Где не работает закон — ссылки на традиции

Это только в поговорке о вкусах не спорят. В реальной жизни больше всего спорят именно о них. Но в спорах, в конце концов, ничего худого нет. Если и не рождается в них истина, то никто хотя бы не погибает. Худо когда в соответствии со своими вкусами власть принимает политические решения. «Мне это не нравится», — решает князек регионального масштаба и одним росчерком пера лишает немалое количество людей их законных гражданских прав.

С существованием в нашей стране гомосексуалистов власть смирилась. При Гитлере их отправляли в газовые камеры, в СССР их сажали в лагеря, но в сегодняшней России Уголовный кодекс к ним милостив – преступлением это не считается. Но и равноправными гражданами власть их тоже признать не может. Почему? А не нравится!

В мае прошлого года граждане нетрадиционной сексуальной ориентации попытались провести в Москве гей-парад, подобный тем, что уже много лет проходит в столицах многих свободных государств. Кончилось это побоищем, учиненным московской милицией и их добровольными помощниками из числа скинхедов и православных фундаменталистов. Однако представители ЛГБТ-сообщества (лесбиянки-геи-бисексуалы-трансгендерные лица) не смирились с положением второсортных граждан и решили добиваться своего права на мирные шествия, что гарантировано им документом, называемым Конституция РФ.

27 мая они намерены провести в Москве шествие с участием 5 тыс. человек от Почтамта на Мясницкой до Соловецкого камня на Лубянке. Лозунг акции – «Права сексуальных меньшинств – права человека». Уже подана заявка в мэрию, и, по неофициальным данным, получен ответ. Начальник управления по работе с органами обеспечения безопасности правительства Москвы Николай Куликов сообщил агентству РИА «Новости», что «состоялась встреча представителей городской администрации с организаторами этого мероприятия, на которой инициаторы гей-парада получили официальный отказ в проведении этой акции». Мотивировка – «проведение гей-парада нарушило бы права и интересы других граждан, что противоречит действующему законодательству».

14 мая на пресс-конференции в Московской Хельсинкской группе организатор шествия Николай Алексеев объявил, что никаких встреч между организаторами акции и представителями городских властей не было. Никаких разрешений на шествие они не ждут, это их законное право, и гей-парад пройдет в любом случае. Подана также заявка на проведение гей-парада в Петербурге.

В пресс-конференции принял участие депутат Госдумы от ЛДПР Алексей Митрофанов, который с редкой для либерал-демократов вразумительностью настаивал на том, что нельзя ограничивать права людей только потому, что у них другая сексуальная ориентация. Пусть маршируют сторонники этой ориентации, пусть маршируют их противники, и даже «Марши несогласных» запрещать не следует, считает Митрофанов. Он крайне низко оценил юридический уровень мотивировки властей, как ее озвучил г-н Куликов. Такими решениями «мы напрягаем мир», а когда дело дойдет до отказа во въездных визах некоторым московским чиновникам, то мы опять будем жаловаться на происки Запада, заявил Алексей Митрофанов.

Мир и в самом деле не останется безучастным к событиям 27 мая. Генсек Совета Европы Терри Девис уже звонил Николаю Алексееву и высказал ему свою поддержку. На гей-парад придут многие известные западные политики, депутаты Европарламента, не говоря о журналистах. Проблема дискриминации определенной группы граждан перестает быть только их проблемой. «Защита их прав – это расширение территории нашей общей свободы», — объяснил свое участие в организации гей-парада другой участник пресс-конференции Николай Храмов. О том же говорит и сам факт проведения пресс-конференции в офисе МХГ.

Судебная перспектива запрета гей-парада очевидна. Не далее как в начале мая Европейский суд по правам человека в Страсбурге вынес решение, осуждающее власти Польши за запрет гей-парада в Варшаве в 2005 году. Несомненно, что подобное решение будет вынесено и в отношении России. Аргументы Юрия Лужкова о том, что гей-парад «сатанинское действо» или ссылки Николая Куликова на «права и интересы других граждан» юридически ничтожны. В правовом государстве, каковым нас, кажется, еще считает Европа, это не может быть основанием для ограничения гражданских свобод.

Что же заставляет московское правительство идти на нарушение Конституции? Ведь это даже не борьба за власть или за бизнес, к чему мы уже привыкли за разговорами о «третьем сроке» или распиливанием ЮКОСа. Так в чем же дело? А не нравится!

Конечно, в позиции капризного ребенка властям пребывать некомфортно. Где нет ссылок на закон — ссылки на традиции. Но вполне может статься, они найдут законодательное оформление своим вкусам. Сейчас в моде борьба с экстремизмом. Почему бы, например, не ввести в закон понятие о «половом экстремизме» и не сажать по этой статье тех, кто цинично, с применением средств массовой информации и с пренебрежением к общественной нравственности публично высказывает свою принадлежность к лицам нетрадиционной сексуальной ориентации? Вполне в духе времени.

Увы, в последние годы мы привыкли, что власть принимает решения не по праву, а по собственным вкусам и интересам. А что же политические партии, в программах которых записаны красивые слова о правах человека, демократии и правовом государстве? Не парадоксально ли, что только депутат от ЛДПР поддержал дискриминируемую группу? А это, кстати, не такая уж маленькая группа – 6-8% населения, т.е. приблизительно 7-8 млн избирателей. Демократы отказываются от этих голосов только потому, что не привыкли говорить на эту тему открыто, считая ее щекотливой и не публичной? Этим они немного напоминают учеников младших классов, которые хихикают в кулачок, впервые в жизни увидев в учебнике анатомии обнаженное человеческое тело. Не пора ли хотя бы оппозиции повзрослеть и обсуждать больные темы, а не делать вид, что их вовсе не существует?