Original Material
Элизабет Сьюэлл. Сравнительная характеристика светских государств и равенство религиозных организаций
Предметом этой статьи является сравнительная характеристика различных конституционных моделей структурирования отношений между государством и религиозными конфессиями. Национальные конституционные модели отражают развитие различных исторических традиций и политических компромиссов и зачастую подходят к отношениям между религией и государством с диаметрально противоположных точек зрения. У меня нет намерения навязать представление, что развитие других стран и их конституционных положений должно зеркально отражать развитие моей страны и ее конституции. Я просто надеюсь дать сравнительную характеристику некоторых проблем, которые возникают в контексте ст. 14 Конституции Российской Федерации.
Шкала возможных церковно-государственных отношений включает в себя различные конфигурации - начиная от остро антагонистических и кончая абсолютным слиянием государства с определенной религиозной деноминацией. Полное разделение и полное слияние государства и религии, находящиеся на противоположных концах этой шкалы, ограничивают свободу религии. Примеры таких отношений мы видели в советском подходе к разделению государства и религии и нынешнем режиме религиозного правления, установленного в Иране. Большинство систем в Европе и США находятся между этими крайностями. Таким образом, споры в этих государствах ведутся в следующей области: в одной части спектра - сотрудничество и большая или меньшая поддержка религии государством, в противоположной - нейтральное отношение или относительное разделение государства и религии.
Различные политические компромиссы и подходы в разных странах также отражены в конституционных системах этих государств. До определенной степени законы, регулирующие отношения между религиозными конфессиями и государством, не выходят за рамки конституции; они также предусматривают длительную приверженность государства к определенной системе. Естественно, что споры в этой области не угасают, - сложно представить себе, что дискуссия в такой чувствительной области, как религия, когда-либо прекратится, - но границы дискуссии всегда определяются конституционной структурой страны. Например, во Франции споры в этой области могут возникнуть по поводу того, насколько светскими должны быть общеобразовательные школы и каким образом принцип светскости определяет разрешение или запрет на ношение учениками головных платков - хиджабов. Но никто не будет всерьез оспаривать положение о том, должны ли общеобразовательные школы быть светскими по характеру и нейтральными в отношении религии, так как Конституция Франции объявляет Францию светской республикой[1] .
Естественно, что конституция не обязательно должна содержать положение о том, является ли государство светским или нейтральным по отношению к религиозным организациям[2] . Свобода религии может быть защищена с помощью равноправной системы сотрудничества между религией и государством и в странах с толерантными государственными религиями. Так это происходит в некоторых европейских странах. Но исходя из политических, государственных и исторических соображений, некоторые страны избрали светскую модель защиты свободы религии. Ст. 14 Конституции Российской Федерации четко следует именно этой модели. Цитирую: "1. Российская Федерация - светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. 2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом" .
Для того чтобы дать сравнительную характеристику ст. 14 Конституции РФ, мне бы хотелось рассмотреть подобные конституционные положения в других системах. Интересно отметить, что с точки зрения сравнительного конституционного анализа ст. 14 содержит четыре различных аспекта: светскость государства, отсутствие поддержки религии государством, отделение религиозных объединений от государства и равенство религиозных объединений перед законом. Как правило, конституции акцентируют один из этих аспектов. Более того, подобные конституционные положения других стран могут быть разделены на категории в соответствии с тем, какой аспект в них акцентирован в первую очередь.
Некоторые конституции делают акцент на первом аспекте - отсутствии установленной государственной религии или отсутствии поддержки религии со стороны государства[3] . Например, Первая поправка к Конституции США содержит следующее положение: "Конгресс не может принять закон, поддерживающий или утверждающий государственную религию". Конституция Австралии также запрещает проведение "любого закона, который устанавливает государственную религию или способ религиозного поклонения". Конституция Нигерии запрещает государству "провозглашение любой религии в качестве государственной". Ст. 14 Конституции РФ также утверждает, что "никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной" . Эти статьи могут быть интерпретированы как налагающие запрет на утверждение государственной религии, обязательной религии или официального государственного предпочтения особой религии. Некоторые исследователи конституционных традиций также понимают под запретом на утверждение государственной религии общий запрет на любое проявление государственного предпочтения определенной религии, особенно если такое предпочтение основывается на религиозных убеждениях или на исторической роли религии, хотя такое понимание оспаривается.
Приблизительно такой же, но все же отличный, набор проблем возникает к требованию "светскости" государства. Данное требование также включено в ст. 14 Конституции РФ. Это требование содержится и в некоторых других конституциях[4] : например, в Конституции Франции указано, что "Франция является единой, светской, демократической и социальной республикой"[5] . Несмотря на то что значения терминов несколько пересекаются, вполне понятно, что светскость является понятием более широким, чем обычный запрет на утверждение государственной религии. Запрет на утверждение государственной религии не позволяет государству выражать предпочтение конкретной религии, в то время как понятие светскости выражает четкий политический выбор в пользу нерелигиозного или арелигиозного государства. Следует особо обратить внимание, что такое государство не обязательно является антирелигиозным, однако его политика в первую очередь будет определяться светскими целями и государственный бюджет будет использоваться исключительно для достижения этих целей.
Третья категория конституционных положений сосредоточивается на идее "отделения" религии и государства. Это понятие прописано в ст. 14 п. 2 российской Конституции ("Религиозные объединения отделены от государства...") и включено также в ряд конституций других стран[6] . Ст. 20 Конституции Японии, к примеру, содержит следующее положение: "Никакая религиозная организация не может получать привилегии от государства и обладать политической властью"; "государство и его органы не имеют права участвовать в религиозном образовании или заниматься любой другой религиозной деятельностью". Многие решения Верховного суда США, запрещающие государству оказывать поддержку любой культовой деятельности и даже ставящие под вопрос законность косвенной финансовой поддержки религии со стороны государства, опираются на высказывание Томаса Джефферсона о "высокой разделяющей стене между церковью и государством". Идея отделения концентрируется на разделении церкви и государства во избежание смешения этих институтов и становится даже более широким понятием, чем светскость или запрет на утверждение государственной религии.
Некоторые конституции содержат положение, прямо говорящее о равенстве религиозных объединений[7] . Некоторые конституции, например французская, предписывают "равенство всех граждан перед законом, независимо от их происхождения, расы или религии"[8] . Конституция Франции далее предписывает, что Республика "уважает все мировоззрения" [9] . Понятие о равенстве всех религиозных объединений намного шире, чем понятие о равенстве всех граждан независимо от их религии. Положение о равенстве обязывает государство обращаться с гражданами, а в случае Российской Федерации[10] и с религиозными организациями, с точки зрения равенства. Это положение красной нитью проходит через все остальные аспекты, такие как запрет на утверждение государственной религии, светскость и отделение церкви от государства, которые предполагают нейтральность и одинаковое отношение со стороны государства.
Итак, можно сделать следующий краткий вывод: в соответствии с международными и региональными соглашениями конституции необязательно должны содержать положения об отделении церкви от государства, нейтральности или светскости государственной системы. Общая гарантия свободы религии (к примеру, ст. 128 Конституции РФ)[11] является достаточной для того, чтобы удовлетворить те требования, которые Россия взяла на себя в связи с принятием Европейской Конвенции. Основные конституционные защиты свободы религии предоставляют возможность для более широкого сотрудничества между государством и религией или государством и государственной религией. Однако даже в системах сотрудничества религии с государством или государственной религией существуют минимальные требования к действиям государства и религиозного большинства по отношению к религиозному меньшинству. Европейский суд по правам человека рассматривал некоторые из таких требований: к примеру, принцип ненасилия в отношении личных верований, принцип отсутствия дискриминации, предоставление приемлемого доступа к получению статуса юридического лица[12] , возможность действовать в соответствии со своим вероисповеданием в рамках узких ограничений, необходимых в демократическом обществе[13] и право на автономность религиозных организаций, например, на возможность выбирать собственных руководителей[14] . Можно перечислить и другие способы защиты религии. Однако главное, что даже в конституционных системах, которые позволяют широкое сотрудничество между государством и религиозными организациями, государство подвергается ограничениям в отношении того, какие действия само государство и религиозное большинство могут предпринимать в отношении религиозного меньшинства.
Тем не менее, некоторые конституционные системы избрали путь, отличный от сотрудничества с религией или установления государственной религии, и ограничили сферу своих действий такими терминами, как запрет на утверждение государственной религии, светскость, отделение церкви от государства и равенство религиозных объединений, каждый из которых имеет особое и соответственно более широкое значение. Некоторые конституции содержат набор данных терминов[15] , но, насколько мне известно, ст. 14 Конституции России является уникальной среди мировых конституций, так как она содержит все четыре понятия и, таким образом, устанавливает довольно строгий запрет на сотрудничество между государством и религиозными организациями или на предпочтение одной религиозной группы другим. Опираясь на данные конституционные понятия и учитывая российский опыт и культуру, различные способы сотрудничества между религией и государством, разрешенные европейскими конституциями, в соответствии с российской Конституцией в ее настоящей формулировке являются неконституционными.
Означает ли это, что государство должно враждебно относиться к религии? Хотелось бы отметить, что даже в исключительно светских режимах и режимах, практикующих политику отделения церкви от государства, таких как Россия, от государства не требуется быть в оппозиции к религии. Скорее наоборот, государство многое может делать для успешной аккомодации религиозных практик и может способствовать развитию религиозных ценностей в своей культуре. Мне бы хотелось привести несколько примеров других государственных систем, придерживающихся строгого отделения церкви от государства - Франции или Соединенных Штатов. Я не ставлю перед собой цель доказать, что эти системы достигли идеального баланса в способствовании развитию религии, одновременно оставаясь светскими. Однако мне кажется, что было бы полезно привести примеры некоторых возможных вариантов, которые в своей основе не оспариваются внутри данных государственных систем.
Светские государства обычно предоставляют различные прямые и косвенные финансовые и другие привилегии религиозным ассоциациям и организациям, которые спонсируются религиозными объединениями. К этим привилегиям относятся косвенные налоговые льготы, такие как предоставляемая верующим возможность вычета благотворительных пожертвований из общей суммы налогообложения; освобождение церковной собственности от налогообложения; освобождение от налогов импорта и экспорта религиозной продукции и соответствующей коммерческой деятельности религиозных организаций. Государство также может (и должно) выплачивать достаточную компенсацию за собственность, в прошлом изъятую у религиозной организации государством (или взятую государством в соответствии с его полномочиями). Такая компенсация может быть выплачена в рассрочку - иногда даже на протяжении длительного времени[16] .
Во Франции правительство предоставляет финансовую поддержку религиозным организациям, оплачивая ремонт культовых сооружений, построенных до 1905 г., на том основании, что они представляют собой существенную ценность для Франции как памятники культуры и должны быть сохранены[17] . Государство может также выступать в роли гаранта на заем религиозными группами сумм на сооружение новых зданий культового назначения[18] . Частные начальные и средние школы во Франции получают государственную поддержку, если они обучают детей различных вероисповеданий. В США такие школы получают субсидии от государства через различные ваучерные программы, в которых родители учеников решают, в какую школу им отправить своих детей.
Социальным службам при религиозных организациях в США предоставляются прямые субсидии в различных сферах. Это происходило задолго до того, как всеобщее внимание было привлечено к инициативе президента Буша "Charitable Choice" ("Благотворительный выбор"), которая позволила организациям, основанным на религиозной вере, подавать заявление на субсидии для социальных служб. Отдельные группы, организованные религиозными организациями, получали от государства деньги десятилетиями. Например, в 1999 г. крупнейшая в США религиозная благотворительная организация, "Catholic Charities", получила две трети своего бюджета (общая сумма которого составила 2,3 миллиарда долларов) от правительства США[19] . В 1998 г. больницы при религиозных организациях получили более 45 миллиардов долларов из государственных здравоохранительных программ и других государственных резервов[20] . После того как инициатива "Charitable Choice" была публично оглашена, социальные службы при религиозных объединениях смогли направить более 100 различных типов субсидирования на поддержку приютов для бездомных, программ лечения от наркотической зависимости, программ по повышению квалификации и других социальных служб. Группы при религиозных организациях могут конкурировать со светскими программами на получение субсидий в размере до 40 миллионов долларов[21] . Не существует точных данных, какие суммы получают группы при религиозных организациях, но обзор 140 программ, предоставляемых 5 федеральными агентствами в течение 2002-2003 гг., показал, что из общей суммы субсидий, составляющей 14,5 миллиардов долларов, 1,17 миллиарда попали в руки организаций при религиозных объединениях.
В особых случаях нормативы религиозной свободы не только позволяют, но и требуют от светских государств оказания помощи или содействия религиозным группам. В областях, подконтрольных государству - в армии, тюрьмах или государственных больницах - защита религиозных прав военнослужащих, заключенных или пациентов осуществляется светскими государствами в виде предоставления возможности религиозного поклонения и получения религиозного наставления. Даже в светских системах и системах, утверждающих отделение церкви от государства, таких как США и Франция, священники в армии, тюрьмах и больницах получают компенсацию от государства; однако государство отвечает за включение в программу священников всех конфессий, невзирая на природу религиозных верований.
Я привела несколько примеров того, как государства даже выраженно светского характера и страны, отделяющие церковь от государства, оказывают поддержку религиозным организациям и религиозным верованиям. Иногда эта поддержка оказывается не очень отличной от той, которую получают большинство церквей или церкви определенного статуса в странах, где государство сотрудничает с религией. Хотя здесь важно отметить некоторые различия. В светских государствах и странах, утверждающих разделение церкви и государства, конституционные запреты не позволяют государству предоставлять разного рода привилегии отдельной группе только лишь на основании исторической или культурной роли данной группы или на природе ее вероисповедания. Наоборот, существуют определенные системы контроля над тем, чтобы государство не оказывало предпочтения и не делало разницы между религиозными объединениями, разве что когда это совершенно необходимо. Такие системы функционируют на основе объективных критериев и имеют прямую связь с характером предоставляемой помощи. Даже в этом случае возможность конкурировать на получение субсидий или помощи должна быть предоставлена всем группам.
В заключение хотелось бы привести еще несколько примеров. В том случае, когда светские государства предоставляют государственную помощь в виде налоговых льгот или грантов социальным службам на конкурентной основе, эта помощь должна быть доступна всем зарегистрированным группам[22] . Если данная форма поддержки ограниченна - к примеру, гранты на конкурентной основе, - она должна быть выдана на основании светских критериев, имеющих прямое отношение к определенным программам, проводимым религиозными организациями. Например, если гранты выдаются на создание программ повышения квалификации работников, они должны быть выданы на основании объективных заслуг определенной программы, например, на основании того, насколько данная программа была успешна в оказании помощи студентам, окончившим университет, в поиске рабочих мест, насколько данная программа использует современные методы, какой выбор рабочих мест она предоставляет, и т.д. Принадлежность группы к религии большинства или меньшинства, к исторической религиозной традиции или к недавно организованной не должна являться определяющим фактором.
Многим американцам было трудно принять такую позицию. Некоторые высказываются в поддержку программы президента Буша "Благотворительный выбор" только до тех пор, пока не узнают, что гранты могут быть выданы также группам, нетрадиционным в США, таким как мусульмане или буддисты. Несмотря на это, правительство и суды довольно четко определили, что такой критерий, как природа религиозного верования или срок существования религии в стране, в светском государстве не могут влиять на распределение государственных субсидий.
В светских государствах и государствах, придерживающихся политики отделения церкви от государства, государственные субсидии не могут быть использованы для исключительно культовой деятельности - проведения служб, религиозного образования, проповеднической деятельность или жалования священникам. Например, получатели субсидий на социальные службы, скажем, программы по повышению квалификации работников, о которой я упоминала выше, не могут использовать выделенную сумму для обучения участвующих в программе религиозным верованиям группы. Программа по повышению квалификации работников при религиозной организации или больница, которая получает государственные субсидии, могут заниматься религиозной деятельностью, если таковая финансируется частным способом, постольку, поскольку участие в религиозной деятельности происходит на исключительно добровольной основе и при условии очевидных подтверждений того, что эта деятельность осуществляется вне программы, финансируемой государством[23] . В самом деле, субсидии религиозным школам, как в США, так и во Франции, выдаются при условии, что действия получателей этих субсидий добровольны. При передаче этих субсидий через систему налогообложения для поддержки религиозной деятельности не используется государственное принуждение. В светских странах и странах, утверждающих отделение церкви от государства, государство должно объяснять свои действия светскими целями и производить эти действия таким образом, чтобы избежать излишнего взаимопроникновения государства и религиозных организаций.
Я постаралась дать сравнительную характеристику отдельных конституционных требований, существующих в светских государствах и государствах, утверждающих отделение церкви от государства, и противопоставить эти требования условиям, существующим в странах, где правительства тесно сотрудничают с религиозными организациями. Я также привела примеры того, что данные системы государственного устройства необязательно являются враждебными по отношению к религии, как это обычно предполагается. Однако я также постаралась прояснить положение о том, что в светских странах и государствах, утверждающих отделение церкви от государства, существуют определенные параметры, по которым субсидии и другая помощь распределяются между религиозными организациями. В качестве заключительной мысли хотелось бы отметить еще один аспект, на который может пролить свет сравнительная характеристика, - причину ценности светских систем государственного устройства и систем, утверждающих отделение церкви от государства.
Природа систем, отделяющих церковь от государства, направлена на то, чтобы предотвратить излишнее взаимопроникновение церкви и государства. Это существенный фактор для тех, кто опасается того, что основная религия будет иметь слишком большой контроль над действиями государства. Одним из источников светскости во Франции является именно этот антиклерикальный настрой. Однако указанная причина не является единственным аргументом в пользу отделения церкви от государства. Такая система государственного устройства позволяет меньшинствам полноценно участвовать в общественной жизни и приносить людям пользу, а также защищает данные группы от дискриминации и запрета на участие в общественной жизни. Кроме того, такая система государственного устройства предоставляет хорошую защиту религии большинства. Лидеры Церкви Швеции, в прошлом государственной, поняли этот принцип и стали основной силой в борьбе за отделение Церкви Швеции от государства в 2000 г. Они поняли, что слишком тесные связи церкви с государством вредят самой церкви большинства.
К сожалению, в рамках статьи невозможно в полной мере обсудить все аргументы в пользу отделения религий от государства для защиты большинства или самих традиционных религий, но мне бы хотелось, по крайней мере, перечислить некоторые из них. Поддерживаемый государством статус религии влечет следующие следствия:
1) зависимость от государства, что препятствует развитию религии и ограничивает ее независимость;
2) искажение миссии церкви, когда решения группы по поводу того, какие цели преследовать и как расставить приоритеты, зависят от того, будет ли государство субсидировать данные цели и приоритеты;
3) чрезмерное регулирование: чем больше помощи государство предоставляет религиозным группам, тем больше оно контролирует деятельность и вероучение группы;
4) бесполезная трата ресурсов: религиозные группы, тесно сотрудничающие с государством, обнаруживают, что они тратят больше времени на работу с государством, чем на работу с теми, кому они призваны помогать;
5) соображения автономности: государство может использовать рычаги финансирования в целях влияния на политику, руководство или вероучение религиозных организаций и оказывать на них давление в пользу поддержки государственной политики.
В целом, конституционно определяемые светские системы государственного устройства и системы, придерживающиеся политики отделения церкви от государства, могут предоставить значительные привилегии как религиям меньшинства, так и религии большинства. Светские государства необязательно должны быть враждебны по отношению к религии. Напротив, они могут способствовать развитию религиозных ценностей и быть ведущей силой, дающей поддержку религиям и раскрывающей потенциальную мощь, силу и независимость религиозных организаций.
[1] Конституция Французской Республики, ст. 1: "Франция является неделимой, светской, социальной, демократической Республикой Она обеспечивает равенство перед законом всех граждан без различия происхождения, расы или религии. Она уважает все вероисповедания".
[2] См. Конституция Дании, ст. 4: "Евангелическая Лютеранская Церковь является государственной церковью Дании, и, являясь таковой, получает поддержку от государства"; Конституция Греции, ст. 3 (1): "1. Основной религией Греции является Греческая Православная Церковь Христа. Греческая Православная Церковь признает нашего Господа Иисуса Христа своей главой и доктринально неотделима от Великой Церкви Христа в Константинополе и любой другой Церкви Христа придерживающейся такой же доктрины, бесприкословно соблюдая святые апостольские и синодальные каноны и святые традиции. Она является автокефальной и возглавляется Святым Синодом служащих епископов и Постоянным Святым Синодом собирающимся в соответствии с предписаниями Церковного свода законов и Патриаршей книги от 29 июня 1850 и Синодального Акта от 4 сентября 1928"; Конституция Италии, ст. 7: "1. Государство и Католическая Церковь являются суверенными и независимыми в соответствии со своими законами. 2. Отношения Церкви и государства регулируются Латеранскими соглашениями. Поправки к данным соглашениями, принятые обеими сторонами, не требуют принятия конституционной поправки" и ст. 8: "1. Все религиозные деноминации являются равными перед законом. 2. Религиозные деноминации (за исключением Католичества) имеют право на внутреннюю самоорганизацию в соответствии со своими законами, если таковые законы не противоречат правовой системе Италии. 3. Их отношения с государством регулируются законом на основании соглашении с их представителями"; Конституция Испании, ст. 16: "1. Свобода идеологии, религии и культовой деятельности граждан и сообществ гарантируется без всяких ограничений за исключением тех, которые необходимы для поддержания общественного порядка защищенного законом. 2. Никто не может быть принужден к публичному признанию своей идеологии, религиозной принадлежности или вероисповедания. 3. Никакая религия не являтся государственной. Общественные силы принимают во внимание религиозные верования испанского общества и поддерживают необходимые отношения сотрудничества с Католической Церковью и другими деноминациями".
[3] Конституция Австралии, ст. 116: "Содружество не может принять закон, устанавливающий какую-либо религию в качестве государственной, или предписывающий соблюдение каких-либо религиозных обычаев, или запрещающий свободу религиозного поклонения, а также принадлежность к какой-либо религиозной конфессии не может быть определяющим фактором для получения государственного поста в Содружестве"; Конституция Белоруссии, ст. 16, п. 1; Конституция Эфиопии, ст. 11, п. 2; Основной закон Германии, ст. 140, включающий в себя Веймарскую конституцию, ст. 137, п. 1; Конституция Ганы, ст. 56; Конституция Ирландии, ст. 44, п. 2 (запрет на "поощрение" какой-либо религии); Конституция Либерии, ст. 14; Конституция Литвы, ст. 43, п. 7; Конституция Нигерии, ст. 10; Конституция Южной Кореи, ст. 20, п. 2; Конституция Испании, ст. 16, п. 3; Конституция Уганды, ст. 7; Конституция США, Первая поправка.
[4] Конституция Анголы, ст. 8, п. 1; Конституция Азербайджана, ст. 7, п. 1; Конституция Камеруна, преамбула, ╖ 5, п. 14; Конституция Конго, ст. 178, п. 5; Конституция Эфиопии, ст. 11, п. 1; Конституция Французской Республики, ст. 1; Конституция Индии, преамбула, п. 1; Конституция Кот-д'Ивуара, ст. 2; Конституция Казахстана, ст. 1; Конституция Кыргызстана, ст. 1; Конституция Мадагаскара, ст. 1, п. 1; Конституция Мали, преамбула, п. 2; Конституция Мозамбика, ст. 9, п. 1; Конституция Намибии, ст. 1, п. 1; Конституция РФ, ст. 14, п. 1; Конституция Сенегала, ст. 1; Конституция Таджикистана, ст. 1; Конституция Турции, ст. 2; Конституция Туркменистана, ст. 1.
[5] Конституция Французской Республики, ст. 1.
[6] Конституция Азербайджана, ст. 18, п. 1; Конституция Болгарии, ст. 13, п. 2; Конституция Камеруна, преамбула, ╖ 5, п. 14 ("нейтральность и независимость государства"); Конституция Хорватии, ст. 41, п. 1; Конституция Эфиопии, ст. 11, п. 3; Конституция Кыргызстана, ст. 8, п. 3; Конституция Венгрии, ст. 60, п. 3; Конституция Либерии, ст. 14; Конституция Мексики, ст. 130; Конституция Перу, ст. 50 ("независимые и автономные" системы); Конституция Филиппин, ст. II, п. 6; Конституция Польши, ст. 82, п. 2; Конституция Португалии, ст. 41, п. 4; Конституция Словении, ст. 7, п. 1; Конституция Южной Кореи, ст. 20, п. 2; Конституция Японии, ст. 20, пп. 1, 3 ("Никакая религиозная организация не может получать привилегий от государства и не может оказывать никакого политического влияния"; "Государство и его органы не могут участвовать в религиозном образовании или заниматься любой другой религиозной деятельностью").
[7] Конституция Албании, ст. 10 (3): "Государство признает равенство всех религиозных групп"; Конституция Кении, ст. 9: "Государство обязано обращаться со всеми религиями с точки зрения равенства"; Конституция Словении, ст. 7: "Религиозные группы обладают равными правами; они могут свободно заниматься своей деятельностью"; Конституция Тибета, ст. 10: "Все религиозные деноминации равны перед законом"; Конституция Вьетнама, ст. 70: "Все религии равны перед законом".
[8] Конституция Французской Республики, ст. 1 (выделение мое - Э.С.); см. также: Конституция Анголы, ст. 18; Конституция Австрии, ст.7 (1); Конституция Азербайджана, ст. 25; Конституция Бангладеш, ст. 27; Конституция Боснии и Герцеговины, ст. 4; Конституция Болгарии, ст. 6; Конституция Камбоджи, ст. 31; Конституция Кабо-Верде, ст. 1; Конституция Конго, ст. 11; Конституция Хорватии, ст. 14; Конституция Эстонии, ст. 12; Конституция Грузии, ст. 14; Основной закон Германии, ст. 3; Конституция Италии, ст. 3; Конституция Казахстана, ст. 14; Конституция Нидерландов, ст. 1; Конституция Словакии, ст. 12; Конституция Турции, ст. 10; Конституция Туркменистана, ст. 17.
[9] См. сн. 8.
[10] Например, Конституция РФ, ст. 6 (2): "Каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией Российской Федерации"; ст. 17 (2): "Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения"; ст. 28: "Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними".
[11] Конституция РФ, ст. 28: "Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними".
[12] Метрополийская Церковь Бессарабии и пр. против Молдовы (Европейский суд по правам человека. 2001. 13 декабря. Дело № 45701/99).
[13] Коккинакис против Греции (Европейский суд по правам человека (серия А). 1993. Дело № 260).
[14] Хасан и Чауш против Болгарии, (Европейский суд по правам человека. 2000. 26 октября. Дело № 30985/96); Сериф против Греции (Европейский суд по правам человека. 1999. 14 декабря. Дело № 38178/97).
[15] См.: Конституция Французской Республики, ст. 1; Конституция Южной Кореи, ст. 20.
[16] Например, основная доля бюджетов некоторых крупных церквей Германии до сих пор приходится на компенсацию государством церковных земель, отнятых у церквей во времена Наполеона.
[17] Haarscher G. Freedom of Religion in Context // 2002 BYU L. Rev. 269. P. 273-74.
[18] Basdevant-Gaudemet. State and Church in France. In Gerhard Robbers, ed. State and Church in the European Union. P. 139.
[19] Compassionate Conservatism Takes a Bow // Economist. 2001. 3 Febuary.
[20] Guidance to Faith-Based and Community Organizations on Partnering with the Federal Government.
[21] Faith-Based Initiative // The Rise of the Religious Right in the Republican Party.
[22] В США эквивалентом регистрации религиозной организации является достижение статуса благотворительной религиозной организации освобожденной от налогообложения предписываемого ст. 501(с) (3). Предполагается, что достижение данного статуса доступно всем объединениям, отвечающим минимальным юридическим требованиям к регистрации. Если таковые организации воспользуются налоговыми льготами в соответствии со статусом организации, предписанным ст. 501(с) (3), они несут ответственность в виде уголовной наказуемости и лишения льгот, если будет установлено, что они пытались укрыться от налоговой ответственности и не являются благотворительными или религиозными организациями.