Приговор четырем, колония – для троих

Замоскворецкий суд в понедельник приговорил еще трех фигурантов "Болотного дела" к заключению в колонии общего режима

Замоскворецкий суд Москвы 18 августа признал виновными обвиняемых по еще одному эпизоду "Болотного дела" – тех, кто был задержан во время так называемой второй волны, зимой и весной 2013 года. На скамье подсудимых были четыре человека – Алексей Гаскаров, Илья Гущин, Александр Марголин и Елена Кохтарева. Всех их обвинили в участии в массовых беспорядках и в применении силы по отношению к сотрудникам полиции во время акции 6 мая 2012 года на Болотной площади в Москве. Все обвиняемые, кроме Елены Кохтаревой, приговорены к реальным срокам заключения.

Решением Замоскворецкого суда Алексей Гаскаров и Александр Марголин приговорены к 3 годам и 6 месяцам колонии общего режима каждый, Илья Гущин – к 2 годам и 6 месяцам, Елена Кохтарева – к 3 годам и 3 месяцам условно.

Во время чтения приговора на многоэтажке напротив суда появился самодельный баннер:

​Судья Наталья Сусина оглашала приговор около двух с половиной часов. Суд пришел к выводу, что вина подсудимых "объективно подтвердилась собранными в суде доказательствами", и в частности, показаниями сотрудников полиции, видеозаписями, различными протоколами, а также уже вступившими в силу приговорами по другим эпизодам "Болотного дела". По мнению суда, квалификация дела по двум статьям – это "Участие в массовых беспорядках" и "Применение силы по отношению к сотрудникам полиции" – была правомерной. Доводы защиты о том, что события 6 мая на Болотной площади не являлись массовыми беспорядками, суд назвал безосновательными. К показаниям Алексея Гаскарова, Александра Марголина, Ильи Гущина, которые говорили о том, что беспорядков не было, а их действия были попыткой защитить себя и других демонстрантов от произвола полиции, суд отнесся критически и расценил как попытку уйти от уголовной ответственности.

Назначенные судом сроки чуть меньше, чем требовали представители государственного обвинения. В конце июля прокуроры попросили для Гаскарова и Марголина по 4 года, а для Гущина – 3 года и 3 месяца колонии. По Елене Кохтаревой прокуроры просили тот же срок, который в итоге и назначил суд.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Приговор по "Болотному делу"

Основной вопрос остается по данному делу открытым, и мы будем на этом настаивать: в данных событиях не было признаков массовых беспорядков, и мы отступить от этого не можем. Какой бы компромиссный срок Гущин ни получил, это не повод для торга

Фигуранты дела, получившие реальный срок наказания, скорее всего, будут обжаловать приговор. Вот что в интервью Радио Свобода сказал адвокат Ильи Гущина Сергей Панченко:

– Поскольку суд не согласился с доводами защиты в части отсутствия признаков массовых беспорядков, я думаю, что есть основания для обжалования. Приговор в отношении Гущина, конечно, оказался гораздо мягче, чем мы ожидали. Я пока еще не переговорил с подзащитным, но думаю, что жалоба все-таки будет. Основной вопрос остается по данному делу открытым, и мы будем на этом настаивать: в данных событиях не было признаков массовых беспорядков, и мы отступить от этого не можем. Какой бы компромиссный срок Гущин ни получил, это не повод для торга, – полагает адвокат Сергей Панченко.

Подавать жалобу в апелляционную инстанцию не будет только Елена Кохтарева и ее защита. Подсудимая заявила, что довольна условным сроком и объяснила журналистам, почему она пересмотрела свое отношение к российской оппозиции:

Елена Кохтарева

– Я против демократии и против либеральства! Демократия ввергает общество в состояние хаоса. Товарищи, это хуже анархии! Именно при демократии создаются благоприятнейшие условия для расцвета всех видов извращений, порока, разврата. И все это движется к нам в Россию! Тотальная свобода рождает диктатуру порока – это первое, что есть при демократии. В России демократия просто не приживется, она разорвет Россию. Только социализм! Социализм бывает разный – буржуазный, загнивающий, неперспективный, а есть социализм передовой, прогрессивный, живой. И вот России нужен именно державный социализм! – заявила Елена Кохтарева.

58-летняя пенсионерка Елена Кохтарева в ходе судебного разбирательства полностью признала вину, раскаялась и попросила суд "не сажать" обвиняемых.

Сергей Шаров-Делоне

Активист "Комитета 6 мая", Сергей Шаров-Делоне, выступавший защитником по другому Болотному делу, делу восьми, считает, что приговор, вынесенный Замоскворецким судом, был ожидаемым, однако некоторые моменты смутили защитника:

– Приговор был, в целом, более-менее ожидаемый, хотя не без некоторых неожиданностей. Можно только порадоваться за Илью Гущина, которому дали срок ниже низшего, он попал ровно так же, как Артем Савелов и Ярослав Белоусов. 2,5 года – это немного. Но это немного на фоне того, что люди невиновны, вообще невиновны. Слава богу, что несколько снижен приговор Леше Гаскарову, за которого все боялись, что он получит по полной программе, – все 4 года, как просили прокуроры. Но дали 3,5 года. И конечно, совершенно шокирующие 3,5 года для Александра Марголина, против которого практически нет серьезных обвинений. У него двое маленьких детей, абсолютно не учтено это существеннейшее смягчающее обстоятельство, при том что он единственный их кормилец. Это просто вопиющая вещь! Будем надеяться, что что-то удастся сделать на апелляции, немного снизить. А так – ожидаемое безобразие. Пожалуй, в этом приговоре, в отличие от приговоров, которые были по "восьмерке" и по Удальцову и Развозжаеву, прозвучало только одно более акцентировано – законность любых действий полиции. Плюс, конечно, совершенно неожиданно, что был отметен целый ряд экспертиз, в частности – экспертиза Рубашина, которая была признана законной и приобщена по "делу восьмерых", эта же экспертиза сегодня была признана неприемлемым доказательством, – резюмирует Сергей Шаров-Делоне.

Судебное разбирательство по этому делу длилось почти четыре месяца. Адвокат Ильи Гущина Сергей Панченко отмечает, что в ходе этого судебного разбирательства события на Болотной площади не были оценены объективно: вопрос о правомерности действий сотрудников полиции даже не рассматривался.

Илья Гущин

– Главная причина для пессимизма, кроме личных трагедий ребят, которые незаконно привлекаются к уголовной ответственности, в том, что по существу события 6 мая 2012 года так и не получили должной правовой оценки. Все свалили на организаторов, рядовых участников. В результате официального расследования получилось так, что полиция абсолютно ни в чем не виновата. В деле есть абсолютно незаконные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по многочисленным заявлениям пострадавших демонстрантов и фигурантов дела. И из этого получается, что полицейские свои полномочия не превышали, насилия не применяли – тишь да гладь, да Божья благодать. В этом и основная проблема. Подобный подход к расследованию общественно значимых событий разлагает правоохранительную систему. Такой подход вселяет в людей уверенность в том, что не приходится искать правды и защиты в правоохранительной системе. Это повышает общий уровень правового нигилизма в общества. Ни правды, ни справедливости в результате расследования и последующего судебного разбирательства общество не увидело. И в этом главная причина для пессимизма, – сетует Сергей Панченко.

Еще до приговора супруга Алексея Гаскарова, Анна Гаскарова, говорила, что родственники подсудимых еще с февраля, после первого приговора по "Болотному делу", поняли, что и их близких, скорее всего, ждут реальные сроки:

Алексей Гаскаров и Анна Гаскарова (Карпова)

– По факту, приговор нам был вынесен в феврале, когда его получили фигуранты "Болотного дела" первой волны, когда они получили по три с половиной года в среднем. Первой волне прокуроры просили по 5,5-6 лет лишения свободы, сейчас речь шла о четырех годах. Многие думают: неужели случились какие-то подвижки, и опять какая-то "оттепель". Но на самом деле, очевидно, они просто тестируют реальность и подстраиваются под какие-то более реальные действия, возможности, они видят, что и Удальцов тоже получил не пять с половиной и не шесть лет, чтобы столько запрашивать для рядовых участников, – говорила Анна Гаскарова.

В понедельник с утра, примерно за час до начала оглашения приговора, обстановка у Замоскворецкого суда была спокойная, однако через некоторое время после того, как судья начала оглашать приговор, прилегающая к суду улица была оцеплена полицией, появилось несколько "автозаков".

Поддержать фигурантов дела пришли несколько сотен человек, среди них были участницы группы Pussy Riot Надежда Толоконникова и Мария Алехина, уже амнистированные и освобожденные по "Болотному делу" Владимир Акименков, Дмитрий Рукавишников, Михаил Косенко с сестрой Ксенией и Николай Кавказский. Вот как Николай Кавказский оценил обстановку у суда:

Николай Кавказский

– Людей мало, хотя, честно говоря, у меня были более пессимистические настроения, я думал, что придет вообще не больше ста человек. Здесь собралось человек 200-300. Это, конечно, лучше, чем я думал, но все равно это очень мало. Было мало и в тот раз, когда выносился приговор первой волне, всего чуть больше тысячи. Люди впали в какую-то апатию, в растерянность, не хотят выходить, проявлять солидарность, и это, я считаю, неправильно. Но надеюсь, что это временное явление, и в будущем все пойдет в лучшую сторону. Это, скорее, явление системное – люди не видят действенных механизмов борьбы с этой властью и впадают в связи с этим в апатию. А еще их пугают репрессии, они думают, что их задержат и так же привлекут к уголовной ответственности, что это может коснуться каждого, – уверен Николай Кавказский.

Во время оглашения первого приговора по "Болотному делу" в феврале этого года, – оно длилось два дня – у Замоскворецкого суда собралась почти тысяча человек, многие из них были задержаны. Не обошлось без задержаний и в этот раз: нескольких человек увели в автозаки после того, как она растянули перед входом в суд баннер с надписью "Россия - не тюрьма":

​

Илья Гущин и Александр Марголин в суде

Каковы перспективы "Болотного дела" после приговора, который суд вынес 18 августа? 17 человек уже признаны виновными и осуждены, 13 – амнистированы. В следственном изоляторе остается лишь один фигурант дела – Дмитрий Ишевский, который был задержан в конце мая этого года.

Поддержать подсудимых 18 августа пришла также и журналист и общественный активист Ольга Романова. По ее словам, окончание этого процесса вовсе не означает, что и "Болотное дело" завершается:

– "Дело 6 мая" не заканчивается, и, как я понимаю, следственная группа будет работать до ноября, официально ее деятельность продлена. Этот приговор последний из тех, что мы знаем. Это означает, что дело будет расширяться, и любой из нас, здесь стоящий, любой из тех, кто сюда не пришел, в принципе, – любой человек может попасть под это дело. Как мы видим, есть набор людей, которые были 6 мая на Болотной площади или не были 6 мая – это никого не интересует. В числе обвиняемых есть люди, которые не разделяют оппозиционных идей, но это также никого не интересует. Мы знаем, что Удальцов высказывался в суде с позиций ультрапатриотических, но это не помогло избежать сроков. Поэтому важно быть не только здесь, на приговоре, а вообще важно ходить в суды, в тюрьмы, важно поддерживать родственников. Здесь как раз очень много родственников, здесь родственники Алексея Полиховича, здесь Ксения Косенко, здесь очень много людей, которые не понаслышке знают, что такое тюрьма, что такое несправедливый суд. И чем больше людей об этом будут знать, тем сильнее внутренний стержень и сознание собственной правоты, – полагает Ольга Романова.

Адвокат Сергей Панченко рассуждает о перспективах "Болотного дела":

Если ты был на этой площади, значит, ты уже участник массовых беспорядков, хотя никакого умысла не имел и никакого отношения к этому не имеешь

– На "деле четырех" "Болотное дело" не закончилось. Есть как минимум Ишевский, движение по его делу пока непонятно. Но самое главное, что есть основное "Болотное дело", и ни у кого из адвокатов и общественных защитников не было информации о том, что дело было приостановлено или же прекращено дальнейшее расследование. То есть потенциально любой человек, который находился на Болотной площади, вне зависимости от того, где он находился, вступал или не вступал в физический контакт с полицией, может быть привлечен по данному делу. Именно для этого дело и не прекратят до полного истечения срока давности, а это, по-моему, 6 лет. Дело будет висеть, и не исключено, что могут выдернуть кого-то еще, потому что для нашего правосудия, как показал этот процесс, не имеет никакого значения, есть ли у человека алиби или он действительно участник каких-то событий. Если ты был на этой площади, значит, ты уже участник массовых беспорядков, хотя никакого умысла не имел и никакого отношения к этому не имеешь, – заключает адвокат Сергей Панченко.

6 мая 2012 года согласованная с властями Москвы оппозиционная акция завершилась столкновениями демонстрантов с полицией на Болотной площади. Было возбуждено уголовное дело по статье "Массовые беспорядки". Сейчас его фигурантами являются более тридцати человек. Авторы независимого расследования тех событий уверены, что ответственность за столкновения с полицией лежит, прежде всего, на властях города. Правозащитники говорят о политической подоплеке дела. Большинство фигурантов "Болотного дела" правозащитный центр "Мемориал" признал политическими заключенными.