Предательство и подвиг

В редакцию пришел псковский журналист Олег Дементьев и подарил только что вышедшую в свет книгу «Шаг в бессмертие», соавтором которой вместе с Владимиром Клевцовым он стал. «Псковская губерния» неоднократно писала о не расследованных до сих пор событиях конца февраля – начала марта 2000 года – гибели десантников 6-й роты 104-го полка 76-й дивизии ВДВ. Писали о самом бое, следствии и журналистском расследовании, погибших, родителях, женах и детях (также см.: К. Шморага. Трагедии, к которым нельзя привыкать; «Легче не будет. Но я буду знать правду»), безуспешных до сих пор попытках найти правду о тех навсегда трагических днях (также см.: «Без ответов на эти вопросы память о героях не может быть полной»). Мы благодарим Олега Дементьева и Владимира Клевцова за доверие к «Псковской губернии» и представляем вниманию читателей отрывок из книги «Шаг в бессмертие»: описание боя в Аргунском ущелье.

Высота 776.0 – Гора Смерти.

В августе 1999 года в Дагестан ворвались наемники из Чеченской республики. Они решили форсированно решить задачу по созданию на Кавказе исламского государства. На помощь в Северокавказский округ прибыли части воздушного десанта, воины спецназа, морской пехоты. Развернулась борьба, которую все также называли наведением конституционного порядка». Ночью с 18 на 19 августа 1999 года самолетами были переброшены сводные полки ВДВ. Через месяц боевиков вытеснили на территорию Чеченской республики. Почти каждый день происходили боевые столкновения. В конце декабря 1999 года десантники совершили марш-бросок в 350 километров от населенного пункта Шали до перевала Харами и блокировали с трех сторон город Ведено. Марш проходил на высоте 2400 метров. Десантники действовали дружно и слаженно.

Руководство пятой колонны из Москвы требовало от Хаттаба и Басаева собрать все силы воедино и вновь предпринять выход в Дагестан, где захватить три населенных пункта, взять заложников и вынудить премьер-министра В. В. Путина и Правительство РФ пойти на переговоры, а боевики выставили бы свои требования об отделении Кавказа от России. При благоприятном для боевиков решении на территории страны вводился бы режим Чрезвычайной Ситуации, что автоматически срывало проведение президентских выборов в Российской Федерации.

В начале февраля десантники проводят плановую замену личного состава. Особенно много столкновений с боевиками было в феврале 2000 года. Группы наемников ликвидируются очень часто. Дело в том, что они собирались в мощный кулак в Аргунском ущелье под непосредственное руководство Хаттаба и Шамиля Басаева. Ведено было разбито авиацией и артиллерией. По воспоминаниям подполковника милиции Владимира Порта 18 и 19 февраля там была страшная грязь, «по горам артиллерия лупит, пулемёты и автоматы трещат. <…> На горах стоят морпехи и десантники, валят «чехов» каждый день».

21 февраля из похода в горы возвращалась группа псковской бригады спецназа. Воины шли на пределе возможностей. Остановились отдохнуть, но предприняли недостаточные меры предосторожности. За ними следили боевики, находящиеся над ними. Как только спецназовцы стали засыпать, на них обрушился шквал огня. Они стали отражать нападение. Буквально в пределах километра находилась группа федеральных войск, командиры которой не придумали ничего умнее как ударить артиллерией. Погибло 24 спецназовца. Целый год их родственникам пришлось добиваться справедливости и увековечения памяти погибших. Трём офицерам присвоено звание Герой России (посмертно). Этого звания удостоены капитан Михаил Боченков, капитан Александр Калинин и старший лейтенант Сергей Самойлов. А в тот момент об этой схватке широкого оповещения не было. Более того, исполняющий обязанности командующего объединенной группировкой войск на Северном Кавказе Герой России генерал-лейтенант Геннадий Трошев 23 февраля 2000 года принимал парад на аэродроме в честь Дня защитника Отечества и в своей речи сказал, что с боевиками покончено, остались лишь отдельные группы сопротивления, готовые сдаться. Подобные заявления на фоне таких потерь, как за два дня до этого группы спецназа, выглядели кощунственно.

«По радиоперехвату узнали, что Хаттаб прорвался в ущелье и хочет захватить Ведено. Ополченцы подтверждают информацию, - рассказывает подполковник милиции Владимир Порт. – Усилили посты, легли не раздеваясь. Снега навалило по колено… Спали остаток ночи, обняв автоматы. Утром обстановка не изменилась. Информация о предстоящем нападении идет отовсюду. Готовимся. Тяжелого вооружения у нас нет, только стрелковое… Гранаты достали сами у морпехов, сменяли на сгущенку. Отобьемся». Это было 25 февраля. Через день морские пехотинцы чуть не ударили артиллерией по восточным склонам, где по информации постов Внутренних войск выходят боевики. На самом деле это свои блок-посты расставляли разведчики десантной группировки.

В эти дни центральное руководство пятой колонны выкупило возможность беспрепятственного прохождения боевиков численностью до трех тысяч из Аргунского ущелья в долину и далее в Дагестан. Руководили операцией на месте Эмир Хаттаб и Шамиль Басаев. О месте их дислокации высшему командованию федеральных войск было известно из разведданных, а также результате радиоперехватов, но мер по пресечению прохода не предприняли.

Тактическая группа 104-го гвардейского парашютно-десантного полка 27 февраля выполняла блокирование населенных пунктов Хатуни, Киров-Юрт, Макхеты и Сельментаузен. Командный пункт полка находился в районе высоты 636.0, что западнее окраины Макхеты. Невдалеке от КП были позиции САДН полка, зенитно-артиллерийский взвод ЗРАБАТР, 2-й взвод 4-й парашютно-десантной роты, тыловые службы и часть взвода связи 1-го парашютно-десантного батальона. Сам батальон выполнял задачу по блокированию района Сельментаузен силами 1-й парашютно-десантной роты с пулеметными и минометными взводами с северо-запада; 3-й парашютно-десантной роты (без взвода), которая по левому берегу реки Абазулгол овладела высотами 666.0 и 574.9. Контрольно-наблюдательный пункт этого батальона находился у высоты 799.6. Здесь сосредоточилась 4-я парашютно-десантная рота без двух взводов. С 1-й парашютно-десантной ротой действовал разведдозор № 1 во главе с командиром разведроты капитаном Передерко. Разведдозор № 2 под командованием старшего лейтенанта А. В. Воробьева действовал с 3-й парашютно-десантной ротой. 2-й парашютно-десантный батальон, без 5-й роты, которая блокировала Сельментаузен с севера, согласно распоряжению ОГ ВДВ 27 февраля сосредоточился на КП полка, а к 16 часам выдвинул 6-ю парашютно-десантную роту и 3-й взвод 4 роты на ППУ полка.

Командир полка полковник С. Ю. Мелентьев получил боевой приказ: до 14 часов 29 февраля завершить выход 2-го парашютно-десантного батальона на рубеж высот 776.0; 705.6 горы Истыкорт; на высоту 626.0, что в четырех-пяти километрах юго-восточнее селения Улус-Керт. Цель – не допустить прорыва бандитов с направления Дагу-Борзой, Улус-Керт на Макхеты, Киров-Юрт, Сельментаузен, Элистанжи, Ведено. Намечалось закрепиться взводом 6-й парашютно-десантной роты на высоте 776.0 и, используя ее как опорный пункт, выдвинуться и занять новыми взводными опорными пунктами остальные высоты. Один из взводных опорных пунктов должен был занять 3-й взвод 4-й парашютно-десантной роты, которым командовал старший лейтенант О. В. Ермаков, но из-за сложности задачи старшим был назначен заместитель командира 2-го батальона майор А. В. Доставалов.

Командир 2-го парашютно-десантного батальона гвардии подполковник М. Н. Евтюхин начал выдвижение на заданные высоты вместе с 6-й ротой и 3-м взводом 4-й роты ранним утром 28 февраля по маршруту отметок 822.0; 819.0; гора Демвайрзы через позиции 1-го парашютно-десантного батальона. На контрольно-наблюдательном пункте 1-го батальона (г. Демвайрзы) к ним присоединился разведдозор во главе с гвардии старшим лейтенантом А. В. Воробьёвым. В его состав входили гвардии лейтенант Д. С. Кожемякин – командир взвода, гвардии старший лейтенант А. М. Колгатин – сапёр, гвардии лейтенант А. Н. Рязанцев – арткорректировщик, 9 разведчиков и связист арткорректировщика. Разведдозор, после выставления взводных опорных пунктов должен был выйти на ППУ для подготовки к дальнейшим действиям. Двигались пешком с предельной скоростью.

Сложные погодные условия, грязь на дороге, по которой можно было двигаться только друг за другом, растянули роту. 1-й взвод, которым командовал гвардии лейтенант А. Н. Шерстянников, и разведдозор, под общим руководством гвардии подполковника М. Н. Евтюхина, к 16 часам 28 февраля вышли на высоту 776.0, а основные силы 6-й парашютно-десантной роты и 3-го взвода 4-й роты вынуждены были приостановить движение и остаться на ночь на горе Демвайрзы. Движению препятствовал неожиданный туман.

Утром 29 февраля подразделения возобновили движение. Одновременно им навстречу двигались банды террористов от селения Улус-Керт, о чем десантники были в абсолютном неведении. Пройдя высоту 776.0, 3-й взвод 4-й роты к 11 часам вышел на высоту 787.0, где закрепился. После подхода к отметке 776.0 6-я парашютно-десантная рота в составе 2-го и 3-го взводов, которыми командовали заместитель командира роты по воспитательной работе гвардии старший лейтенант А. А. Панов и гвардии старший лейтенант Д. В. Петров, имея впереди разведдозор, в 11.30 начала выдвижение в направлении горы Исыткорт.

В 12.30 разведдозор, который шел примерно в 150-200 метрах впереди основной группы 6-й роты, столкнулся с группой примерно 40 боевиков. Для тех это тоже было неожиданностью, но они сразу же стали кричать, чтобы их пропустили, так как командиры договорились. Старший лейтенант А. В. Воробьев по рации связался с подполковником М. Н. Евтюхиным, тот вышел на связь и доложил обстановку командованию десантной группировки. Оттуда последовал приказ: предложить боевикам сдаться, в противном случае всех уничтожить! Этот приказ по радиоперехвату сразу же стал известен Эмиру Хаттабу, который отдал свое приказание – десантников перебить. Боевики ударили из всех видов оружия.

Командир 6-й парашютно-десантной роты гвардии майор С.Г.Молодов организовал бой так, что боевики сразу понесли потери в живой силе. Но они били из пулемётов и снайперских винтовок, из подствольных гранатомётов и автоматов. Интенсивность огня резко возросла после подхода все новых и новых сил боевиков. Командир батальона решил отойти на высоту 776.0 и там организовать оборону. Обеспечили возможность совершить отход и эвакуировать раненых разведчики под командованием старшего лейтенанта А. В. Воробьева.

Во время отхода смертельное ранение получил командир роты майор С. Г. Молодов, который выносил из-под обстрела раненого гвардии сержанта контрактной службы Иванова. Командование ротой принял заместитель командира гвардии капитан Р. В. Соколов.

…Бой шел уже 4 часа. Гвардии подполковник М. Н. Евтюхин был на постоянной связи с командованием группировки, просил помощи, потому что знал, что вокруг находятся десантники. До места боя 2-3 километра по прямой, но приказ в другие подразделения не поступал.

Хаттаб выходил из себя, потому что не ожидал такого сопротивления десантников. Из Москвы на него выходило руководство с крепкими выражениями, потому что разрушался весь план, казалось бы, продуманный до мелочей. Терялись огромные деньги, выделенные на операцию. Ведь наемникам, вторгшимся в Дагестан, выплачивались подъёмные по 1 тысяче долларов США и в дальнейшем они получали бы по 5 тысяч долларов. На I этап войны предусматривалось затратить 40 миллионов долларов, на II этап – 200 миллионов долларов. За присоединение Дагестана к Чечне выделялся 1 миллиард долларов США. Из-за какой-то роты десантников все срывалось. Главное – терялось время на создание нового мусульманского государства и развал России.

Московские «бизнесмены войны» от бессилия не знали, что предпринять. Единственное, что могли, - запретить оказывать помощь роте десантников. Они никак не могли предположить, что силен еще русский дух у воинов, которые были из 47 республик, краев и областей России и ближнего зарубежья, пусть даже они разных национальностей. На Хаттаба давили всей мощью своего влияния, требовали раздавить десантников, которых было в 27 раз меньше, чем боевиков. Хаттаб решился на последнее – бросил в бой свой отборный элитный отряд «Джимар», но тому еще нужно было добраться до места боя.

В 16 часов командир батальона доложил командиру полка о выдвижении от горы Исыткорт более 150 боевиков, из которых около 50 было верхом на лошадях. Эту информацию подтвердил командир 3-й парашютно-десантной роты гвардии капитан Васильев, наблюдавший движение противника с высоты 666.0. По команде командира полка артиллерия провела 4 огневых налета по боевикам. Огонь корректировали гвардии капитан Романов с высоты 776.0 и гвардии лейтенант Золотов с высоты 666.0, а по боевикам, прорывавшимся по руслу реки Абазулгол, из стрелкового оружия вели огонь десантники взводного опорного пункта 2-й парашютно-десантной роты, находившиеся на правом берегу.

Поступил приказ командира полка 1-й парашютно-десантной роте, выполнившей задачу по блокированию Сельментаузена, изменить маршрут и выдвинуться по правому берегу реки Абазулгол к месту переправы 6 роты на урез 520.0.

К 17 часам боевики опять подтянули подкрепление и, увеличив интенсивность огня, предприняли попытку атаковать высоту с двух направлений – западного и северо-западного. Продолжался тяжелый бой. Командир батальона лично руководил подразделениями, постоянно выдвигался на самые опасные направления. Вместе с арткорректировщиком капитаном Романовым регулировал огонь артиллерии, сумел вынести из-под обстрела нескольких раненых. Эвакуировал раненого гвардии сержанта А. Супонинского, который в дальнейшем вел бой, находясь рядом с подполковником М. Н. Евтюхиным. А Евтюхин весь день терялся в размышлениях, почему не вступила в бой авиация, почему не пришли на помощь десантники, морские пехотинцы, стоявшие рядом?

Вступил в бой 2-й взвод 3 роты на высоте 666.0, которым командовал гвардии капитан Васильев. Гвардейцы отразили несколько атак противника, уничтожив при этом 12 боевиков, предприняли попытку прорыва к 6-й роте, но под сильным огнем противника вынуждены были отойти. Во время прорыва был ранен арткорректировщик гвардии лейтенант Золотов.

По радиоперехвату десантники поняли, что на них двигается масса боевиков под командованием Хаттаба. В 22.50 рота подверглась обстрелу из миномётов, но это не позволило боевикам достичь успеха.

К месту боя устремился только что прибывший отряд «Джимар» численностью свыше 400 человек, возглавляемый полевым командиром Багауди Бакуевым, при поддержке отрядов Вахи Арсанова и самого Эмира Хаттаба. Бандиты наступали волнами. Шел двенадцатый час битвы не на жизнь, а на смерть. Используя рельеф местности, боевики попытались обойти позиции роты с левого фланга. Для недопущения окружения комбат выдвинул разведдозор гвардии лейтенанта Д.С.Кожемякина, который, заняв выгодный рубеж, в течение трех часов отбивал яростные атаки боевиков. Ценой своей жизни гвардейцы сорвали замысел бандитов. По приказу командира полка была предпринята попытка эвакуировать раненых в русло реки к переправе. Однако она оказалась неудачной, так как на тропе уже были боевики, и с ними тоже завязался бой.

По просьбе командира 104-го полка ему был переподчинен артдивизион 108-го парашютно-десантного полка, который стал вести огонь по юго-западным склонам высоты 776.0, где прорывались боевики. С 1.00 до 3.00 было проведено три залпа из установок «Град» по подходящим резервам противника с горы Истывкорт.

Видя, что прорыв не удается, боевики решили прибегнуть к другим методам. По радио они обратились к десантникам, предлагая деньги за проход, а потом кричали, чтобы гвардейцы сдавались. Но десантники не поддались на такие предложения и решили стоять, пока не подойдет подкрепление.

Жутко нервничал командир группы морской пехоты с Северного флота генерал-майор Александр Отраковский, которому командование не разрешало рвануться на помощь десантникам. У него 6 марта остановилось сердце от этих переживаний.

Ночью десантники 1-й парашютно-десантной роты и взвода разведроты под командованием начальника разведки 104-го полка гвардии майора С. И. Барана – около 120 человек, форсировали реку Абазулгол и бежали к месту боя, который своим грохотом заполнял все горы. На подъеме Баран был остановлен приказом по рации прекратить движение. Десантники чуть не передрались, потому что никто им не препятствовал. Они хотели помочь своим товарищам, с которыми многие дружили. Но приказ командования не обсуждается! В противном случае – трибунал!

Затишье наступило с 3.00 до 5.00, которым воспользовался 3-й взвод 4-й роты и пришел на помощь десантникам 6-й роты. Когда бежали, то ранение получил командир взвода гвардии лейтенант О. В. Ермаков. Понимая, что рана очень тяжелая, он до последнего дыхания прикрывал огнем товарищей. Лично уничтожил шестерых бандитов. Был ранен и майор Доставалов, но остался в строю.

В 5.10 1 марта боевики, не обращая внимания на потери, перешли в атаку на опорный пункт роты со всех направлений. На некоторых участках бандитам удалось вплотную прорваться к позициям десантников. Завязались рукопашные схватки. Командир батальона вызвал огонь родных батарей «На себя!» и снаряды рвались непосредственно на вершине высоты 776.0, поражая и десантников. Видя, что ряды обороняющихся заметно поредели, бандиты устремились к вершине высоты 776.0, но там гвардии старший лейтенант А. М. Колгатин сумел установить две мины МОН-50. Раненый в грудь, он успел привести мины в действие, как только боевики пошли в атаку. От мощных взрывов 11 боевиков погибли и более десятка были ранены. Но это лишь на короткое время остановило бандитов. «Джимар» стремился доказать своё победное шествие. Еще почти 40 минут на этом направлении сдерживали атаки боевиков гвардии старший лейтенант Панов с десятью солдатами, ведя огонь из ПКМ и автоматов.

Перегруппировавшись, бандиты сосредоточили свои усилия на юго-западном направлении, которое прикрывал гвардии лейтенант Д. С. Кожемякин со своей группой. Кожемякин бился врукопашную, переломав 11 боевиков. Он до конца руководил подчиненными, пока не погиб от прямого попадания гранаты ВОГ-25 в плечо.

Оставшиеся в живых десантники во главе с комбатом М. Н. Евтюхиным скрывались за выступами камней на вершине 776.0, где приняли последнюю схватку. В 6.10 связь с командиром батальона прервалась. Командир разведдозора гвардии старший лейтенант А. В. Воробьев убил полевого командира Идриса, но сам был тяжело ранен в руки и ноги. На ноге была перебита аорта. И хотя был наложен жгут, кровь все равно сочилась. Он приказал своим подчиненным гвардии рядовым Р. Христолюбову и А. Комарову пробиваться к своим за помощью. Сам же истек кровью.

Бой почти закончился, когда над высотами начал барражировать вертолет и летчики сообщили, что боевики собирают трупы десантников и видно собираются их увозить. Подразделения гвардейцев двинулись вперед на место боя. Открылась жуткая картина. Всюду валялись трупы. Боевики отошли, оставив гору изуродованных десантников, которую они собрали, с убитым комбатом Евтюхиным на верху, который держал рацию и на мёртвого были надеты наушники. По горной дороге тёк застывающий кровяной ручей глубиной до 10 сантиметров. Над Ведено летала «Чёрная акула» - супер-современный боевой вертолет, которому непогода – не препятствие, но во время боя он не был задействован. Конструктор авиатехники, академик Л. Т. Куликов позже с глубокой горечью возмущался из-за того, что не использовались беспилотные разведывательные аппараты.

2 и 3 марта по скоплениям боевиков била авиация и артиллерия. Очень многие погибли. Начали сдаваться, но только не десантникам, а Внутренним войскам. По рассказу подполковника милиции Владимира Порта, их группе под Сельментаузеном сдались 57 «чехов» 6 марта. 7 марта пленных с небольшим конвоем отправили в станицу Червлённую. Доехав до больницы, они были остановлены группой ополченцев, которые действовали очень грамотно – пускали вперед женщин, а сами держали все под прицелом из укрытий. Ополченцы требовали, чтобы пленных и раненых оставили в Ведено и здесь проводили фильтрацию. После долгих переговоров оставили пленных в больнице под «охраной» ополченцев. Через короткое время они оттуда разбежались. Доверие к Внутренним войскам РФ со стороны десантников резко снизилось. Их обвиняли чуть ли не в содействии боевикам.

Псковские десантники победили в неравном бою, но была попытка скрыть этот факт. Сначала не сообщали официально о гибели такого количества десантников. Самолет с грузом «200» посадили не в Пскове, а в городе Острове на военном аэродроме. После этого боя в течение полугода в Чеченской республике не велось боевых действий.

Текст полностью соответствует оригиналу книги. Контактный телефон Олега Дементьева 8 911 355 09 05.