Original Material
Двадцать лет без вины
Либералами российские политики, как правило, становятся только тогда, когда это им выгодно. А всё остальное время они остаются сами собой
Современная российская демократия умерла в раннем детстве, даже не дожив до своего двухлетия. На памятнике можно написать годы жизни: «26 декабря 1991 года – 21 сентября 1993 года». Эпитафия могла быть такой: «Она хотела как лучше». Но никакого памятника не потребовалось. Могила осталась безымянной. Наоборот, смерть выдали за рождение, и теперь каждый год в декабре отмечают День Конституции.
«Белый дом» на глазах становился чёрным.
В действительности, преамбула новой Конституции начинается не со слов: «Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле, утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие…»
Она начинается со слов: «В Российской Федерации сложилась политическая ситуация, угрожающая государственной и общественной безопасности страны. Прямое противодействие осуществлению социально-экономических реформ, открытая и повседневно осуществляемая в Верховном Совете обструкция политике всенародно избранного Президента Российской Федерации...»
Именно так начинался президентский указ № 1400 о роспуске Верховного Совета Российской Федерации.
«Безопасность России и её народов – более высокая ценность, нежели формальное следование противоречивым нормам»
Среди депутатов распущенного российского парламента было много неприятных людей. Ничуть не меньше, чем в нынешней Государственной Думе. Некоторые честно заслужили своё место на тюремных нарах. Кое-кто потом на них и оказался, впрочем, долго там не задержавшись.
Демократия на гусеничном ходу, смотрящая на мир сквозь прицел, – не совсем демократия. И не совсем республика.
И всё же, как бы ни были неприятны многие депутаты, президент Борис Ельцин не имел права распускать парламент.
В тот же день, 21 сентября 1993 года, Конституционный Суд Российской Федерации во главе с Валерием Зорькиным, рассмотрев в судебном заседании действия и решения Бориса Ельцина, связанные с его указом «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», пришел к заключению: указ антиконституционен.
В решении Конституционного Суда подробно перечислено, сколько статей Конституции нарушил Борис Ельцин, после чего сделано заключение: действия президента России «служат основанием для отрешения Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в порядке статьи 121. п. 10 или 121. п. 6 Конституции Российской Федерации».
В свою очередь, Ельцин объяснял свои неконституционные действия тем, что есть вещи, которые важнее формальностей, а именно: «Принимая во внимание, что безопасность России и ее народов – более высокая ценность, нежели формальное следование противоречивым нормам, созданным законодательной ветвью власти…»
В общем, надо всего лишь правильно подобрать благую цель, а потом можно делать всё что хочешь.
Нарушать Основной Закон оказалось так просто. Многие до сих пор уверены, что нарушать закон нельзя, но если очень хочется, то…
Ельцину и его окружению очень хотелось.
Борис Ельцин указал четыре цели, которые заставили его пренебречь формальной законностью:
- сохранение единства и целостности Российской Федерации;
- вывод страны из экономического и политического кризиса;
- обеспечение государственной и общественной безопасности Российской Федерации;
- восстановление авторитета государственной власти.
Для восстановления авторитета государственной власти Ельцин не нашёл ничего лучшего, чем нарушить Конституцию.
Либо Конституция, либо авторитет.
В конце сентября – начале октября 1993 года родилась Новая Россия, стреляющая по своим.
Сейчас часто повторяют: «Вот они, либералы, показали своё истинное лицо».
Но подозревать в либерализме тех, кто разгонял Верховный Совет, было бы большой натяжкой.
Кто либерал? Ельцин либерал? Черномырдин? Шойгу, передавший Гайдару оружие, либерал? Собчак и его заместитель Путин либералы?
Либералами они становились только тогда, когда это было им выгодно. А всё остальное время они оставались самими собой.
Одни бывшие члены КПСС боролись с другими бывшими членами КПСС. Одни чекисты враждовали с другими чекистами.
На одной стороне Ельцин, на другой – Руцкой. И так далее. Два крыла одной хищной птицы.
Недавние соратники и друзья готовы были убить друг друга.
Это то же самое, как если бы в 2013 году Медведев и Нарышкин вдруг пошли бы против Путина. Сечин был бы на одной стороне, а Чемезов – на другой.
После чего у народа спросили бы: народ, ты за кого? За Сечина или за Чемезова?
Принято считать, что указ Ельцина № 1400 привёл к двоевластию.
Лучше сказать иначе: указ привел к безвластию. Потому что две недели в столице России творилось непонятно что. Хаос.
Карикатурные, хотя и законные, Александр Руцкой и Руслан Хасбулатов, выведенные из себя антиконституционным указом Ельцина, вели себя всё более и более неадекватно.
Инициатива с их стороны постепенно переходила в руки таких деятелей как Александр Баркашов.
Незадолго до этого – в августе 1993 года – Баркашов опубликовал в газете Русского Национального Единства (РНЕ) «Русский порядок» «Основные положения программы РНЕ», которые он намеревался воплотить в жизнь после изгнания Ельцина.
Ветви российской власти оказались по разные стороны баррикады.
Наиболее показателен пункт 7:
«7. Ввиду того, что годы правления антирусских сил, осуществляющих физическое истребление и проводивших политику искусственной ассимиляции Русского Народа, генофонду Русской Нации был нанесен огромный ущерб, одной из главных задач будущего Национального Государства станет охрана здоровья и генетической чистоты Русской Нации.
Развитие евгеники* должно носить характер государственной программы.
Принуждение в любой форме к вступлению в смешанный брак или связь, наносящие ущерб генофонду Русской Нации и ведущие к ее размыванию будет преследоваться в уголовном порядке.
Будет также запрещена любая пропаганда смешанных браков, как формы антирусского интернационализма.
В то же время соблюдение чистоты генофонда Русской Нации будет поощряться Государством как морально, так и материально».
Когда в окружении Руцкого и Хасбулатова появился Баркашов и его вооружённые боевики, то это было предвестием победы нарушившего Конституцию Ельцина.
Вместо того, чтобы дистанцироваться от Баркашова, Руцкой и Хасбулатов сделали его союзником.
И совершенно неважно, заслали Баркашова в «Белый дом» ельцинские спецслужбы или он сам пришёл на подмогу.
Важно другое: от помощи боевиков РНЕ защитники «Белого дома» не отказались.
Не исключено, что нацисты успешно исполнили роль провокаторов. Примерно тем же самым их наследники занимаются и сейчас. Находясь на крючке спецслужб, нацисты временами бывают очень управляемы.
Жестокая расправа над российским парламентом не делает лидеров антиельцинской оппозиции положительными героями.
К тому же, большинство из них потом отлично приспособились. А заодно ещё и продемонстрировали свою политическую несостоятельность. Тот же Александр Руцкой, посидев некоторое время в тюрьме, из вице-президента на время превратился в губернатора, попытавшись управлять Курской областью. Альберт Макашов стал депутатом Госдумы.
Они вписались в новую жизнь, потому что умели жертвовать другими.
Но ещё лучше умел жертвовать другими Ельцин.
Поэтому и победил.
«Мне просто печально, что мы могли бы быть люди…»
В те сентябрьско-октябрьские дни я чаще обычного слушал песню «Козлы» группы «Аквариум». Это была защитная реакция на происходящее.
Козлы; Козлы…
Мои слова не слишком добры,
Но и не слишком злы.
Мне просто печально, что мы могли бы быть люди…
С той поры эта песня для меня прочно ассоциируется с событиями осени 1993 года.
Мы могли быть люди, если бы умели ценить жизни других людей.
До сих пор точно неизвестно, сколько людей погибло в те дни.
В официальном списке погибших, представленном Генеральной прокуратурой России, числилось 147 человек.
По разным оценкам в начале октября 1993 года в Москве в результате вооружённых столкновений и от шальных пуль погибло от 147 до 1052 человек.
В списке, составленном 31 октября 1995 года по материалам парламентских слушаний в Государственной Думе России, значится 160 фамилий (и них 45 – погибшие во время штурма телецентра «Останкино», а 75 – в районе «Белого Дома», остальные погибли в других местах Москвы).
В некоторых книгах и статьях называется и другое количество погибших: 829 человек, 948 человек, 1052 человека…
До серьёзного расследования и тем более до суда дело так и не дошло. Скороспелая амнистия всё списала, а победителей, как водится, вообще судить не собирались.
Но к тем 160 фамилиям, погибшим в Москве осенью 1993 года во время противостояния двух ветвей власти, надо добавить десятки тысяч погибших позднее на Северном Кавказе и в других регионах России.
Никто не ответил за их загубленные жизни.
После демонстративного расстрела парламента можно было расстреливать целые российские города и сёла. Ждать оставалось недолго – до декабря 1994 года, когда началась Первая чеченская война, которую даже войной назвать не решились.
В конце сентября – начале октября 1993 года родилась Новая Россия, стреляющая по своим. Обманывающая своих. Делящая своих граждан на людей первого и второго сорта. Наших и не наших.
Боевики Александра Баркашова готовятся защищать «Белый дом».
Привычка ломать через колено, конечно, появилась не двадцать лет назад. Однако двадцать лет назад для того, чтобы её оправдать, подобрали лозунги полиберальнее.
Дутые цифры на выборах (всё начиналось с натяжек во время референдума по принятию новой Конституции 1993 года) – это уже Новая Россия.
Приём сработал, и далее его использовали множество раз – на выборах 1996 года и позже. При Ельцине, Путине, Медведеве, снова при Путине…
Всегда находилось оправдание, чтобы нарушить закон – конечно, исключительно во имя сохранения единства и целостности, вывода страны из экономического и политического кризиса или для восстановления авторитета государственной власти.
В наших душах покой.
Наше дыхание свято,
Мы движемся, всех любя,
Но дай нам немного силы, Господи, –
Мы все подомнём под себя.
Козлы; Козлы…
У Ельцина оказалось больше сил, и он всё подмял под себя.
В путь по мирным городам двинулся танк – из тех танков, на котором Ельцин выступал в августе 1991 года.
В 1993 году танк стрелял по зданию Верховного Совета.
Потом танков на улицах стало больше.
Демократия на гусеничном ходу, смотрящая на мир сквозь прицел, – не совсем демократия. И не совсем республика.
Можно, конечно, утешать себя тем, что узурпатор, получивший власть по наследству от другого узурпатора, уже не узурпатор.
Но это – слабое утешение.
Ещё более слабое, чем слабая российская демократия в момент своей скоропостижной смерти в 1993 году.
* Евгеника (от греч. «породистый») — учение о селекции применительно к человеку, а также о путях улучшения его наследственных свойств. После Второй Мировой войны евгеника попала в один ряд с нацистскими преступлениями, такими как расовая гигиена, эксперименты нацистов над людьми и уничтожение «нежелательных» социальных групп.