Мнение провайдера, выступавшего ответчиком по иску о закрытии доступа к YouTube

7 сентября 2010 года портал NAG.ru опубликовал комментарии директора компании ООО "РА РТС "РОСНЕТ" Александра Ермакова и юриста Дмитрия Глушко на решение Хабаровского краевого суда, несколько смягчившего скандальный приговор Центрального районного суда Комсомольска-на-Амуре, по которому провайдер должен был закрыть доступ к нескольким контент-серверам путем добавления на пограничном маршрутизаторе правил фильтрации IP-адресов этих сайтов. Предлагаем вашему вниманию эту публикацию. Комментарий Александра Ермакова

Суд не понимает, что мы не можем контролировать контент YouTube. Мы не имеем отношения к экстремизму — просто организовали "трубу" для пользователей, чтобы они могли спокойно пользоваться сетью. При этом были соблюдены все требования закона. Сейчас нам говорят, что "вы должны закрыть доступ к определенному контенту", но провайдер не может отвечать за содержание сайтов. Провайдер не является собственником сайтов и не является собственником контента — просто создает условия для доступа клиентов в сеть. У прокуратуры мнение следующее: "А вдруг ваш абонент зайдет на этот сайт и просмотрит там нелегальный контент"? За "вдруг" у нас по закону никаких санкций не положено. В законе о борьбе с экстремизмом четко прописано, что ответственность наступает за распространение или тиражирование экстремистских материалов, но ничем таким мы не занимались. Непонятно, чего требует от нас суд — закройте и все.

От нас требуют перекрыть доступ к файлам определенного характера, размещенного на определенном сайте, но как? Можно перекрыть доступ к сайту, доступ к потоковому видео, прямой доступ к файлам с определенными заголовками, но нет технической возможности перекрыть доступ к содержанию файлов. Одни и те же ролики на YouTube могут размещаться под самыми разными названиями, имена экстремистских файлов не всегда содержат слова, которые напрямую указывают на их содержание. Так каким же образом провайдер может ограничить доступ к таким файлам? При МВД действует целый комитет по борьбе с экстремизмом — пусть они и борются с этими роликами. Нам и так пришлось купить СОРМ — миллион потратили. Никаких поощрений за это от государства нет — только ограничения и новые требования. Причем эти требования нигде не отражены, в законе такие вещи не прописаны. Суд принял решение ни на чем не основываясь.

Я не знаю, как будет дальше развиваться процесс, но уже решил, что буду обжаловать все решения Хабаровского краевого суда и обращусь в верховный суд. Почему глобальный вопрос борьбы с экстремизмом должен решать региональный провайдер, которого краевой суд обязывает перекрыть доступ к неким файлам для своих 4 000 абонентов, причем даже неизвестно, как это осуществить технически? Почему я должен что-то там закрывать, если подключен к сети общего пользования? Я задавал судье вопрос: "Когда решение суда будет размещено в онлайне?" И получил ответ : "А что это такое?" И этот суд требует от нас ограничить доступ к информации для наших абонентов, не имея на то законных оснований. Суд или не может или не хочет разобраться в ситуации — прокуратура сказала закрыть и все. У них есть какие-то доказательства того, что нашими абонентами распространялся экстремисткий контент? Нет. Такие материалы распространяет провайдер? Нет. О чем вообще речь в таком случае? В чем мы виноваты?

Самое страшное, что в будущем другие суды могут ссылаться на этот прецедент и выносить решения основываясь на нем.

Комментарий Дмитрия Галушко

Суд вышестоящей инстанции вынес решение, основанное на законе (напомню, что п. 2. ст.29. Конституции РФ запрещает пропаганду или агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, а также пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Данная деятельность признается экстремизмом. А П. 3 ст. 1 Федерального закона от 25.07.2002 N 114-ФЗ признает экстремистскими материалами, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии.

Так как в решении суда не написано, как его исполнить, провайдеру следует, ссылаясь на невозможность исполнения и п. 1 статьи 202 Гражданского процессуального кодекса, попросить суд разъяснить, как технически исполнить решение. Сделать это может и судебный пристав-исполнитель, в обязанности которого входит принудительное исполнение решений.

В случае если и после разъяснения не будет возможности исполнить решение, то исполнительный сбор за неисполнение судебного решения составит 5 тысяч рублей. При неисполнении должником требований, содержащихся в исполнительном документе, без уважительных причин во вновь установленный срок судебный пристав-исполнитель применяет к должнику штраф от 30 тысяч до 50 тысяч рублей, и устанавливает новый срок для исполнения.

Источники

• Слово провайдера, пострадавшего за YouTube // NAG.ru. 2010. 7 сентября.