Original Material
Вследствие следствия
Следственный комитет России в связи с возбуждением уголовного дела против Георгия Василевича заинтересовался следственным комитетом Псковской области
Следственный комитет России в связи с возбуждением уголовного дела против Георгия Василевича заинтересовался следственным комитетом Псковской области
На минувшей неделе продолжали активно развиваться и комментироваться события вокруг ставшего одним из самых скандальных в регионе уголовных дел, возбужденных Следственным комитетом Псковской области, обвиняемым по которому может стать директор государственного музея-заповедника А. С. Пушкина «Михайловское» Георгий Василевич. 20 мая состоялась пресс-конференция руководителя следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области Михаила Дьякова, и в тот же день публично высказался руководитель Следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин, который сенсационно сообщил, что «уголовное дело, скорее всего, носит заказной характер». 25 мая Следственный комитет прокуратуре РФ опубликовал на своем сайте пресс-релиз, из которого следовало, что в ходе служебной проверки, проводившейся по поручению председателя Следственного комитета, обнаружены нарушения уголовно-процессуального законодательства при возбуждении уголовного дела в Псковской области и стоит вопрос «о привлечении к ответственности должностных лиц, допустивших процессуальные нарушения, в том числе и руководителей следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области». Сюжеты о «пушкинском» уголовном деле продолжали в течение минувшей недели активно появляться на центральных телеканалах.
| | | --- | | 
«Мне непонятен ажиотаж, поднятый по уголовному делу в отношении директора Пушкинского заповедника Георгия Василевича», - заявил на пресс-конференции Михаил Дьяков. При этом немедленно адресовался к надзорному органу соответствующего уровня, прокуратуре Псковской области, отметив, что если бы уголовное дело было возбуждено незаконно, прокурор отменил бы постановление о возбуждении: «В день возбуждения уголовного дела соответствующее постановление было направлено прокурору Пушкиногорского района. Он согласился, что дело возбуждено законно и обоснованно», - сообщил прессе М. Дьяков. Серьезная фигура – прокурор Пушкиногорского района при таком конфликте.
Но, как выяснилось, именно «ажиотаж» вокруг возбужденного 1 мая 2009 года дела привел к тому, что оно было направлено на рассмотрение прокурору Псковской области Тимуру Кебекову, который, в свою очередь, направил его в УВД по Псковской области, следственная часть которого в течение 20 дней будет вести проверку по делу.
Отметим, что у многих наблюдателей создалось стойкое впечатление о том, что уголовное дело против директора музея-заповедника «Михайловское» перепасовывается следственными органами друг другу, как горячий и жгущий ладони уголь: из УВД – в прокуратуру, из прокуратуры – в следственный комитет, потом – в обратном направлении, и так по кругу.
Михаил Дьяков объяснил этот факт тем, что это уголовное дело относится к так называемой «альтернативной подследственности», то есть может расследоваться разными органами, которые выявили нарушения. Но, судя по всему, следственного органа, который охотно согласился бы на исполнение установленных законом функций, в Псковской области долго не находилось.
Г-н Дьяков сформулировал объяснение и этому факту: «Это человек довольно известный, поэтому огульно возбуждать уголовное дело никто не хотел. В течение 30 суток Островским межрайонным отделом проводилась проверка, по итогам которой было возбуждено уголовное дело по двум статьям. Факты, которые послужили основанием для возбуждения дела, выявлены в ходе ревизии, которая проходила в музее-заповеднике» и дополнил информацию комментарием, что само дело не представляет особой сложности, оно даже не поступило в отдел по расследованию особо важных дел.
При этом ничего по существу дела узнать не удалось, а сам г-н Дьяков был весьма осторожен в словах: «Следственное управление вдумчиво подходит к возбуждению уголовных дел, а по итогам проверки однозначного вывода сделать было нельзя. Стоял ряд вопросов, которые необходимо расследовать в рамках уголовного дела».
Главный следователь Псковской области отметил, что на момент передачи дела в следственную часть УВД мера пресечения (например, подписка о невыезде) не была избрана, и обвинение г-ну Василевичу не было предъявлено.
Из сюжета, вышедшего в свет на канале «Россия» в минувшее воскресенье (в программе «Вести недели с Евгением Ревенко», 24 мая) зрители могли узнать, что инкриминируемые Георгию Василевичу 172 тысячи рублей – это деньги, потраченные на поездку работников музея-заповедника в Швецию для обмена опытом с коллегами, о чем было сказано в закадровом комментарии.
В чем состояла незаконность этой поездки или какая бухгалтерская ошибка была совершена, по мнению следствия, при ее финансировании, оставалось неясным. На пресс-конференции г-на Дьякова речь о таких подробностях не шла.
Между тем Михаил Дьяков сделал на своей пресс-конференции и громкие политические заявления. Он сообщил, что на следствие по делу Георгия Василевича «идет грубое давление» с нарушением этических норм: «В правовом государстве, если расследуется уголовное дело, то должны соблюдаться определенные этические нормы. Сейчас идет грубое давление на следствие, это создает нервозность», - сказал Михаил Дьяков.
Он публично обвинил, «тех, кто сейчас выступает в прессе» (очевидно, что имелись в виду именно защитники Георгия Василевича), в том, что они «не видели ни листка уголовного дела, однако комментируют ситуацию» и предложил с переносом ситуации на себя самого следующее: «Я бы, как во всех цивилизованных странах, воздержался от комментариев, а тем более от выводов. Подчеркиваю, что не исключен тот факт, что в ходе расследования уголовного дела Василевич объяснит все вопросы, хотя, вероятно и обратное».
Редакция отмечает, что многие СМИ, вероятно, были бы готовы опубликовать хоть что-либо конкретное по делу Георгия Василевича, но возможности таковой не имеют: мы действительно «не видели ни листка уголовного дела», посему вынуждены пользоваться только выходящей из недр следствия на поверхность информацией и теми комментариями к ней, которые появляются. Детали знает только следствие, но и оно комментирует больше, чем информирует.
Да и комментарии самого г-на Дьякова на пресс-конференции носили общий – политический и этический – характер. С ними невозможно (и не нужно) спорить, как, например, с таким: «Мое убеждение, что деньги государственные, областные и муниципальные не должны становиться личными. И если такие факты есть и есть хоть малейшее подозрение, то нужно проводить проверку, возбуждать уголовные дела. Потому что, к сожалению, народ у нас живет очень бедно, а деньги уходят не туда, куда нужно».
Но что это добавляет к информации по делу Георгия Василевича? Ничего.
«Жёсткие меры реагирования»
| | | --- | | 
Руководитель Следственного комитета России высказал мнение о том, что уголовное дело, возбуждённое в отношении директора Государственного музея-заповедника А. С. Пушкина «Михайловское» Георгия Василевича, скорее всего, носит заказной характер. Этот комментарий был произнесен на заседании общественного совета при СКП РФ – то есть на коллегии, специально созданной для поддержания общественных связей Следственного комитета – по сути, в том числе для донесения до руководства следственной структуры общественного мнения о ее работе.
Г-н Бастрыкин сказал буквально следующее: «Мы сейчас проводим служебное расследование и во всем разберёмся. Очевидно, что речь может идти о так называемых заказных делах. Там наступают «коттеджные дела» на этот музей» [ 3 ].
Слова «коттедж» и «земля» стали, судя по всему, прочными синонимами криминала в современной России. Дополнительные объяснения даже не нужны: только упомяни про заповедные земли и коттеджное строительство, и у слушателя сразу складывается вполне определенная картина.
Главный российский следователь оставил для проверки деятельности своих подчиненный «окно вариантов», заявив: «Мы разбираемся, на каком основании начато уголовное расследование. Ссылаются вроде на некие финансовые нарушения, связанные с командировочными расходами».
Одно из заявлений г-на Бастрыкина «Псковская губерния» может отнести и на свой счет: «Мы тщательно отслеживаем все выступления в СМИ и благодарны им за важную информацию, которую мы используем в своей работе».
Ну, был бы толк, как говорится…
Еще до заочного обмена публичными комментариями между российским и псковским руководителями следственного комитета, уголовное дело по указанию Александра Бастрыкина было затребовано в центральный аппарат Следственного комитета для проверки законности и обоснованности его возбуждения.
Как выяснилось, результаты проверки вызвали сомнения в обоснованности этого процессуального решения, после чего г-н Бастрыкин назначил служебную проверку для выяснения всех обстоятельств возбуждения уголовного дела, по результатам которой «будут приняты жёсткие меры реагирования в отношении должностных лиц Следственных органов Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области, допустивших нарушения, вплоть до применения мер, регламентированных уголовным и уголовно-процессуальным законодательством», как было опубликовано на сайте Следственного комитета России. 20-го же мая «Псковское Агентство Информации», сообщило, что, согласно его источникам, сотрудники Следственного комитета уже прибыли в Псковскую область для проведения служебной проверки.
Уже через несколько дней, в понедельник, 25 мая, первые результаты проверки были выведены в свет на том же сайте СКП РФ.
В официальном сообщении СКП РФ указывалось, что в ходе служебной проверки, проводившейся по поручению председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ, обнаружены нарушения уголовно-процессуального законодательства при возбуждении уголовного дела в отношении директора Государственного музея-заповедника А. С. Пушкина «Михайловское». Эти нарушения выразились в игнорировании требований статьи 151 Уголовно-процессуального кодекса РФ (УПК РФ) (подследственность) и приказов председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ. Проще говоря, следствием занимались не те структуры, которым это предписано законом. А этого уже достаточно, чтобы следствие было прекращено. Судя по всему, Михаил Дьяков быстро понял суть проблемы, что отразилось в его заявлении об «альтернативной подследственности». Но центральное руководство СКП сочло, что никакой альтернативы в этом деле быть не могло.
По мнению СКП РФ, процессуальная проверка была начата сотрудниками следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области на основании материалов проверки, полученных из управления по налоговым преступлениям УВД по области, и возбудили уголовное дело по признакам преступлений, не относящихся к подследственности Следственного комитета. После начавшегося скандала прокуратура Псковской области изъяла уголовное дело и передала его для дальнейшего расследования в УВД по Псковской области.
Теперь же «руководство Следственного комитета решает вопрос о привлечении к ответственности должностных лиц, допустивших процессуальные нарушения, в том числе и руководителей следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области».
Служебная проверка внутри СКП сделала также вывод о том, что «не нашли своего подтверждения заявления о заказном характере возбуждения уголовного дела в отношении Георгия Василевича».
Формула «не нашли своего подтверждения» многим читается следующим образом «не были подтверждены, но и не были опровергнуты».
* * *
Если в России и существует государственная тайна, то распространяется она не в последнюю очередь на заказчиков громких преступлений, в том числе необоснованных возбуждений уголовных дел. Примеров тому – множество.
Результаты действий этих персон видны всем, имена их известны очень узкому кругу лиц.
Нет ни одного документа, где эти люди сообщили бы о своих интересах и подписались под ними.
Изредка они «выходят из тени», обнаруживая себя в качестве собственников ранее спорного имущества либо занимают спорные до какого-то времени должности. Но связать причины и следствия практически невозможно.
Запах есть. Следов нет.
Невозможно ни опровергнуть, ни подтвердить многими высказанное предположение, что в деле Георгия Василевича проявились интересы именно таких людей.
Они остаются неназванными, неупоминаемыми, непубличными.
Они в любом случае не понесут по этому делу никакой ответственности.
Тень неформального влияния скрывает сегодня их имена и лица.
Остается очень малая вероятность, что не навсегда.
Алексей АЛЕСИН
1 См.: А. Алесин. Высокое давление // «ПГ», № 11 (432) от 25-31 марта 2009 г.; А. Алесин. Высокое внимание // «ПГ», № 19 (440) от 20-27 мая 2009 г.
2 См.: Мне непонятен ажиотаж вокруг уголовного дела в отношении Георгия Василевича – руководитель СУ СКП РФ по Псковской области Михаил Дьяков // ПЛН, 20.05.2009; О давлении на следствие по делу Георгия Василевича заявил руководитель СУ СКП РФ по Псковской области Михаил Дьяков // ПЛН, 20.05.2009.
3 Цит. по: Уголовное дело в отношении Георгия Василевича может быть «заказным», считает Александр Бастрыкин // ПАИ, 25.05.2009.