На свиданье к бабушке

От нашего переезда больше всего пострадали бабушки, лишившись возможности общаться с любимыми внуками. А ведь они принимали весьма заметное участие в жизни детей. Сашина бабушка без преувеличения растила ребенка, пока мы, очень молодые родители, завершали студенческие карьеры. И Александр все каникулы проводил в деревне, ждал – не дождался, когда же, наконец, поедет «к бабе с дедом».

И вот мы их разлучили. Теперь между родными расстояние две тысячи километров, а добираться надо двумя поездами и самолетом. «Плачет Дед, плачет Баба, плачет Курочка Ряба». И Саша нет-нет, да всплакнет по ночам: «Очень по бабушке соскучился...»

Летом мы смогли транспортировать детей до бабушек, но на очень недолгий срок. Саше не хватило краткого мига свидания, и он еще в сентябре начал прощупывать почву: а не получится ли повторить в новогодние каникулы? Он всячески являл доблесть, прилежно учился и участвовал в домашних делах, каждый раз отмечаясь:

• Мама, ну я же молодец, да?

• Ты просто замечательный молодец, самый лучший сын в мире!

• Ну, ты же захочешь такому замечательному сыну сделать самый замечательный новогодний подарок?

• Вероятно, захочу. А какой?

• Потом скажу.

И вот «тайна» раскрылась. Саша попросил у Деда Мороза поездку к бабушке. Кто ж посмеет отказать самому замечательному в мире сыну?

Перед нами сразу встали серьезные проблемы. Кому-то надо сопровождать Александра, вероятно – мне, потому что у мужа нет новогодних выходных. По той же причине придется везти с собой Льва, неся серьезные моральные и финансовые потери.

Но выход всегда есть. Например, есть транспортные операторы, предоставляющие услугу сопровождения несовершеннолетних. К сожалению, этот шанс не улыбнулся. Зато выяснилось, что на самолетах нашей авиакомпании самостоятельный пролет разрешен с двенадцатилетнего возраста.

• Саша, полетишь один?

• Конечно! Конечно! Конечно, полечу!

Мы разработали план-перехват с обеспечением всех возможных мер безопасности. С нашей стороны Александр доставлялся до терминала в сопровождения взрослых, а в Москве его встречала бабушка, обеспечивающая транспортировку наземными средствами. В сущности, без присмотра Александр должен был остаться ненадолго. Час после регистрации в местном аэропорту и минут сорок – во Внуково, подождать, пока подъедет бабушка. Среди сотрудников служб авиа и всяческой другой безопасности неприятности тринадцатилетнему мальчику может доставить, главным образом, только он сам. В остальном – риск не больше, чем на улице, по которой ребенок каждый день возвращается из школы.

Но это логические рассуждения, которые материнскому сердцу, как известно, не указ. Я волновалась, ходила кругами, в сотый раз проверяла, запомнил ли ребенок инструкции. Сын при этом оставался спокойным и невозмутимым.

• Саш, неужели ты совсем не волнуешься?

• Да, но ничего страшного. Я в школу первый раз один шел – волновался. На автобусе первый раз без тебя ехал – волновался. Даже на электричке – волновался. Но ведь все нормально? Значит, и сейчас все будет нормально.

Оказывается, у моего сына имеется опыт, и он этому опыту доверяет. В сущности, мне ничего не остается, кроме как сделать то же самое – доверить ребенку самое дорогое, что у меня есть – его самого.

Впрочем, волнения мои были напрасны. Ребенок счастливо попал в объятья к любимой бабушке и прекрасно провел каникулы. Действительные переживания ожидали нас на обратном пути, когда все уже расслабились.

План опять был расписан поминутно. Дедушка транспортирует Сашу до Москвы, запускает в терминал аэропорта и отбывает в родную деревню. А я встречаю ребенка нашем региональном аэропорту, после чего мы, обсуждая накопившиеся новости, спокойно едем до дома на электричке. Все отлично, если бы не отмена рейса, о которой авиа-оператор сообщил не сильно заранее. Дед с внуком уже ехали поездом по направлению к столице.

Вот не знаю, как жили люди без мобильных телефонов! Только с помощью такой связи можно было дистанционно связать знакомых и незнакомых, найти добровольцев, готовых приютить Сашу и доставить его в аэропорт на гораздо более поздний рейс. А дедушка своевременно успел вернуться домой к неотложным трудовым обязательствам.

Поздний рейс напакостил нам со всех сторон. Прямиком домой с него попасть не получалось – электрички из регионального центра до нашего городка по ночам не ходят. Пришлось вновь обратиться к знакомым, которые встретили ребенка, обеспечив приют и безопасность. Маленький форс-мажор ждал Сашу и на следующий день – опоздание на электричку.

И тут ребенок окончательно доказал свою способность к самостоятельным действиям. Расспросил сотрудников вокзала об альтернативных транспортных средствах, нашел правильную маршрутку и был дома, опередив прибытие пригородного поезда.

Конечно, для взрослого человека это «мелочи жизни». Саша не был один, всегда и везде были люди, которые могли подорваться, подхватить подстраховать. Была мобильная связь и информационная поддержка, ребенок всегда знал о наличии запасных вариантов.

И все же – это очень взрослый опыт, требующий напряжения нервов, собранности, координации. Из этого переживания сын вышел другим, повзрослевшим. Без нехорошей детской шелухи, которая особенно раздражает в подростках – разболтанности, кривляния, бездумности. И в моих, и в собственных глазах он стал более компетентным, самостоятельным.

Правда, обнаружился побочный эффект. Теперь мне уже неудобно давать отпрыску традиционные материнские наставления: «Не ходи без шапки», «Будь внимательнее на дороге». Саша смотрит с выразительным упреком:

• Мам, ну что ты? Я ж не маленький.

И я понимаю, что ребенок прав. Свое право на большую самостоятельность, свою способность позаботиться о себе мой сын вполне доказал.

Елена ЧЕРЕПИЦКАЯ.

Продолжение следует...

Предшествующую публикацию см. здесь.