, в том, что эффективная борьба с наркомафией и вообще наркоманией это – покушение на их доходы и материальное благополучие. Во всем мире наркомафия – надежный и постоянный источник доходов не только для наркобаронов, но и для тех, кто с этими наркобаронами борется. Иногда даже по взаимной договоренности.

И, наконец, своя правда у наркоманов. Об этом при обсуждении громкого дела Егора Бычкова почему-то предпочитают не говорить. Их как будто нет. Наркоманы – это просто некий объект деятельности для разных лиц и организаций. Об интересах наркоманов все судят очень легко, их собственным мнением даже не интересуясь. Между тем, они полноценные граждане и свою судьбу вольны решать сами. Если они решают лечиться – лечатся. Если решают умереть – умирают. Кто вправе им помешать? Кто вправе за них решать вопросы их жизни и смерти? Право на смерть такое же неотъемлемое, как и право на жизнь.

Возможно, у Егора Бычкова были самые благие намерения. Те самые, которыми, как известно, вымощена дорога в ад. Возможно, он хотел для этих людей только лучшего. Может быть, он хотел чего-то и для себя, но поскольку достоверно это неизвестно, то будем толковать все сомнения в пользу подсудимого. Допустим, он хотел только одного – спасти наркоманов от губительного пристрастия. В каких-то случаях уговаривал их и получал положительный результат. В других случаях «лечил» насильно. Именно эти случаи и инкриминируются Бычкову в виде статей о похищении и незаконном лишении свободы.

Ссылки на то, что принудительное лечение он согласовывал с родителями наркоманов, лишены смысла – родители не вправе принимать такие решения за своих взрослых детей, если дети не лишены дееспособности, а сами родители не выполняют функцию опекунов. Родители могут оказать на своих совершеннолетних детей моральное воздействие, уговорить их, убедить, но они не могут давать свою санкцию на их принудительное лечение. Такая санкция ничего не стоит.

Пассионариям, вдохновленным светлыми идеями, верой или чистым альтруизмом, не мешало бы время от времени сверять свои намерения с законом. Хотя бы для того, чтобы убедиться, что их пассионарная деятельность не ведет к разрушению чужих судеб. Святая инквизиция обрекала еретиков на смерть тоже из возвышенных побуждений – ради спасения их грешных душ. Савонарола сжигал книги исключительно ради религиозного и нравственного возрождения – уж в его случае точно не было ничего корыстного и личного. Большевики устроили в России кровавую мясорубку ради счастливого будущего всего человечества. Кто докажет про какого-нибудь конкретного большевика, что он расстреливал «врагов народа» не из высоких побуждений, а из шкурных? Сомнения – в пользу подсудимых.

Кажется, все жесточайшие массовые репрессии и акты геноцида оправдывались высокими идеями. Никто не провозглашает себя или свою идеологию откровенным злом. Все радетели об общественном благе хотят загнать человечество железной рукой в земной рай. Никто не помнит пословицы «насильно мил не будешь».

Нет, конечно, Бычков – не инквизитор и не большевик. Разные масштабы. Но подход – один.

Желание жить по правде, а не по закону, сильно там, где право слабо, а законы не обязательны. Там, где законы существуют не для всех, а для избранных. То есть и в сегодняшней России. У нас, правда, есть одно преимущество, которого не было еще сто лет назад – международное право. Мы можем сверять с ним наши представления о правде, не боясь слишком сильно ошибиться. Мы можем сверять международное право с нашими законами. Мы можем убедиться, что лишать взрослого дееспособного человека свободы личного выбора преступно.

Так еще недавно, всего три-четыре десятилетия назад, советские психиатры отправляли на принудительное лечение здоровых людей, объясняя, что это делается в их интересах, ради их здоровья. А некоторые из врачей в частных беседах объясняли, что они, в сущности, благодетели, поскольку в спецпсихбольницах условия содержания заключенных, по их мнению, лучше, чем в лагерях. Вероятно, у карателей в белых халатах тоже была своя правда. Вряд ли они сами считали себя исчадиями ада.

Возможно, Егору Бычкову вынесен слишком суровый приговор. Не зная всех деталей дела (а приговор не обнародован), судить об этом трудно. Несомненно, однако, что с ним свели счеты и наркодилеры, и их высокие покровители в правоохранительных структурах. Ибо в ряде случаев Бычков, кажется, вытащил из наркозависимости людей, обратившихся к нему за помощью. Честь ему за это и хвала, хотя методы «лечения», как говорят, были весьма жестокие, даже варварские. Но если люди добровольно соглашались на них, то и проблем нет.

Проблема только в том, что нельзя помогать людям против их воли. Многих это обстоятельство совершенно не смущает. Едва ли ни большая часть слушателей «Эха Москвы», обсуждавших дело Бычкова, считает, что жестокость по отношению к наркоманам не только уместна, но и необходима. Жестокость – знамя нашего общества, символ нашего времени. Право наркомана, самоубийцы или соискателя эвтаназии самостоятельно распоряжаться своей судьбой большинством людей вообще не учитывается. Стоит ли удивляться тому, что государство пренебрегает правами человека в масштабах всего российского общества, если даже отдельные люди, при значительной общественной поддержке, считают, что они вправе решать за другого человека его судьбу?

Самонадеянным людям, зачислившим себя в супергерои, необходимо напоминать простые истины. Наркоманы – тоже люди. Все люди равны. Все имеют равное право на защиту закона. Каждый имеет право самостоятельно решать вопросы своего здоровья и жизни, если его болезнь или жизнь не несет угрозы другим людям. Наркоманы угрожают только своему здоровью. Если ради своего пристрастия они совершают уголовные преступления, их надо судить. Но не за то, что они наркоманы, а за то, что преступники.

Нашему обществу следовало бы начать относиться к человеку с уважением. Независимо от того, бомж это или премьер-министр, русский или чукча, преуспевающий футболист или умирающий наркоман, нищий или миллионер. Надо помнить, что все они – граждане, и никто не вправе посягать на их законные права. А кто об этом забывает, тому это должен напомнить суд. 

Фотографии РИА Новости