Original Material
Музыкальные формы
Обычно даже расстроенные музыкальные инструменты выглядят красиво
Два года назад в псковской театральной галерее «Цех» прошла выставка «Странная любовь к музицированию». На ней представили причудливые вымышленные инструменты Андрея Кузнецова (петербургского художника-«митька») и не менее странные и запоминающиеся работы псковского художника Александра Николаева. О «Странной любви к музицированию» я вспомнил, когда пришёл на открытие выставки «Свободные элементы» в галерею «Цех» в феврале 2019 года. Незадолго до этого в Центральной городской библиотеке города Пскова открылась выставка «Его величество натюрморт». И это снова было напоминание о музыкальных инструментах.
«Сад радостей земных»
Обычно даже расстроенные музыкальные инструменты выглядят красиво. По этой причине их так любят художники. «Слух» Яна Брейгеля Старшего, «Сад радостей земных» Иеронима Босха (там, где изображён человек, распятый на музыкальных струнах), сюрреалистические гитары и скрипки Сальвадора Дали… У одного только итальянца Эваристо Баскениса, жившего в XVII веке, около 600 натюрмортов с музыкальными инструментами.
Изящные формы большинства музыкальных инструментов созданы, в том числе, и для того, чтобы ими любоваться и их осязать. В «Стихотворении о слепых музыкантах» у Бродского есть строки: «Музыку поглотят камни. // И музыка умрёт в них, // Захватанная руками».
Но изящные инструменты не «захватать» руками. Они словно бы продолжение человеческого тела. И если на картине вообще нет человека, но есть гитара, флейта, скрипка, виолончель, то присутствие человека подразумевается.
Издавна так повелось, что музыканты сами часто изготовляли инструменты, фактически «сочиняли» их. Вначале создавали музыкальные инструменты, а потом и музыку. Так продолжается до сих пор. Молодой Брайан Мэй (будущий гитарист группы Queen) вместе со своим отцом соорудили знаменитую гитару Red Special из подручного материала. Кусок красного дерева, отрезанный от домашнего камина, пошёл на гриф гитары с широкой, но тонкой поверхностью.
У художников и скульпторов задача попроще. Достаточно формы. Звуки можно потом вообразить. Металлический натюрморт «Музыка металла» Виктора Тимофеева, вывешенный в читальном зале псковской библиотеки, не вмещался в металлическую рамку. Звуковую дорожку к этому натюрморту каждый мог подобрать сам. Это не обязательно должен был быть хэви-метал.
«Н.Ф.», Марина Солопченко (слева) и «Музыка металла», Виктор Тимофеев (справа).
Тряпичные куклы петербургской актрисы Марины Солопченко, выставленные в галерее «Цех», очевидно, тоже тяготели к музыке – к виолончельной, но не только. А неподалёку стоял сделанный из дерева и металла объект «Четыре фигуры» Эмиля Капелюша – петербургского театрального художника. Большой объект напоминал «двурогие» эталоны ноты «ля», то есть камертоны. Подходящие приборы, чтобы ним настроить на выставке «звук».
Зато представленный в библиотеке «Натюрморт со скрипкой» Юрия Жулина был традиционен. Цветы, яблоко, пестрое покрывало… Но попробуйте удалить скрипку, и всё развалится.
«Потрогай музыку»
Помню, в московском Парке Горького проходила выставка «Потрогай музыку». На необычных музыкальных инструментах имелась возможность сыграть. Это были огромные интерактивные инсталляции из коллекции немецкого Мобильного музея.
В 2015 года в Петербурге в арт-центре «Пушкинская-10» открылся Музей звука. Чего только там нет. Утюгон, сморгачка, потир (звучит почти как тибетские поющие чаши)… Есть там и круглый синтезатор - вариофон, с помощью которого можно добиться «рисованного звука». Он помогал озвучивать кинофильмы. Его изобрёл и запатентовал в 1931 году Евгений Шолпо - советский изобретатель и музыковед, один из пионеров электронной музыки. Кроме вариофона он изобрёл мелограф и автопианограф. Первый вариант – деревянную версию вариофона - создали при участии композитора Георгия Римского-Корсакова (внука Николая Римского-Корсакова).
О Шолпо я узнал из переписки поэтессы Марии Шкапской и Софьи Толстой-Есениной. Первое стихотворение под названием «Плачьте» (на смерть Льва Толстого) Шкапская опубликовала в газете «Псковская жизнь» в 1910 году. Дружил Шолпо и с другим автором «Псковской жизни» - поэтессой Надеждой Павлович, учившейся в новоржевской прогимназии, а потом в псковской Александровской женской гимназии.
Есть у Евгения Шолпо фантастический рассказ-эссе «Враг музыки», сочинённый в 1917 году. Там описан «механический оркестр» - машина, самостоятельно исполняющая сложные музыкальные композиции. «Враг музыки» в действительности никакой не враг.
«Натюрморт со скрипкой», Юрий Жулин (слева) и «Четыре фигуры», Эмиль Капелюш (справа)
Можно ещё вспомнить «орнаментальный звук», разработанный примерно в те же времена Арсением Авраамовым, исследования «бумажного звука» Николая Воинова… Про изобретения Льва Термена и говорить нечего. Как правило, это были инструменты, тесно связанные с изображением. Правнук Льва Термена в 2016 году выступал в псковском театре драмы.
И всё же при такой конкуренции старые добрые инструменты вроде привычной скрипки с её душками, подгрифком, пуговкой, шейкой, завитком, порожком и т.п. ничуть не устаревают.
Какой-нибудь смешной утюгон или даже электроскрипка скрипку, сделанную из ели, клёна и паллисандра никогда не вытеснят. Как фотография не вытеснила живопись. Как роботы не вытеснили вязаных и текстильных кукол.
Тёплый звук и изящные изгибы деревянных скрипок ещё долго будут вдохновлять художников, поэтов, да и всех остальных.
Не такая она и странная, эта любовь к музицированию.