Десять к одному

Девальвация рубля ускоряет инфляцию меньше, чем еще пару лет назад, иначе рост цен мог бы зашкалить

"Вклад" девальвации рубля в ускорение темпов роста потребительских цен в России в 2014 году составит более четверти (2,4% из 9%), а к концу будущего года уже состоявшееся падение курса "обеспечит" около половины инфляции (3,2% из 7,5%). Такие оценки из обновленного макропрогноза Министерства экономического развития на 2014–2015 годы, представленного в минувший вторник, привела газета "Ведомости". Замедление роста цен пока ожидается не ранее второго квартала 2015 года.

"Основными предпосылками нашего сентябрьского прогноза были высокие цены на нефть и снятие санкций к середине 2015 года, – заявил, представляя очередной прогноз ведомства, заместитель министра экономического развития Алексей Ведев. – Сейчас мы подразумеваем, что санкции сохраняются весь 2015 год. Это означает закрытость внешних рынков капитала для большинства российских компаний и банков, а также неприятный термин для инвестиций – неопределенность и неуверенность".

Ослабление курса рубля на каждые 10% ведет к росту инфляции в стране на один процентный пункт

Министерство сразу на 20% – со 100 до 80 долларов за баррель – снизило предыдущий прогноз относительно средней цены нефти в 2015 году. А среднегодовой курс российской валюты к доллару представляется теперь ведомству в 49 рублей.

На фоне крутого его падения в последние месяцы (с подзабытого теперь уже уровня в 32,65 рубля за доллар на 1 января 2014 года) заметно ускорились темпы начавшегося еще в прошлом году сокращения импорта в страну. К концу первого полугодия его объемы, по данным Росстата, уменьшились на 5% к уровню первых шести месяцев 2013 года, а к концу октября – уже на 6,3% к уровню десяти месяцев годом ранее. Эта динамика отразила не только общее удорожание импорта за счет удешевления рубля, но и фактор использования накопленных ранее в экономике запасов – рано или поздно исчерпаемых.

НАЧАЛЬНОЕ ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ

Общая доля импорта на российском рынке (как продовольствия, так и непродовольственных товаров) составляет примерно 25-28%, отмечает главный экономист по России инвестиционной компании "Ренессанс Капитал" Олег Кузьмин. Хотя по отдельным группам товаров она может отличаться в десятки раз. Например, по говядине доля импорта составляет около 60%, тогда как по муке – лишь 3%. На соответствующих такому соотношению уровнях и сформировался некий "инфляционный отклик" в ситуациях значительной девальвации рубля.

Он отчасти сглаживается тем, что компании могут ограничивать былой свой импорт, переключаясь, если есть такая возможность, на российские аналоги, более доступные по ценам, продолжает Кузьмин. Кроме того, в условиях замедления общего роста как экономики, так и потребительского спроса компании уже не могут, как ранее, переложить значительную долю своих издержек, выросших из-за падения курса рубля, на потребителя. Это также сдерживает общий рост цен в стране.

О причинах этого российского феномена можно спорить, но, скорее всего, он проистекает из укрепления рубля в связи с высокими ценами на нефть

С другой стороны, его ускорили российские контрсанкции. По оценкам компании "Ренессанс Капитал", в тех категориях товаров, которые подпали под запрет на импорт, доля поставок из стран Европейского союза составляет в среднем примерно 20%. Соответственно, можно говорить о том, что предложение таких товаров одномоментно сократилось на эти самые 20%, поясняет Олег Кузьмин, и их замещение на российском рынке, за счет отечественных или других зарубежных аналогов, потребует времени.

По тем продуктам, которые подпали под российские контрсанкции, объемы импорта, по данным Таможенной службы, сократились весьма значительно: по одним – на 20%, по другим – на 50% или даже на 70%, что, по сути, эквивалентно соответствующему сокращению предложения продуктов питания, что вызывает рост цен, соглашается главный экономист инвестиционной компании "Уралсиб Кэпитал" Алексей Девятов. Более того, по его оценкам, многие из тех продуктов, которыми замещаются теперь "запрещенные" товары из Европы, оказываются в итоге дороже.

Но в целом девальвация рубля проявляется в текущем росте цен в стране лишь с определенным лагом – от одного-двух месяцев до полугода, напоминает главный экономист исследовательского института "Центр развития" Высшей школы экономики Валерий Миронов. На фоне высокой или относительно высокой инфляции за последние четверть века российские компании привыкли накапливать немалые запасы импортной продукции, чтобы иметь возможность для маневра в условиях очередного роста закупочных цен ввиду ослабления рубля. Поэтому, по словам Миронова, большинство российских экспертов и сходятся сегодня в том, что пик нынешнего ускорения роста цен в стране, скорее всего, придется на первый квартал или первое полугодие 2015 года, после чего можно ожидать некоего замедления инфляции.

Теперь, если курс рубля падает, компании переносят на конечного потребителя в 2-3 раза меньше своих издержек, связанных с девальвацией, чем было еще пять лет назад

Безусловно, началось и будет расширяться замещение бывшего импорта российской продукцией – аналогичной, но уступающей по качеству, продолжает Валерий Миронов. Такой процесс обычно называют "начальным импортозамещением". Но это возможно лишь в тех сегментах экономики, где созданы мощности, могущие конкурировать с зарубежными, хотя не в полном объеме и в основном в более низких ценовых категориях. Например, запрет на импорт качественных сыров из Европы привел к тому, что даже относительно обеспеченные потребители в России стали гораздо чаще покупать российские аналоги, пусть и уступающие европейским по качеству.

То же самое может происходить и на автомобильном рынке. Российские потребители, собиравшиеся было приобрести новую иномарку за 600-700 тысяч рублей (примерно 11-13 тысяч долларов по текущему курсу. – РС), в условиях, когда эта цена уже вскоре может приблизиться к одному миллиону рублей (18 тысяч долларов), станут покупать продукцию "АвтоВАЗа", продолжает Миронов. "Проблема, однако, в том, что таких конкурентоспособных мощностей в российской экономике совсем немного, а расширяться они не могли ввиду общего сокращения в стране внутренних инвестиций: на 0,3-0,4% в 2013 году и уже накопленных более 2,5% – в нынешнем".

Министерство экономического развития прогнозирует спад инвестиций российских компаний и предприятий в собственное развитие на 2,8% в 2014 году и на 3,5% – в 2015-м.

СТАТИСТИКА И ЦЕННИКИ

Текущие темпы роста потребительских цен в России, отражаемые статистикой Росстата, могут в разы отличаться от представлений людей, основанных на очередном посещении ими ближайшего магазина. Официальная статистика определяет некую "среднюю температуру по больнице", говорит Алексей Девятов, которая включает в себя и непродовольственные товары, и услуги, и продовольствие.

По отдельным компонентам общего показателя потребительской инфляции текущие темпы роста цен могут сильно разниться. В последние месяцы заметно увеличился "вклад" в нее роста цен на продовольствие, в чем проявился и эффект мер по ограничению импорта. По данным Министерства экономического развития, представленным в четверг, рост цен на все продукты питания в России по состоянию на 24 ноября составил 12,2% к уровню на тот же день годом ранее. При этом стоимость продовольственных товаров из "санкционного" списка выросла на 5,8%. А только за период с 1 августа рост цен на все категории продовольствия в России составил в среднем 3,8%.

И экспорт страной нефти приносит теперь экономике меньше денег, чем раньше, и внутреннее финансирование оказывается для российских компаний более дорогим

При этом в ноябре был отмечен рост цен на гречку только в среднем по России сразу на 54,4%, сообщил в четверг Росстат. Помидоры подорожали за месяц на 34,9%, капуста – на 24,4%, картофель – на 12,6%, тогда как свинина, наоборот, подешевела в среднем на 1,5%.

Следует иметь в виду и разную структуру потребления разных групп населения, продолжает Алексей Девятов. "Менее обеспеченные семьи тратят на еду значительно большую часть своих доходов, чем семьи более обеспеченные. Соответственно этой доле, и общая инфляция в стране по-разному представляется разным группам потребителей в сравнении со средним показателем, который называется официальной статистикой".

Потребитель в основном обращает внимание на изменение цен наиболее значимых именно для него категорий товаров или услуг, не особо замечая при этом, как меняются ценники других компонентов общего индекса инфляции, соглашается Олег Кузьмин. Индекс же учитывает и то, и другое.

Еще пять лет назад ослабление рубля на 10% приводило к ускорению инфляции в стране сразу на 2,5-3 процентных пункта

Наконец, сама методика расчета индекса потребительской инфляции отнюдь не универсальна и может заметно отличаться от страны к стране. Например, в некоторых западных странах в него может закладываться и изменение производительности того или иного товара, цена на который учитывается в индексе, поясняет Кузьмин. В этом случае, если цена, скажем, компьютерного процессора за какой-то период времени выросла в четыре раза, но сам процессор стал при этом вдвое более производительным, то индекс потребительских цен отразит повышение его цены лишь в два раза, а не в четыре.

"В целом же тот индекс российской потребительской инфляции, который рассчитывается Росстатом, представляется нам вполне адекватным и репрезентативным", – отмечает главный экономист компании "Ренессанс Капитал".

ЭФФЕКТ ПЕРЕНОСА

С начала года официальный курс рубля к доллару снизился к 5 декабря на 61%. При этом годовые темпы потребительской инфляции в стране ускорились с 6,1% в январе до 8,5% к началу декабря (сообщил в среду Росстат), то есть на 40%, или в полтора раза меньше, чем обесценился рубль. Если же считать со стороны доллара, то есть утраты рублем своей прежней по отношению к нему стоимости, то ослабление российской валюты с начала года составило те же самые 40%. Впрочем, уже состоявшаяся девальвация – лишь один из факторов внутренней инфляции, а пик ее влияния на рост внутренних цен еще не наступил.

В минувший понедельник на семинаре с вице-губернаторами по вопросам внутренней политики и социальной сферы выступила первый заместитель председателя Центрального банка Ксения Юдаева. Она говорила о переключении части спроса на отечественные товары, о том, что и валюты торговых партнеров России также подешевели к доллару, что также снижает инфляционное давление на российские цены.

Сейчас мы подразумеваем, что санкции сохраняются весь 2015 год

Кроме того, по словам Ксении Юдаевой, некоторые российские импортеры либо не повышают цены, опасаясь утраты доли на рынке, либо повышают их непропорционально падению рубля. "Поэтому так называемый эффект переноса курса на цены сейчас 0,1-0,12%, – продолжала первый зампред ЦБ, – то есть ослабление курса на каждые 10% ведет к росту инфляции на один процентный пункт".

Такая оценка в принципе близка и к нашей, отмечает Алексей Девятов. В компании "Уралсиб Кэпитал" полагают, что ослабление рубля на 10% приводит ныне к ускорению инфляции на 1,5 процентного пункта. Собственные оценки компании "Ренессанс Капитал" практически совпадают с оценками Банка России – 1-1,2 процентного пункта на каждые 10% ослабления рубля.

Многие из тех продуктов, которыми замещаются теперь "запрещенные" товары из Европы, оказываются в итоге дороже

При этом Олег Кузьмин обращает внимание на то, что за последние пять лет эффект переноса девальвации на текущие темпы роста потребительских цен в России заметно сократился. "Еще в 2008-2009 годах ослабление рубля на каждые 10% приводило к дополнительному ускорению инфляции в стране сразу на 2,5-3 процентных пункта".

В период до 2008 года, когда обменный курс рубля фактически был фиксированным, цепочки расчетов в российской экономике были в значительной степени ориентированы именно на валюту, поясняет Олег Кузьмин. В последние же пять лет, когда Банк России перешел к политике "управляемого плавания" курса рубля и колебания его курса стали потому куда значительнее, эти же цепочки расчетов стали в большей степени "рублевыми".

"Другими словами, теперь, если курс рубля падает, то компании переносят на конечного потребителя в 2-3 раза меньше своих издержек, связанных с девальвацией, чем было раньше, – говорит Кузьмин. – Эти дополнительные издержки, как правило, перераспределяются сегодня между самими компаниями, которые связаны между собой контрактами, ориентированными на цены уже не в долларах, а в рублях".

Пик нынешнего ускорения роста цен в стране, скорее всего, придется на первый квартал или первое полугодие 2015 года

Классический механизм – более высокая инфляция, если она вызвана монетарными факторами, неизбежно ведет к ослаблению национальной валюты – в случае России неоднозначен, добавляет Алексей Девятов. С одной стороны, российская инфляция последних лет определялась, скорее, немонетарными факторами – будь то периодическая индексация тарифов на услуги ЖКХ или ограничение импорта продовольствия.

С другой стороны, курс российской валюты еще в июле нынешнего года пребывал на уровнях, очень близких к тем, что отмечались более 10 лет назад, в 2003 году – 32-33 рубля за доллар. Однако за эти годы потребительские цены в стране выросли в среднем более чем в четыре раза, продолжает Девятов. "О причинах этого российского феномена можно спорить, но, скорее всего, он проистекает из укрепления рубля в связи с высокими ценами на нефть в течение большей части минувшего десятилетия".

Для российской экономики, как экономики сырьевой, и переход к политике таргетирования инфляции и "плавающему" курсу рубля, и сокращение эффекта переноса его девальвации на рост цен имеет как свои плюсы, так и минусы, отмечает Валерий Миронов. Как и в других сырьевых экономиках, цены в России растут особенно активно тогда, когда в мире дешевеет само сырье, в данном случае – энергоносители.

В это время реальный сектор экономики, с одной стороны, сталкивается с шоком от снижения цен на экспортируемое сырье. Но поскольку в это же время падает курс национальной валюты, то растут те самые внутренние цены, которые Центральный банк и намерен "таргетировать".

"И если в этот момент Банк повышает процентные ставки, удорожая тем самым займы в экономике, чтобы сдержать рост цен, то удар по реальному сектору оказывается двойным, – поясняет Миронов. – И экспорт страной нефти приносит ей меньше денег, чем раньше, и внутреннее финансирование оказывается для российских компаний более дорогим".