Original Material
Тревожный сон
Чтобы победить бессонницу, предприниматель и бывший депутат Андрей Асадчий потребовал у «Псковской губернии» 564 тысячи 200 рублей
Чтобы победить бессонницу, предприниматель и бывший депутат Андрей Асадчий потребовал у «Псковской губернии» 564 тысячи 200 рублей
Есть две новости, одна из них – плохая: у Андрея Асадчего ухудшился сон. И самочувствие его тоже ухудшилось. Причем дело обстоит настолько плохо, что бессонницу экс-депутата Псковской городской думы единоросса Андрея Асадчего уже второй месяц обсуждают публично – в открытом заседании Псковского городского суда. Сон, судя по заявлению в суд, Андрей Асадчий потерял «ввиду нервных переживаний». Более того, он «испытывает нравственные страдания».
| | | --- | | 
Но есть и хорошая новость: не всё так безнадежно. Болезнь излечима. Нравственные страдания Андрея Асадчего можно прекратить. Для этого надо, всего-навсего, заплатить ему 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек.
Полмиллиона необходимы для того чтобы победить бессонницу Андрея Асадчего.
Точнее, полмиллиона значились в первом варианте искового заявления. Во втором (уточнённом) исковом заявлении сумма возросла еще на 64 тысячи 200 рублей.
Теперь г-н Асадчий хочет получить 564 тысячи 200 рублей.
Свои претензии он поручил изложить новгородскому адвокату Дмитрию Денисову.
Есть еще и третья новость. Она не хорошая, не плохая. Она вообще никакая. Андрей Асадчий думает, что знает, в чем первопричина его бессонницы. Во всяком случае, в исковом заявлении определенно сказано, что его сон ухудшился после прочтения газеты «Псковская губерния» № 34 (606) от 5-11 сентября 2012 года. [ 1]
Первое судебное заседание «по восстановлению здорового сна» экс-депутата состоялось в Пскове 19 февраля 2013 года.
«Я являюсь известным политическим деятелем»
О том, кто такой Андрей Асадчий, сомневаться не приходится. Сам себя в исковом заявлении он охарактеризовал так: «Я являюсь известным в Псковской области предпринимателем и политическим деятелем».
Но до начала первого судебного заседания оставался открытым вопрос: кто такой Алексей Семёнов? То есть кто такой этот человек, чьим именем и фамилией подписана статья «Транссибирская язва», опубликованная в том самом № 34 (606) «Псковской губернии».
В первоначальном исковом заявлении сказано: «Мне неизвестны его данные, также не известно является ли сочетание имени и фамилии Алексей Семенов творческим псевдонимом или реальными фамилией и именем» (орфография заявления сохранена).
Таким образом, 19 февраля судья Татьяна Семёнова – по просьбе доверенного лица Андрея Асадчего адвоката Денисова – вынуждена была выяснять: является ли сочетание имени и фамилии «Алексей» «Семенов» творческим псевдонимом или реальными фамилией и именем?
И это уже четвёртая новость: суд установил истину.
Лично я определенно могу сказать, что человек с именем и фамилией «Алексей Семенов», которым интересуется Андрей Асадчий, в природе не существует. Зато существует Алексей Семёнов (пишется через «ё»), то есть я. Теперь это можно сказать наверняка, не боясь ошибиться. Суд установил мою личность.
Андрей Асадчий сильно поскромничал, назвав себя «известным в Псковской области предпринимателем и политическим деятелем».
Почему только в Псковской? Не стоит обижать жителей Иркутской области. Он там не менее известен.
Именно его всероссийская известность и сделала его героем многочисленных публикаций и телесюжетов. «Псковская губерния» тоже не осталась в стороне.
Спустя несколько месяцев после публикации «Транссибирской язвы» в редакцию «Псковской губернии» явился отец братьев Асадчих – Виктор Асадчий (в свое время он был первым председателем Псковской городской думы. На последних выборах в качестве регионального руководителя партии «Патриоты России» агитировал за Владимира Путина).
В редакции Виктор Асадчий сообщил, что автор статьи «Транссибирская язва» написал этот текст по заказу некоего депутата Псковского областного собрания от партии «Единая Россия» (фамилия его была названа). Прочие высказывания Асадчего-старшего тоже говорили о том, что экс-председатель Псковской городской думы – большой шутник. А если не шутник, то очень большой фантазёр.
Не каждого читателя «Псковской губернии» посетит мысль о том, что наша газета пишет заказные статьи, проплаченные депутатами от «Единой Россией» и направленные против детей члена Общероссийского народного фронта.
Несмотря на обрушившийся поток безудержной фантазии, главному редактору газеты всё-таки удалось понять, что Асадчий-старший жаждет опровержения статьи.
Никаких оснований писать опровержение у газеты не было. Тем не менее, г-ну Асадчему было предложено письменно изложить свои мысли и опубликовать их в «Псковской губернии».
То есть обиженному отцу, а точнее – его совершеннолетнему сыну-политику было предложено воспользоваться пунктом 3 статьи 152 Гражданского кодекса РФ и статьей 46 закона РФ «О средствах массовой информации» и высказать в газете иную оценку тех событий, в которых были замешаны братья Асадчие.
Андрей Асадчий предложением не воспользовался и предпочел решать проблемы со сном в судебном порядке.
Тем самым, это автоматически должно было привлечь новых читателей к старой публикации.
Статью «Транссибирская язва», вышедшую в прошлом сентябре, к этому времени уже успели подзабыть – слишком много появилось других язв. Однако судебная активность Андрея Викторовича, по всей видимости, не даст статье «Транссибирская язва» затеряться в потоке других публикаций.
Надо признать, что иск г-на Асадчего имеет самостоятельную художественную и просветительскую ценность. Там, например, целый раздел посвящен объяснению таких понятий как «коррупция», «откат» и «рейдерство».
Андрей Асадчий с помощью своего адвоката проявляет глубокие, по-настоящему энциклопедические знания в темах «коррупция», «рейдерство» и «откат».
Иск свидетельствует, что в этом экс-депутат действительно разбирается хорошо.
По мнению истца, статья «Транссибирская язва» принесла ущерб «достоинству личности, чести, доброму имени, деловой репутации» Андрея Асадчего.
Тем не менее, если прочесть исковое заявление внимательно, то можно сделать вывод: автор иска знаком со статьей «Транссибирская язва» очень поверхностно.
Возможно, если бы Андрей Асадчий внимательно перечитал «Трассибирскую язву», то здоровый сон к нему вернулся бы сам собой.
В конце концов, судебные заседания по этому делу проходят с перерывом в полмесяца-месяц. Судебное решение по заявлению Андрея Асадчего последует явно не завтра. Стоит ли так рисковать здоровьем, не досыпать?
Наверное, чтобы заснуть, Андрей Асадчий считает до полумиллиона. Отсюда и цифра в 500 000, указанная в иске.
Таково мое предположение. Иначе мне трудно объяснить происхождение этой круглой цифры, которую он, возможно, взял с потолка иркутского автовокзала.
«Автор статьи обвиняет меня в коррупции»
| | | --- | | 
В последние годы деятельностью Андрея Асадчего интересовались Управление ФСБ по Иркутской области, Следственное управление Следственного комитета РФ, ОБЭП, отдел финансового контроля Контрольного управления администрации Псковской области, Федеральная антимонопольная служба…
В итоге 1 августа 2012 года в Иркутске была проведена спецоперация с участием сотрудников ОБЭП, ФСБ и Следственного комитета. Братья Асадчие были задержаны.
Через несколько дней решением Кировского районного суда города Иркутска братья были выпущены на свободу. С них была взята подписка о невыезде.
Когда 19 февраля 2013 года судья Псковского городского суда Татьяна Семёнова поинтересовалась у адвоката Денисова: «Когда мы можем увидеть Андрея Асадчего в суде?», он ответил: «Он воспользовался правом ведения дела через представителя».
У ответчиков возникло предположение, что Андрей Асадчий по-прежнему находится под подпиской о невыезде в Иркутске. Был задан вопрос: так ли это? Адвокат не подтвердил, но и не опроверг этого предположения.
Очередное судебное заседание состоялось 20 марта 2013 года.
Во время этого заседания «Псковская губерния» представила свои возражения.
Редакция газеты считает, что исковые требования Андрея Асадчего удовлетворению не подлежат.
В своем заявлении истец указал те газетные строки, которые «ухудшили сон ввиду нервных переживаний» и причинили «нравственные страдания».
Прежде всего, в исковом заявлении говорится: «В статье указывается, что «моя бурная деятельность на посту «ликвидатора» привела к тому, что ему пришлось исчезнуть из Пскова».
К слову «ликвидатор» у истца претензий не возникло, зато сочетание «бурная деятельность» и «исчезнуть», по мнению истца, требует опровержения и наносит г-ну Асадчему моральный ущерб.
Здесь требуются пояснения.
«Исчезновение», о котором я упоминал в статье «Транссибирская язва», относится к тому периоду, когда депутат Псковской городской думы Андрей Асадчий перестал ходить на сессии гордумы. Это произошло в середине 2010 года. Коллеги депутата отвечали мне, что не видели Андрея Асадчего «очень давно», и советовали искать его «где-то в Сибири».
То есть с середины 2010 по весну 2012 года, когда у Андрея Асадчего истек депутатских полномочий, депутат Псковского городского округа № 17 Асадчий на сессии Псковской городской думы не приходил.
Вопросы о том, «где находится Андрей Асадчий?» мне неоднократно задавали и его избиратели.
Все это позволило мне написать, что Андрей Асадчий – исчез.
Исчезновение было таким, что даже спустя несколько лет, в марте 2013 года на вопрос судьи: «Планирует ли истец прибыть в заседание лично?», его адвокат ответить не может.
Что же это, если не исчезновение?
Избиратели никуда не исчезли, они остались на месте, в округе № 17, а их депутат без объяснения причин уехал за тысячи километров от дома и устроился там на работу, так и не сложив с себя депутатские полномочия.
Под «бурной деятельностью» я подразумевал историю с так называемой ликвидацией МП г. Пскова «Псковская коммерческая палата». Председателем ликвидационной комиссии этой палаты являлся депутат Андрей Асадчий. На основании постановления главы города Пскова Ивана Цецерского от 03.09.2010 № 197 была проведена проверка деятельности ликвидационной комиссии и всего муниципального предприятия.
Проверка установила, что «договоры аренды недвижимого имущества заключались без согласия собственника», а деятельность работников ликвидационной комиссии, возглавляемой Андреем Асадчим, «противоречит сущности процесса ликвидации предприятия».
Кроме того, проверяющие установили, что «Асадчему А. В. была необоснованно начислена заработная плата за 1-ю половину 2010 года – 300,0 тыс. рублей».
В акте проверки сказано: «Разница между отраженной в учете и отчетности стоимостью имущества, находящегося в хозяйственном ведении, и стоимостью муниципального имущества, учтенного в Реестре муниципального имущества, составила 3107,4 тыс. рублей, что является нарушением пункта 4 статьи 8 Федерального закона РФ от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете».
Подобных нарушений комиссия нашла несколько.
Акт проверки был подписан начальником отдела финансового контроля Контрольного управления администрации Псковской области Е. В. Репринцевой и заместителем начальника отдела финансового контроля Контрольного управления администрации Псковской области О. Ю. Штин.
Всё это мне как журналисту позволило обозначить деятельность руководителя ликвидационной комиссии Андрея Асадчего как «бурную». И в данном случае не важно, что эта деятельность не закончилась возбуждением уголовного дела в Пскове.
В конце концов, выслушав мои объяснения в суде, адвокат Денисов произнес замечательную фразу: «Давайте не придираться к слову «бурная». «Я был уверен, что это вы придираетесь», – удивился я.
Возникла секундная пауза. Можно было подумать, что «Псковская губерния» истец и ответчик в одном лице.
Разумеется, редакция газеты «Псковская губерния» поддержала изменившуюся позицию истца, который предложил не «придираться» к слову «бурная».
Странно, что Андрея Асадчего и его адвоката вообще смутила фраза о «бурной деятельности». Деятельность г-на Асадчего в статье была обозначена не как коррупционная и не как преступная, а всего лишь как бурная. «А он, мятежный, ищет бури, // Как будто в бурях есть покой!».
Но Андрею Асадчему, видимо, из-за нарушенного сна, покой даже не снился, и он по-прежнему ищет бури, для чего подает на редакцию газеты в суд.
В его иске сказано: «Автор статьи обвиняет меня в коррупции и приводит слова, якобы свидетельствующие об этом: «Новоиспеченный Асадчий коррупционер или не новоиспеченный?».
Это еще одно удивительное утверждение.
«Руководство иркутской «Автоколонны 1880» обвиняют в мошенничестве»
Нигде и никогда я не утверждал, что Асадчий – коррупционер.
В действительности таким вопросом задавались правоохранительные органы Иркутска, в частности – сотрудники ФСБ, Следственного комитета и ОБЭП.
Моя же фраза, приведенная в иске, прервана на полуслове и изменена до неузнаваемости.
Более того, Андрей Асадчий и его адвокат невнимательно прочитали статью, и не обратили внимание на то, что лишившее Андрея Асадчего здорового сна фраза принадлежит не журналисту, а жителю Иркутска Евгению, работавшему непосредственно под его руководством и приславшему в редакцию письмо.
В письме есть такие слова: «…А. В. Асадчий занялся реконструкцией предприятия, строит силами подрядчиков объекты предприятия – автовокзал. Правда, сметы утверждает сам, и они в три, а то и в пять раз выше – нежели по региону. Откат по А. Асадчему процветает на Иркутской земле. Пишем в прокуратуру о фактах злоупотребления, а они в ответ: он депутат Пскова, НЕПРИКОСНОВЕНЕН. Спасибо Пскову за новоиспеченного коррупционера».
И после этой цитаты я написал: «Находясь за тысячи километров от Иркутска было трудно разобраться… «новоиспеченный» Асадчий коррупционер или не «новоиспеченный?» А, может быть, вообще не коррупционер?».
Таким образом, на мой взгляд, истец вводил в заблуждение суд. Задача правоохранительных органов, в данном случае – иркутских, устанавливать – коррупционер Асадчий или нет, а задача журналиста – сообщать читателям общественно значимую информацию.
В иске к «Псковской губернии» сказано: «Я являюсь известным в Псковской области предпринимателем и политическим деятелем».
Отлично. Именно то, что Андрей Асадчий – известный политический деятель, не позволило нам утаить от читателей то, что его деятельностью давно интересуются правоохранительные органы.
Еще она претензия в иске касается раздела статьи под названием «С момента их появления начинается планомерное разрушение транспортной системы области».
Истец утверждает, что я обвиняю Асадчего в рейдерстве.
Это не так.
Те слова, которые приводятся в иске – закавыченные цитаты. То же самое можно сказать и о подзаголовке.
Информация, которой я пользовался при написании статьи, взята из официальных источников, в частности, с сайта Управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области, где 31 октября 2011 года был размещен материал под названием: «Автоколонна 1880». Дело о монополии».
На сайте Иркутского УФАС говорится: «Мы продолжаем рассказывать о том, что на самом деле происходит на ОАО «Автоколонна 1880», более известном как Иркутский автовокзал. Оказывается, работники предприятия – не единственные жертвы политики нового руководства. Кто еще страдает от Асадчего?
Напомним, в прошлый раз мы рассказывали о разрушительной политике Андрея Асадчего, ставшего гендиректором ОАО «Автоколонна» в мае прошлого года…».
О том, что деятельность Андрея Асадчего на посту гендиректора ОАО «Автоколонна-1880» была далека от идеальной, свидетельствуют и штрафы, которые накладывало УФАС на автоколонну.
В свою очередь, штрафы накладывались в результате проверок, а проверки осуществлялись из-за жалоб конкурентов-перевозчиков. Именно они и обвиняли Андрея Асадчего в попытке рейдерского захвата.
Эти утверждения стали похожи на правду в тот момент, когда правоохранительные органы Иркутска задержали братьев Асадчих в результате спецоперации.
На официальном сайте автовокзалов и автостанций Российской Федерации 02.08.2012 появилась соответствующая информация: «Руководство иркутской «Автоколонны 1880» обвиняют в мошенничестве».
Там, в частности, говорится: «Следственные органы СКР по Иркутской области по факту хищения средств из бюджета Иркутской области на основании материалов, предоставленных УФСБ России по Иркутской области, возбудили уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ – мошенничество… По имеющейся информации, с августа 2011 года по март 2012 года из бюджета Иркутской области совершено хищение крупной денежной суммы. При этом использовались мошеннические схемы. Махинации коснулись программы льготных перевозок пассажиров на междугородних маршрутах. У следствия есть основания полагать, что к совершению данного преступления причастны генеральный директор ОАО «Автоколонна 1880» Андрей Асадчий и его заместитель Алексей Асадчий, задержанные в Иркутске.
По уголовному делу допрошен ряд свидетелей, проведены обыски в офисах ОАО «Автоколонна 1880», в том числе на иркутском автовокзале. В настоящий момент следователями СКР изучаются материалы по факту нарушения законодательства со стороны руководства предприятия, предоставленные УФСБ по Иркутской области, ГУ МВД по Иркутской области.
Следственные органы вышли перед судом с ходатайством об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражей. В настоящий момент проводятся следственные действия, направленные на установление всех обстоятельств произошедшего.
Расследование уголовного дела продолжается, сообщает пресс-служба СКР по Иркутской области».
И кто после всего этого подозревает братьев Асадчих в мошенничестве? «Псковская губерния» или правоохранительные органы?
Что же касается еще одной претензии истца, связанной с информацией о конфликте в автоколонне (забастовке и увольнении директора), то я основывался на официальных сообщениях, в которых говорилось, что «Следственное управление Следственного комитета РФ по Иркутской области начало доследственную проверку по факту невыплаты заработной платы работникам Иркутского автовокзала, а 22 мая 2012 года исполняющий обязанности губернатора Иркутской области Сергей Ерощенко поручил создать штаб по решению вопроса погашения задолженности по зарплате работникам ОАО «Автоколонна 1880».
При этом редакция «Псковской губернии» настаивает на том, что статья «Трассибирская язва» не является односторонней. Точка зрения Андрея Асадчего там тоже представлена.
Если бы Андрей Асадчий прочел статью «Трассибирская язва» внимательнее, то он бы обнаружил, что там говорится: «Братья Асадчие, правда, с этим согласны не были и регулярно рассказывали о том, что превратили убыточное предприятие в прибыльное.
21 мая 2012 года генеральный директор ОАО «Автоколонна 1880» Андрей Асадчий провел брифинг, на котором заявил: «Одним из банков было принято решение о выдаче нам кредита на сумму 50 млн. рублей, часть которого будет направлена на погашение задолженности по зарплате, составляющей 3,2 млн. рублей. При этом сотрудники получат также все компенсации за задержку, предусмотренные законодательством, и премии. Финансовых проблем уже завтра у нас не будет».
В сочетании разных точек зрения – вся суть статьи «Транссибирская язва». Наша задача заключалась в том, чтобы опубликовать мнение представителей разных сторон конфликта. В связи с этим подбирались и подзаголовки. Все они – точные закавыченные цитаты, принадлежащие либо представителям правоохранительных органов, либо Андрею Асадчему.
Но об этом истец в своем иске не говорит.
В связи с этим редакция «Псковской губернии» не может опровергнуть информацию, опубликованную в статье «Транссибирская язва».
Написать опровержение – значит перечеркнуть очевидные факты.
Проверки проводились, претензии предъявлялись, штрафы накладывались, сотрудники автоколонны бастовали, от должности гендиректора Андрей Асадчий был отстранен, спецоперация, осуществленная ОБЭП, ФСБ и Следственным комитетом тоже осуществлялась. Братья Асадчие были задержаны. Через некоторое время с них была взята подписка о невыезде. Всё это – факты, и опровергать их – это значит транслировать ложь.
В конце судебного заседания 20 марта 2013 года прозвучала моя реплика: «Андрей Асадчий в последнее время пережил много бурных событий. Предприятие, которое он возглавлял, многократно штрафовали. Коллектив иркутского автовокзала объявлял забастовку. Спецслужбы осуществили операцию по его задержанию, и это было сделано довольно жестко. Но сон Андрея Асадчего, судя по всему, был по-прежнему крепок. И только скромная статья в газете его почему-то нарушила.
Возможно, сон г-на Асадчего действительно стал тревожен, но причина этого совсем не в нашей статье?»
* * *
Жаль, что Андрей Асадчий пока не имеет возможности приехать в Псков и ответить на наши вопросы.
Вопрос первый: «Что ищет он в стране далекой?».
Вопрос второй: «Что кинул он в краю родном?».
Мы надеемся, что рано или поздно у Андрея Асадчего появится возможность приехать в Псков и ответить на эти и другие вопросы.
Алексей СЕМЁНОВ
1 См.: А. Семёнов. Транссибирская язва // «ПГ», № 34 (606) от 5-11 сентября 2012 г.