Любовь Борусяк: Молодые москвичи перестают стыдиться лозунга "Россия для русских!"

6 апреля 2005 года на портале "Полит.Ру" было опубликовано исследование Любови Борусяк "Патриотизм как ксенофобия". В нем, опираясь на результаты опроса молодых москвичей, автор рассматривает проблему ксенофобии, приобретающей в последнее время в России все большую остроту.

Анализ ситуации, проведенный в статье, опирается на "пилотажный" опрос молодых москвичей (прежде всего студентов).

В первую очередь, автор обращает внимание на особенности, которые необходимо учитывать: это привилегированное положение Москвы по отношению к другим городам России, неприязнь к москвичам и т.п. особенности столицы и мегаполиса. Особенно автор подчеркивает "местный патриотизм": "Представление о том, что везде, кроме Москвы-рая находится ад, вызывает желание этот рай сохранить, причем сохранить для самых его достойных - москвичей. Это является одной из важных причин ксенофобии ко всем приезжим, независимо от их национальности". Однако позитивное понятие "лучшей жизни", "рая" не является само по себе объединительным началом, вернее, достаточно сильным объединительным началом. Гораздо сильнее в этом отношении негативное обоснование - ксенофобия, стремление "отстоять" от неких посягательств свою "особость". И это стремление имеет достаточно мощный фундамент в традиционном стереотипе "осажденной крепости", укоренившегося еще с советских времен.

В последние годы Москва стала объектом активной экспансии двух групп мигрантов: русские мигранты и мигранты других национальностей. При этом первая группа воспринимается не враждебно, но с ясным осознанием опасности конкуренции. "На этом уровне ксенофобию можно охарактеризовать как негативный катализатор локальной, городской консолидации" [выделено нами - *ред. ]. А вот неприязнь к иноэтничным мигрантам "вписывает город в сообщество более высокого уровня - государственного, российского, русского. Надо сказать, что "этническая" ксенофобия, ненависть к "инородцам" успешно подогреваются как их собственными действия (теракты), так и государственной политикой - ксенофобия во время войны является необходимым условием для ее успешного (или даже малоуспешного) продолжения. Для того чтобы война воспринималась как легитимная, она должна иметь поддержку значительной части населения, а для этого должна легитимизироваться и ксенофобия"*.

Автор, подчеркивает, что "в массовом сознании ксенофобия представляется воплощением патриотизма", и утверждает, что "сейчас в стране реально сложилась ситуация, когда можно вполне официально сформулировать национальную идею как идею патриотическую, а универсальный интегратор уже есть - демаркационная линия между "своими" и "чужими" проложена".

Пилотажный опрос, по материалам которого написано исследование, включал в себя 200 москвичей в возрасте 15-22 лет, в котором приняло (студенты московских вузов (65%), школьники (25%), учащимися ПТУ или техникумов, иные).

При том, что выборка не претендует на репрезентативность, автор полагает, что основные тенденции, характерные для молодежных "московских" настроений, уловить все же удалось. Мы отметим лишь некоторые аспекты этого исследования.

Опрос выявил, что молодые москвичи, воспринимают себя дважды элитой (русские + рожденные в Москве), и чувствуют себя принадлежащими к группе, резко противопоставленной остальным.

Противопоставление "своих" и "чужих" является одним из базовых моментов в сознании опрошенных. "Таким образом происходит осознание своей принадлежности к общностям разного порядка. В качестве "русских" в противоположность "нерусским", и в качестве "москвичей" в противоположность "приезжим", молодые люди начинают осознавать себя патриотами и, одновременно, членами элитарного сообщества, которое они хотели бы видеть (да и сделать) закрытым и еще более элитарным. Иными словами, ксенофобия обладает важным объединяющим и статусообразующим свойством".

Интересно отметить, что для москвичей главным критерием "москвича" является урожденность в городе, а для приезжих - национальность (в последнем случае лидировал ответ, что москвичом можно считать "русского человека, проживающего в Москве" ).

Значительная часть участников опроса (42%) полагает, что нерусского человека вообще нельзя считать москвичом. И эту точку зрения не поддерживают лишь этнически не русские участники опроса.

При этом лишь 15% респондентов заявили, что в Москве должны жить только русские (20% москвичей и 5,4% приезжих), в то время как 21% участников опроса полагает, что "Москва - город интернациональный, в ней должны жить представители разных национальностей" .

При этом московская молодежь абсолютно толерантно относится к своим русским ровесникам из других регионов до тех пор, пока те не покушаются на их права (наиболее показательный пример - конкуренция за право поступления в вузы, ЕГЭ).

Опрос показал, что приехавшие в Москву студенты-россияне никак не склонны идентифицировать себя с иноэтничными мигрантами. "Они полагают, что как русские люди имеют право находиться в Москве наравне с коренными москвичами, но отказывают в этом праве нерусским. Интересно, как "оправдывают" свое пребывание в столице некоторые нерусские студенты. Один из них, удмурт по национальности дописывает в анкете, что "в Москву могут приезжать представители тех национальностей, которые проживают в России более 100 лет" .

Автор отмечает большое разнообразие ответов, характеризующих ксенофобные установки молодежи в отношении иноэтничных приезжих. Из 136 высказываний на эту тему 48 (наибольшее количество) условно можно обозначить как "проблемы коммуникации". Затем следуют группы "криминал", "городские проблемы" и "они - не такие, как мы". Есть и неожиданные, эмоциональные формулировки: мол, по вине приезжих русские люди, москвичи становятся хуже, теряют свои "природные" достоинства, в частности, доброту и терпимость: "мы их не любим" , из-за них "мы становимся раздражительными" , из-за них появляются "всеобщая враждебность, недоброжелательность", "расслоение общества" , "из-за них появились скинхеды" и т.п.

Таким образом, подчеркивает автор, "существуем "мы" и существуют принципиально иные "они" - классическая ситуация ксенофобии. По своим качествам "мы" и "они" прямо противоположны, не пересекаются. Когда "их" становится слишком много, а их, по мнению молодых москвичей, в Москве чрезмерно много, "мы" не выдерживаем, меняемся, теряем идентичность, перенимаем те качества, которые имманентно присущи "им". Но вина за то, что мы становимся хуже, лежит исключительно на "них": если они уедут, перестанут раздражать "нас", то мы вернемся к своему природному идеальному существованию и восстановим свои "природные" же качества. Судя по ответам молодых москвичей, страх потери идентичности из-за постоянного контакта с "ними" переживается очень остро".

Достаточно часто в ответах респондентов встречается антитеза "хозяева - гости". При этом она несет особую нагрузку. Респонденты считают себя хозяевами Москвы не в смысле гостеприимства ("радушные хозяева"), а в статусном, властном значении слова: "хозяева жизни", "узурпаторы всех прав" на Москву. А "гости", соответственно, понимаются не как те, кого надо встретить и принять получше, а как временные жильцы с резко сниженным статусом. И в этом смысле "незваный гость, с Кавказа оказывается действительно "хуже татарина", к татарам москвичи относятся намного толерантнее, чем к кавказцам" (ср. с высказываниями Германа Стерлигова).

Полное отсутствие рефлексии по поводу ксенофобных и "интернациональных" установок показывает и позитивная самохарактеристика респондентов. Например, свойствами "русской" и "русско-московской души" респонденты считают: доброту, отзывчивость, гостеприимство, дружелюбие, щедрость, искренность и т.п. "Понятно, - подчеркивает автор, - что и дружелюбие, и гостеприимство распространяются только на "своих" и в этом смысле не опровергаются демонстрируемой ксенофобией, а вполне согласуются с ней".

"Русские москвичи не только считают себя хозяевами своего города, но и людьми иного свойства, чем приезжие инородцы - они наделяют себя всеми положительными качествами, их - всеми отрицательными". Таким образом, вполне логично, что молодые москвичи считают себя вправе на некоторые действия по дискриминации приезжих. Только для них это не дискриминация, а "борьба за собственные права и благополучие родного города".

Например, они вполне солидарны в том, что "правильно было бы регулировать национальный состав города, не впускать в столицу или высылать из города представителей других национальностей".

Многие респонденты в той или иной степени согласны с лозунгом "Россия для русских". Это, по мнению автора, "свидетельствует о том, что в общественном сознании такая точка зрения не является не маргинальной и далеко не всегда ее следует стыдиться".

Для всех участников опроса (русских) Россия является ценностью, которая должна быть доступной не всем, а для москвичей еще более высоким уровнем значимости обладает их город, права на которые имеют, во-первых, русские, во-вторых, рожденные в этом городе. Во многом именно такой подход означает в сознании многих молодых москвичей представление о патриотизме. Интересно, что при этом большинство высказываний о патриотизме не носили открыто ксенофобского характера.

Кроме того, при всех ксенофобных установках, которые демонстрируют респонденты, большинство из них не поддерживают действий скинхедов (положительно или скорее положительно к поведению таких людей относятся лишь 18% опрошенных), но многие готовы найти им оправдание.

Источники

• Борусяк Любовь. Патриотизм как ксенофобия // Полит.Ру. 2005. 6 апреля. [Публикация "Вестника общественного мнения", Левада-Центр].