Не утонуть в деньгах

Справится ли Россия с притоком капитала

Экономические показатели первой трети года заряжают оптимизмом даже сторонних наблюдателей. «Наше послание инвесторам: макроэкономическая ситуация хорошо управляется в России», -- заявил в субботу глава Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) Жан Лемьер. Однако не все "управленцы" в этом столь же уверены.

Минфин и ЦБ оказались в одиночестве перед лицом водопада денег, который обрушился на страну. Обычные граждане вряд ли будут обеспокоены "небывалым ростом ликвидности" в российской финансовой системе, но проблема в том, что и сама власть, за исключением финансовых чиновников и экспертов, кажется, не слишком встревожена сложившейся ситуацией.

Напомнив на прошлой неделе студентам Высшей школы экономики, что неумеренные и плохо использованные кредиты, взятые компаниями азиатских стран, стали там одной из причин дефолта 1997--1998 годов, министр финансов Алексей Кудрин уже на следующий день в Потсдаме, где он участвовал во встрече коллег по "большой восьмерке", вынужден был пояснять, что прямых аналогий нет и "кризис нам не грозит". О кризисе, действительно, пока можно не говорить, но кто-то ведь должен сказать, что "финансовое несварение" -- угроза не менее опасная, чем повальный дефицит средств. Колоссальный приток денег, привлеченных российскими корпорациями за рубежом, быстрый рост дополнительных бюджетных ассигнований (включая фактическое распечатывание стабфонда) и поток спекулятивных капиталов из-за рубежа, привлеченных крепнущим рублем -- и все это практически одновременно, -- та ситуация, в которой Минфин и ЦБ стали захлебываться. Во всяком случае, и обуздание инфляции, и стабильный валютный курс оказываются под вопросом. "С такими темпами, -- утверждает минфиновский источник, -- мы можем и двузначное число (роста инфляции. -- Ред.) снова получить".

В субботу министр экономического развития Герман Греф выступил в успокоительных тонах: «Всегда в правительстве должны быть оптимист и пессимист. Министр финансов должен быть пессимистом и всех пугать, чтобы как можно больше бюджетных средств сохранить». Понятно, что финансовые ведомства перестраховываются, поскольку расхлебывать, если что не так, придется в первую очередь им. Однако и г-н Греф был вынужден признать: «Все дополнительные траты, которые были объявлены президентом, -- это еще одно испытание управления денежными средствами».

Дополнительные траты в предвыборный год неизбежны, да и кто станет спорить, что из аварийных домов нужно срочно выселять людей, а ветхие столь же срочно сносить или ремонтировать. Но если эти и другие крупные бюджетные ассигнования не то что созрели, а перезрели, то как быть с другим составным источником денежной Ниагары? Российские корпорации и банки (прежде всего государственные) берут кредиты и размещают за рубежом свои акции в таком объеме, который уже прямо влияет на финансовое здоровье государства.

Хотя Россия гордо объявляет о радикальном снижении своего внешнего долга, на самом деле речь идет о долге правительства, который сегодня действительно очень скромен. Но общий российский внешний долг (более 85% в котором уже занимают долги банков и корпораций) растет, по мнению экспертов, угрожающими темпами, перевалив за 300 млрд долл. Общий долг той же "Роснефти" достиг 36 млрд долл., и это не связано с ростом производственного потенциала отрасли -- основная часть привлеченных средств используется для финансирования передела собственности. Власти все же обеспокоились ситуацией: в том смысле, что включили "Роснефть" в список стратегических предприятий, защитив ее таким образом от возможного банкротства. Но кто защитит финансовый рынок от этого денежного притока? Президент раз за разом выражает недовольство слишком быстрым укреплением рубля, что наносит ущерб важным отраслям экономики. Но при таком притоке долларов рублю остается только расти. Глава экспертного управления президента Аркадий Дворкович разделяет эти опасения. «Если укрепление составит около 5%, это максимально допустимая цифра, но сейчас есть риск, что укрепление будет большим», -- заявил он в субботу.

Из этого вытекает хотя бы то, что крупные бюджетные траты при нынешнем состоянии финансового рынка исключают безудержное привлечение денег за рубежом. Они не могут проводиться одновременно в таких масштабах, если, конечно, власти всерьез говорят о сохранении финансовой стабильности. Г-на Кудрина можно заставить, конечно, впредь больше не вспоминать ни о каком азиатском кризисе, но проблема больших денег налицо. Остается надеяться, что г-н Лемьер не накаркал нам насчет "хорошо управляемой макроэкономической ситуации".

Вера СИТНИНА, Иван ГОРДЕЕВ