Роскомнадзор против тотального запрета на демонстрирование нацистской символики

Роскомнадзор полагает, что демонстрирование нацистской символики запрещается только при наличии пропагандистского умысла.

15 апреля 2015 года Роскомнадзор заявил, что намерен в своей правоприменительной практике трактовать положение закона о противодействии экстремизму таким образом, что демонстрирование нацистской символики запрещается только в том случае, если оно сопряжено с пропагандой нацистской идеологии.

При этом Роскомнадзор ссылается на составленное по заказу ведомства заключение специалистов кафедры судебных экспертиз Московской государственной юридической академии имени О.Е.Кутафина, согласно которому «при подготовке данной нормы федерального закона законодатели использовали для связки понятий "пропаганда" и "публичное демонстрирование" соединительный союз "и". То есть понятия не просто перечисляются, они грамматически соединены между собой. Порядок их употребления таков, что термин "пропаганда" находится в сильной, приоритетной позиции по отношению к термину "публичное демонстрирование"». По мнению экспертов, "само по себе публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики*без целей пропагандыне является проявлением экстремизма".*

Ведомство апеллирует и к КС: «В своих документах Конституционный суд последовательно определяет, что "обязательным признаком указанной разновидности экстремизма является явное или завуалированное противоречие соответствующих действий (документов) конституционным запретам возбуждения ненависти и вражды, разжигания розни и пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства". Наличие этого признака "должно определяться с учетом всех значимых обстоятельств каждого конкретного дела: формы и содержания деятельности или информации, их адресатов и целевой направленности, общественно-политического контекста, наличия реальной угрозы, обусловленной в том числе призывами к противоправным посягательствам на конституционно охраняемые ценности, обоснованием или оправданием их совершения, и т.п."».

Мы приветствуем это заявление Роскомнадзора, поскольку считаем адекватной именно такую трактовку закона. Однако мы полагаем, что в сложившейся ситуации, когда граждане в массовом порядке привлекаются к ответственности за демонстрирование нацистской символики без пропагандистского мотива, необходимо внесение поправок в законодательство. Напомним, помимо закона об экстремизме в России действует также закон "Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 годов", согласно которому "в Российской Федерации запрещается использование в любой форме нацистской символики как оскорбляющей многонациональный народ и память о понесенных в Великой Отечественной войне жертвах". Кроме того, текст ст. 20.3 КоАП, по которой привлекают к ответственности за соответствующее правонарушение, содержит другой союз: "пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики".

Отметим, что 17 февраля 2015 года КС издал определение по поводу жалобы гражданина Алехина на п. 1 ст. 1 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности", оспаривавшего в том числе и положение о демонстрирование нацистской символики. В определении говорилось: "само по себе использование нацистской атрибутики (символики), равно как и атрибутики (символики), сходной с нацистской атрибутикой (символикой) до степени смешения, – безотносительно к ее генезису – может причинить страдания людям, чьи родственники погибли во время Великой Отечественной войны, что также предполагает право законодателя принимать меры в соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции РФ". Аналогичное определение было вынесено ранее, 23 октября 2014 года, по поводу жалобы гражданина Мурашова.

Таким образом, очевидно, что для того чтобы внести ясность в действия властей в целом, необходимы законодательные меры.

Источники

• Демонстрация нацистской символики без целей пропаганды не должна трактоваться как нарушение закона о противодействии экстремизму // Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. 2015. 15 апреля.