«В темноте никого нет»

«Коса» публикует отрывок из хоррор-рассказа «Ася» — того самого, из-за которого московскую учительницу уволили с работы

Ася сделала еще кофе. Сегодня была годовщина их знакомства. В этот день два года назад он подсел к ней в кофейне с муссовым пирожным и пристально следил за тем, как она его ест. Тогда это показалось ей романтичным. Он запомнил эту дату. И ее заставил запомнить.

Она остановилась в коридоре. В темноте. В такой поздний час можно было даже услышать собственное ровное дыхание. Ася стояла и свыкалась с мыслью, что в темноте никого нет. Убеждала себя, что из мрака не высунется рука, пальцы не сомкнутся на горле, не ткнут в глаз. Убеждала до тех пор, пока не поверила.

И тогда подъезд взорвался.

Кружка прыгнула в руке, подбрасывая кофе в воздух. Ася замерла, вытаращив глаза, и бросилась к двери, скользя по мокрому линолеуму. Отодвинула металлический кружок и поняла, что глазок залеплен чем-то с другой стороны. В подъезде шипело. Она ощутила, как паника стиснула череп и заставила колени подогнуться. Это газ? В само́м подъезде? Почему не слышно голосов? Почему никто не проснулся? Вдруг у соседей?

Ася прижалась лбом к двери и несколько раз выдохнула. Руки начали сражаться с замками, губы шептали проклятья. Грохот был такой, что она бы не удивилась, увидев за дверью развалины. Но в квартиру хлынул вонючий дым.

Она закашлялась и замахала рукой перед лицом. Лампочка на потолке не горела, но с лестницы верхнего этажа проникал слабый свет. Шипение стало громче. Нырнув носом в воротник футболки, Ася приоткрыла дверь шире и сквозь сизую завесу увидела на полу огонек, разбрасывающий тусклые искорки. Он словно взбирался по невидимой нити и громко шипел, медленно зарождая в ее голове узнавание. Она услышала, как этажом выше открылась дверь, выпуская на лестницу встревоженные голоса, и в тот же миг что-то оглушительно лопнуло. В последнюю секунду Ася потянула дверь на себя.

Сверху испуганно взвизгнул женский голос. Что-то напоминающее град хлестнуло по двери и обожгло живот. Ася ввалилась спиной в коридор и села на пол. В ушах стоял звон.

***

Самарин, зевая, заполнял протокол нечитабельными каракулями. Ася пила кофе через соломинку, пряча от него дрожащие руки под кухонным столом, изредка поглаживая пластырь на животе. Осколок бутылки, в которую была помещена петарда, она достала сама. Попади он не в живот, а в глаз, было бы сложнее, но Ася старалась об этом не думать. Она смотрела, как весенняя слякоть течет с ботинок участкового на пол, и кусала трубочку.

— Ну, спрашивать, кого вы подозреваете в содеянном, думаю, излишне, — вздохнул наконец Самарин и посмотрел на нее так, словно она смертельно его утомила.

— Правильно думаете, — проговорила Ася, не поднимая глаз.

— Он как-то предупреждал об этом? — он показал ручкой на лежащий между ними телефон.

— Нет.

— А когда писал в последний раз?

— Два месяца назад.

— Точно?

— Мне не нужно это уточнять, Федор Михайлович. Когда тебя преследуют, ты автоматически запоминаешь такие вещи.

Самарин кивнул, поджав губы.

— Я проведу с ним беседу, — сказал он так, словно делал одолжение.

— Уверена, на него подействует.

— Послушайте, — раздраженно наклонился к ней Федор, – я делаю, что могу. Не я эту кашу заварил.

— И не я, — выплюнула Ася. Голос опасно завибрировал. Она почувствовала нарастающее желание выбить из-под участкового табурет и вытереть натекшую мутно-коричневую лужу вечно недовольной мордой, на которой читалось, что Федор не согласен. Нет, он был уверен, что именно Ася заварила эту кашу, и если раньше страдала только она, то теперь еще и другие. Она повела себя неправильно, и потому у хорошего мальчика с положительной характеристикой поехала крыша.

Она перебирает женихов, отнимая у Федора драгоценное время.

— Я поговорю, — твердо сказал он, поднимаясь. — Буду держать вас…

— До свидания, — обрубила его Ася, воткнув острый взгляд ему в лицо. Порез ныл все сильнее.

Самарин закатил глаза и ушел, пачкая пол. Хлопнула побитая осколками дверь. Стук пульса в висках начал напоминать барабанный бой. Телефон квакнул, включив экран блокировки, и показал текст полученного сообщения с неизвестного номера: «Если ты это читаешь, значит, все еще жива».