Праворадикал расправил плечи. Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в 2013 году в России

Под редакцией Александра Верховского РезюмеКРИМИНАЛЬНЫЕ ПРОЯВЛЕНИЯ РАСИЗМА И КСЕНОФОБИИ : Систематическое расистское и неонацистское насилие : Нападения на «этнических чужаков» : Нападения на ЛГБТ : Нападения на политических противников и на бездомных : Религиозно мотивированное насилие : Иные виды праворадикального насилия : Вандализм

ПУБЛИЧНАЯ АКТИВНОСТЬ ПРАВОРАДИКАЛОВ : Раскрутка криминальных инцидентов и митинги против «этнической преступности» : Антимигрантские рейды : Традиционные акции ультраправых : Участие в общепротестном движении : Партийное строительство : Участие в выборах

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КСЕНОФОБИИ И РАДИКАЛЬНОМУ НАЦИОНАЛИЗМУ : Общественные инициативы : Уголовное преследование : За насилие : За вандализм : За пропаганду : Преследование деятельности экстремистских сообществ и запрещенных организаций : Федеральный список экстремистских материалов : Запрещение организаций как экстремистских : Другие административные мерыПРИЛОЖЕНИЕ. СТАТИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ И НАКАЗАНИЙ (в формате word)

Резюме

Итоги 2013 года [1] крайне неутешительны для российского общества в целом и могут внушать оптимизм лишь националистам.

Продолжавшийся с 2009 по 2012 годы спад уличного расистского насилия явно прервался. Год ознаменовался заметным всплеском этнического насилия, очевидным даже незаинтересованным наблюдателям. Была устроена настоящая травля уроженцев Центральной Азии и Кавказа. Люди страдали как от организованных атак, так и от бытового ксенофобного насилия, в том числе с применением оружия. Выросло, в частности, количество нападений в вагонах электричек и метро («белых вагонов»). А в октябре мы столкнулись с беспрецедентными случаями групповых налетов на поезда, идущие в Таджикистан. В сочетании с умножившимися полулегальными рейдами ультраправых по местам жительства и работы мигрантов все это снова создает атмосферу насилия.

В 2013 году умножились локальные конфликты, которые ультраправые с большим или меньшим успехом разжигали и/или представляли обществу как «межнациональные». Самими значительными такими конфликтами стали беспорядки в Пугачеве, Арзамасе и московском районе Бирюлево.

Еще весной началась масштабная антимигрантская кампания властей, активизировавшаяся летом после событий в Пугачеве и в связи с избирательной кампанией.

В результате до невиданного ранее уровня выросли показатели этнической интолерантности и поддержки националистических лозунгов в широких массах граждан.

Все это создало крайне благоприятный контекст для националистов. На таком фоне их инициативы – кампания за введение визового режима со странами Средней Азии и Закавказья или череда митингов против «этнической преступности» – привлекали значительно больше внимания общества и СМИ, чем аналогичные инициативы в недавнем прошлом. Но пока не приходится говорить, что это внимание позволило националистам существенно нарастить свой политический вес или серьезно увеличить число последователей, ведь им ни разу так и не удалось ни возглавить подобный протест, ни спровоцировать следующий.

Зато изменения в практике властей вдохновили ультраправых на более открытые и агрессивные действия против тех же мигрантов. Практика рейдов по поиску «нелегальных иммигрантов», порой переходящих в погромы, беспрецедентно разрослась, превратившись в один из основных инструментов националистического движения. Осенью власти дали понять, что подобного разгула не допустят, – были заведены уголовные дела на нескольких известных ультраправых активистов, что заставило остальных вести себя тише. Впрочем, с другой стороны, полиция и УФМС стали как никогда часто сотрудничать с ультраправыми, привлекая их для своих рейдов и проверок в рамках борьбы с «нелегальной миграцией».

Можно отметить, что автономные неонаци, составляющие боевую основу движения радикальных русских националистов в целом, стали куда активнее выходить на улицы для участия в митингах, шествиях, пикетах или рейдах. В свою очередь, крупные националистические организации начали дрейфовать в сторону большей радикальности, отходя от попыток создания имиджа «националистов с человеческим лицом», предпринимавшихся в последние годы. Впрочем, поскольку намерение проникнуть в «большую политику» легальным путем не совсем их оставило, эти организации националистов продолжают пытаться регистрировать свои партии и участвовать в выборах. Пока – почти безрезультатно.

Таким образом, потенциал поддержки ультраправого движения в 2013 году вырос весьма существенно, но само движение пока явно сделало шаг назад к существованию в виде сети полулегальных радикальных ячеек. При таком варианте развития в ультраправый сегмент вряд ли удастся привлечь действительно существенное число новых сторонников из числа ксенофобно ориентированных россиян, но зато он станет более привлекательным для наиболее активных носителей идеологии радикального национализма.

Федеральные власти продолжают традиционную линию риторического противостояния этническим националистам вообще и насильственным проявлениям этноксенофобии в особенности. Никаких существенных перемен эта политика не претерпела.

Уголовное преследование за расистское насилие оставалось примерно на том же уровне, что и годом ранее. И так же, как в 2012 году, среди осужденных – члены нескольких опасных банд.

Количество же приговоров за ксенофобную пропаганду резко выросло, особенно по сравнению с приговорами за все остальные типы «преступлений экстремистского характера». К сожалению, качество преследования за пропаганду неизменно остается низким: основную массу «экстремистов» выискивают теперь в социальной сети «ВКонтакте». Большинство осужденных за возбуждение ненависти действительно публиковали расистские высказывания, но заметным авторитетом среди ультраправых эти люди не пользовались, да и аудитория их обычно была невелика, так что оправданность стремительного роста числа приговоров сомнительна. Правда, и наказания чаще всего адекватны содеянному: суды практически отказались как от лишения свободы «только за слова», так и от условных приговоров; в основном осужденные приговариваются к обязательным и исправительным работам.

Постепенная переориентация правоохранительных органов с расистского насилия на расистскую пропаганду представляется нам основной причиной того, что снижение уровня уличного расистского насилия прекратилось.

Все более очевидной профанацией является ускоряющееся пополнение Федерального списка экстремистских материалов, который определенно никак не влияет на уровень проявлений интолерантности в обществе, зато приносит немалый общественный вред, да и просто остается предметом возмущенных и саркастических отзывов. Мы вновь вынуждены повторить, что исправить имеющиеся там многочисленные и разнообразные ошибки не представляется возможным и существование этого громоздкого и неэффективного механизма просто бессмысленно.

Таким образом, в 2013 году достижения предыдущих лет постепенно утрачивались, а проблемы усугублялись. И в наступающем году мы пока видим лишь продолжение этих негативных тенденций.

Криминальные проявления расизма и

ксенофобии

Систематическое расистское

и неонацистское насилие

В 2013 году от расистского и неонацистски мотивированного насилия, по нашим данным, погиб 21 человек и было ранено 178 человек, 9 человек получили серьезные угрозы убийством. Данные приводятся без учета пострадавших в республиках Северного Кавказа и жертв массовых драк. По уточненным на 20 января 2014 года данным, в 2012 году 19 человек погибло, 191 было ранено, 2 получили угрозы убийством. Таким образом, говорить о снижении расистского насилия уже не приходится: количество убийств по мотиву ненависти уже превысило прошлогоднее, количество раненых пока чуть меньше, но если учесть ежегодное уточнение статических данных[2], уровень такого насилия даже вырос.

Необходимо уточнить, что приводимая нами статистика не отражает реального уровня расистского насилия: нам известна лишь небольшая часть подобных инцидентов, даже убийств. Мы даже не можем оценить, какова доля известных нам случаев от общего их числа. Можем лишь утверждать, что, поскольку наша методика стабильна, мы можем оценить динамику насилия по тем или иным параметрам.

В прошедшем году нападения произошли в 32 регионах страны (в 2012 году – в 31 регионе). По уровню насилия по-прежнему лидируют Москва (8 убитых, 53 раненых), Санкт-Петербург (3 убитых, 32 раненых). Много людей пострадало в Липецкой (4 убитых, 15 раненых)[3] Московской и Челябинской областях (по 8 раненых), Краснодарском крае (7 раненых), традиционно являющемся одним из центров этнической напряженности ввиду пестрого состава населения, Воронежской[4] и Свердловской областях (по 6 раненых). Кроме того, заметное количество пострадавших отмечено в Новосибирской, Омской (по 5 раненых), Самарской областях (4 раненых), Республике Коми (4 раненых). Самарская и Свердловская области фигурировали в нашем докладе и годом ранее. Зато по сравнению с прошлым годом улучшилась ситуация в Республике Башкортостан и в Приморском крае, где было заметное число пострадавших. Статистика по остальным регионам практически не изменилась.

Нападения на «этнических чужаков»

Основной группой жертв традиционно являются люди, которых нападавшие воспринимали как «этнических чужаков». Всего пострадавших от нападений по этническому признаку мы зафиксировали 136. Годом ранее их было 115, в 2012 и 2011 годы – по 112. Таким образом, рост этнически мотивированного ксенофобного насилия очевиден. И это несмотря на то, что сбор информации именно по этой группе затруднителен: ведь жертвы таких нападений, как правило, не стремятся к огласке и редко идут на контакт с полицией, общественными организациями и СМИ. Да и СМИ сообщают о таких инцидентах избирательно. Даже имена пострадавших в большинстве случаев остаются неизвестными. Исключение составляют случаи, когда нападения происходят на людей известных, как это случилось 11 ноября 2013 г. в Москве, когда из травматического пистолета был ранен один из руководителей Федерации мигрантов России Маис Курбанов[5].

В основном в случае этнических нападений речь идет об организованном насилии, но бытовое ксенофобное насилие, то есть спонтанное и ситуативное, тоже сохраняется. Просто динамика такого насилия не поддается исчислению: такие случаи, как правило, остаются никому не известны, а если и освещаются, то обычно квалифицируется СМИ и правоохранительными органами как бытовые хулиганские инциденты. Судя по косвенным признакам, уровень этого насилия не снижается. К тому же, по данным опросов Левада-Центра, в 2013 году был зафиксирован резкий подъем уровня этнической ксенофобии[6], что не могло не сказаться и на уровне бытового этнического насилия. Ежегодно мы фиксируем не менее десятка случаев такого насилия (но не выделяем его в нашей статистике).

Первой по величине группой жертв стали уроженцы Центральной Азии: 13 убитых, 45 раненых, а годом ранее – 7 убитых, 36 раненых. Существенно выросло и количество пострадавших среди уроженцев Кавказа: 3 убитых и 26 избитых против 4 убитых и 14 избитых в 2012 году. Кроме того, отмечено 29 пострадавших (1 убитый, 28 раненых) среди людей неидентифицированной «неславянской внешности», чаще всего описываемой как «азиатская», так что, вероятнее всего, подавляющее большинство этой группы пострадавших также относится к уроженцам Центральной Азии. Годом ранее таковых было 16 (1 убитый, 15 раненых).

Если проанализировать количество нападений именно на эти три группы жертв (уроженцы Центральной Азии, Кавказа и люди «неславянской внешности») по месяцам, то наибольшая их доля пришлась на апрель (12 человек), июль (12 человек), август (16 человек), октябрь (25 человек), ноябрь (19 человек). Количество жертв выше среднего в апреле, что обусловлено календарем футбольных матчей (многие жертвы апреля – это болельщики кавказских команд «Терек» и «Анжи», пострадавшие от ксенофобно настроенных местных футбольных фанатов) и днем рождения Гитлера (20 апреля). А вот прирост числа нападений в июле-августе является безусловным следствием резонанса событий в Пугачеве и «антимигрантской компании», развязанной властями и достигшей пика как раз летом, что вызвало, среди прочего, целый ряд антимигрантских рейдов, устраиваемых националистами. Помимо этого, в августе ситуация традиционно усугубляется ксенофобными нападениями пьяных бойцов ВДВ в день десантника, отмечаемый 2 августа[7]. Еще более заметный рост нападений в октябре (особенно!) и ноябре, безусловно, связан с массовыми уличными беспорядками в Москве в районе Бирюлево-Западное и с последовавшей затем новой охотой на мигрантов. В ноябре ситуация также усугубилась проведением 4 ноября «Русского марша».

Заметно снизилось количество нападений на темнокожих (5 раненых в 2013 году против 25 в 2012 году). Такие нападения систематически отслеживает организация Moscow Protestant Chaplaincy. Интересно, что, по данным комитета «Гражданское содействие», значительная часть избиений темнокожих иностранцев в Москве в конце 2012 – начале 2013 года географически привязана к маршруту следования электричек по Курскому направлению[8].

Несмотря на вечную антисемитскую риторику в праворадикальных блогах, антисемитские нападения в последние годы редки. Скорее всего, причина этого в том, что евреев трудно выделить визуально в толпе, а нападения, например, рядом с синагогой, слишком опасны. Однако в прошедшем году[9] мы вновь столкнулись с такого рода насилием. В канун Йом Кипура в подмосковной электричке перед станцией «Красково» Казанской железной дороги (то есть неподалеку от известной синагоги в Московской области)[10] группа ультраправых напала на компанию еврейской молодежи.

Известны случаи нападения под ксенофобными лозунгами и на других «этнических чужаков» (7 пострадавших). В Москве и Челябинске пострадали уроженцы Китая, в Санкт-Петербурге – девочка-энка, в Челябинске – цыган. Нападения бывали мотивированы и ненавистью к этническим русским: мы знаем о двух пострадавших в Астрахани и Санкт-Петербурге.

Помимо нападений на одиночных прохожих, существенно выросло количество групповых нападений в местах, где, предположительно, собирается много «чужаков». Так, в Челябинске группа злоумышленников напала на кафе «Тихий Дон», владельцами которого являются уроженцы Армении. В Воронеже неизвестные в масках совершили нападение на кафе «Встреча», принадлежащее выходцу из Азербайджана.

Увеличилось и количество «белых вагонов»[11], устраиваемых ультраправыми в пригородных электричках и вагонах метро. А 15 сентября 2013 года в Саратове группа националистов устроила и «белыйтрамвай».

Помимо обычных нападений на «чужаков», в том числе с использованием холодного, огнестрельного и травматического оружия, в прошедшем году не прекращались подрывы и поджоги, совершаемые ультраправыми по расистским мотивам: в Москве, Санкт-Петербурге и Липецке было предпринято несколько попыток (не менее пяти) поджогов и подрывов домов, общежитий и других мест, где проживают мигранты.

Здесь же стоит упомянуть беспрецедентные случаи нападений группы молодых людей на железнодорожной станции «Терновка» Юго-восточной железной дороги (Воронежская область) на поезда «Москва – Душанбе» (в ночь на 26 октября 2013 года) и «Москва – Худжанд» (27 октября 2013 года), сопровождавшихся националистическими высказываниями и угрозами в адрес пассажиров. Несколько человек получило легкие телесные повреждения. После случившегося посольство Таджикистана обратилось к российской стороне с убедительной просьбой провести объективное расследование происшествия, совершенного при попустительстве сотрудников местных правоохранительных органов. А официальный представитель посольства Таджикистана в России Мухаммад Эгамзод заявил, что подобное нападение на поезд наблюдается впервые, и предположил, что оно, возможно, связано с «усилением антимигрантских настроений».

Нападения на ЛГБТ

Значительной группой жертв стали представители ЛГБТ-сообщества (2 убитых, 25 избитых[12]).

Насилие по отношению к представителям сексуальных меньшинств или тем, кого сочли таковыми, приобрело в этом году угрожающий размах. Вопиющим и вызвавшим большой резонанс стало зверское убийство Владислава Торнового в Волгограде в ночь с 9 на 10 мая 2013 г. из-за подозрения в нетрадиционной сексуальной ориентации.

Как мы уже писали в докладе за первое полугодие 2013 года[13], в основном от нападений пострадали участники акций протеста, выступающие против законопроекта о запрете «пропаганды гомосексуализма», принятие которого вызвало волну возмущений среди ЛГБТ. Большинство участников этих акций, если не было задержано полицией, пострадало от нападений неонацистов, православных радикалов, казаков и т.д. Это происходило в Москве, Воронеже, Санкт-Петербурге, Республике Коми и Хабаровском крае. Полиция, дежурившая на акциях, либо никак не препятствовала нападениям, либо не справлялась со своими обязанностями по защите ЛГБТ от агрессии.

Немитинговые мероприятия ЛГБТ также оказывались под угрозой: 3 ноября 2013 года в Санкт-Петербурге неизвестные в масках-балаклавах напали на ЛГБТ-активистов, собравшихся на чаепитие в офисе одной из общественных организаций на набережной реки Фонтанки. Один человек – Дмитрий Чижевский – был ранен в глаз, девушка-активистка получила легкое ранение в спину. В Петербурге ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок» несколько раз пытались сорвать ложными сообщениями о минировании здания.

В эту же группу попали и жертвы «охотников на педофилов». В основном подобной «охотой» занимаются участники проекта «Оккупай-педофиляй» (подробнее о проекте см. ниже).

В некоторых случаях борцы с педофилами не брезговали прибегать к помощи национальных «диаспор». В Новосибирске гомосексуала – этнического узбека «русские дружинники» заманили на встречу через социальные сети и затем передали узбекской общине. 13 сентября 2013 г. в социальных сетях появилось видео со сценами жестокого издевательства. Потерпевшего заставили назвать себя и раздеться. Затем одежду сожгли. Мужчину сковывали наручниками, избили, угрожали пистолетом и вынудили изнасиловать себя бутылкой[14].

Нападения на политических

противников и на бездомных

В отличие от прошлого и позапрошлого года, в 2013 году количество нападений на политических, идеологических или «стилистических» противников неонаци было невелико (7 раненых в 2013 году против 1 убитого и 55 раненых в 2012 году). Среди пострадавших – антифашисты в Череповце и рок-музыканты в Перми.

Очевидная причина таких перемен – почти полное прекращение уличной войны между неонаци и антифа (хотя информация о происшествиях по-прежнему просто не всегда доходит до СМИ и общественных организаций). Сами антифашисты объясняют это кризисом внутри движения и тем, что часть антифашистских лидеров была вынуждена отойти от политической активности или уехать за границу, опасаясь преследования со стороны государства после участия в протестных мероприятиях 2011–2012 годов. Можно дать еще одно объяснение: сами ультраправые переключились со столкновений с боевыми антифа на нападения на других, более беззащитных – этнические меньшинства и ЛГБТ.

В 2013 году количество нападений на бездомных было ниже, чем годом ранее: 2 убитых и 3 раненых против 6 убитых и 2 раненых. Однако количество нападений на тех, кто заведомо слабее и беспомощнее, со стороны ультраправых (особенно стрейт-эйджеров) все еще остается достаточно высоким: ведь мы знаем только о тех случаях, где мотив нападения признан следствием, а это, очевидно – скорее исключение, чем правило.

Религиозно мотивированное насилие

В прошедшем году в два раза выросло количество жертв религиозной ксенофобии: 24 избитых вместо 12.

В этой группе уже несколько лет лидируют Свидетели Иеговы, репрессивная кампания против которых со стороны государства продолжается около пяти лет. В 2013 году от религиозно мотивированных нападений пострадало не менее 13 Свидетелей, в 2012 году – не менее 10, в 2011-м – не менее 24.

Среди других пострадавших – православный священник, пятидесятники, мусульмане. К счастью, все эти люди пострадали не сильно.

Иные виды праворадикального насилия

В 2013 году в праворадикальных блогах продолжали появляться и провокационные ксенофобные видеоролики с жестокими сценами ультраправых нападений на «неславян» и «извращенцев». Скажем, в день рождения Гитлера в праворадикальном сегменте интернета появился видеоролик со сценой нападения на «дворника».

По большей части, ответственность за съемку подобных роликов брала на себя ультраправая группа «Sparrows Crew» из Екатеринбурга. Однако у них есть последователи. Например, в 2013 году о себе заявила новая группа «Gas show». Аналогичная группа действовала и в Новосибирске. Непонятно, имели ли нападения на роликах место в действительности или ролики являются постановочными.

В прошедшем году мы вновь столкнулись с провокационными акциями националистов в стиле «Большой игры»[15]. Ярким примером стал муляж взрывного устройства, который нашли рядом с почтой 15 июля 2013 г. в поселке Монино Московской области: на нем было написано «Бомба для русских. Умри». На праворадикальных форумах неоднократно сообщалось, что муляжи с надписями «антирусской» направленности будут производить гораздо больший эффект и усугублять неприязнь к «понаехавшим», нежели муляжи с неонацистской символикой и призывами. С тем, что это провокация, согласилось и большинство ультраправых комментаторов.

Вообще, провокационные акции националистов в прошедшем году были весьма популярны. 15 октября, в день мусульманского праздника Курбан-байрам в Санкт-Петербурге были инсценированы два нападения выходцев с Кавказа с призывами к беспорядкам (см. ниже).

Тема угроз государственным служащим и общественным активистам, так или иначе связанным с проблемами ксенофобии, оставалась актуальной в прошедшем году. Мы уже писали[16] о том, что 8 декабря 2012 г. и 10 февраля 2013 г. на электронный ящик Мосгорсуда пришли письма с угрозами убийства в адрес судьи Мосгорсуда Павла Мелехина и его близких; служитель закона в то время вел процесс по делу лидера НОМП, отставного полковника ГРУ Владимира Квачкова.

Закон об «иностранных агентах» добавил новых обертонов в этот вид неонацистской активности. 18 мая 2013 г. активисты ультраправой организации «Рубеж Севера» Алексея Колегова напали на собрание правозащитной комиссии «Мемориал» в Республике Коми, выкрикивая «Долой иностранных агентов!». 4 июня неонацисты Сыктывкара развесили на двери квартир нескольких членов КПК «Мемориал» стикеры «Здесь живет иностранный агент».

Следует отметить участие праворадикалов в борьбе за окружающую среду. Они неоднократно принимали участие в протестах против добычи никеля на месте Еланского медно-никелевого месторождения в Воронежской области. А вечером 22 июня 2013 г. в Новохоперском районе около тысячи человек, включая националистов и казаков, ворвались на территорию геологоразведочного лагеря и подожгли буровые установки и некоторые постройки[17]. Такая радикализация экологического протеста нетипична для России, да и для ультраправого движения подобная масштабная атака очень необычна. По слухам, самая боевая часть нападавших могла быть просто нанята конкурентами.

Вандализм

В 2013 году мы зафиксировали заметное сокращение масштаба деятельности вандалов, мотивированных религиозной, этнической или идеологической ненавистью: в 2013 году произошло не менее 70 актов такого вандализма в 38 регионах страны, в 2012 и в 2011 годах было отмечено 95 и 94 акта соответственно.

В этом году больше всего от рук вандалов пострадали православные объекты – 30. Среди этих атак было 12 поджогов. Годом ранее православные объекты также пострадали сильнее других – 38 актов (но из них лишь 5 поджогов). Причиной этого, безусловно, стал рост антиклерикальных настроений в обществе в целом, выражающийся, в том числе, в актах вандализма.

На втором месте – объекты новых религиозных движений, их 12, все эти здания принадлежат Свидетелям Иеговы (годом ранее – 13); среди атак – 1 взрыв и 2 поджога.

На третьем месте – еврейские объекты, 10 инцидентов, в том числе 1 взрыв и 2 поджога. Годом ранее таких актов было 8, что означает слом довольно продолжительной тенденции сокращения именно антисемитского вандализма.

На четвертом месте – мусульманские объекты, 9 инцидентов (годом ранее – 6), в том числе 4 поджога и 1 взрыв.

Остальные направления вандализма, мотивированного религиозной ненавистью, представлены единичными случаями: пострадали баптистский дом молитвы в Белгородской области, языческое капище под Архангельском и могилы езидов в Волгоградской области.

Таким образом, по сравнению с 2012 годом увеличилось число нападений на здания Свидетелей Иеговы, на мусульманские и еврейские объекты.

Вандализм против идеологических объектов (памятников политическим деятелям, павшим на Великой Отечественной войне и т.д.), годом ранее находившийся на втором месте, а ранее несколько лет доминировавший над всеми остальными видами, в 2013 году оказался лишь на пятом месте (7 актов, в 2012 году – 24 акта): осквернялись идеологические памятники в Благовещенске, Уфе, Ленинградской и Самарской областях.

Количество наиболее опасных актов – взрывов, обстрелов и поджогов – значительно выросло: 24 из 69 в 2013 году против 11 из 95 в 2012 году. Доля таких действительно опасных инцидентов становится угрожающей.

Публичная активность

ультраправых

Раскрутка криминальных

инцидентов и митинги против «этнической преступности»

2013 год стал рекордным по числу криминальных инцидентов с участием местных жителей с одной стороны и приезжих с другой стороны. Эти инциденты приобрели более или менее широкую известность как «межнациональные конфликты», а то и вылились в реальные массовые столкновения на почве этнической вражды. Благодаря вовлечению значительных масс людей и большому резонансу, именно они задавали в прошедшем году направление публичной деятельности националистов, а не собственные акции ультраправых, как было в 2011 году, и не общепротестная деятельность, как было в 2012-м.

Раскрутка темы «межнациональной отношений» в значительной степени стала результатом изменения политики СМИ. Но нельзя отрицать и заслуги националистов, которые все активнее использовали любые предлоги для проведения публичных акций и продвижения своей идеологии в целом и темы «этнической преступности» в частности: все конфликты, разгоравшиеся в реальности на бытовой почве, трактовались в терминах межэтнического противостояния, усугубленного к тому же тем, что власти и правоохранители якобы всегда выступают на стороне «нерусских».

Первым таким более или менее громким инцидентом стала гибель в ходе драки с выходцами с Кавказа, случившейся 28 марта в Ростове-на-Дону, болельщика ФК «Ростов» Александра Терехова. Ответом националистов стала сетевая акция «День русского гнева» 13 апреля, которая прошла не менее чем в 10 городах страны. Пожалуй, более или менее громкой она получилась только в Москве, где около 200 человек собрались на несогласованное мероприятие на Пушкинской площади, попытались (безуспешно) перекрыть Тверскую улицу, а потом рассредоточились по городу, так как начались задержания. В остальных городах собиралось от 5 до 50 человек, а задержаниями собравшихся акция закончилась, помимо Москвы, только в Краснодаре[18]. В целом, особенно благодаря московским беспорядкам, инициатива ультраправых получилась несколько более успешной, чем можно было ожидать.

«День русского гнева» показал, что националисты на местах способны к самоорганизации. Акция прошла, как уже говорилось, не менее чем в 10 городах, хотя не имела единого организатора, не являлась ежегодной, да и повод к ней был не столь однозначный. Впрочем, переоценивать их способности тоже не стоит. В целом ряде городов акции не состоялись из-за малочисленности собравшихся, хотя они были анонсированы, да и те, что были, не могли похвастаться многочисленностью.

Следующий значимый инцидент случился в городе Удомля Тверской области, где 1 июня произошла драка местных жителей с выходцами с Кавказа. 8 июня в Удомле прошел народный сход, также именовавшийся в интернете «Днем русского гнева», – одним из его организаторов стал лидер «Русской партии» Николай Бондарик. Мероприятие широко анонсировалось на ультраправых сайтах и блогах, в город также приехали националисты из других регионов. По оценкам полиции, присутствовало около 300–400 человек, причем, как видно на видеозаписи схода, наиболее активны были молодые люди, выкрикивавшие ксенофобные лозунги, тогда как остальные участники больше походили на зевак. Мероприятие праворадикалов, к счастью, не привело к обострению ситуации в городе.

Зато через месяц произошел действительно громкий инцидент – конфликт в городе Пугачев, где, напомним, 6 июля в драке с 16-летнем выходцем из Чечни был убит местный житель, 20-летний десантник Руслан Маржанов. В следующие дни местные жители проводили несанкционированные митинги, несколько раз пытались перекрыть трассу Р226 Волгоград – Самара, а также устроить погромы в микрорайоне, где проживали выходцы из Чечни. Попытки местных властей стабилизировать ситуацию и успокоить недовольных, требовавших выселить из города всех выходцев с Кавказа, сначала не имели успеха, но со временем ситуация более или менее стабилизировалась.

Главным отличием этого инцидента от Удомли и подобных являлось то, что ультраправым не понадобилось «раскачивать» ситуацию до выступлений местных жителей под ксенофобными лозунгами, что они обычно пытаются делать (к счастью, в большинстве случаев – безуспешно). Здесь местные жители начали выступления без их помощи, но оставаться безучастными ультраправые, естественно, не захотели. 9, 10 и 11 июля националисты стали пытаться прорываться в город, но полиция этому активно препятствовала. По дороге в Пугачев были задержаны: руководитель движения «Святая Русь» Иван Отраковский; тот же Николай Бондарик (его задерживали несколько раз); руководители РОС Иван Миронов и Николай Курьянович, а также трое саратовских активистов той же партии; руководитель движения «Русский блок – Саратов» Павел Галактионов вместе с тремя казаками из Астраханского казачьего войска и несколько членов партии «Другая Россия». Насколько можно судить, из более или менее известных ультраправых до города добрался только лидер движения «Правые за европейское развитие», калужский активист Виталий Шишкин (бывший глава калужского отделения Объединения «Русские»); он даже выступил перед местными жителями во время очередного схода.

Националисты всячески старались поддержать высокий уровень мобилизации своих реальных и потенциальных сторонников. Например, в интернете быстро стала распространяться видеозапись с движением колонны бронетехники и с сообщениями, что техника движется в Пугачев для силового разгона протестующих (позже выяснилось, что это была колонна миротворческих сил, направленная на учения). Появлялись также сообщения о массовых задержаниях местных жителей, что, как обычно, привело к разговорам о «репрессиях» властей против жителей города. Таким образом, ультраправые постарались добавить к антимигрантскому характеру акции еще и протестный компонент.

По аналогии с апрельским «Днем гнева» националисты попытались сделать события в Пугачеве темой общероссийской акции, назначенной на 18 июля. Мероприятия анонсировали крупные ультраправые организации, однако ни списка городов, ни каких-либо еще данных не сообщалось. Видимо, как и в апреле, расчет делался на самоорганизацию, но в данном случае – тщетно. К 18 июля ситуация в Пугачеве уже стабилизировалась, и интерес к ней был потерян.

После Пугачева националисты стали регулярно проводить акции «против этнической преступности», лишь формально приурочивая их к выхваченным из криминальной хроники более или менее подходящим инцидентам. Делалось это в надежде, что актуализация темы «межнациональных столкновений» приведет к тому, что по всей стране начнут появляться «точки напряженности», подобные Пугачеву. Впрочем, в технологии не было ничего нового, да и началась серия таких акций до пугачевских событий

Подобные акции прошли 6 июля в Саранске (организаторы – движение «Славянское возрождение»), 8 июля – в Екатеринбурге (организатор – Максим Вахромов, лидер движения «Русский марш – Урал»), 15 и 16 июля – в Санкт-Петербурге (организатор – НДП; приняли участие Дмитрий Бобров (НСИ), Дмитрий «Бешеный» Евтушенко («Славянская сила – Северо-Запад»), Максим Калиниченко («Русская пробежка»)), 28 июля – в Туле (организатор – «Национальный союз России»), 9 августа – снова в Санкт-Петербурге (организатор – Н. Бондарик), 18 августа – в Ростове-на-Дону (организатор – движение «За честь и достоинство»), 4 августа – в Воронеже (организаторы – «Народный собор», казачьи группы, «Великая Россия» и «Русское имперское движение»), 3 сентября – в Перми (организатор – «Русская Пермь»), 1 и 21 сентября – опять в Санкт-Петербурге (организатор – Н. Бондарик, участие приняли «Национальные демократы» Семена Пихтелева) и 15 сентября – в Саратове (организаторы – группа «Правые», «Белый Саратов», «Русские пробежки», Объединение «Русские» – Саратов). Число активистов, присоединявшихся в этим акциям, варьировало от нескольких десятков до не более чем 250 человек. Примечательно, что многие из этих акций прошли в форме «народных сходов», то есть не были согласованы, хотя до событий в городе Пугачев на большинство своих мероприятий ультраправые старались получить согласие властей.

Несмотря на то что ни один из инцидентов, послуживших поводом для проведения перечисленных выше акций, не «выстрелил», рекордное количество митингов и сходов под антимигрантскими лозунгами и хорошее, благодаря созданному Пугачевым «информационному шлейфу», освещение многих из них в СМИ способствовали (наряду с другими факторами, о которых речь пойдет ниже) тому, что тема межэтнической обстановки не уходила с повестки дня.

Главное, пожалуй, событие 2013 года для ультраправых произошло в октябре, когда в московском Бирюлево-Западное начались беспорядки под ксенофобными лозунгами, быстро переросшие в откровенные погромы[19]. Широкий резонанс этого события объясняется не в последнюю очередь тем, что почва в Бирюлево была подготовлена: во-первых, местные жители годами жаловались на овощную базу, вокруг которой происходило немало криминальных инцидентов, во-вторых, среди обитателей района всегда имелось существенное число людей с ультраправыми взглядами, о чем впоследствии много писали СМИ, вспоминая известные неонацистские группировки, корнями уходящие в Бирюлево[20].

Первыми из политических националистов, заинтересовавшихся событиями, стали члены Объединения «Русские», которое помогало местным жителям организовывать «народный сход» 13 октября[21], который, собственно, и перерос в самые крупные беспорядки. Сегодня сложно судить, насколько велика была роль «Русских», но скорее всего, куда важнее оказался призыв районных националистов, на который откликнулись местные жители, а также их единомышленники из праворадикальной молодежной среды со всей Москвы.

После событий 13 октября тема погромов в Бирюлево стала одной из главных в СМИ, и уже все ультраправые сайты, а не только сайты Объединения «Русские», стали призывать соратников поддержать местных жителей. Более того, на многих ресурсах стали появляться высказывания в поддержку действий погромщиков, одобряющие их. Даже в «Яндекс-картах», где каждый желающий может отметить ДТП, вместо данных об авариях пользователи стали отправлять сообщения типа «Бирюлево, Гольяново с вами!». На ультраправых форумах и сайтах, а также в районной группе в сети «ВКонтакте» стали массово появляться провокационные сообщения о нападениях приезжих на местных, а также о том, что «нерусские» готовят ответную акцию.

События в Бирюлево стали большим подарком для ультраправых: ведь в Удомле им не удалось поднять местных жителей для публичного протеста, а в Пугачеве им самим не нашлось места в протесте местных жителей. Здесь же у националистов получилось и то, и другое, а также им впоследствии удалось прибегнуть к технологии апрельского «Дня гнева», то есть использовать беспорядки в Бирюлево для проведения публичных акций под антимигрантскими лозунгами.

Уже 15 октября московские националисты взялись поднимать очередную волну протеста, организовав сход «Наш ответ Курбан-Байраму» в районе станции метро «Пражская». Сбор всех участников акции был назначен на 19 часов, однако активисты на площади начал собираться значительно раньше. СМИ отмечали, что подавляющее большинство составляли несовершеннолетние. Когда собравшиеся попытались выстроиться в колонну и двинуться в сторону Бирюлево, на их пути встал ОМОН. Те, кого не успели задержать, скрылись во дворах, по дороге разбив стекла автомобилей и перевернув мусорные контейнеры. Было задержано 276 человек.

Еще более активно и агрессивно взялись националисты за дело в Санкт-Петербурге. Здесь акция была запланирована на 20 октября (раньше согласовать ее не удалось), организатором выступил Н. Бондарик. Ультраправые поддерживали актуальность темы, как могли: массово рассылали сообщения, что бирюлевский бунт – начало революции, публиковали информацию (иногда реальную, иногда нет) о различных конфликтах и драках, причем подавалось это как разворачивающийся процесс «народного бунта» против мигрантов и действующего политического режима. Н. Бондарик, судя по всему, даже немного «перестарался», стремясь сохранить актуальность темы. 16 октября полиция арестовала его по подозрению в организации провокации: по данным правоохранителей, он подкупил двух молодых людей для того, чтобы те исполнили роли жертв агрессии приезжих. Один, 16-летний подросток, нанес себе ножевое ранение, а другому, 25-летнему Василию Баранову, выстрелили из травматического пистолета в спину[22]. Сам по себе арест тоже послужил «делу»: его использовали как дополнительный повод для мобилизации, посвятив мероприятие, в том числе, поддержке арестованного.

Акция планировалась в виде митинга, однако появились предложения сделать ее «массовой зачисткой города»: вместо очередного схода разбиться на группы и начать громить магазины и ларьки, принадлежащие неместным.

В итоге, были воплощены в жизнь оба сценария: после митинга на Марсовом поле, где националисты потребовали отставки губернатора Санкт-Петербурга и начальника ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, около 100 человек попытались пройти от Садовой улицы до Невского проспекта, выкрикивая расистские лозунги. Толпа прошла до Гостиного двора, откуда двинулась к рынку «Апраксин двор». Ворвавшись на территорию Апраксина двора, националисты начали закидывать витрины камнями и дымовыми шашками, избивать продавцов. В ответ работники также стали бить националистов битами и железными палками. Прибывший на место ОМОН задержал 16 человек (11 – несовершеннолетние). Еще несколько националистов были задержаны у торгового центра.

В Москве тоже была предпринята попытка провести публичную акцию 20 октября. Сход активистов назначили на 16:00 возле ТЦ «Ереван плаза» у станции метро «Тульская». Мероприятие изначально планировалось как силовая акция, участники обещали «пойти и вернуть русскую землю». Однако акция как таковая не состоялась: к месту сбора приехало большое число полицейских, которые задерживали почти всех, кто не успел ретироваться, – более 100 человек, большая часть которых – несовершеннолетние. Помимо Санкт-Петербурга и Москвы, отмечались попытки проведения акций «по следам» событий в Бирюлево и в других городах, но ни одна из них не стала громкой.

В целом, хотя роль ультраправых организаций в самих событиях в Бирюлево была очень заметной, националисты не смогли сделать из этих волнений катализатор беспорядков по всей стране. И сами бирюлевские погромы были спровоцированы не организованной после событий в Пугачеве серией митингов против «этнической преступности» – здесь главную роль сыграли московские власти, взявшиеся спекулировать на теме «нелегальной миграции» во время предвыборной кампании.

Как бы то ни было, столь громкий инцидент имел целый список последствий.

Во-первых, вырос общий уровень этнической ксенофобии[23], антимигрантский дискурс распространился шире, чем когда-либо до этого, социальные сети были переполнены сообщениями о бытовых проявлениях ксенофобии и ненависти к мигрантам.

Во-вторых, идея введения виз со странами Средней Азии и Закавказья стала обсуждаться представителями всех политических течений и рядом СМИ еще активнее. С этим обсуждением растет и известность самих националистов, инициировавших эту кампанию еще зимой (см. выше).

В-третьих, беспорядки в Бирюлево показали эффективность погрома как меры борьбы с любыми неудобными явлениями местной жизни. Обстоятельства, вызывавшие недовольство местных жителей, постарались устранить с максимальной скоростью: пообещали закрыть овощебазу, возбудили уголовное дело об организации нелегальной иммиграции против руководителя овощебазы, быстро нашли убийцу Егора Щербакова (смерть которого и послужила поводом к началу событий) и доставили его зачем-то лично к министру внутренних дел и т.д. Эти действия продемонстрировали, что погром – самый верный способ быстро решить те проблемы, которые власти игнорируют годами. Мысль, что без погрома крайне трудно добиться от властей решения местных проблем, а зачастую – и простого выполнения их повседневных обязанностей, тоже стала обсуждаться очень активно.

С другой стороны, к 20-м числам октября ситуация уже стала стабилизироваться, лидеры ультраправых организаций переключились на подготовку «Русского марша», а у рядовых активистов несколько поутих пыл: массовые задержания в Москве и Санкт-Петербурге показали, что правоохранительные органы находятся в состоянии мобилизации и массовых беспорядков больше не допустят. В результате серьезная активизация националистов в июле-октябре сошла на нет, развить успех им уже не удалось. Даже «Русский марш» 4 ноября не стал в этом смысле катализатором.

Лишь в декабре ультраправые, хоть и как-то вяло, снова вернулись к теме «этнической преступности», попытавшись провести акции в годовщину событий 11 декабря 2010 г. на Манежной площади в Москве.

В столице организатором акции выступил А. Амелин, но она, по сути, не состоялась. Мероприятие не было согласовано, и отчасти поэтому желающих принять в нем участие оказалось очень немного. Судя по всему, часть собравшихся на Манежной площади задержала полиция, а остальные разошлись.

В Санкт-Петербурге акция получила название «Марш против этнотеррора», и, в отличие от Москвы, националисты смогли согласовать ее с властями. Организатором выступила «Национал-социалистическая инициатива» Д. Боброва. Шествие началась в 15:00 и прошло по Автовской и Краснопутиловской улицам, а закончилось митингом на Комсомольской площади. В марше приняло участие около 100–120 человек: активисты НСИ, «Славянской силы – Северо-Запад», «Другой России». Несмотря на том, что шествие собрало примерно столько же активистов, сколько и год назад, резонанса в СМИ оно не получило, да и в самой ультраправой среде энтузиазма не вызвало.

Практически проигнорировали ультраправые потенциально выигрышные для себя события в Арзамасе: там был и подходящий инцидент, и «народные сходы», и радикально настроенные местные жители, устроившие погром. В ночь на 7 декабря в городе в местном кафе «Очаг» между посетителями и работниками кафе произошла ссора из-за качества шашлыка, переросшая в драку. В результате ножевые ранения получили двое местных молодых людей. Один вскоре скончался в машине «скорой», второй был госпитализирован. В тот же день в городе состоялся «народный сход», около 50 жителей вышли на главную площадь города, требуя от властей закрыть все торговые точки, которыми владеют предприниматели нерусского происхождения. Уже на следующий день в Арзамасе был задержан один из подозреваемых в убийстве, затем еще двое. Ни фамилии, ни национальности задержанных следователи не сообщали. Несмотря на это, 9 декабря прошел еще один сход, на котором присутствовало, по разным оценкам, уже от 300 до 1000 человек. Перед собравшимися вновь выступили представители администрации города и полиции. После схода несколько групп агрессивно настроенных молодых людей прошли по городу «русским маршем», выкрикивая лозунги «Россия для русских!» и «Русские, вперед!». Шествием все не ограничилось, и в городе начались погромы: молодые люди разбили витрины двух магазинов и испортили имущество в кафе и киосках, которые, по их мнению, принадлежат «неместным», разбили окно жилого дома. В город были стянуты дополнительные силы полиции, часть погромщиков была задержана.

14 декабря у здания городской администрации прошел третий «народный сход», собравший около 200 человек. К собравшимся вышел мэр Арзамаса Михаил Бузин. Он попытался успокоить жителей, заявив, что 15 армянских семей уже уехали из города, а их предприятия общепита проданы. «Весь армянский бизнес в Арзамасе закрыт навсегда[24], – заявил он. – Хозяева в Арзамасе – арзамасцы. Они у нас гости и должны жить по уставу и чтить наши традиции», – добавил он.

Несмотря на большой резонанс в СМИ, ситуация в Арзамасе не вызвала большого интереса в ультраправой среде. Многие крупные ультраправые организации вообще проигнорировали эти события, а на националистических ресурсах на новости о событиях в городе почти не было отзывов.

Еще одним схожим сюжетом стало убийство боксера Ивана Климова в Омске 23 ноября. По версии, которую сразу же после инцидента стали распространять ультраправые, 25-летний боксер был зарезан членами омской цыганской мафии. Эта версия обосновывалась тем, что в марте у Климова произошел конфликт с цыганом Яном Лебедовым, который закончился тем, что Лебедов несколько раз выстрелил в И. Климова из травматического пистолета, а потом скрылся из города. Благодаря тому, что ультраправые в ситуацию напрямую не вмешались, протест местных жителей был направлен не столько на цыган, сколько на полицию, которая не предприняла достаточных усилий для задержания Лебедова еще после мартовского инцидента.

В целом, убийство Климова вызвало больший интерес в ультраправой среде, нежели события в Арзамасе, но привычного ажиотажа тоже не последовало. В группе в социальной сети «ВКонтакте», где анонсировались акции с требованием расследования гибели спортсмена, довольно много постов написано откровенными националистами, засветился там даже А. Амелин – но все же инцидент прошел скорее мимо радикальных националистов.

Отсутствие в Арзамасе и в Омске типичных для ультраправых попыток проникнуть в город и возглавить протест местных жителей, вероятно, связано с тем, что наиболее активный в последнее время в раскручивании подобных инцидентов Н. Бондарик арестован, а остальные побоялись последовать по его стопам. Во второй половине года правоохранительные органы, возбудив уголовные дела на целый ряд видных ультраправых, ясно дали понять, что больше не допустят их излишней активности.

Антимигрантские рейды

Одной из главных особенностей 2013 года стала резкая активизация рейдов националистов по поиску «нелегальных мигрантов». Из второстепенного вида деятельности, заполнявшего пробелы между политическими кампаниями, рейды стали одним из важнейших направлений активности. В первой половине года поиск нелегалов стал логичным продолжением кампании националистов за введение визового режима со странами Средней Азии и Закавказья и активизировался на фоне более активного, чем когда-либо ранее, обсуждения в СМИ темы миграции. Чувствуя возрастающий запрос общества на антимигрантскую тематику, на этом поле стали, как грибы после дождя, появляться новые акторы. Подключились к этой деятельности, например, такие крупные игроки, как НДП, Объединение «Русские», партия «Родина», «Великая Россия» Андрея Савельева. Постарались не отставать и петербургские активисты: Н. Бондарик и Д. Евтушенко создали свое движение «Русские зачистки», начало проводить рейды НСИ Д. Боброва. Включился и ряд региональных ультраправых активистов. Кроме новых «охотников на мигрантов», продолжили свою деятельность и те, кто занимался этим ранее, например, движение «Щит Москвы» Алексея Худякова или «Святая Русь» Игоря Мангушева.

Еще до событий в городе Пугачев рейды националистов стали привлекать внимание СМИ, в том числе телеканалов, что для националистов оказалось редкой возможностью порекламировать себя и свою деятельность для более широкой аудитории.

После летних беспорядков в Пугачеве и в преддверии очередных выборов, включая выборы московского мэра, власти тоже решили сыграть на популярной теме и, использовав в качестве повода нападение на сотрудников полиции на Матвеевском рынке, резко активизировали показательные операции по поиску нелегальных мигрантов.

Несмотря на то что ультраправые в массе своей отнеслись к действиям полиции, как к «показухе», они восприняли их как индульгенцию на собственные рейды и стали проводить их с двойной активностью. Возросло не только их число, но и степень их брутальности. Почувствовав, что эта деятельность одобряется как властями, так и обществом, организаторы рейдов зачастую стали их проводить так, что они больше походили на погромы. Особенно открыто действовали националисты из «Русских зачисток» в Санкт-Петербурге во время первых июльских и августовских акций. Не утруждая себя поисками мест проживания мигрантов, активисты собирались у какого-нибудь метро и в течение нескольких часов искали магазины, палатки или кафе, в которых работали продавцы с «неславянской внешностью». Они часто раскидывали товар, нападали на торговцев и требовали у них документы и медицинские книжки. Если документы были не в порядке, активисты вызывали полицию. Так как во время рейдов многие из участников были вооружены бейсбольными битами, а часть закрывала лица масками, то, завидев их, торговцы часто просто разбегались, бросая товары.

Помимо самостоятельных рейдов, националистам нередко удавалось (да и теперь удается) принимать участие в рейдах полиции и ФМС, что придает их действиям больший вес. Впоследствии такие акции ультраправые активно рекламируют в социальных сетях, выкладывая видеозаписи и отчеты, демонстрируя не только то, что они помогают обществу бороться с «бедой» нелегальной миграции, но и то, что полиция принимает их за равных. Например, 20 августа в Москве ультраправые из таких организаций, как «Щит Москвы», «Светлая Русь», «Атака» (отколовшаяся часть «Реструкта» М. Марцинкевича), Военно-патриотический клуб «Резерв» (ассоциирован со «Светлой Русью) и движения «Русская Москва», вместе с сотрудниками ОВД Измайлово задержали около 150 приезжих в районе Измайлово и на месте бывшего Черкизовского рынка. Судя по видеозаписям, полиция позволила националистам вести себя достаточно жестко. Видеоролики с записью рейда очень активно распространялись впоследствии по ультраправым ресурсам, а сама акция позиционировалась как образец хорошо подготовленного и достаточно масштабного рейда.

Акции «Русской зачистки» в Санкт-Петербурге наделали столько шума, что в августе в их группе в сети «ВКонтакте» состояло уже более 3 тысяч человек (на момент написания доклада – более 6 тысяч), многие из которых ранее ни в каких ультраправых группах не состояли и, скорее всего, не являлись последовательными националистами. В группе шла активная пропаганда рейдов, распространялись призывы переставать быть «интернет-бойцами» и выходить на улицы. Кроме того, руководители проекта начали собирать под эту инициативу деньги. Таким образом, «Русскую зачистку» уже летом стали пытаться сделать отдельным проектом, самостоятельно финансируемым и пополняющимся активистами вне рамок традиционного разделения на организации. Кроме того, была предпринята попытка сделать проект всероссийским: группы «Русской зачистки» появились в целом ряде российских городов.

К осени ситуация уже дошла до того, что «охота на мигрантов» стала претендовать на роль одного из возможных консолидаторов раздробленного ультраправого поля, показывая примеры сотрудничества между различными организациями националистов, объединяющая местных разрозненных активистов, задавая им направление для деятельности. В отличие от «Русских пробежек», которые в свое время также претендовали на эту роль, рейды по поиску нелегальных мигрантов имеют заведомо агрессивный характер, что хорошо продемонстрировали летние акции «Русских зачисток» или сентябрьский налет участников группы «Щит Москвы» на общежитие в Капотне. В этом последнем случае несколько десятков агрессивных молодых людей, вооруженных дубинками, ворвались в общежитие и начали требовать документы у проживающих, выгонять на улицу тех, у кого, как они считали, были проблемы с документами. Если жильцы не открывали двери, те вышибали. Поведение националистов спровоцировало несколько столкновений, часть из которых – с применением стрелкового оружия. Как минимум два человека получили пулевые ранения[25].

В целом, полиция практически не препятствует проведению рейдов националистов и даже, как было показано выше, нередко привлекает их к собственным акциям, но все же совсем безнаказанной эта деятельность тоже не осталась.

Неоднократно полиция задерживала участников рейдов, составляя на них протоколы об административных правонарушениях, потом дело дошло и до уголовного преследования. Так, 31 июля полиция Санкт-Петербурга на основании видеозаписей рейдов, опубликованных в интернете самими же националистами, возбудила уголовное дело по ст. 213 УК («Хулиганство») против нескольких ультраправых, проводивших рейды «Русская зачистка» по торговым точкам города. Кроме того, 1 октября суд арестовал трех участников нападения на общежитие мигрантов в Капотне: 26-летнего лидера «Щита Москвы» Алексея Худякова, 21-летнего руководителя проекта «Нарко-Стоп» Александра Вознесенского и 17-летнего активиста «Щита Москвы» Ш.

Возбуждение этих дел способствовало тому, что рейды стали менее агрессивными, но никак не их прекращению. Акции продолжились, и ни полиция, ни чиновники так до сих пор и не выработали позицию относительно этого явления. Хорошей иллюстрацией здесь является рейд НСИ, который прошел 27 августа. Активисты движения заходили в магазины и точки общепита, требуя у продавцов документы и медицинские книжки. На записи рейда видно, что в первое кафе активисты НСИ вошли с сотрудниками полиции, которые не мешали националистам проверять медкнижку продавца, а потом, когда таковая не обнаружилась, на камеру рапортовали, что будут составлять протоколы об административных нарушениях против торговца. Во вторую торговую точку националисты тоже пришли с полицейскими (непонятно, теми же или уже другими), которые в этот раз не содействовали ультраправым, а сообщили Д. Боброву, что его действия незаконны, а позже потребовали прекратить рейд, пригрозив возбуждением против самих националистов административного дела по ст. 19.1 КоАП («Самоуправство»).

В своей рейдовой активности ультраправые пытаются сотрудничать не только с полицией, но и с другими властными и околовластными структурами, и те это сотрудничество вяло, но принимают. Например, в сентябре «Русские зачистки» на своей страничке в соцсети сообщили, что Елена Дунаева – начальник управления УФМС по Санкт-Петербургу и Ленинградской области – пригласила «Русскую зачистку» участвовать в их проверках. А певец Александр Розенбаум, являющийся председателем общественно-консультативного совета при УФМС РФ, предложил представителям движения «Русская зачистка» войти в состав Совета (судя по списку членов Совета, националистов туда все же не приняли). Другой пример: в конце октября представители движения «Guestbusters» (рейдовый проект Объединения «Русские») посетили рабочее заседание группы «Муниципальный контроль» Совета по развитию общественного контроля при Комитете по делам общественных объединений и религиозных организаций Государственной Думы РФ. По итогам встречи националисты заявили, что надеются «сделать посещения подобных рабочих групп плановыми, для налаживания взаимопонимания и установления связей с официальными представителями власти на местах»[26].

Несмотря на то, что к концу 2013 года эффект новизны рейдовой активности уже пропал, а полиция ясно дала понять, что не позволит националистам устраивать откровенные погромы, маскируя их под общественные инициативы, эта деятельность и к концу года оставалась одной из важнейших для националистов. Благодаря снисходительному отношению властей, этот вид активности ультраправых позволил им приобретать знакомства в структурах правоохранительных органов, давал ощущение власти и собственной правоты. Националисты предлагают любому, кто присоединится к ним, возможность выплеснуть свои ксенофобные чувства на мигрантов, не рискуя при этом пропасть за решетку. Впрочем, после возбуждения уголовных дел на активистов «Русских пробежек» и «Щита Москвы» «охотники на мигрантов» стали более осторожны, стараются не брать в рейды непроверенных людей, ведут себя несколько более корректно. К моменту написания доклада поиск нелегальных мигрантов остается для ультраправых одним из важнейших источников саморекламы и пополнения рядов.

Столь высокая популярность миграционных рейдов затмила другую популярную в недавнем прошлом рейдовую инициативу – охоту на педофилов. В 2012 году очень многие небольшие объединения ультраправых увлеклись этой деятельностью, однако год спустя она потеряла былую популярность. Единственный, кто последовательно продолжил заниматься этими рейдами, – это Максим (Тесак) Марцинкевич, который, собственно, их изначально и популяризировал, создав в рамках своего движения «Реструкт!» проект «Оккупай-педофиляй» (неонаци ловили предполагаемого гея-педофила «на живца», унижали и пинали его, а запись публиковали). «Реструкт!» приобрел широкую популярность и много последователей в провинции благодаря именно этому проекту, и не все они ограничивали себя в насилии. Это привело к открытию уголовного дела, а сам Тесак уехал в Украину, где вместе с соратниками продолжил устраивать ловушки для предполагаемых педофилов. Кстати, Тесак и его соратники проводили свои украинские акции куда более жестоко, чем те, которые ранее организовывались в России[27], после чего Тесак уехал на Кубу. В декабре в отношении М. Марцинкевича было возбуждено уголовное дело о возбуждении национальной ненависти (ст. 282 УК) за публикацию нескольких расистских видеороликов с призывами к убийствам. К моменту написания доклада националист уже выдворен с Кубы и арестован в Москве. Однако есть опасение, что многие из его последователей или конкурентов продолжат подобные рейды, стремясь занять освободившееся место главного охотника на педофилов.

Говоря о проекте «Оккупай-педофиляй», нельзя не отметить то неожиданное продолжение, которое получила эта инициатива в первой половине года. Девятиклассник Филипп Дениц[28], ранее бывший у «Тесака» подставным для заманиваемых педофилов, открыл свое движение, которое называется «Оккупай-геронтофиляй». Движение тоже проводит рейды, но охотится уже не на педофилов, а на мальчиков, соглашающихся на встречи с взрослыми мужчинами. Детей в возрасте от 12 до 16 лет от лица взрослого заманивают на встречу, а потом угрозами заставляют на камеру рассказывать о себе, унижают, оскорбляют, а получившееся видео выкладывают в интернете и рассылают знакомым ребенка. В декабре на Деница было возбуждено уголовное дело о возбуждении национальной ненависти, но в связи с чем именно, к сожалению, не сообщалось. Сам подросток заявил, что на время следствия приостанавливает свой проект[29].

Традиционные акции

ультраправых

К традиционным акциям националистов мы относим те, которые повторяются из года в год и имеют устоявшиеся форму и содержание. Если в 2012 году им практически не было уделено внимания, то теперь, когда ультраправые вновь стали концентрироваться на самостоятельной активности, стоило ожидать, что все вернется на круги своя.

Череду традиционных акций открывает «День героев», который проводится 1 марта. Акция изначально посвящена псковским десантникам, погибшим в 2000 году в бою в Чечне, но в этом году ее решено было посвятить осужденным Владимиру Квачкову и Леониду Хабарову (см. ниже). Если сравнивать с 2011 годом (сравнение с 2012-м несколько некорректно, так как организацией никто не занимался), то видно, что география акции расширилась, однако массовость не возросла – самым посещаемым стало московское мероприятие, собравшее всего около 100 активистов[30].

Примерно так же можно оценить и «Русский Первомай», который сумел несколько нарастить посещаемость только в двух столицах, потерять часть активистов в регионах, но расширить свою географию на три города[31].

В связи с взбудоражившими ультраправых беспорядками в городе Пугачев и последовавшими за этим событиями практически незамеченной прошла еще одна традиционная акция – «День правого политзаключенного», который националисты с 2009 года отмечают 25 июля. В нескольких регионах страны состоялись небольшие митинги и пикеты, в других активисты ограничились вывешиванием баннеров, крупные ультраправые организации, как и в прошлом году, сконцентрировались на сборе средств для заключенных. Например, Объединению «Русские» удалось собрать около 230 тысяч рублей, которые были направлены заключенным националистам, в том числе тем, кто осужден за насильственные преступления.

Еще меньше активности проявили националисты в организации «Дня памяти жертв этнопреступности», отмечаемого ультраправыми в начале октября и приуроченного к годовщине гибели Анны Бешновой. Акции прошли только в Москве, Саратове и Рязани, а в остальных городах их, видимо, и не планировали.

Вялость всех традиционных акций 2013 года была отчасти компенсирована «Русским маршем», который, как и всегда, прошел 4 ноября во многих городах страны.

Если в прошлом году основной московский «Русский марш» испытывал очевидное влияние общепротестных мероприятий, то в этом году акция была явно проведена по следам событий в Бирюлево, что придало ей соответствующую окраску и характер. Шествие состоялось в Люблино, организаторами выступили Объединение «Русские», Национально-демократическая партия (НДП) и «Российский общенародный союз» (РОС). В марше приняло участие около 6 тысяч человек, что примерно на 500 человек больше, чем годом ранее[32], и примерно столько же, как в 2011 году[33]. Скорее всего, организаторы марша ожидали гораздо большего на фоне общего подъема ксенофобии, но пока лишь получили возврат части активистов, проигнорировавших марш в 2012 году, поскольку были недовольны участием крупных ультраправых организаций в общепротестной деятельности и тем, что на фоне многотысячных митингов объединенной оппозиции главное националистическое мероприятие года утратило статус самого крупного оппозиционного выступления.

В отличие от акции прошлого года, где в которой принимало участие непривычно много людей среднего возраста, а радикальные молодежные группы были представлены слабо, в 2013 году собралась преимущественно молодежь (много было и явно несовершеннолетних), настроенная крайне радикально. Многие выкрикивавшиеся лозунги напрямую призывали к насилию над выходцами с Кавказа и другими иноэтничными жителями города, значительно больше, чем год назад, можно было видеть «зигующих» участников. Во время шествия даже произошел инцидент: в колонне «Блока свободных национал-социалистических обществ», то есть автономных неонаци, попытались поджечь дымовые шашки. Полиция вклинилась в колонну, и большая часть демонстрантов бросилась бежать, прорвав ограждение и чуть не спровоцировав столкновения с полицией.

Радикальность собравшихся и нежелание соблюдать правила вызвали недовольство даже у части организаторов. Например, Дмитрий Дёмушкин в разговоре с соратниками требовал убрать из колонн наиболее активно «зигующих», так как их все время фотографируют журналисты и это дискредитирует мероприятие. Владимир Басманов после инцидента с разгоном «национал-социалистического» блока предложил ужесточить требования к организаторам отдельных колонн на «русских маршах».

Впрочем, не очень понятно, чего еще могли ожидать организаторы, призывая на «Русский марш» лозунгом из 14 слов: «Мы должны сохранить нашу русскую землю ради будущего нашего народа и будущего русских детей!», который представляет собой лишь слегка переделанный лозунг американского неонациста Дэвида Лейна «Мы должны сохранить существование нашего народа и будущее для белых детей» («We must secure the existence of our people and a future for White children»).

В 2013 году возобновилась прерванная было традиция проведения альтернативных шествий националистов. На сей раз оба они прошли у станции метро «Октябрьское поле».

Первая акция была организована «Русской коалицией действия», в которую входят НОМП (Юрий Екишев), «Великая Россия» (Андрей Савельев) и движение «Русское возрождение» Александра Амелина («Русский комитет спасения). Всего в этом шествии приняло участие около 550–600 человек.

Вторая акция называлась «Царский русский марш» и собрала около 120–150 человек. В ней участвовали «Союз православных хоругвеносцев» и три участника движения «Щит Москвы». Другой политической символики, кроме малоизвестного «Русского православного братства», не было.

Таким образом, если сложить число участников всех трех крупных московских акций 4 ноября, то можно увидеть некоторый прирост числа людей, готовых выходить в этот день на националистические акции. Всего в столице в маршах (не считая аудитории традиционного митинга ЛДПР) участвовало, по нашим оценкам, около 6700 человек, что является пусть не таким большим числом в сравнении с митингами на Болотной площади, но абсолютным рекордом для «русских маршей».

Еще более агрессивно, чем в Москве, отметили националисты 4 ноября в Санкт-Петербурге[34]. Здесь существенная часть ультраправых отказалась от участия в марше из-за того, что его организатором выступила считающаяся прокремлевской партия «Родина», что в итоге привело к беспорядкам в городе. Несколько десятков человек были задержаны полицией при попытке провести несогласованную акцию у БКЗ «Октябрьский», еще около 40 человек полиция разогнала при попытке танцевать «хардбасс» на Дворцовой площади. После этого часть ультраправых устроила погром на Удельном рынке, а также несколько организованных групповых нападений на людей неславянской внешности в метро («белых вагонов»)[35].

Помимо Москвы и Санкт-Петербурга, акции прошли не менее чем в 47 городах страны, то есть география «Русского марша» продолжает расширяться, хотя и медленнее, чем раньше: год назад акции состоялись в общей сложности в 45 городах, а в позапрошлом – в 32. Кроме того, националистам в регионах, за редким исключением, удалось либо не потерять своих активистов, либо даже их существенно приумножить.

Исходя из этого, можно признать марш этого года достаточно удачным для ультраправых, чего и следовало ожидать на фоне общего подъема ксенофобных настроений. В теории, потенциал ультраправого движения в России очень высок, так как более половины жителей страны разделяет ксенофобные взгляды, однако сдерживающим фактором для того, чтобы ряды националистов сильно пополнились, всегда служили низкий уровень актуальности этой проблемы по сравнению с другими, а также излишняя для среднестатистического россиянина радикальность националистического движения. Теперь же, когда тема этнических отношений актуализировалась, можно опасаться существенного прироста численности ультраправых как минимум за счет подрастающего поколения, чьи родители с одобрением относятся к националистическим идеям.

Участие в общепротестном движении

2013-й начался для ультраправых с отказа от участия в митингах оппозиции (ставка на которые делалась почти весь 2012 год), так как уже во второй половине года рядовые праворадикалы ясно дали понять лидерам националистических организаций, что они резко негативно относятся к идее сотрудничества с либеральными и левыми движениями. В итоге, вплоть до мая 2013-го лидеры националистов последовательно воздерживались от того, чтобы вновь начать призывать сторонников выходить на митинги объединенной оппозиции, организованные Координационным советом оппозиции (КСО), в котором они сами играли заметную роль. Потом все же были сделаны два исключения – для акции 6 мая, посвященной годовщине беспорядков на Болотной площади, и для митинга 12 июня, который прошел в защиту «узников Болотной». В обоих случаях ультраправые, видимо, понадеялись на популярность среди рядовых националистов темы политзаключенных, но просчитались, и участие праворадикалов было едва заметным.

Отдельно стоит отметить шествие 5 мая, которое организовывал альтернативный КСО орган – Экспертный совет оппозиции (ЭСО). «Весенний марш свободы» собрал около 500 человек, из которых около половины составили националисты. Скорее всего, такая высокая доля ультраправых связана с тем, что акцию поддержал популярный в праворадикальной среде Николай Бондарик; сказалось также и широкое представительство, которое получили ультраправые в самом ЭСО: из 41 человека 10 открыто причисляют себя к националистам.

Националисты в первой половине года, пока КСО сохранял активность, успешно использовали эту коалицию для расширения и легитимации собственных, уже сугубо националистических, акций и кампаний.

Примером может служить запущенная Национально-демократической партией еще зимой кампания за введение визового режима со странами Средней Азии и Закавказья. 14 апреля Национально-демократическая партия (НДП) инициировала сетевую акцию «Скажи визам ДА!»[36], к которой примкнули не только ультраправые движения, Объединение «Русские», «Общее дело», правозащитный центр «РОД», Российский общенародный союз (РОС) но и либерально-демократическая партия Владимира Милова «Демократический выбор». НДП вместе с соратниками проводила по стране небольшие пикеты и митинги, рекламируя эту инициативу[37].

Более того, привлекли националисты к этой кампании и сам КСО, вынеся вопрос о введении виз на голосование. 10 февраля КСО без единого голоса «против» поддержал идею отмены безвизового режима, даже не сказав ничего о сути инициативы, то есть о том, кому, сколько и на каких условиях следует выдавать визы, а кому и по каким причинам отказывать. В таком виде решение КСО выглядело скорее как популизм и заигрывание с ксенофобными настроениями большей части россиян, но стало победой для националистов в Совете и позволило придать авторитет их инициативе. Параллельно с НДП аналогичную кампанию развернула и партия Валерия Соловья «Новая сила» – она собрала более 100 тысяч подписей в поддержку этой инициативы и даже передала их в Госдуму.

Благодаря подобным усилиям ультраправым удалось привлечь внимание СМИ к этой, в общем-то, не новой инициативе. Вопрос о безвизовом режиме со странами СНГ стал широко обсуждаться не только в интернете и печатных изданиях, но и на федеральных телеканалах. На несколько передач даже приглашали националистов. Ультраправые впервые за долгое время смогли удержать свою инициативу на повестке дня, несмотря даже на прямо выраженное несогласие с ней Кремля. Трудно определенно сказать, что стало причиной такого редкого успеха: начинавшаяся уже антимигрантская кампании сверху или налаженные связи националистов в общепротестных структурах.

Однако с середины лета общепротестная активность продолжила затухать, и участие в ней лидеров националистов постепенно теряло смысл. Соответственно, они переключили свое внимание на самостоятельные акции, тем более что недостатка в поводах в 2013 году они не испытывали.

Партийное строительство

В начале года ультраправые все еще были более или менее оптимистически настроены и считали, что им удастся зарегистрировать партии, которые они начали создавать более двух лет назад после упрощения процедуры регистрации. Однако в основном их преследовали неудачи. «Новая сила» дважды подавала документы на регистрацию в Минюст, пока 25 июня не получила официальный отказ. Лидер партии пообещал, что «буквально через несколько дней будет снова запущен формальный процесс регистрации “Новой Силы”», и что он надеется, что «регистрация пройдет в сжатые сроки»[38].Действительно уже 6 июля партия вновь зарегистрировала свой оргкомитет в Минюсте. Однако дальше процесс, по всей видимости, не пошел. Не было сообщений о проведении партий нового учредительного съезда, не сообщалось и о подаче документов на регистрацию. Более того, зимой «Новая сила» и вовсе пропала из списка зарегистрированных в Минюсте оргкомитетов политических партий. Вероятнее всего, В. Соловей решил отказаться от попыток получить для «Новой силы» официальный статус политической партии.

С отказом в регистрации столкнулась и НДП К. Крылова, которая сообщила об этом в мае. Довольно быстро партия вновь зарегистрировала свой оргкомитет в Минюсте, а в октябре прошел новый учредительный съезд. О подаче документов на регистрацию пока не сообщалось.

Почти не продвинулась на пути регистрации Партия националистов, провозглашенная Объединением «Русские». В августе «Русские» заявили, что планировали провести учредительный съезд, но он был сорван, так как администрация гостиничного комплекса «Измайлово», в котором планировалось мероприятие, неожиданно отказала ультраправым в аренде помещения. Больше, насколько можно судить, оргкомитет партии не предпринимал попыток провести съезд, сославшись на уголовное дело против Д. Дёмушкина, который и возглавляет оргкомитет. Пока Объединение продолжает развиваться под брендом «Русских», а не Партии националистов, по всей видимости, не особо рассчитывая на регистрацию. За год у него появились отделения в Красноярске, Астрахани, Ханты-Мансийске и Алтайском крае, и все они были представлены в качестве ячеек Объединения, а не Партии националистов.

Благодаря расколу, который произошел у «Русских» в конце февраля из-за исключения Георгия Боровикова[39], на ультраправом поле появился еще один партийный проект – «Правые за европейское развитие». Весной партия зарегистрировала свой оргкомитет в Минюсте, но дальше пока дело не двинулось. У ПЗЕР, практически нет шансов на регистрацию, поэтому провозглашение себя партией носит скорее тактический, а не стратегический характер, так как придает этому незначительному новообразованию более высокий статус.

Собственный партийный проект в начале года представил лидер движения «Сопротивление» Роман Зенцов, который покинул перед этим Российский общенародный союз (РОС) С. Бабурина. Оргкомитет новой партии «Порядок» был зарегистрирован в Минюсте, а учредительный съезд назначен сначала на май, а потом передвинут на осень, что руководство партии прокомментировало так: «Мы не собираемся делать “холостой выстрел” и проводить съезд пока нет стопроцентной уверенности в регистрации»[40]. Так как осенью съезда тоже не было, можно констатировать, что уверенности в успехе у Р. Зенцова не прибавилось.

За регистрацией 18 октября обратилась «Национальная консервативная партия России». Она представляет собой ультраправую партия православного толка, а возглавляет ее Андрей Кочергин – участник Союза православных единоборств.

Таким образом, основные ультраправые объединения, заявлявшие о своем намерении зарегистрироваться, пока не преуспели. Впрочем, говорить о том, что партий с националистической или близкой идеологией в России нет, было бы неверно. Регистрацию имеют такие крупные игроки, как РОС С. Бабурина и партия «Родина» Алексея Журавлева, а также ряд более или менее идеологически близких мелких партий, таких как «Партия Великое отечество» Николая Старикова (к которой присоединился сопредседатель «Народного собора» Владимир Хомяков), Самодержавная Россия Дмитрия Меркулова, «Национальный курс» Андрея Коваленко и партия «Воля» Светланы Пеуновой.

Участие в выборах

Очередной избирательный цикл позволил националистам попробовать свои силы в «большой политике» и попытаться отвоевать себе места в структурах власти на сентябрьских выборах, которые состоялись в ряде регионов.

Если говорить о партиях, то наиболее активно в выборах участвовала партия «Родина» А. Журавлева. Практически во всех случаях, когда «Родина» выдвигалась в региональный парламент, она не смогла набрать более 1–3 % голосов избирателей. Единственное исключение составляет Архангельское областное собрание, куда от нее прошел один кандидат. Куда более успешно «Родина» показала себя на муниципальных выборах. Например, в городе Коряжма Архангельской области на выборах депутатов гордумы она набрала даже больше голосов, чем «Единая Россия».

Участвовал в выборах и РОС С. Бабурина. Свой список кандидатов партия выдвинула на выборы в Смоленскую областную Думу, но набрать смогла всего около 0,4 % голосов избирателей. Это, конечно, крайне слабый результат, особенно с учетом того, что список возглавил сам С. Бабурин. Не прошел ни один кандидат из тех, кто баллотировался по одномандатным округам. Сам Бабурин набрал 7,28 % голосов, заняв третье снизу место.

Первоначально лидер РОСа не собирался выдвигаться в Смоленскую областную Думу, а попытался, но тщетно, зарегистрироваться в качестве кандидата на пост мэра Московской области. О своем намерении лично выдвинуться на важные политические посты заявили и два других видных деятеля РОСа – Иван Миронов, собиравшийся баллотироваться на пост губернатора Владимирской области, и Николай Курьянович, претендовавший на роль мэра Москвы. Ни того, ни другого в списках кандидатов так и не оказалось.

Довольно громкой оказалась выборная кампания РОСа в Законодательное собрание Иркутской области. Избирательная комиссия не утвердила партийный список партии по формальным основаниям, а потом отказала в регистрации главе местного отделения партии Александру Турику. Последний обжаловал снятие своей кандидатуры, и суд восстановил его в правах. В итоге он и его коллега по партии Дмитрий Чалбышев баллотировались по одномандатным округам и получили на выборах 1,52 % и 2,53 % голосов соответственно. Примечательно, что А. Турик впоследствии подал в суд на окружную избирательную комиссию по одномандатному избирательному округу № 5 с требованием компенсировать причиненный моральный и материальный вред в связи с незаконным снятием его кандидатуры. По его мнению, из-за действий комиссии он вынужден был месяц участвовать в судебных тяжбах, в которых потерял время на ведение избирательной кампании. В декабре суд частично удовлетворил требования националиста.

Выдвинул РОС своего кандидата и на выборы мэра города Хабаровска. Леонид Разуванов оказался на последнем месте и набрал только 2,67 % голосов. Аналогичная ситуация сложилась на выборах депутатов Рязанской городской Думы, где кандидат РОС Артем Кураев получил меньше всего голосов в своем округе – 1,25 %.

Таким образом, успехи националистов на выборах, как и в прошлом, остаются весьма скромными. Впрочем, довольно часто националистам отказывают в регистрации, так что в полной мере оценить их электоральные способности затруднительно.

Не оставили равнодушными националистов и выборы московского мэра, которые в итоге привели к небольшому расколу на ультраправом поле по вопросу поддержки кандидата Алексея Навального.

РОС заявил: «…мы, русские националисты и патриоты против Навального и его союзников, нам не по пути с защитником гей-парадов, ставленником вождей “демократов” 90-х, проектом “российского оранжада” и Ельциным-2.0!». В итоге партия поддержала на выборах кандидата от КПРФ Ивана Мельникова. Последний даже пообещал в случае победы сделать С. Бабурина вице-мэром.

Согласились с РОСовцами и санкт-петербургские активисты Н. Бондарик, Д. Евтушенко, М. Калиниченко («Русские пробежки»), а также организации, входящие в «Русскую коалицию действия». Отличием этих противников Навального от РОСа стало то, что они предлагали националистам не ходить на выборы вовсе. Большинство автономных ультраправых тоже посчитало, что называть Навального националистом нельзя, так как он либерал и «оранжист».

Противоположную позицию высказали национал-демократы, то есть «Новая сила» и НДП, а также Объединение «Русские» и «Российская правая партия» Владимира Истархова.

В итоге противостояние вылилось в то, что 31 августа в Москве прошло две разнонаправленные акции. Первую – автопробег в поддержку Навального – организовывали НДП и «Русские». Акция прошла на Садовом кольце, участие в ней приняли около 10 автомобилей, на задних стеклах которых были наклеены стикеры «Русские за Навального». Вопреки ожиданиям организаторов, акция не собрала значительного числа участников, а полиция особо не препятствовала проезду автомобилей.

Немногим более многочисленной стала вторая акция ультраправых, где «Русская коалиция действия» и Николай Бондарик призывали бойкотировать выборы. Марш, в котором приняло участие 100 человек, прошел от станции метро «Октябрьское поле» в сторону станции метро «Щукинская». Другие ультраправые организации к мероприятию не присоединились.

Исходя из малочисленности акции националистов в поддержку А. Навального, можно предположить, что вклад ультраправых в его результаты был невелик.

Зато на прошедших московских выборах и последовательным националистам, и людям с ксенофобными взглядами было из кого выбирать: ведь почти все кандидаты, прикрываясь невнятным термином «нелегальные иммигранты», наперебой обсуждали негативные стороны этого явления, но не предлагали какой-либо последовательной концепции миграционной политики, которая была бы шире, чем «пусть они все уедут». Но, парадоксальным образом, это не стимулировало повышенного интереса к выборам в националистической среде.

Противодействие ксенофобии

и радикальному национализму

Общественные инициативы

Общественная активность по противодействию ксенофобии и радикальному национализму в 2013 году оставалась практически незаметной и проходила в традиционных рамках.

19 января 2013 г. не менее чем в 15 городах России была проведена всероссийская акция памяти Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой и всех погибших от рук неонацистов. Годом ранее такая акция состоялась в 12 городах. В Москве в антифашистском шествии приняло участие около 700 человек. В Санкт-Петербурге прошел пикет, так как власти не согласовали шествие. Перед началом пикета ультраправые попытались напасть на участников акции, но, к счастью, антифашистам удалось убежать, и никто не пострадал. В Иркутске и в Усть-Лабинске (Краснодарский край) антифашистские мероприятия также не обошлись без происшествий, их участников задерживала полиция за «несанкционированные сборища».

Как обычно, осенью общественная активность несколько возросла.

С 9 по 16 ноября была проведена ежегодная Международная неделя толерантности под лозунгом «Хрустальная ночь – никогда снова!», приуроченная к Международному дню против расизма и нетерпимости[41]. К сожалению, в рамках недели в основном проводилась информационная кампания в интернете, мероприятия прошли всего в нескольких городах и нигде не стали многочисленными.

Два ежегодных мероприятия прошли в Санкт-Петербурге. Акция памяти музыканта-антифашиста Тимура Качаравы состоялась 13 ноября около магазина «Буквоед» на Лиговском проспекте (собрала около 30 участников). «Марш против ненависти», устраиваемый с 2004 года после убийства неонацистами ученого Николая Гиренко, прошел 27 октября (в нем приняло участие около 200 человек).

4 ноября, то есть в день «Русского марша», в Москве состоялся Общественный форум «Единство России в солидарности граждан. Против ксенофобии и национализма», организованный партией «Яблоко» совместно с правозащитными организациями. В итоге его участники сформировали Комитет объединенного противодействия ксенофобии и собрали предложения по дальнейшим действиям. 10 декабря новосозданный Комитет противодействия ксенофобии провел в Москве на Тверском бульваре у памятника Тимирязеву пикет «Против ненависти», приуроченный ко Дню защиты прав человека и Международному дню мигранта 18 декабря. В акции приняло участие около 15 человек – представители «Яблока», Московской Хельсинкской группы, Межрегионального узбекского землячества «Ватандош», муниципальные депутаты и гражданские активисты. Аналогичные акции состоялись еще в нескольких городах (Тамбове, Красноярске, Башкирии, Смоленске, Калмыкии, Пензе, Нижнем Новгороде и Туле), но нигде не собрали много участников.

Уголовное преследование

За насилие

В 2013 году количество приговоров за насильственные расистские преступления было тем же, как и годом ранее. В 2013 году было вынесено не менее 32 обвинительных приговоров, в которых судами был признан мотив ненависти, в 23 регионах России, а в 2012 году – 32 приговора в 24 регионах. В этих процессах были признаны виновными 59 человек, а в 2012 году – 72 человека.

В 2013 году для квалификации расистского насилия использовались практически все статьи УК, содержащие мотив ненависти как квалифицирующий признак, например, п. «л» ч. 2 ст. 105 («Убийство»), ч. 4 ст. 111 («Причинение тяжкого вреда здоровью») и т.д. Статья 282 УК («Возбуждение ненависти») в 2012 году к насильственным преступлениям применялась в 9 обвинительных приговорах. Применение этой статьи в приговорах по насильственным преступлениям было оправданно, так как нападения или совершались группой при свидетелях, или нападавшие свои действия снимали на видео и выкладывали ролики в интернет. Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» от 28 июня 2011 г.[42] ст. 282 УК может быть применена к насильственным преступлениям, если они направлены на возбуждение ненависти у третьих лиц, например, в случае публичного и демонстративного идейно мотивированного нападения. Имеется в виду, что ст. 282 должна применяться совместно с соответствующей случаю другой статьей УК («Убийство», «Побои» и т.п.).

В двух случаях была применен только п. «а» ч. 2 ст. 282 УК («Возбуждение национальной ненависти, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения»). В одном случае это было сделано правомерно, так как насилия как такового не было, но была публичная угроза насилием, сопровождавшаяся антирусскими выкриками. В другом же случае потерпевшему были нанесены побои, но соответствующая статья УК почему-то в приговоре отсутствует.

В одном приговоре была применена и ч. 1 ст. 280 УК («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности»). Статья о публичных призывах к экстремизму попала в приговор «русскому Брейвику» Дмитрию Виноградову, расстрелявшему в ноябре 2012 года в аптеке семерых человек, так как на личной странице Д. Виноградова в социальной сети «ВКонтакте» был обнаружен файл «Мой манифест» с пропагандой идеологии человеконенавистничества (пиплхейтерства[43]).

Наказания за насильственные деяния распределились следующим образом:

• 1 человек был освобожден по амнистии;
• 1 человек был признан виновным, но освобожден от наказания в связи с истечением срока давности;
• 2 человека были признаны виновными, но освобождены от наказания в связи с примирением сторон;
• 12 человек получили условные сроки;
• 4 человека были приговорены к обязательным работам;
• 3 человека – к исправительным работам;
• 2 человека – к штрафам;
• 1 человек был приговорен к лишению свободы на срок до 1 года;
• 3 человек – до 3 лет;
• 11 человек – до 5 лет;
• 9 человек – до 10 лет;
• 6 человек – до 15 лет;
• 2 человека – до 20 лет;
• 2 человека были приговорены к пожизненному заключению.

Нам известно только о четырех приговорах, где осужденных обязали оплатить пострадавшим компенсацию морального вреда и оплату лечения. К сожалению, о принятии таких мер становится известно крайне редко. Мы полагаем, что такую практику нужно расширять.

Как видно из приведенной данных, 20 % осужденных (12 из 59) получили лишь условные сроки. Часть этих людей – участники больших групповых процессов (некоторые – несовершеннолетние), и, вероятно, их непосредственное участие в серьезных преступлениях не удалось доказать, или же они получили легкое наказание за содействие следствию. Однако некоторые приговоры вызывают, по меньшей мере, недоумение. Совсем уж вопиющим представляется условный приговор, вынесенный в Костромской области за вооруженное нападение на женщину-чеченку. Мы не устаем повторять, что условные приговоры за насильственные расистские нападения, как правило, вызывают у осужденных чувство безнаказанности и не останавливают их от совершения подобных преступлений в дальнейшем. И снова возросшая доля условных приговоров за насилие вызывает тревогу.

Нам также кажется возмутительным приговор, вынесенный Приокским районным судом Нижнего Новгорода наци-скинхедам из группы «Белая стая», которых обвиняли не менее чем в 10 нападениях на людей «неславянской внешности» и на «тех, кого приняли за педофилов». Из семи человек к лишению свободы не был приговорен никто: создатель организации был осужден условно, еще двое были приговорены к исправительным работам, дела в отношении четверых прекращены по причине примирения сторон и по амнистии.

Более половины осужденных (32 человека) были приговорены к различным срокам лишения свободы. В основном за решетку попали члены крупных расистских группировок (такие как трое наци-скинхедов из Ульяновска из группы «Simbirsk white power», двое неонацистов из свердловской группировки «Фольксштурм», член банды Яна Лютика из Москвы, четверо участников банды «Монолит СС» из Тольятти) или же те, кто ранее уже был осужден за другие преступления.

К пожизненному лишению свободы были приговорены два человека. В отличие от предыдущих лет[44], оба они не были членами неонацистских группировок. Это уже упоминавшийся «русский Брейвик» Дмитрий Виноградов и один из «иркутских молоточников» Артем Ануфриев[45].

Громким событием весны прошедшего года стало задержание в Сербии бывшего лидера организации «Русский образ» Ильи Горячева, а бывшего члена скин-группировки ОБ-88 Михаила Волкова – на Украине. Оба они находились в международном розыске по делу Боевой организации русских националистов (БОРН) и были выданы в Россию. Вместе с ними в эту организацию, по версии обвинения, входили Максим Баклагин, Вячеслав Исаев, Юрий Тихомиров. Среди членов БОРНа были и Никита Тихонов, и Евгения Хасис, осужденные за убийство Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровов, и Алексей Коршунов, погибший в октябре 2011 года на Украине от взрыва собственной гранаты. Члены БОРН подозреваются в причастности к целому ряду громких убийств в России, в том числе к убийствам судьи Мосгорсуда Эдуарда Чувашова и адвоката Станислава Маркелова. В декабре 2013 года следствие по этому делу было завершено.

Прошедший год показал, что члены и лидеры известных ультраправых, помимо идейной борьбы, не брезгуют и сугубой уголовщиной. Самым громким в этом ряду стал арест в апреле 2013 года лидера РФО «Память», бывшего главы московского отделения и руководителя «суда чести» Объединения «Русские» Георгия Боровикова. Он вместе с «соратниками» был осужден за грабеж с использованием насилия. В Орле был арестован лидер местного отделения ультраправой организации «Славянская сила» Виктор Коньшин – за организацию занятия проституцией с угрозой применения насилия. И совсем уже комическая история произошла в Москве, когда два ультраправых активиста, Роман (Зухель) Железнов и Алексей (Антицыган) Касич из объединения Wotan Jugend, были осуждены за кражу продуктов из магазина «Ашан»[46].

За вандализм

В 2013 году уголовное преследование за этнорелигиозный и неонацистски мотивированный вандализм было активнее, чем годом ранее: нам известно о 8 приговорах в отношении 11 человек, вынесенных в 8 регионах. За 2012 год мы знаем о 5 приговорах против 7 человек.

В шести случаях вменялась ч. 2 ст. 214 УК («Вандализм, совершенный по мотиву национальной или религиозной ненависти»). В одном приговоре (за разрушение могил езидов в Волгоградской области) – пп. «а, б» ч. 2 ст. 244 УК («Осквернение и повреждение надмогильных сооружений, совершенное группой лиц, по мотиву национальной ненависти»). Еще в двух случаях ст. 214 соседствовала с ч. 1 ст. 282 УК, а в одном – еще и с ч. 2 ст. 213 УК («Хулиганство по мотиву ненависти»).

Помимо этого, в двух случаях применялась ст. 167 УК («Покушение на уничтожение чужого имущества путем взрыва») в Новосибирске и Петрозаводске – за попытку поджога мечети в первом случае и поджог православного храма во втором. В этих случаях ст. 214 не применялась, а вменялся ли мотив ненависти через п. «е» ст. 63 УК, нам неизвестно.

2 человека были приговорены к ограничению свободы, 1 – к исправительным, 1 –к обязательным работам, 1 получил условный срок. Еще к одному были применены принудительные меры воспитательного воздействия на 1 год. В одном из случаев, помимо приговора к ограничению свободы, вандала, облившего чернилами две иконы в храме Христа Спасителя, лишили на год права посещения церквей. Все эти наказания за граффити на стенах и облитые чернилами иконы не кажутся нам чрезмерными.

Вопреки обыкновению, большая часть осужденных (5 человек) была приговорена к лишению свободы. 2 человека уже были ранее осуждены за другие преступления. Это вандал из Сегежи, ко времени вынесения приговора уже отбывавший срок за кражи, и известный в Питере ультраправый Владимир Смирнов, подбросивший муляж свиной головы к мечети, ранее неоднократно получивший условные сроки за расистские преступления[47]. За решетку сели и трое осквернителей погоста езидов в Волгоградской области из группы «Серые псы».

Среди приговоров за вандализм два приговора были вынесены по ст. 214 УК – за свастики на подъездах жилых домов. Большая часть аналогичных преступлений (осквернения зданий, домов, заборов) в прошедшем году по устоявшейся традиции квалифицировались не как вандализм, а как пропаганда по ст. 282 УК (см. в разделе «Наказания за пропаганду»). Видимо, причина в том, что в этих случаях ксенофобные граффити наносились на объекты, которые, в отличие от культовых сооружений или памятников, нельзя вандализировать.

В прошедшем году нам неизвестны приговоры, вынесенные за поджоги и подрывы, то есть за действия, которые действительно опасны для людей. Количество таких деяний увеличивается (см. в разделе «Вандализм»), но мы практически ничего не знаем о расследовании подобных дел, ежегодное же количество приговоров таким наиболее опасным вандалам крайне невелико: в 2012 году – 1, в 2011 – 2.

За пропаганду

Количество приговоров за пропаганду в 2013 году более чем в три раза превысило количество приговоров за насилие и вандализм вместе взятых, а число людей, осужденных за пропаганду, выше почти в два раза. В 2013 году было вынесено не менее 131 приговора за ксенофобную пропаганду, по которым виновными были признаны 133 человека (и еще один человек был оправдан) в 57 регионах страны. В 2012 году был вынесен 91 приговор в отношении 105 человек в 45 регионах.

У 125 человек в 124 приговорах применялась ст. 282 УК. У подавляющего большинства из них (100 человек) была только она одна, 7 человек были осуждены только по ст. 280 УК, еще 7 – по совокупности ст. 282 со ст. 280 УК, 2 человека – по ст.ст. 214 и 280 (см. также в разделе «Наказания за вандализм»).

Трое были осуждены по ст.ст. 282 и 205² («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма»): Альфред Ахмадуллин и Азат Валишин, обвиняемые в принадлежности к запрещенной в 2010 году организации «Ат-такфир ва аль-хиджра» и подготовке теракта в Татарстане, и Алейханым Вахид Кызы Микаилова – за призывы к терроризму в сети «ВКонтакте» в группе «Ахли сунна валь-джамаат» в Ростовской области. Отметим, что так же, как и в предыдущие годы, приговоры по ст. 205² выносились исключительно за радикальную исламистскую пропаганду.

У некоторых участников групповых процессов статьи за насилие соседствовали со статьями за пропаганду. Речь идет об уже упоминавшихся членах ультраправых групп «Фольксштурм» в Екатеринбурге и «Simbirsk white power» в Ульяновске (см. в разделе «Приговоры за насилие»). В некоторых приговорах ст. 282 соседствовала и с другими ненасильственными общеуголовными статьями, такими как ст. 158 УК («Кража») или ст. 223 («Незаконное изготовление оружия»).

Судебные решения по делам, в которых судом было признано обвинение в пропаганде, в этот период распределились следующим образом:

• 1 человек был оправдан;
• 5 – освобождены от наказания в связи с истечением срока давности;
• 1 – применены меры воспитательного характера;
• 3 – направлены на принудительное лечение;
• 14 – приговорены к лишению свободы;
• 12 – осуждены условно без каких-либо дополнительных санкций;
• 20 – приговорены к различным штрафам;
• 41 – к обязательным работам;
• 30 – к исправительным работам;
• 1 – к ограничению свободы;
• 4 – к исправительным работам условно;
• 1 – лишен права занимать должность или исполнять работу;
• 1 – известно, что был наказан, но приговор неизвестен.

Приговоры, связанные с лишением свободы, в 2013 году выносились по совокупности с другими статьями обвинения. В прошедшем году их получили члены неонацистских групп (Simbirsk white power, «Фолькштурм»), члены уже упоминавшийся организации «Ат-такфир ва аль-хиджра», пытавшиеся взорвать офис продаж Чистопольского отделения зонального узла электронной связи, глава оренбургской группы «Фонд самосовершенствования», в которой, помимо того, что «путем оказания психологического воздействия несовершеннолетних заставляли вступать в беспорядочные половые связи», пропагандировалась еще и расистская, неофашистская идеология.

Приговоры к реальному лишению свободы выносились и одиночкам – по совокупности с совершенными ранее другими преступлениями – таким как руководитель организации «Союз русского народа Волгограда и Волжского», совершивший нападение с топором на сотрудника полиции, или автор статьи «За Казакию для казаков» Петр Молодидов, который уже отбывал 17-летний срок за убийство нескольких человек. Единственный вызвавший у нас сомнения приговор к лишению свободы был вынесен в Новгороде пользователю социальной сети «ВКонтакте» за призывы «к совершению насильственных действий в отношении лиц неславянской национальности», но, возможно, мы не знаем всех обстоятельств дела.

Обращает на себя внимание приговор доценту Санкт-Петербургского военного института внутренних войск МВД России полковнику Юрию Менжеге, которого из-за негативных высказываний о религии и неславянах, сделанных на лекциях, суд лишил права работать по специальности на три года. За последние два года с таким приговором мы сталкиваемся впервые.

Мы столкнулись с запретом профессии в виде дополнительного наказания еще в одном случае – уже упоминавшемуся Петру Молодидову – запретили публиковаться в СМИ. Жаль, что практика запретов на профессию развивается слабо, ведь это – самое действенное наказание для людей, занимающихся националистической пропагандой, в том числе и профессионально, в СМИ или среди учащихся.

Продолжается отмеченная нами в 2012 году тенденция к сокращению доли условных приговоров за пропаганду. В 2013 году она составила 8 % (12 из 134 осужденных). И это – безусловно положительная динамика, ведь, как показал многолетний опыт наших наблюдений, большинство осужденных не воспринимает условный срок как наказание и не прекращает аналогичные деяния в дальнейшем.

Большинство осужденных (95 человек) было приговорено к более действенным, на наш взгляд, наказаниям, не связанным при этом с лишением свободы – штрафам, обязательным и исправительным работам. И такие наказания представляются нам вполне адекватными за граффити на домах и заборах и републикации в социальных сетях.

Как и годом, и двумя годами ранее, подавляющее большинство приговоров было вынесено за материалы в интернете (101). Их доля, что ожидаемо, только возрастает. Количество приговоров за высказывания онлайн более чем в три раза превысило в 2013 году количество приговоров за высказывания офлайн (30).

Эти материалы располагались на следующих типах интернет-ресурсов:

• Социальные сети – 88 («ВКонтакте» – 68, неуказанные сети – 17; иные сети («Одноклассники», «В кругу друзей», «Мой мир») – 3);
• Неизвестно где в интернете – 8;
• Выкладывание книг в локальных файлоообменных сетях – 3 (все – «Майн кампф»);
• Публикация в блоге – 1;
• Рассылка по e-mail – 1.

Таким образом, преследования за пропаганду за два года изменилось только количественно. Правоохранители продолжают искать экстремизм в социальной сети «ВКонтакте». Это связано, во-первых, с тем, что эта сеть популярна в России среди учащейся молодежи, особенно праворадикальной. Во-вторых, пользователей этой сети легко найти, так как при регистрации вводятся личные данные и номера телефонов владельцев, и администраторы сети без проблем предоставляют эти сведения сотрудникам правоохранительных органов.

Все недостатки такого правоприменения также остаются неизменными[48]. Например, за год не было сделано ни одной попытки решить ключевой для «пропагандистских» статей УК вопрос, а именно никак не прояснилась ситуация с определением критерия степени публичности. При возбуждении уголовных дел и вынесении приговоров этот вопрос даже не затрагивается. Между тем объем аудитории в этой сотне приговоров явно был очень разным.

Жанровое соотношение криминальных интернет-материалов по сравнению с предыдущим годом тоже изменилось мало:

• Видео (в том числе известный видеоролик «Казнь таджики и дага» и фильмы) – 52;
• Аудио (в том числе песни групп «Коловрат» и «Циклон Б») – 7;
• Визуальные изображения (фотографии, рисунки) – 22;
• Статьи и другие цельные тексты – 14;
• Реплики, комментарии к статьям, высказывания на форумах – 10;
• Неизвестно – 7.

Как и годом ранее, преобладают приговоры за визуальные материалы. И это вполне понятно, ведь видеоролики и рисунки куда нагляднее текстов. К тому же ставить ссылки на видеоролики технически просто, а в этих приговорах речь в основном идет о ссылках на материалы, размещенные в других местах (например, на YouTube). Но, к сожалению, к ответственности привлекаются всего лишь многочисленные републикаторы видеороликов. Нам кажется, что правильнее было бы искать тех, кто эти ролики сделал и изначально выложил в интернет, или, еще лучше, тех, кто совершал демонстрируемые преступления, особенно если речь идет о насилии, – ведь далеко не всегда такие ролики являются постановочными (см. выше в главе «Насилие»).

Что же касается текстов, то трудно судить о степени их опасности для общества, так как они почти всегда нам недоступны, а из сообщения прокуратуры или Следственного комитета непонятно, о чем именно идет речь. Удручает также, что за полноразмерные тексты и за отдельные реплики в социальных сетях и комментарии к статьям на форумах количество преследований практически одинаково.

Приговоров за деяния вне интернета было вынесено куда меньше – 30. Они распределились следующим образом:

• граффити – 11;
• лекции в институте и в армии – 2;
• прилюдные угрозы в ходе бытовых нападений – 5;
• публичные издевательства над военнослужащими – 2;
• выступление на митинге – 2;
• выкрикивание лозунгов на митинге – 2;
• распространение листовок – 1;
• публикации в газете – 1;
• членам и лидерам ультраправых и иных групп за отдельные эпизоды пропаганды (неизвестно, какие) – 4.

Мы готовы согласиться с оправданностью преследования за ксенофобную пропаганду в форме лекции, публикации в газете, за прилюдные оскорбления, особенно если они происходят в ходе нападений, за публичные издевательства над солдатами в армии, за выступления и распространение листовок на митингах и демонстрациях (разумеется, в зависимости от содержания самого высказывания). Но вот уголовное преследование за граффити на фасадах зданий и заборах кажутся нам явно чрезмерным. А доля преследования именно за это составляет 37 % (11 из 30).

Преследование деятельности

экстремистских сообществ и запрещенных организаций

В 2013 году преследование по ст. 282¹ («Организация экстремистского сообщества») и ст. 282² («Организация деятельности экстремистской организации») УК было выше, чем годом ранее. Нам известно о пяти таких приговорах против трех в 2012 году. (Мы не рассматриваем здесь приговоры, вынесенные явно неправомерно.)

Ст. 282¹ вполне закономерно применялась к группировкам, систематически совершавшим насильственные преступления – ранее неоднократно упоминавшимся ультраправым из ульяновской группы «Simbirsk white power» и иркутским «молоточникам», группе из Ростова-на-Дону, пытавшейся подложить бомбу к зданию отделения ФМС. Все эти праворадикалы были приговорены к длительным срокам лишения свободы, и во всех случаях также фигурировали и другие, «насильственные» статьи обвинения.

Весьма необычный приговор был вынесен в Воркуте по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 282¹ УК («Покушение на создание экстремистского сообщества») в отношении некоего молодого человека, планировавшего вместе с сообщником создать в Коми «группу для подготовки и совершения преступлений экстремистской направленности против граждан разных национальностей». Однако завербовать в свои ряды им никого не удалось, и незадавшийся создатель сообщества получил условный срок.

Ст. 282² традиционно была применена к праворадикальной неоязыческой организации «Духовно-Родовая Держава Русь», члены которой с завидной периодичностью рассылают свои агитационные письма в различные официальные ведомства, в том числе в прокуратуру. В 2013 году лидер «Державы Русь» «Царь Ордынский, Великий Князь Духовно-Родовой Державы Русь» Олег Попов за отправку таких писем был оштрафован на 100 тыс. рублей[49].

Наконец, по ст. 205¹ УК («Содействие террористической деятельности») в сочетании с некоторыми другими были осуждены члены «Народного ополчения имени Минина и Пожарского» (НОМП) в Москве и Екатеринбурге, включая двух лидеров – Владимира Квачкова и Леонида Хабарова, что фактически стало также приговором за деятельность организации[50].

Федеральный список экстремистских материалов

В 2013 году не прекращалось интенсивное обновление Федерального списка экстремистских материалов. Он обновился 46 раз и вырос с 1589 до 2179 позиций[51]. Можно говорить об ускоренном пополнении списка: добавлено было 590 пунктов, в 2012 году – 522, в 2011-м – 318, в 2010-м – 281 пункт.

Пополнения тематически распределилась следующим образом (в некоторых пунктах могли быть разные материалы):

• Ксенофобные материалы современных русских националистов – 283;
• материалы иных националистов – 38;
• материалы идеологов и классиков националистов (от книг столетней давности до современных «маститых» авторов) – 40;
• материалы мусульманских боевиков и иные призывы политических исламистов к насилию – 136;
• иные мусульманские материалы (книги Саида Нурси, материалы запрещенных организаций, включая «Хизб ут-Тахрир», и многое другое) – 42;
• антимусульманские и антихристианские материалы (помимо материалов русских националистов) – 3;
• иные религиозные материалы (от Рона Хаббарда до митрополита Андрея Шептицкого) – 6;
• разные иные антигосударственные материалы, подстрекающие к беспорядкам и насилию (в том числе анархистов) – 16;
• материалы против ЛГБТ – 3;
• материалы, подстрекающие к насилию над неонацистами – 1;
• не подпадающие под указанные категории материалы (в том числе оппозиционные материалы, включая статью Юрия Афанасьева и видеоролик Алексея Навального) – 12;
• не поддающиеся идентификации материалы – 12. Как минимум, 333 пункта из 590 – это материалы из интернета.

Доля неправомерных запретов в списке увеличивается. Это очевидно, даже несмотря на то что степень правомерности многочисленных запретов мы не всегда можем оценить. В 2013 году в список была внесена значительная часть материалов, запрещенная явно без должных правовых оснований. Например, книги Саида Нурси или Свидетелей Иеговы, критическая рецензия Р. Ошроева на книгу З. Кипеевой «Народы Северо-Западного и Центрального Кавказа: миграции и расселение (60-е годы XVIII в. – 60-е годы XIX в.)», запрет который вызывает полное недоумение. Такое же недоумение вызывает и включение в список статьи либерального историка Ю. Афанасьева[52].

В марте список опять оказался в центре внимания СМИ, после того как туда попал № 2 газеты «Радикальная политика» за 2011 год, признанный ранее экстремистским Центральным районным судом Омска. Все материалы газеты были перечислены через запятую. В результате там оказались: статьи директора Центра исследований постиндустриального общества Владислава Иноземцева (републикованная из «Огонька»), известного омского правозащитника Виктора Корба (републикованная ранее на нескольких интернет-ресурсах), польского журналиста Анджея Почобута, главного редактора газеты «Свободное слово» Павла Люзакова. Особенно привлекло внимание СМИ «Поздравление президента», идентичное опубликованному на сайте kremlin.ru и на сайте «Единой России». После возникшего в прессе скандала решение суда было отменено вышестоящей инстанцией, дело было отправлено на новое рассмотрение по вновь открывшимся обстоятельствам, п. 1674 (включавший весь номер) был исключен из списка с сохранением нумерации. Впрочем, в сентябре часть статей из номера была повторно признана экстремистскими материалами и вновь добавлена в Федеральный список – и многие из этих запретов по-прежнему вызывают недоумение.

Список растет количественно (на момент написания доклада в нем 2212 пунктов), однако качество его остается неизменным. Материалы по-прежнему вносятся туда с огромным количеством разного рода ошибок, в том числе и просто орфографических («корна» вместо «корана», «катахезис» вместо «катехизис» и т.д.). Суды добавляют в список уже существующие там материалы, что вызвано параллельными судебными решениями (таковых как минимум 64 пункта), вносятся одни и те же материалы, но с другими выходными данными или же, если речь идет об интернете, опубликованные на других сайтах. Издания книг практически ничем друг от друга не отличаются, но формально не являются дублями из-за разных выходных данных. Например, решением Темрюкского районного суда Краснодарского края в прошедшем году в четвертый раз (!) была признана экстремистской книга Владимира Истархова (коллективный псевдоним В. Иванова и В. Селиванова) «Удар русских богов» и в третий раз – брошюра «Расовая гигиена и демографическая политика в национал-социалистической Германии»[53]. Иногда пункты и просто дублируют друг друга.

Описания материалов никак не соответствуют библиографическим правилам. Но даже если оставить библиографическую грамотность в стороне, пункты перечня описываются так, что их невозможно идентифицировать и понять, о чем, собственно, идет речь. Например, п. 1715 описан как «листовка, содержащая призывы к осуществлению экстремистской деятельности, направленные на возбуждение ненависти, вражды и унижение человеческого достоинства, которую распространили в общественном месте – в подъездах жилых домов, расположенных по ул. Мира, ул. Интернациональная в Шахтерске Углегорского района Сахалинской области».

Кстати, практика признания экстремистскими листовок, имеющих очень локальный ареал распространения (как в заявленном случае) и приуроченных к местным текущим событиям, представляется нам крайне сомнительной.

Сомнительным и непонятным выглядит и большинство материалов из интернета. При внесении в список интернет-ресурса искажается его электронный адрес (URL). Таким образом, в списке оказывается несуществующий интернет-источник. Понятно, что Минюст не хочет рекламировать экстремистские материалы, но в данном случае действия ведомства просто не имеют смысла.

Запрещение организаций как

экстремистских

В 2013 году в Федеральный список экстремистских организаций, публикующийся на сайте Минюста[54], было добавлено четыре организации:

• Межрегиональное общественное объединение «Северное братство», запрещенное Мосгорсудом в начале августа 2012 года[55];

• Религиозное объединение «Орда», признанное экстремистским решением Кизильского районного суда Челябинской области в ноябре 2012 года. Правомерность этого решения вызывает сомнения[56];

• Омская организация Русского национального единства, признанная экстремистской еще в октябре 2002 года (sic!) решением Омского областного суда, но пополнившая список только десять лет спустя;

• Кировская региональная общественная организация «Клуб Болельщиков Футбольного Клуба «Динамо» Киров», признанная экстремистской решением Кировского областного суда[57].

Таким образом, на момент написания доклада Федеральный список экстремистских организаций включает в себя 33 организации (не считая организаций, которые признаны террористическими), чья деятельность запрещена в судебном порядке и ее продолжение карается по ст. 282² УК («Организация деятельности экстремистской организации»).

Беспрецедентное решение было принято относительно Автономной боевой террористической организации (АБТО), члены которой в 2009 – начале 2010 года совершили восемь поджогов и взрывов. 28 июня 2013 г. Московский городской суд запретил АБТО именно как террористическую организацию, а не просто как экстремистскую, и она должна стать двадцатой в списке террористических организаций[58] (пока АБТО туда не внесена). Это первый случай, когда такая мера применена в России к праворадикальной организации (а не к исламистской).

Другие административные меры

В 2013 году Роскомнадзор вынес 21 предупреждение редакциям СМИ за осуществление экстремистской деятельности (в 2012 году – 12 предупреждений). И только 5 из них мы считаем правомерными – редакциям газет «“Претензия” Агентства журналистских расследований» (за публикацию статьи «Размер имеет значение»), «Своими именами» (за публикацию в разных номерах статей М.А. Шендакова «Открытое письмо врагу Родины и предателю русского народа», Н.П. Зубкова «Хунвэйбины» Кремля. Они еще и масоны?», М.М. Жасимова «С думой о будущем. Письмо Мухину»), «Комсомольская правда» (за колонку Ульяны Скойбеды «Политик Леонид Гозман заявил: “Красивая форма – единственное отличие СМЕРШ от СС”»), «Русская линия» (за размещение брошюры монаха Афанасия «Отдайте нам Родину или Вокзал-Баку (без чемоданов)»).

Остальные 16 практически сплошь были вынесены за размещение материалов (видеороликов, иллюстраций), связанных с «панк-молебном» группы Pussy Riot и с новостями об Артеме Лоскутове, оштрафованном за футболки с «иконами» Pussy Riot. В 2012 году мы насчитали 7 неправомерных предупреждений. Таким образом, эффективность работы ведомства стремительно падает.

В 2013 году по антиэкстремистским основаниям не была закрыта ни одна газета (вообще, случаи закрытия газет за экстремизм – большая редкость). Газете «Своими именами» предупреждения были вынесены трижды за год. И это уже далеко не первые предупреждения газете за последние два года; еще с осени 2011 года Роскомнадзор добивается в Мосгорсуде закрытия этого издания[59].

Зато преследования по административным делам за «экстремизм» не так уж и редки. Жаль только, что прокуратуры далеко не всегда считают нужным сообщать о таких мерах. Поэтому все наши данные сугубо предварительные. Мы приводим их без учета судебных решений, которые считаем явно неправомерными.

В 2013 году нам известно о 41 судебном решении по ст. 20.29 КоАП («Массовое распространение экстремистских материалов, а равно их производство или хранение в целях массового распространения»). Годом ранее мы писали о 16 решениях. Выносились они за распространение ксенофобных материалов в интернете и в файлообменных сетях (песни и видео на музыку групп «Коловрат» и «Психея»; песни барда чеченского вооруженного сопротивления Тимура Муцураева; видеоролик «Формат-18»; книги «Азбука домашнего терроризма» и «Майн кампф»; фильмы «Россия в кривых зеркалах», «Россия с ножом в спине. Еврейский фашизм и геноцид русского народа», «Вечный жид» и «Еврей Зюс»), распевание «запрещенных песен» на марше, продажу книг из Федерального списка экстремистских материалах в магазине. Виновные были оштрафованы на суммы от 2 до 20 тысяч рублей.

Нам также известно о 20 случаях наказаний по ст. 20.3 КоАП («Пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики») против 10 эпизодов в 2012 году. В большинстве случаев обвиняемые были оштрафованы за выкладывание в свободном доступе в социальных сетях фотографий себя в нацистской форме или изображений фашистской свастики. К штрафам были приговорены также владелица магазина, торговавшего одеждой со свастикой, член запрещенный «Духовно-Родовой Державы Русь», разославший в официальные органы письма с многочисленными свастиками, заключенный исправительной колонии за демонстрацию собственной татуировки со свастикой. Помимо этого, три человека были подвергнуты административному аресту за расистские граффити на автобусной остановке, за флаг с нацистской символикой на футбольном матче и за разгуливание по магазину с флагом со свастикой.

Два приговора были вынесены совместно по двум вышеуказанным статьям КоАП, обе – за публикации «ВКонтакте». В одном случае житель Тольятти был оштрафован за публикации фотографии со свастикой и песни группы «Коловрат». В другом – житель Томской области получил шесть суток административного ареста за публикацию расистских картинок, видеороликов и текстов.

В Ростове-на-Дону к ответственности по ст. 5.35 КоАП («Ненадлежащее исполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по воспитанию несовершеннолетних») была привлечена мать 15-летней граффитчицы, написавшей в подъезде «Слава России». Сама школьница была освобождена от наказания.

К сожалению, информация об антиэкстремистской активности органов прокуратуры заметно неполна по сравнению с другими правоохранительными органами, поэтому отметим лишь основные направления.

За год выросло количество представлений, направляемых прокуратурами местным интернет-провайдерам с требованием заблокировать доступ к «экстремистским сайтам». На сегодняшний день это главный способ борьбы с экстремизмом в интернете[60]. Нам известно не менее чем 77 таких случаев, не считая явно неправомерных (годом ранее – о 69). И это при том, что о таких мерах прокуратуры и провайдеры сообщают далеко не всегда, так что наши данные являются заведомо неполными и фрагментарными. Насколько нам известно, закон о реестре запрещенных сайтов[61], вступивший в силу с 1 ноября 2012 года, именно к сайтам с «экстремистскими материалами» практически не применялся[62]. Такие сайты блокируются пока по старой системе.

Еще одной мерой прокурорского реагирования по-прежнему остаются представления о недопустимости экстремистской деятельности в адрес руководства школ и библиотек за отсутствие в учебных заведениях программ контентной фильтрации. Нам известно не менее чем 35 таких представлений (годом ранее – 38). Мы неоднократно высказывались[63] относительно борьбы с экстремизмом на школьных компьютерах. И вновь вынуждены повторить, что сама идея борьбы со школами в надежде заставить их блокировать экстремизм с помощью интернет-фильтров кажется нам не слишком удачной. Ведь идеальных контент-фильтров не бывает, так как невозможно составить исчерпывающий список адресов и ключевых слов. Как показал опыт, программа фильтрации, поставленная Рособразованием в марте 2008 года в российские школы, не справляется с поставленной задачей.

---

[1] Данный доклад подготовлен в рамках проекта, при реализации которого используются средства государственной поддержки (грант) в соответствие с Распоряжением Президента Российской Федерации от 29.03.2013 № 115-рп.

[2] В аналогичном отчете годом ранее мы писали о 19 погибших, 187 раненых и 2 угрозах убийством. См.: Альперович В., Юдина Н. Ультраправые на улицах: с плакатом за демократию или с ножом в кармане. Ксенофобия и радикальных национализм и противодействие им в 2012 году в России // Центр «Сова». 2013. 15 марта (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2013/03/d26655/).

[3] За прошедший год в Липецке активизировалась молодежная ультраправая группировка, ставящая своей целью систематические нападения на мигрантов.

[4] Воронежская область уже попадала в число лидеров в нашей печальной статистике в 2005, 2007 и 2008 годы.

[5] В Москве ранен лидер Федерации мигрантов // Центр «Сова». 2013. 11 ноября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/11/d28392/).

[6] Россияне о миграции и межнациональной напряженности // Левада-центр. 2013. 5 ноября (http://www.levada.ru/05-11-2013/rossiyane-o-migratsii-i-mezhnatsionalnoi-napryazhennosti).

[7] 2 августа 2013 г. от расистских нападений десантников пострадало не менее 10 человек в 5 регионах страны (в 2012 году – не менее 5 человек).

[8] Подробнее см. комментарий Н. Юдиной в: Серийные нападения на граждан Демократической Республики Конго в московском районе «Бутово» // Официальный сайт комитета «Гражданское содействие». 2013. 18 сентября (http://refugee.ru/news/serijnye_napadenija_na_grazhdan_demokraticheskoj_respubliki_kongo_v_moskovskom_rajone_butovo/2013-09-18-297).

[9] Об антисемитизме в России в 2013 году см.: Проявления антисемитизма в России в 2013 году. Аналитический доклад Российского еврейского конгресса и Центра «Сова» // Сайт Российского еврейского конгресса. 2014. 22 января (http://help.rjc.ru/site.aspx?SECTIONID=85646&IID=2527868).

[10] Нападение на группу еврейской молодежи в подмосковной электричке // Центр «Сова». 2013. 9 октября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/10/d28109/).

[11] Так называются акции ультраправых, проходящих рейдами по вагонам электричек или в метро и избивающих пассажиров «неславянской внешности».

[12] ЛГБТ-организации приводят большие показатели, но мы, как и применительно к другим группам, не включаем в свою статистику те жертвы, в отношении которых у нас возникают сомнение, что имело место именно преступление ненависти.

[13] Альперович В., Юдина Н. Госдума указала праворадикалам новые цели: Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в России в первой половине 2013 года // Центр «Сова». 2013. 12 июля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2013/07/d27507/).

[14] Видео со сценами жестокого гомофобного издевательства // Центр «Сова». 2013. 17 сентября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/09/d27933/).

[15] Подробнее о «Большой игре» см.: Кожевникова Галина, Шеховцов Антон и др. Радикальный русский национализм: структуры, идеи, лица. М.: Центр «Сова», 2009. С. 236–237.

[16] См.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала….

[17] Подробнее см. там же.

[18] Там же.

[19] Подробнее см.: Националистические беспорядки в Бирюлево // Центр «Сова». 2013. 15 октября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/10/d28140/).

[20] «Бирюлевский фронт» подозревается в организации погромов // Центр «Сова». 2013. 21 октября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2013/10/d28212/).

[21] Из публичных ультраправых на сходе 13 октября присутствовали лидеры «Русских» Александр Белов и Дмитрий Дёмушкин, а также экс-координатор «Русских», а ныне руководитель движения «Русское возрождение» Александр Амелин.

[22] Санкт-Петербург: задержан и арестован Николай Бондарик. Ему уже предъявлены обвинения // Центр «Сова». 2013. 16 октября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2013/10/d28176/).

[23] Россияне о миграции и межнациональной напряженности // Левада-Центр. 2013. 5 ноября (http://www.levada.ru/05-11-2013/rossiyane-o-migratsii-i-mezhnatsionalnoi-napryazhennosti).

[24] В Арзамасе около 200 человек собрались на «народный сход» // Коммерсант.ru. 2013. 17 декабря (http://www.kommersant.ru/doc/2370275).

[25] В Капотне националисты провели рейд в общежитии трудовых мигрантов // Центр «Сова». 2013. 30 сентября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/09/d28020/).

[26] Гастбастерс в ГосДуме! // Интернет-дневник сообщества «Гастбастерс»..

[27] Украина: Новые издевательства Тесака // Центр «Сова». 2013. 2 декабря (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/12/d28532/).

[28] Дениц – не настоящая фамилия, а псевдоним, взятый в честь Карла Дёница, возглавившего Германию после самоубийства Адольфа Гитлера в самом конце Второй мировой войны.

[29] Обыск в доме основателя проекта «Оккупай-геронтофиляй» // Центр «Сова». 2013. 26 декабря (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2013/12/d28717/).

[30] Альперович В., Юдина Н. Госдума указала….

[31] Там же.

[32] Альперович В., Юдина Н.. Ультраправые на улицах…

[33] Альперович В., Верховский А., Юдина Н. Между Манежной и Болотной: Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в 2011 году в России // Центр «Сова». 2012. 21 февраля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2012/02/d23739/#_Toc316432009).

[34] «Русский марш-2013» в регионах России // Центр «Сова». 2013. 6 ноября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/11/d28355/).

[35] Подробнее см.: Санкт-Петербург: «белый вагон» и погром на рынке на станции метро «Удельная» // Центр «Сова». 2013. 5 ноября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/11/d28327/).

[36] В Москве и ряде других городов прошли акции националистов за ограничение миграции из стран Средней Азии и Закавказья // Центр «Сова». 2013. 16 апреля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2013/04/d26906/).

[37] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала…

[38] Валерий Соловей: «Мужество продолжать» // Официальный сайт партии «Новая сила» .

[39] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала…

[40] Наиболее часто задаваемые вопросы по Партии // Официальный сайт движение «Сопротивление». 2013. 13 апреля.

[41] 9 ноября 1938 г. начался массовый еврейский погром в Германии, получивший название «Хрустальной ночи» и положивший начало Холокосту

[42] Подробнее см.: Альперович В., Верховский А., Юдина Н. Между Манежной и Болотной…

[43] Подробнее о пиплхейтерах см. там же.

[44] Всего с 2005 по 2013 год к пожизненному заключению за мотивированные насильственные преступления было приговорено 22 человека (из них 19 человек – члены организованных неонацистских групп).

[45] Подробнее о «молоточниках» см.: Альперович В., Верховский А., Юдина Н. Между Манежной и Болотной…

[46] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала….

[47] Подробнее об этом деле см.: Альперович В., Юдина Н. Ультраправые на улицах…

[48] Юдина Н. Виртуальный антиэкстремизм: Об особенностях применения антиэкстремистского законодательства в Интернете (2007–2011) // Центр «Сова». 2012. 17 сентября (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2012/09/d25322/).

[49] Ранее в апреле 2004 года Олега Попова с третьей попытки отправили на стационарную психиатрическую экспертизу в рамках уголовного дела об оскорблении президента Путина, которого неоязычник обозвал «холуем иудо-нацизма». В 2004 году он несколько раз привлекался к уголовной ответственности за угрозы в адрес государственных чиновников и сотрудников прокуратуры различного уровня (в том числе за «смертный приговор» вице-премьеру Александру Жукову и тому подобные деяния).

[50] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала…

[51] По состоянию на 20 января 2014 г. в списке 39 позиций «обнулены» (материалы исключены с сохранением нумерации): 5 из них удалены как дублирующие друг друга, 34 убраны, так как решения о признании этих материалов экстремистскими были отменены. 62 позиции отражают дублирующие друг друга судебные решения (не считая включенных в список одних и тех же текстов, но с различными выходными данными), а две повторяют судебные решение, ранее уже отраженные в списке.

[52] Статья Ю. Афанасьева «Возможна ли сегодня в России либеральная миссия?» была опубликована 16 февраля 2011 г. на сайте фонда «Либеральная миссия». Затем статья появилась на сайте «Радио Свобода» 22 марта 2011 г. и не привлекала внимания правоохранителей. В список попала статья с «Радио Свобода», републикованная на сайте «Free Speech/Свобода Слова» с измененным названием, антирусскими иллюстрациями и ксенофобным предисловием, но содержание ее не изменилось.

[53] Заставь дурака Богу молиться: в четвертый раз запрещен «Удар русских богов», в третий раз запрещена «Расовая гигиена…» // Центр «Сова». 2013. 5 апреля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2013/04/d26836/).

[54] Официальное название – Перечень общественных и религиозных объединений, иных некоммерческих организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О противодействии экстремистской деятельности».

[55] Это была сетевая структура, объединенная вокруг интернет-сайтов «Северное братство», «В десятку» и «Большая игра “Сломай Систему”». Сайт организации признан экстремистским в марте 2008 года. Идеолог «Северного братства» Петр Хомяков был приговорен по ч. 1 ст. 282¹ УК и ч. 4 ст. 159 УК («Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере») к четырем годам лишения свободы в октябре 2012 года. Другие члены группы, Антон Мухачев и Олег Трошкин были осуждены по этим же статьям. Подробнее см.: Кожевникова Г., Шеховцов А. и др. Указ. соч. С. 231–240.

[56] Причиной запрета названо то, что последователи организации подвергались психологическому воздействию, а также лечению нетрадиционными методами – святой водой, обращением к духам, ударами плетью и поездками по святым местам, что никак не подпадает под определение экстремизма. Эта же организация «Орда» (преемница запрещенной в Казахстане религиозной организации «Ата жолы», «Путь предков»), была закрыта в июле 2011 года Ленинским районным судом Уфы. Но мы не знаем, была ли и она признана экстремистской или просто ликвидирована за нарушение закона «О свободе совести о религиозных объединениях».

[57] Клуб был ликвидирован в июле 2013 года «за экстремистские действия его членов», прокуратура обнаружила на сайте клуба в открытом доступе «фотоснимки и видеозаписи с изображением нацистской символики и людей, демонстрирующих нацистское приветствие», организация использовала официальную печать «с изображением, которое является сходным до степени смешения с символикой, используемой рядом воинских соединений гитлеровской Германии с 1942 г. по 1945 г.». Один из членов клуба был осужден за возбуждение национальной ненависти и вражды, двое других привлекались к административной ответственности за пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо публичное демонстрирование атрибутики или символики экстремистских организаций.

[58] Единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных судами Российской Федерации террористическими // Сайт ФСБ (http://www.fsb.ru/fsb/npd/terror.htm).

[59] Газета «Своими именами» является преемником газеты «К барьеру», закрытой в апреле 2011 года. В свою очередь, «К барьеру» является преемником газеты «Дуэль», также закрытой после многолетнего судебного процесса.

[60] См.: Юдина Н. Виртуальный антиэкстремизм…

[61] Подробнее о законе см.: Кравченко М. Неправомерное применение антиэкстремистского законодательства в России в 2012 году // Центр «Сова». 2013. 24 апреля (http://www.sova-center.ru/misuse/publications/2013/04/d26952/).

[62] В 2013 году нам известен случай, свидетельствующий о том, что новый закон коснулся распространения экстремистских материалов. В марте 2013 года в Орловской и Рязанской областях провайдер «Ростелеком» заблокировал доступ к социальным сетям «ВКонтакте» и «Одноклассники», видеохостингу YouTube и блог-платформе livejournal.com (с блокировкой последнего столкнулись лишь рязанские пользователи). Клиенты «Ростелекома» обнаруживали при попытке зайти на сайты объявление, что ресурс заблокирован в связи с его внесением в Единый реестр запрещенных сайтов. Сайты были внесены в реестр из-за отдельных размещенных на их страницах материалов, запрещенных ранее как экстремистских. В тот же день все сервисы были исключены из реестра, но «Ростелеком» уже успел ввести блокировку. Сходная информация о действиях провайдера поступила из Брянской и Воронежской областей.

[63] См. например: Санкции в отношении руководителей образовательных учреждений // Центр «Сова». 2011. 30 июня (http://www.sova-center.ru/misuse/news/persecution/2010/05/d18735/).

Источники

• Альперович В., Юдина Н. Праворадикал расправил плечи // Полит.ру. 2014. 14 февраля.