Прокремлевские и оппозиционные – со щитом и на щите

Под редакцией Александра Верховского Резюме

КРИМИНАЛЬНЫЕ ПРОЯВЛЕНИЯ РАСИЗМА И КСЕНОФОБИИ : Насилие : Вандализм

ПУБЛИЧНАЯ АКТИВНОСТЬ ПРАВОРАДИКАЛОВ : Давление на ультраправые движения : «Раскрутка» криминальных инцидентов : Митинговая активность : «Украинские» акции националистов : Традиционные акции националистов : Прочая активность националистических групп

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КСЕНОФОБИИ И РАДИКАЛЬНОМУ НАЦИОНАЛИЗМУ : Уголовное преследование : За насилие : За вандализм : За пропаганду : Преследование экстремистских сообществ и запрещенных организаций : Федеральный список экстремистских материалов : Другие административные меры : Деятельность Роскомнадзора в сфере СМИ : Преследование за административные правонарушения : Активность прокуратур в интернете

ПРИЛОЖЕНИЕ. СТАТИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ И НАКАЗАНИЙ (в формате word)

Резюме

В докладе за 2014 год мы писали о кризисе движения русских националистов, вызванного украинскими событиями. Этот кризис в первой половине 2015 года лишь продолжал углубляться, что было связано как с не преодоленными последствиями расколов прошлого года, так и с усиливавшимся давлением правоохранительных органов на оппозиционную часть националистов.

Давление привело к радикальному снижению их публичной активности. Традиционные шествия и митинги не собирали и половины привычного числа активистов, не удалось «раскрутить» ни одного этноконфликта, меньше в целом стало так называемых рейдов, а самой популярной для обсуждения темой стал вопрос о «прессинге» государства.

Несмотря на то что тема украинского противостояния все еще является для националистов одной из самых важных, количество посвященных ей акций существенно сократилось с прошлого года как среди оппозиционных и националистических объединений, так и среди лояльных Кремлю.

Лояльные националисты, в отличие от праворадикалов-оппозиционеров, активно развиваются и наращивают свое присутствие в регионах. Когда сфера их интересов пересекается с тематикой, освоенной ультраправыми-оппозиционерами, становится виден процесс вытеснения старых игроков новыми, обладающими куда большими ресурсами. Впрочем, пока точек пересечения не так много, и провластные группы заняты в первую очередь выражением поддержки политического курса президента и борьбой с «пятой колонной». Последнее выражается, в том числе, в нападениях на публичные акции либеральной оппозиции.

Русские националисты, вне зависимости от отношения к политическому режиму, все более систематически занимаются организацией боевой подготовки. Порой это прямо связано с отправкой добровольцев на украинские фронты, но, несомненно, подготовка нацелена в первую очередь на будущее внутриполитическое применение.

Нельзя сказать, что власти игнорируют милитаризацию националистического движения. Правоохранительные органы явно активизировались.

Но совершенно очевидно, что довольно многообразное давление правоохранительных органов приходится именно на оппозиционную часть националистов. Преимущественно на тех, кто выступает против «Новороссии», но и на ее сторонников – тоже. А вот собственно боевая подготовка при этом сталкивается лишь с эпизодическими затруднениями, по крайней мере – у сторонников «Новороссии».

Количество приговоров за насилие остались на том же уровне, что и годом ранее, а не снижалось, как в последние годы. Среди них – приговоры членам известных неонацистских групп: челябинской «Пираньи-74», екатеринбургского «Фольксштурма» и, конечно, московского БОРН.

Количество приговоров за пропаганду традиционно выросло. Как обычно, по преимуществу преследуются рядовые пользователи социальных сетей за разного рода ксенофобные републикации. Но стоит отметить и осуждение нескольких популярных среди ультраправых фигур в Санкт-Петербурге. Наказания за пропаганду обычно вполне адекватны содеянному: по большей части осужденных приговаривают к обязательным и исправительным работам. Более строгие наказания были связаны либо с иными обвинениями, либо, что характерно, с тем, что высказывания имели отношение к Украине.

Федеральный список экстремистских материалов пополнялся в два раза интенсивнее, чем годом ранее, и с тем же количеством самого разного рода ошибок и повторов. Хотя из него и были исключены материалы, запрет которых был отменен судом, список остается огромным монструозным механизмом и работать с ним уже давно невозможно.

Активно работает система судебных блокировок доступа к интернет-контенту «за экстремизм» и блокировки во внесудебном порядке, по «закону Лугового». Эти реестры пополнялись с той же долей неправомерных решений и в таком же случайном порядке, как и сам Федеральный список. Практика по «закону Лугового» наглядно показала, что внесудебная блокировка с целью недопущения беспорядков никак не ограждает от массовой мобилизации на организуемые в интернете акции и неизбежно ведет к злоупотреблениям.

В целом, перечисленные меры борьбы с ксенофобными высказываниями все более выглядят как хаотические и неэффективные. Они не только порождают много неправомерных ограничений свободы выражения, но и не создают никакого представления, что же все-таки запрещено, а что нет.

Насколько эффективным можно считать противодействие властей развитию ультраправых тенденций?

В 2015 году криминальная активность ультраправых была, по нашим данным, существенно ниже, чем годом ранее. Однако пока мы опасаемся давать оптимистические прогнозы; не исключено, что мы не представляем истинного масштаба расистского насилия из-за сознательного замалчивания в СМИ темы преступлений ненависти: эта тема плохо сочетается с медийной кампанией о деяниях «украинских фашистов». Хотя снижение насилия и действительно могло произойти в связи с активным преследованием властями праворадикалов в целом, затронувшими и боевое крыло. Если по этой или иной причине расистского насилия действительно стало меньше, это успех.

Давление на оппозиционные организации ультраправых ослабляет их, но способствует оно скорее не ослаблению русского национализма в целом, а сдвигу баланса в пользу провластных организаций.

Наконец, хаотическая борьба с пропагандой ненависти не помогает снижению уровня последней. И если раньше националисты от слов переходили к атакам на мигрантов и иные меньшинства, то теперь они все чаще вместо этого занимаются систематической боевой подготовкой. И эта их деятельность встречает недопустимо малое противодействие, что, в сочетании с прочими перечисленными обстоятельствами, может уже в скором будущем принести новый подъем насилия.

Криминальные проявления расизма и

ксенофобии

Насилие

За первое полугодие 2015 года от ксенофобного и неонацистски мотивированного насилия, по предварительным данным, пострадало не менее 37 человек, 4 из которых погибли. Кроме того, 2 человека получили серьезную угрозу убийством. За первые шесть месяцев 2014 года было убито 23 и ранено 86 человек, 1 человек получил угрозу убийством. При анализе следует учитывать, что данные за 2015 год далеко не полные, они неизбежно будут уточняться [1].

К сожалению, с учетом расистских нападений возникает все больше трудностей. В первую очередь эти трудности связаны с увеличивающимся недостатком информации о такого рода инцидентах. Создается впечатление сознательного замалчивания информации об этом в СМИ. Видимо, это связано с тем, что сообщать о деяниях российских радикальных националистов после активной медийной кампании об украинских «бендеровцах» и «фашистах» многим изданиям стало неудобно.

Впрочем, похоже, что расистских нападений в первом полугодии действительно стало значительно меньше. Сказывается продолжающееся давление властей на праворадикальную среду в целом (см. ниже), коснувшееся, видимо, боевых ультраправых. Идеологический поворот 2014 года, возможно, в какой-то степени захватил наконец и часть ультраправых, переключая их вражду от мигрантов с Кавказа к США и Европе. Но мы не уверены в том, что вполне представляем себе причину спада расистского насилия.

Географический охват насилия изменился мало. Всего инциденты зафиксированы в 10 регионах страны. По-прежнему уверенно лидируют Москва (2 убитых, 11 избитых) и Санкт-Петербург (2 убитых, 7 избитых). Далее следуют Московская (4 избитых) и Самарская (3 избитых) области. Это картина практически аналогична тому, о чем мы писали в полугодовом докладе годом ранее.

Основной группой жертв традиционно остаются «этнические чужаки». За первые шесть месяцев 2015 года пострадали уроженцы Центральной Азии (2 убитых, 3 избитых), Кавказа (3 избитых), люди неидентифицированной «неславянской внешности» (3 избитых), уроженец Судана.

Кроме нападений на одиночных прохожих на улицах, были зафиксированы и случаи групповых избиений «азиатов» и «кавказцев». Например, 24 января 2015 г. в Московской области группа ультраправых совершила нападение на пассажиров пригородной электрички Казанского направления: в районе станции «Кратово» в вагон зашли 15–20 молодых людей, чьи лица были закрыты масками, и стали избивать людей с «неславянской внешностью».

Второе место заняли представители религиозных групп (9 избитых). В этой группе подавляющие большинство (6 человек) составляют Свидетели Иеговы, репрессивная компания против которых со стороны государства продолжается несколько лет. Пострадали также православный священник, мусульмане.

Количество атак на представителей молодежных и левых течений уменьшилось. Известно только о случаях нападений 7 февраля в Санкт-Петербурге на посетителей метал-панк концерта в клубе «Цоколь2.0» и 24 апреля – на панков у клуба «Калипсо» в Москве.

Количество жертв среди представителей ЛГБТ (5 избитых) осталось практически таким же, как и годом ранее. В основном это – участники пикетов и мероприятий, пострадавшие от нападений православных активистов, в частности, из движения «Божья воля», руководимого Дмитрием (Энтео) Цорионовым.

Не прекращались в текущем году и нападения на бездомных (2 убитых). Они стали жертвами «банды чистильщиков» в Москве, убивавшей бездомных и людей, спящих на лавочках.

Традиционно нашу статистику пополнили и люди, избитые «по ассоциации» за то, что посмели высказать свое неодобрение действиям радикальных ультраправых. На платформе «Силикатная» Курского направления был до смерти избит прохожий, сделавший замечание группе молодых людей, вскидывавших руки в нацистском приветствии. В городе Волжском Волгоградской области женщина, заметившая, как группа молодых людей избивает выходца из Казахстана, смогла остановить насилие, но получила удар кулаком в лицо.

В 2015 году набирал обороты новый вид политического насилия со стороны праворадикально и проправительственно настроенных активистов – на тех, кого они сочли «национал-предателями». В основном речь идет о нападениях членов Национально-освободительного движения (НОД) на участников шествия 19 января памяти погибших адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой в Москве и Иркутске, нападении в июне в Москве на участников оппозиционного пикета «Свободу узникам 6 мая». Помимо этого, в Москве произошли нападения сторонников «Антимайдана» [2] (после марша, состоявшегося в годовщину событий на киевском Майдане) на улице Петровка у бара «Хаггисс» на молодого человека за выкрик «Слава Украине!», а также нападение в Воронеже на участников марша «Весна» памяти Бориса Немцова.

Помимо уже упоминавшихся активистов НОД, «Божьей воли» и сторонников «Антимайдана», активно заявляла о себе группировка SERB Гоши Тарасевича (Игоря Бекетова). Скажем, в конце июня он пытался организовать нападение на Сахаровский центр, где 27 июня прошел благотворительный вечер в поддержку узников совести. К счастью, нападение не состоялось.

Вандализм

Активность вандалов, мотивированных религиозной, этнической или идеологической ненавистью, была ниже, чем годом ранее. За первые 6 месяцев 2015 года мы зафиксировали не менее 20 актов вандализма в 15 регионах страны. За аналогичный период 2014 года – 28[3].

Чаще всего за прошедшие полгода осквернялись идеологические объекты: памятники героям Великой Отечественной войны, Ленину, народовольцам (8 актов вандализма), государственные учреждения (2 акта). Помимо этого, пострадали здания новых религиозных движений (3), мечети (3), еврейские объекты (2), языческие и православные памятники (по 1 акту).

В основном активность вандалов сводилась к нанесению граффити (15 случаев), битью стекол и иным разрушениям (3 случая). Однако были и более опасные акты вандализма – в Архангельске обстреляли синагогу, в Москве – стенд с литературой Свидетелей Иеговы.

Публичная активность ультраправых

Публичная активность националистических групп в первой половине 2015 года сильно варьировала в зависимости от того, насколько близок тому или иному объединению оказался официальный политический дискурс, сформировавшийся за последний год. Как будет показано ниже, от этого зависело то, какими были их взаимоотношения с правоохранительными органами, какую повестку националистические движения выбирали при организации публичных акций, как происходило взаимодействие с другими представителями националистического политического спектра.

Давление на ультраправые движения

Одним из важных факторов, оказавших влияние на публичную политику ультраправых в первой половине 2015 года, стало уголовное и иное преследование наиболее активных лидеров оппозиционных националистических организаций.

Начало процессу было положено еще во второй половине 2014 года, когда были вынесены приговоры лидерам движения «Реструкт!» Максиму (Тесаку) Марцинкевичу и руководителю «Славянской силы» в Санкт-Петербурге Дмитрию (Бешеному) Евтушенко; под арестом оказались один из руководителей Объединения «Русские» Александр Белов и экс-лидер «Русской пробежки» Максим Калиниченко; уголовные дела были возбуждены против членов движения «Атака» (осколок «Реструкта!») и лидера «Русской зачистки» в Санкт-Петербурге Николая Бондарика[4].

Поводы говорить о давлении со стороны правоохранителей появились у ультраправых и в этом году. В январе было начато уголовное дело о публичных призывах к экстремизму (ч. 1 ст. 280 УК) против лидера астраханского отделения Объединения «Русские» Игоря Стенина[5]; в феврале был задержан, а потом и арестован руководитель группы «Правые за европейское развитие» Виталий Шишкин[6], которому инкриминируется возбуждение национальной ненависти (ч. 1 ст. 282 УК); в мае под арестом оказался глава движения «Рубеж Севера» Алексей Колегов[7], которого обвиняют в истязаниях с применением пыток (ч. 2 ст. 117 УК); тогда же в мае прошли обыски у проживающих в разных городах страны пятерых администраторов группы «Русские Астрахани» в связи с неким делом об организации экстремистского сообщества (ст. 282¹ УК)[8]; в июне было возбуждено уголовное дело против лидера Национальной социальной инициативы (ранее – «национал-социалистической», НСИ) Дмитрия Боброва, подозреваемого по ч. 1 ст. 282 УК[9].

Помимо этого, весной и летом стало известно о трех уголовных делах, начатых по фактам выкрикивания участниками московских «Русских маршей» 2013 и 2014 годов оскорбительных и призывающих к насилию лозунгов. Напомним, сначала стало известно о возбуждении двух дел по ст. 282 УК в связи с антикоммунистической кричалкой «непримиримой колонны» и антиисламским лозунгом, который скандировали в колонне Объединения «Русские» на «Русском марше» в 2014 году. Позже, в июне, появились сообщения и о третьем уголовном деле, тоже, насколько можно судить, начатом в связи с некими лозунгами, но звучавшими на марше 2013 года. Это дело было возбуждено уже по ст. 280 УК[10].

Начало гласной части расследования было обставлено с помпой: 15 марта сотрудники правоохранительных органов почти одновременно провели обыски в квартирах сразу четырех человек, а именно у Дмитрия Дёмушкина, Владимира Ермолаева (лидеры «Русских»), Владимира Тора (лидер Национально-демократической партии (НДП)) и Дениса Тюкина (глава отделения Объединения «Русские» в Кирове). При этом часть процессуальных действий проходила в неадекватно жесткой форме (а в случае Д. Дёмушкина – и просто безобразной: на штаны националиста полицейские вылили бутылку воды, имитируя недержание) и в присутствии журналистов с канала НТВ, которые в своем видеосюжете называли происходившее не иначе как спецоперацией.

Впоследствии, в рамках этих дел, но уже не в такой демонстративной форме, обыски прошли еще у нескольких националистов, в частности, активиста «Реструкта!» Артема Трубова, соратника РФО «Память» Владимира Ратникова, члена московского отделения «Русских» Владимира Ростовцева и других[11].

Похоже, что с помощью дел о лозунгах власти продемонстрировали оппозиционным националистам новые, более жесткие, правила игры: во-первых, любой ксенофобный лозунг на публичной акции может стать поводом для возбуждения дела, хотя такие лозунги звучат уже не первый год, во-вторых, неважно, кто, собственно, его выкрикивал, так как любой из присутствовавших (и уж точно – лидеры) может стать свидетелем и пройти через процедуру «жесткого» обыска. С подобными реалиями в таком масштабе националисты столкнулись впервые.

Стоит отметить, что дела о лозунгах – не единственное юридическое новшество этого года, призванное блокировать публичную активность ультраправых.

Другим примером могут служить административные дела по ст. 20.2 КоАП («Организация публичного мероприятия без подачи уведомления о его проведении») против Оксаны (Вёльвы) Борисовой, Н. Бондарика и Александра Амелина («Русское возрождение»), начатые в январе по факту распространения ими в социальных сетях призывов посетить народный сход в Минеральных Водах[12]. Все трое были признаны судом виновными и оштрафованы, несмотря на то, что в акции участия никто из них не принимал, все трое находились в других городах страны, а сам сход был инициирован не ими. Таким образом, впервые, насколько можно судить, реклама акции в социальной сети была приравнена к ее организации.

Еще одним юридическим казусом стал срыв «Русского Первомая» в Москве, который организовывало Объединение «Русские». Акция была согласована, но впоследствии отменена в связи с тем, что ее главный заявитель – Д. Дёмушкин – к моменту ее проведения оказался под административным арестом. Свои 8 суток националист получил за то, что якобы ругался матом на сотрудников полиции, которые 20 апреля задержали его и еще примерно 40 ультраправых в клубе «Seven» в Москве, где они, предположительно, праздновали день рождения Гитлера. Как бы то ни было, административный арест заявителя митинга впервые стал поводом для отмены властями уже согласованной достаточно крупной акции ультраправых в Москве.

Отдельно стоит упомянуть задержания Дёмушкина и нескольких десятков других участников турниров или тренировок по ножевому бою в июне и в июле. Пока не очень понятно, проявляют ли таким образом сотрудники правоохранительных органов интерес лично к Дёмушкину или с него только начали, и на очереди – другие, кстати, многочисленные, силовые и боевые тренировки ультраправых.

Давление на ультраправых в сочетании с другими факторами, о которых речь пойдет ниже, привело к снижению количества и массовости их митинговых мероприятий, но при этом повысило (хотя и не радикально) сплоченность в среде оппозиционных ультраправых, которые в прошлом году перессорились друг с другом в связи с событиями в Украине, а также увеличило мобилизационный ресурс уже поднадоевшей было националистам темы репрессий и «правых политзаключенных».

Последнее можно проиллюстрировать мартовской сетевой акцией «День русской солидарности», прошедшей под лозунгом «За прекращение репрессий против русского движения и отмену 282 УК РФ». Ее инициатором выступила коалиция «Русский национальный фронт», в которую входят партия «Великая Россия» Андрея Савельева, Народное ополчение России[13] Юрия Екишева, Инициативная группа по проведению референдума «За ответственную власть» (ИГПР «ЗОВ») Кирилла Барабаша, Русское имперское движение (РИД) Станислава Воробьева и другие группы. Акция готовилась примерно месяц и состоялась 15 марта не менее чем в 19 регионах страны. Помимо организаций, входящих в коалицию, в региональных пикетах и митингах приняли участие активисты большинства более или менее известных националистических движений, в том числе из Объединения «Русские», НДП, НСИ, «Рубежа Севера», «Другой России», Российской правой партии Владимира Истархова и других. Несмотря на то, что в большинстве случаев на акцию собиралось всего по несколько человек (самими массовыми стали московская и санкт-петербургская акции, собравшие примерно 50 и 70 человек соответственно), она продемонстрировала неожиданно широкую, для проводящейся впервые, географию.

Тема борьбы с преследованием оппозиционных националистов звучала и на других акциях ультраправых, например, на «Русском Первомае», регулярно проводились пикеты в защиту А. Белова – в основном силами «Русских», но иногда и при участии представителей других движений: Русского объединенного национального альянса (РОНА) и комитета «Нация и свобода». Активность Российского общенародного союза (РОС) Сергея Бабурина, в эти полгода не была особенно заметной, однако член руководства РОС Иван Миронов стал одним из адвокатов Белова. Своего «сидельца» – полковника Владимира Квачкова поддерживали члены коалиции РНФ, пикеты в поддержку нацбола Олега Миронова[14] регулярно проводила «Другая Россия».

Кроме того, стоит отметить, что летом существенную часть активности националистов поглотила подготовка к шествию в «День правого политзаключенного» 25 июля. Анонс акции очень широко распространяется в социальных сетях, к координации действий подключился целый ряд организаций националистов, создан даже специальный оргкомитет. Такой интерес к этой дате – относительно новое явление, так как последние несколько лет все в основном сводилось к сбору денег для заключенных-праворадикалов.

«Раскрутка» криминальных инцидентов

Одной из традиционных форм публичной активности ультраправых являются попытки превратить криминальные инциденты с участием местных жителей с одной стороны и приезжих с другой стороны в крупные политические события. Начиная с 2006 года, когда произошли беспорядки в карельском городе Кондопога, прогремевшие на всю страну, националисты не оставляют надежды повторить и закрепить тот успех. Наиболее плодотворном в этом плане стал для ультраправых 2013 год, когда выступления местных жителей под ксенофобными лозунгами прошли в городе Удомля Тверской области, городе Пугачев Саратовской области и московском районе Бирюлево. В следующем 2014 году попыток раскрутки криминальных инцидентов было нетипично мало из-за доминирования в публичном пространстве темы украинского противостояния. С конца прошлого года ситуация стала возвращаться на круги своя, и в первые месяцы текущего года националисты вновь стали уделять повышенное внимание этому виду деятельности.

Первым и в итоге самым громким подобным сюжетом стало убийство военнослужащего-контрактника Дмитрия Сидоренко уроженцами Армении в кафе «Опера» в городе Минеральные Воды. Раскруткой инцидента через социальные сети занялись А. Амелин, О. Борисова и Н. Бондарик.

Как это и бывает обычно в подобных ситуациях, националисты сразу же заявили об этнической подоплеке конфликта, отрицая официальную версию о бытовой драке. Сначала О. Борисова сообщала в соцсетях, что нападавшим не понравилось то, что у убитого был на шее славянский оберег «Ратибор». Потом распространялась уже другая версия, согласно которой нападавшие вели себя агрессивно из-за того, что Д. Сидоренко – военнослужащий: якобы выходцы из Армении стали в его лице обвинять всю российскую армию в убийстве семьи в Гюмри, которое совершил российский солдат. По всей видимости, сообщение о том, что у пострадавшего на шее был славянский оберег, должно было мобилизовать ультраправых активистов-родноверов, которые бы увидели в убитом «своего», а отсылка к событиям в Гюмри – запустить механизм вендетты.

В итоге, 24 января в городе прошел несанкционированный народный сход, на который собралось около 150 человек. Акция закончилась мирно и даже без массовых задержаний, несмотря на то что ее участники дважды пытались перекрыть федеральную трассу.

Стоит отметить, что, невзирая на повод и старания ультраправых, акция не носила ярко выраженного националистического характера: основные лозунги акции были направлены не против армян, проживающих в городе, а против местных властей и полиции, которые, по мнению местных жителей, коррумпированы, покрывают преступность и просто некомпетентны.

Уловив настроения в городе, националисты сменили тактику: стали называть Минеральные Воды не новой Кондопогой, а новой Кущевкой и предприняли попытку провести еще один народный сход, назначенный на 1 февраля. Однако акция не состоялась, а интернет-ресурсы националистов с призывами выйти на улицы были заблокированы.

Еще одним более или менее громким сюжетом стала организация народного схода в Москве в связи с убийством студента МГТУ им. Баумана Сергея Костюченко 6 февраля. Раскруткой этой акции довольно активно занималось Объединение «Русские» и лично Владимир Басманов, которые анонсировали народный сход на 8 февраля около общежития вуза в районе Измайлово. В анонсах акции сообщалось, что СМИ и сотрудники ФСБ тщательно скрывают информацию об убийцах студента, которыми якобы являются выходцы с Кавказа, также утверждалось, что на девушку, из-за которой произошел конфликт, оказывается давление.

Несмотря на все усилия организаторов, акция прошла достаточно спокойно. Собравшиеся, всего несколько десятков человек, возложили цветы к месту убийства; участвовали активисты Объединения «Русские», комитета «Нация и свобода» и РФО «Память».

Сходы в Минеральных Водах и в Москве в итоге стали самыми крупными за все полугодие, вероятно, потому, что с весны, когда начался новый виток преследования националистов, уровень активности ультраправых стал сильно падать.

Показательным является то, что привлечь большое число активистов не смог даже такой значимый для ультраправых сюжет, как гибель в драке с выходцами с Кавказа футбольного фаната Ивана Станина, случившаяся 30 марта в Санкт-Петербурге. После беспорядков 2010 года на Манежной площади в Москве, спровоцированных гибелью фаната Егора Свиридова, националисты уже традиционно уделяют подобным убийствам много внимания, надеясь на большой мобилизационный потенциал. Несмотря на то, что продвижением этого сюжета занималось несколько ультраправых движений Санкт-Петербурга – НДП, Ассоциация «Русские», «Великая Россия» и другие, – заметное публичное мероприятие удалось провести только в конце мая, да и собрало оно не более 40 человек. Непосредственно после убийства активность ультраправых и вовсе свелась к одиночным пикетам.

Все остальные акции «против этнической преступности» были еще менее посещаемыми и не собирали больше 30 человек.

Митинговая активность

«Украинские» акции националистов

Если почти весь 2014 год тема противостояния в Украине была для националистических движений центральной, то в 2015 году нельзя уже говорить о ее безраздельном доминировании.

Целый ряд движений, изначально не поддержавших идею «Русской весны», таких как Объединение «Русские», РОНА, РФО «Память», Российская правая партия и другие, по всей видимости, старались в этом году как можно реже поднимать эту тему, дабы избежать прошлогодних проблем с соратниками из других организаций. Насколько можно судить, попыток вывести своих сторонников на улицы под «антивоенными» лозунгами они в этом году даже не стали предпринимать. Разве что стоит упомянуть участие нескольких десятков ультраправых из Объединения «Русские» и движения РОНА в шествии памяти Бориса Немцова в Москве 1 марта[15]. Несмотря на совершенно иной повод, антивоенная повестка в этой акции тоже подразумевалась.

Старались избегать споров о «Новороссии» и некоторые из тех националистов-оппозиционеров, кто в прошлом году достаточно активно выступал в ее поддержку. Самым ярким примером здесь может служить НСИ Д. Боброва, которая объявила большинство своих акций нейтральными по отношению к украинским событиям и под страхом удаления с мероприятий запретила соратникам их как-то затрагивать. Более того, движение пошло дальше и фактически табуировало вопрос о «Новороссии» даже на своих ресурсах в интернете, сконцентрировавшись на внутрироссийских темах.

Однако НСИ – скорее исключение. Большинство сторонников «Русской весны» из числа оппозиционных националистов не зашло так далеко, и тема украинского противостояния находила свое отражение на их сайтах и в пабликах в социальных сетях, где, как правило, демонстрировалась поддержка ополчению ДНР и ЛНР, а также недовольство российскими властями, которые, по их мнению, продолжают «сливать Новороссию». Впрочем, наличие интереса к теме фактически не повлияло на митинговую активность.

Довольно показательным является пример коалиции «Русский национальный фронт» (РНФ, см. выше), сформировавшейся в прошлом году именно вокруг темы поддержки жителей Юго-Востока Украины. Если год назад коалиция неизменно демонстрировала свою позицию по этому вопросу, всячески продвигая вопрос о «Новороссии» на своих публичных мероприятиях, то в этом году такая деятельность фактически прекратилась. Украинским событиям было посвящено только несколько пикетов в память о погибшем командире 4-го батальона территориальной обороны Народной милиции ЛНР Алексее Мозговом. Да и то в некоторых случаях акции были посвящены не только ему, а еще и Владимиру Квачкову, Юрию Буданову и Льву Рохлину, то есть не были чисто «украинскими». Даже при организации «Русского Первомая» РНФ оставил «Новороссию» за скобками.

Пожалуй, единственной оппозиционной организацией националистов, которой в этом году удалось провести полноценную «украинскую» акцию, стала НДП Константина Крылова, которая 2 мая организовала несколько мероприятий в разных городах в память о погибших в Доме профсоюзов в Одессе. Впрочем, акция состоялась лишь в 7 городах и собрала всего по несколько десятков человек. Такая низкая явка довольно показательна: по всей видимости, самим националистам вопрос об украинском противостоянии уже несколько приелся, а выходов на более массовую аудиторию у НДП нет.

НДП стала не единственной организацией, которой пришла в голову идея провести публичную акцию в память о погибших в Одессе 2 мая. В мае лидеры коалиции «Битва за Донбасс» сообщили, что также планировали провести в этот день митинг в Москве, но он не состоялся из-за обысков, которые прошли в конце апреля в домах сопредседателей коалиции Алексея Живова и Евгения Валяева. Напомним, лояльное к властям объединение «Битва за Донбас» сложилось в прошлом году; формально в коалицию вошли Право-консервативный альянс (ПКА), Евразийский союз молодежи (ЕСМ), «Национал-патриоты России», члены коалиции «Постоянно действующее совещание национально-патриотических сил России» (ПДС НПСР), интернет-проект «Спутник и погром» Егора Просвирнина и другие группы. Однако на практике, судя по всему, единственными членами коалиции, реально пытавшимися организовать публичные акции, были, собственно, упомянутые выше лидеры ПКА А. Живов и Е. Валяев. Обоим националистам, малоизвестным за пределами националистической среды, удалось выдвинуться на первый план после июньского митинга «Битва за Донбасс» 2014 года, собравшего несколько тысяч человек и получившего благожелательное освещение на федеральных телеканалах. По всей видимости, акцией в память о погибших в Одессе А. Живов и Е. Валяев надеялись повторить этот успех, но им явно дали понять, что в этой сфере их самостоятельное присутствие больше не требуется. Вероятно, поэтому остальная публичная активность «Битвы за Донбасс» свелась в этом году в основном к участию в мероприятиях, организованных «старшими товарищами» – например «Антимайданом», а также продвижением книг фонда «Народная дипломатия», с которым сотрудничает Е. Валяев. Все рекламируемые произведения – с говорящими названиями: «Экстремистские движения в России и украинский кризис», «Кровавые преступления бандеровской хунты» и «Ukraine after Euromaidan: Democracy under Fire» («Украина после Евромайдана: демократия под огнем»).

Более успешными, хотя и не намного более активными в организации публичных мероприятий, посвященных украинской тематике, были проправительственные националистические движения, такие как упомянутый выше «Антимайдан», Национально-освободительное движение (НОД) депутата от «Единой России» Евгения Федорова или партия «Родина» другого депутата-единоросса – Алексея Журавлева.

Действительно крупных акций было проведено всего две: шествие «Антимайдана» в Москве, состоявшееся 21 февраля под лозунгом «Год Майдану. Не забудем! Не простим!», и всероссийская акция НОД «От референдума в Крыму к суверенной России», которая прошла 18 марта в нескольких десятках городов в годовщину присоединения Крыма. Оба мероприятия прошли при поддержке местных властей и федеральных телеканалов, в московском митинге на Васильевском спуске, посвященном вхождению Крыма в состав РФ, даже принял участие Владимир Путин. Впрочем, успех публичных акций этих движений довольно сложно оценивать. Например, на шествии «Год Майдану» в Москве, даже по официальным данным, собралось около 40 тысяч человек. Это сопоставимо с протестными митингами 2012 года, но ведь у «Антимайдана» существенно больше ресурсов, включая административный, да и доля людей, разделяющих их идеологию, в разы больше. Важно отметить, что с тех пор «Антимайдан» и его составные части более не проводили столь массовых мероприятий, что говорит, скорее всего, о том, что им не была предложена административная поддержка, а сами они на организацию чего-то, сопоставимого по размаху, не способны (или даже и не намерены ничего организовывать без указания свыше).

Кроме отмечания этих двух дат, провластные националисты затрагивали в своей митинговой активности тему «Новороссии» примерно так же мало, как и оппозиционные ультраправые. В прошлом году ситуация была иной: промежутки между крупными акциями упомянутые движения и их соратники заполняли регулярными более мелкими мероприятиями в поддержку жителей Юго-Востока Украины, тогда как теперь все свелось в основном к эпизодической отправке гуманитарной помощи или иным разовым мероприятиям. По всей видимости, эти движения пришли к выводу, что педалирование этой темы на нынешнем этапе не столь политически выгодно, как было в прошлом году. В конце концов, конфликт длится уже достаточно давно, и тема несколько приелась, а желаемая развязка ближе за это время не стала. В итоге большую часть активности провластных националистов поглотили в этом году другие, более перспективные темы, такие как празднование Дня Победы, выражение поддержки политики президента, противостояние «влиянию» Запада, борьба с «пятой колонной», в том числе в виде насильственных акций, которые провластные группы националистов типа НОД или SERB (см. выше) считают формой политической активности.

Большое внимание широкой публики привлек «Международный русский консервативный форум», состоявшийся 22 марта в Санкт-Петербурге. Он фактически был организован петербургским отделением партии «Родина» (присутствие партийного руководства было анонсировано, но позже отменено), а участие в мероприятии приняли представители ультраправых европейских партий (причем по сочетанию количества и радикальности западных гостей форум оказался рекордным), а также лидеры российских националистических групп, как провластных, так и оппозиционных (НОД, РИД, НДП, ПКА и т.д.)[16]. Видимых последствий форум не имел, и он может рассматриваться скорее как неформальная «заявка» партии «Родина» на роль во внешней политике России.

Фактически единственным из лояльных политике Кремля националистических движений, сохранивших высокий уровень вовлеченности в околоукраинскую тематику, оказалась «Другая Россия» Эдуарда Лимонова, которая в течение всего полугодия регулярно проводила небольшие пикеты и митинги в поддержку «Новороссии», отвлекаясь почти исключительно на акции в поддержку арестованных или находящихся под следствием сторонников. Партийные активисты воюют на Донбассе и имеют там собственный отряд «Мангуст».

Традиционные акции националистов

В первой половине года ультраправые уже много лет проводят две основные акции, а именно «День героев» и «Русский Первомай». Обе они оказались в этом году не особенно удачными.

«День героев», посвященный псковским десантникам, погибшим в 2000 году в бою в Чечне, отмечался в этом году 28 февраля. Роль организатора в большинстве городов, насколько можно судить, взяла на себя НДП К. Крылова, что достаточно нетипично: обычно этим занималось Объединение «Русские» как правопреемник популяризировавшего акцию запрещенного ДПНИ. Вероятно, в этом году Объединение решило дистанцироваться от «Дня героев» и в связи с не особенно удачным опытом прошлого года и из страха, что прославление «русских воинов» поднимет сложную для «Русских» тему украинского противостояния. Как бы то ни было, вернуть «Дню героев» былой размах НДП не удалось, и акция, как и год назад, состоялась только в 9 городах, а самым массовым стало возложение цветов в Санкт-Петербурге, которое провело не НДП, а НСИ (участвовало примерно 50 человек). Для сравнения, в 2013 году мероприятия прошли не менее чем в 20 городах, а самое крупное из них – московское – собрало около 100 человек. Особенно очевиден низкий интерес к «Дню героев» на фоне того, что в этом году была 15-летняя годовщина со дня гибели псковских десантников.

«Русский Первомай», как уже упоминалось выше, начался со скандала, связанного с задержанием Д. Дёмушкина и отменой согласованного шествия в Москве. Примечательно, что вопреки традициям националисты не стали заявлять, что выйдут на улицы невзирая на запрет, и никакие, даже слабые, попытки провести несогласованное мероприятие не предпринимали. В итоге в Москве прошло только шествие, организованное РНФ, которое таким образом неожиданно оказалось не альтернативным, а основным. Акция под лозунгом «Воля нации – национализация!» прошла по стандартному маршруту от станции метро «Октябрьское поле» до станции метро «Щукинская» и собрала около 170 человек, то есть примерно столько же, сколько и год назад (около 150 человек)[17]. Как и ожидалось, у этой группы националистов не получилось повторить свой успех на последнем «Русском марше», когда они удвоили численность по сравнению с более ранними показателями за счет актуальной на тот момент темы поддержки «Новороссии». Тот факт, что посещаемость их первомайского шествия продемонстрировала уровень прошлого года, показывает, что за год им не удалось ни приобрести новых соратников, ни даже оттянуть на себя актив несостоявшегося шествия Д. Дёмушкина.

Показатели двухлетней давности повторил и Санкт-Петербург, где на общегородском первомайском шествии собралось около 300–350 националистов. Впрочем, если сравнить не только количество, но и «качество» участников, то будет видно, что за последние два года состав ультраправой части марша довольно существенно изменился. Если среди примерно 300 человек в 2013 году были только представители местных оппозиционных ультраправых движений, то в этом году около половины участников представляли провластные движения, такие как НОД и партия «Родина» (примерно 100 и 50 человек соответственно). Таким образом, традиционные участники марша явно постепенно вытесняются (как это уже случилось в Петербурге ранее с «Русским маршем»).

В остальных городах традиционным ультраправым группам тоже особенно нечем было похвастаться: география «Первомая» сузилась по сравнению с прошлым годом в два раза и даже там, где шествия состоялись, они были малочисленнее[18].

По всей видимости, сказались и неудача осеннего «Русского марша», разочаровавшая националистов, и общее снижение политической активности в стране, и давление со стороны правоохранительных органов на националистическую среду.

На фоне этого довольно примечательно выглядит почти удвоение присутствия НОД на всевозможных первомайских шествиях: если в прошлом году движение принимало участие не менее чем в 15 акциях, то в этом году – не менее чем в 28.

Прочая активность националистических групп

Одним из значимых направлений активности националистов в последние годы являлась организация всевозможных акций с «социальной» повесткой, призванных продемонстрировать их конструктивную общественную позицию. В последние несколько лет весьма популярны были рейды по борьбе с педофилами, нелегальными мигрантами, магазинами, продающими алкоголь несовершеннолетним, и т.д. Начиная с конца 2013 года количество подобных акций и уровень их агрессивности постепенно сокращались, в первую очередь благодаря давлению правоохранительных органов на лидеров основных рейдовых групп. Многие такие уголовные дела были уже перечислены выше (Н. Бондарик, Д. Евтушенко, Д. Бобров, А. Колегов и другие), и список этот неполон. В большинстве случаев дела были начаты не по поводу рейдовой активности, но, тем не менее, не могли на ней не сказаться.

Пожалуй, единственной рейдовой формой, которая продолжала развиваться в этом году, осталась борьба с распитием алкоголя и курением в публичных местах. В первую очередь, подобной деятельностью занимается движение «Трезвые дворы», но не только оно: свои рейды проводили и движение «Сопротивление» Романа Зенцова, и группы, сформировавшиеся на базе «Русских пробежек». Как мы уже отмечали, подобные рейды чреваты столкновениями между борцами и теми, кто, с их точки зрения, нарушает общественный порядок, особенно с учетом зачастую агрессивного настроя обеих сторон.

Если оппозиционные ультраправые стали проводить рейды все реже, то провластная «Родина» – все чаще. Только в июне активисты партии приняли участие в рейде против ночной торговли алкоголем, антинаркотической акции, рейде по поиску нелегальных мигрантов и акции по патрулированию улиц с целью борьбы с распитием алкоголя и курением в публичных местах.

В отличие от «Родины», не испытывающей проблем с правоохранительными органами, некоторые лидеры ультраправых, в прошлом занимавшиеся в первую очередь именно рейдами, переключили внимание на другие виды деятельности, в первую очередь связанные или хотя бы ассоциирующиеся по содержанию с вооруженным противостоянием в Украине.

Закрыла свой крупный рейдовый проект Guestbusters глава движения «Русские Химки» Ульяна Спорыхина[19]. Теперь она координирует некие курсы начальной военной подготовки, которые активно рекламируются на страничке «Русских Химок» в соцсети.

Движение «Светлая Русь» Игоря Мангушева, которое в прошлом было очень активно в проведении акций по поиску мест проживания нелегальных мигрантов, теперь занято сотрудничеством с группировкой E.N.O.T.Corp. Официально «еноты», среди которых немало активистов «Светлой Руси», занимаются сбором и доставкой гуманитарной помощи на Юго-Восток Украины, а неофициально – принимают участие в боевых действиях[20].

Перешел на «украинскую» тематику и другой лидер «рейдового» движения – экс-глава «Щита Москвы» Алексей Худяков. Его новая организация «Русский выбор» занимается регулярным сбором и отправкой гуманитарной помощи на Донбасс. Является ли этот проект чисто гуманитарным или же, как и в случае с E.N.O.T.Corp, еще и военным, неизвестно.

Конечно, не только «Русские Химки» продвигают свои курсы военной подготовки, занимаются этим и упомянутые выше E.N.O.T.Corp и «Русский выбор», а также другие ультраправые движения. Подобные курсы, как правило, организованы на базе разного рода военно-спортивных клубов, сотрудничающих с националистами. Один из самых известных примеров – клуб «Резерв» Дениса Гариева в Санкт-Петербурге, который активно рекламируют на своих ресурсах РИД, НСИ и другие ультраправые. Клуб сотрудничает с движением РИД «Имперский легион», которое, в свою очередь, сформировало одноименное подразделение, на данный момент входящее в состав вооруженных сил ДНР. В одном из своих интервью лидер РИД С. Воробьев сообщил, что в это подразделение ежемесячно отправляется в среднем две группы добровольцев[21], а их подготовкой как раз и занимается «Резерв». При этом клуб принимает не только тех, кто готов оправиться в Украину, а, насколько можно судить, всех желающих получить военные навыки. Таким образом, РИД получает возможность привлекать как добровольцев для «Новороссии», так и просто новых соратников.

Как мы уже отмечали в предыдущих докладах, в прошлом году количество постоянно действующих клубов, аффилированных с националистами и занимающихся боевой подготовкой всех желающих, резко возросло. Все чаще на сайтах ультраправых движений вместо привычных анонсов нерегулярных сборов и тренировок можно увидеть призывы записаться в клубы, где могут научить ножевому и рукопашному бою, а также тактике ведения боя в условиях города или леса, навыкам стрельбы и обращения с оружием и т.д. Некоторые такие тренировочные базы напрямую, как клуб «Резерв», заявляют, что занимаются подготовкой бойцов для отправки в Украину, другие просто пытаются не отставать от товарищей и использовать возросший спрос среды на «военные игрища». Такая резкая милитаризация и без того крайне агрессивной ультраправой среды является, на наш взгляд, крайне тревожной.

Те ультраправые группы, кто не может или хочет включаться в деятельность по созданию и продвижению постоянно действующих курсов военной подготовки, занимаются проведением более традиционных для среды небольших слетов и открытых тренировок на свежем воздухе, тоже пытаясь соответствовать возросшему милитаристскому духу. Количество подобных мероприятий, начиная с прошлого года, довольно устойчиво растет. Продолжаются и чисто спортивные акции: по-прежнему мы видим множество небольших соревнований по смешанным единоборствам, футболу, а главное «Русскому жиму»[22], а также всякие пробежки, «гуляния» и «купания». Организацией спортивных акций занимаются как крупные объединения националистов, так и региональные группы активистов или бренды ультраправой одежды.

Сворачивание рейдовой и политической активности националисты компенсировали не только за счет военно-спортивных мероприятий, но и уходом в чисто социальные проекты без агрессивной компоненты. Напомним, подобные акции были популярны в 2009 и 2010 годах, когда началось активное преследование ультраправых групп и задержания банд праворадикалов происходили с невиданной ранее частотой. Позже, отчасти благодаря снижению интенсивности давления на среду, отчасти благодаря ее приспособлению к новым реалиям, количество мирных социальных акций националистов стало существенно ниже. Теперь же снова можно видеть, как праворадикальные группы взялись за акции по сдаче крови, сбору помощи малоимущим, проведению субботников и т.д.

Противодействие радикальному национализму

Уголовное преследование

За насилие

Уголовное преследование за насилие, в котором судами был признан мотив ненависти, осталось на том же уровне, что и годом ранее. За шесть месяцев вынесено не менее 11 приговоров в 10 регионах, по которым было осуждено 27 человек. (За аналогичный период 2014 года – 10 приговоров в 11 регионах, осуждено 28 человек.)

Для квалификации наказаний за расистское насилие использовались практически все статьи УК, применимые к насильственным преступлениям и содержащие мотив ненависти как квалифицирующий признак. Ст. 282 УК («Возбуждение национальной ненависти») фигурировала в трех приговорах. В двух приговорах она была применена за отдельные эпизоды ультраправой пропаганды. В третьем приговоре, вынесенном наци-скинхеду из свердловской группировки «Фольксштурм», применялся п. «а» ч. 2 ст. 282 УК («Возбуждение национальной ненависти, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения»). Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» от 28 июня 2011 г.[23] правильно применять ст. 282 УК к насильственным преступлениям, если они направлены на возбуждение ненависти у третьих лиц, например, посредством публичного и демонстративного идейно мотивированного нападения. И действительно, речь шла о выкриках в ходе нападения.

Наказания за насилие распределились следующим образом:

• 2 человека приговорены к пожизненному лишению свободы;
• 3 человека – к лишению свободы сроком на 24 года;
• 1 человек – до 20 лет;
• 2 человека – от 10 до 15 лет;
• 6 человек – от 5 до 10 лет;
• 3 человека – до 5 лет;
• 4 человека – до 3 лет;
• 1 человек – до 1 года;
• 3 человека – к штрафу;
• 4 человека освобождены от наказания в связи с примирением сторон;
• 1 человек оправдан.

Как можно видеть, большинство осужденных было приговорено к длительным срокам лишения свободы. Что, безусловно, свидетельствует об улучшении качества применения (годом ранее было больше наказаний, не связанных с лишением свободы). Все эти наказания были наложены за серьезные насильственные нападения, в том числе с оружием. За решетку отправились, среди прочих, члены неонацистской группировки «Пиранья-74» из Челябинска и член группировки «Фольксштурм» из Екатеринбурга. К пожизненным срокам лишения свободы были приговорены члены неонацистской группировки «Боевая организация русских националистов» (БОРН) Вячеслав Исаев и Максим Баклагин[24], еще один член этой группы Михаил Волков получил 24 года. Юрий Тихомиров был оправдан по этому делу (в 2012 году он уже был приговорен[25] к десяти годам лишения свободы за убийство антифашиста Ильи Джапаридзе). Сейчас в Мосгорсуде идет суд над предполагаемым создателем и идеологом группировки, лидером организации «Русский образ» Ильей Горячевым.

За вандализм

Что касается уголовного преследования за этнорелигиозный и неонацистски мотивированный вандализм, то нам известно 3 приговора в отношении 4 человек, вынесенные в Краснодарском крае и Южно-Сахалинске (в 2014 году за аналогичный период не было вынесено ни одного приговора).

В Крымске за осквернение мемориала в честь героев Великой Отечественной войны один из вандалов был приговорен к наказанию в виде 1 года и 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, другой – к наказанию в виде 1 года лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год и 6 месяцев. В Краснодарском крае за осквернение воинского мемориала в станице Анастасиевской суд приговорил вандала к 4 годам лишения свободы в колонии-поселении. Такой срок наказания за ксенофобные граффити объясняется тем, что в приговоре п. «б» ч. 2 ст. 244 УК («Осквернение надмогильных сооружений, совершенное в отношении мест захоронения участников борьбы с фашизмом») сочеталась с ч. 1 ст. 282 УК, ч. 1 ст. 222 УК РФ («Незаконное хранение боеприпасов»), ч. 1 ст. 222¹ УК («Незаконное хранение взрывчатых веществ»). В Южно-Сахалинске к 24 годам колонии общего режима был приговорен человек, открывший стрельбу в кафедральном соборе города в 2014 году, убивший двух человек и ранивший семерых. Так что в его приговоре ст. 214 («Вандализм») сочеталась с целым рядом статей, в том числе со ст. 105 («Убийство двух и более лиц в связи с осуществлением данными лицами служебной деятельности, совершенное общеопасным способом, с особой жестокостью, по мотиву ненависти»).

За пропаганду

В 2015 году продолжается тенденция опережающего роста преследования за пропаганду в сравнении с преследованием за все остальные преступления «экстремистского характера» вместе взятые. В первом полугодии 2015 года было вынесено не менее 85 приговоров за ксенофобную пропаганду в отношении 92 человек в 43 регионах страны. За аналогичный период 2014 года – 66 приговоров против 68 человек в 39 регионах (мы не учитываем приговоры, вынесенные, как мы полагаем, неправомерно, но таковых немного).

Как обычно, в большинстве приговоров (77 из 85) применялась ст. 282 УК. В 66 случаях ст. 282 была единственной статьей в приговоре. В одном приговоре была применена только ст. 280 («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности»). В шести приговорах сочетались ст. 282 и 280 УК. Ст. 282 УК, кроме уже упомянутой ст. 280, могла сочетаться и с другими статьями обвинения, в том числе за насильственные действия и вандализм.

В пяти приговорах была вменена ст. 205² («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности»). В четырех из них она применялась за радикальную исламистскую пропаганду. События в Украине привнесли новые оттенки в практику применения этой статьи. Это отразилось в приговоре, вынесенном в апреле в Нижнем Новгороде в отношении 22-летнего гражданина Белоруссии, жителя Нижнего Новгорода, за размещение на своей страничке в социальной сети в интернете «фотографий и записей, в которых высказывал свое отношение к событиям на Украине, призывал “убивать москалей”, “вернуть Крым Украине”». Правомерность это приговора вызывает у нас сомнения[26]. Чрезмерным нам кажется и наказание в виде двух лет колонии-поселения.

Наказания осужденным распределились следующим образом:

• 15 человек были приговорены к лишению свободы;
• 18 – осуждены условно без каких-либо дополнительных санкций;
• 11 – приговорены к различным штрафам;
• 16 – к исправительным работам;
• 25 – к обязательным работам;
• 1 – к ограничению свободы,
• 1 – исправительные работы условно,
• 2 – применены воспитательные меры,
• 2 – направлены на принудительное лечение;
• 1 – освобожден в связи с истечением срока давности.

Доля условных приговоров по сравнению с прошлым годом выросла и составила 19 % (18 из 92 осужденных), что вызывает опасение, ведь такие приговоры, по нашим многолетним наблюдениям, уже доказали свою неэффективность. В том числе условный срок получил известный петербургский националист Николай Бондарик за соучастие в подготовке провокации на Курбан-байрам[27]. В апреле Калининский районный суд Санкт-Петербурга признал его виновным по ч. 1 ст. 282 УК и приговорил к 1,5 годам условно. Впрочем, в качестве дополнительного наказания националист получил 3 года испытательного срока, с запретом на этот период пользоваться интернетом (видимо, имеются в виду выступления в интернете. – Ред.), выступать в прессе и участвовать даже в санкционированных акциях и шествиях.

Другим наказаниям, не связанным с лишением свободы (исправительные, обязательные и воспитательные работы, штрафы) подверглась большая часть осужденных. И это представляется нам позитивной тенденцией.

Довольно значительное количество осужденных (15 человек) было приговорено к лишению свободы. Некоторые из приговоров выносились по совокупности с другими эпизодами обвинения, в том числе насильственного характера (уже упоминавшиеся приговоры группировкам «Фольксштурм», «Пиранья-74», стрелку в храме Южно-Сахалинска) или с учетом совершенных ранее преступлений, или по отношению к уже отбывающим наказание за криминальную деятельность.

Два приговора к лишению свободы, вынесенные в Нижнем Новгороде (уже упоминавшийся приговор за антироссийскую пропаганду в контексте украинских событий) и в Краснодаре за публикации в социальной сети «ВКонтакте» вызывают у нас явные сомнения. Чересчур суровым нам кажется и очередной приговор редактору бюллетеня «Радикальная политика» Борису Стомахину. 20 апреля 2015 г. Московский окружной военный суд приговорил его по ст. 205² УК («Публичные призывы к терроризму или публичное оправдание терроризма») к 7 годам колонии строгого режима за публикацию статьи «Или пару вокзалов взорвать здесь железнодорожных!», написанной им в СИЗО и размещенной в блоге на портале lj.rossia.org. При вынесении приговора суд учел ранее назначенные наказания по аналогичным делам[28]. Этот приговор представляется нам чрезмерным, ведь это наказание только «за слова». Кроме того, аудитория блога Стомахина очень невелика.

Подавляющее большинство приговоров за пропаганду было вынесено за материалы, размещенные в интернете. Таковых в первые полгода оказалось 75 из 85, так что тенденция роста доли приговоров «за интернет», наблюдаемая за последние три года, продолжается.

Интернет-ресурсы, которые мониторили правоохранители, были следующие:

• cоциальные сети – 65 (в том числе «ВКонтакте» – 36, неуказанные социальные сети – 29);
• YouTube – 1;
• блоги – 1;
• форумы – 2;
• не указывалось, где именно в интернете – 6.

Речь идет о следующих типах материалах (на одном и том же ресурсе могли располагаться материалы разного типа):

• видеоролики – 36;
• изображения (рисунки, фотографии) – 23;
• аудио (песни) – 8;
• тексты (включая републикации книг) – 14;
• реплики, комментарии (в социальных сетях и на форумах) – 10;
• ксенофобные призывы к убийству конкретного человека – 1;
• создание неонацистских групп – 3;
• неизвестно – 6.

Как видно из приведенных данных, качество преследования за пропаганду практически не меняется год от года. Почти половина приговоров вновь вынесена за републикации видеороликов в социальных сетях (по преимуществу в сети «ВКонтакте»). Обо всех недостатках такого рода правоприменения мы неоднократно писали ранее[29]. Самое главное, что критерий публичности – основной для «пропагандистских» статей – так и остался непроясненным и никак не учитывается при вынесении приговоров. Всего лишь в двух сообщениях (оба – из прокуратур Владимирской области) вообще упоминались количество просмотров и доступность инкриминируемого материала. А ведь объем аудитории у осужденных в эти полгода был явно очень разным.

Правда, стоит отметить, что в 2015 году за пропаганду были осуждены не только мало кому известные пользователи, но и весьма популярные в праворадикальной среди люди. Применительно к интернет-пропаганде стоит отметить приговор, вынесенный в апреле 2015 года в Санкт-Петербурге националисту Дмитрию (Бешеному) Евтушенко («Славянская сила», «Русские зачистки») по ст. 282 и ст. 212 УК («Призывы к массовым беспорядкам») за публикации в социальной сети «ВКонтакте» «призывов к массовым беспорядкам и возбуждению ненависти к лицам неславянской национальности, выходцам с Кавказа, а также представителям власти». Суд приговорил его к 3 месяцам ограничения свободы[30].

Целесообразными нам представляются приговоры за создание праворадикальных групп в социальной сети «ВКонтакте». На наш взгляд, контроль за ультраправыми группами в соцсетях необходим, ведь зачастую они прямо создаются для координации насильственных действий. Создание таких групп, где систематически ведется пропаганда ненависти, на наш взгляд – куда более серьезное деяние, чем отдельные публикации или републикации на личных страницах пользователей.

К сожалению, таких обоснованных приговоров удручающе мало, зачастую они просто теряются в нарастающем потоке однотипных приговоров републикаторам видеороликов в социальных сетях.

Что касается преследований за пропаганду вне интернета, то 10 приговоров распределилась следующим образом:

• издание книг – 1;
• подготовка провокации (приговор Н. Бондарику) – 1;
• выкрики в ходе нападения – 3;
• листовки – 1;
• граффити – 2;
• проповеди – 1;
• написание статей – 1.

В целом мы готовы согласиться с оправданностью приговоров за ксенофобные провокации, пропаганду в форме проповеди (в зависимости от размера аудитории), выкрики в ходе нападений, распространение листовок, написание статей (в зависимости от тиража). Отметим приговор к уплате штрафа, вынесенный 10 марта 2015 г. в Москве директору издательства «Алгоритм» Сергею Николаеву и главному редактору этого издательства Александру Колпакиди за издание книг Бенито Муссолини и Йозефа Геббельса. Книги продавались в центральных книжных магазинах Москвы – «Библио-Глобусе», «Молодой гвардии», «Москве» и др.

Жаль, что практически не развивается практика запретов на профессию, которую можно было бы применить, например, в данном случае, по отношению к руководителям издательства, уже не первый год специализирующегося на публикациях подобного рода литературы.

Преследование экстремистских сообществ и запрещенных организаций

В первые полгода 2015 года году преследование по ст. 282¹ («Организация экстремистского сообщества») было чуть менее активным, чем годом ранее. Нам известно только об одном таком приговоре. В июне в Нижнем Новгороде местный житель пытался создать ультраправую группировку; он приговорен к 2,5 годам лишения свободы условно. (Мы не рассматриваем здесь приговоры, вынесенные явно неправомерно, а также приговоры членам Хизб ут-Тахрир.) Годом ранее мы писали о двух приговорах за аналогичный период.

Помимо этого, здесь стоит упомянуть приговор к пяти годам условно, вынесенный во Владимирской области 34-летнему жителю города Кольчугино по ч. 4 ст. 150 УК («Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления по мотиву национальной и религиозной ненависти). Мужчина, «являясь приверженцем националистической идеологии, начал навязывать свои взгляды 13-летнему сыну и его сверстникам, призывая к применению насилия в отношении лиц неславянского происхождения и “иноверцев”». Вместе с подростками он пришел в общежитие, где проживали граждане Таджикистана, и избил двоих иностранцев металлической битой, а одному гражданину Таджикистана испортил машину[31]. Фактически этот человек выступил в роли лидера созданной им временной группировки.

За первые полгода 2015 года в Федеральный список экстремистских организаций, публикующийся на сайте Минюста[32], было добавлено шесть организаций.

В первом случае в январе 2015 года в список были добавлены пять украинских праворадикальных организаций: «Правый сектор», Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона (УНА-УНСО), Украинская повстанческая армия (УПА), «Братство» и «Тризуб имени Степана Бандеры»[33] (были признаны экстремистскими в ноябре 2014 года Верховным судом РФ). В деятельности этих украинских организаций, безусловно, есть элементы, соответствующие определению экстремистской деятельности, поэтому запрет является правомерным. Однако маловероятно наличие в России заметного количества членов этих организаций. Очевидно, что этот запрет принят скорее ради политической декларации.

Во втором случае в марте в список попала религиозная организация Свидетелей Иеговы города Самары, признанная экстремистской Самарским областным судом 29 мая 2014 года. Это решение представляется нам неправомерным, как и использование антиэкстремистского законодательства против Свидетелей Иеговы в целом.

Таким образом, Федеральный список экстремистских организаций включает в себя 42 организации, чья деятельность запрещена в судебном порядке, и продолжение этой деятельности карается по ст. 282² УК.

Помимо этого, в прошедшие полгода обновился и список организаций, признанных террористическими, публикующийся на сайте ФСБ[34]. Туда были добавлены Автономная боевая террористическая организация (АБТО) (первая праворадикальная группа, запрещенная именно как террористическая организация, а не просто как экстремистская[35]), подразделение организации «Правый сектор» на территории Республики Крым[36], Исламское государство (Исламское государство Ирака и Сирии, Исламское государство Ирака и Леванта, Исламское государство Ирака и Шама)[37], Джебхат ан-Нусра (Фронт победы) (другие названия – Джабха аль-Нусра ли-Ахль аш-Шам (Фронт поддержки Великой Сирии)[38].

Список террористических организаций неизбежно пополнится. В феврале Мосгорсуд признал террористической организацией Народное ополчение имени Минина и Пожарского (НОМП) и запретил его деятельность на территории России[39].

Федеральный список экстремистских материалов

В 2015 году не прекращалось обновление Федерального списка экстремистских материалов. За первые полгода он обновился 26 раз, в него был добавлен 305 пункт, и он вырос с 2562 до 2867 пунктов. Таким образом, список обновлялся вдвое интенсивнее, чем ранее: за аналогичный период 2014 года в него был добавлен 161 пункт.

Добавляемые в список пункты по-прежнему многообразны. За первые полгода 2015 года список пополнили:

• разного рода материалы современных русских националистов – видеоролики наци-скинхедов из социальной сети «ВКонтакте», песни групп «Shtandart», «Влок», «Лютень», «Коррозия металла», книги Николы Королева «Библия скинхеда II», книги расистских идеологов (в том числе издательства «Русская правда»), материалы расистски настроенных неоязычников (книги Доброслава, документ Духовно-родовой державы Русь и т.д.);
• материалы иных националистов (татарских, чувашских);
• материалы Свидетелей Иеговы;
• иные религиозные материалы;
• мусульманские материалы разного рода: от видеороликов боевиков до материалов партии Хизб ут-Тахрир и труды Саида Нурси;
• статьи Бориса Стомахина;
• материалы в поддержку Украины (стихотворение Александра Бывшева «Украинским патриотам»),
• различные материалы, направленные против властей, подстрекающие к беспорядкам.

Все недостатки списка, о которых мы с завидной периодичностью пишем из доклада в доклад, остаются неизменными[40]. Список продолжает увеличиваться в размере[41], а качество его продолжает падать. Правда, стоит отметить, что в текущем полугодии было убрано около 70 наименований мусульманской литературы, в основном из пресловутого «оренбургского списка»[42].

Но, несмотря на проведенный «субботник», работать с этим огромным и малопонятным инструментом уже давно невозможно

Пункты вносятся бессистемно и с огромным количеством самого разного рода библиографических, грамматических и орфографических ошибок. Зачастую материалы описаны так, что отгадать, о чем идет речь, невозможно. Суды добавляют в список одни и те же материалы, например, п. 2742 полностью повторяет п. 2725. Вносятся одни и те же материалы, признанные экстремистскими разными судебными решениями. Всего таких повторов 90. В перечень вносятся также одни и те же книги разных изданий или одни и те же тексты, опубликованные на разных интернет-ресурсах: по содержанию материалы эти идентичны, однако формально они разные. Часть материалов признается экстремистскими просто неправомерно (материалы Свидетелей Иеговы, труды Саида Нурси и многое другое).

Другие административные меры

Деятельность Роскомнадзора в сфере СМИ

К сожалению, деятельность Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзора) в плане надзора за СМИ в 2015 году остается закрытой. Роскомнадзор перестал выкладывать у себя на сайте предупреждения за нарушения ст. 4 закона о СМИ (в том числе связанные с «профилактикой экстремизма»), вынесенные учредителям или главным редакторам СМИ. Однако нам известно о предупреждениях сайтам «Полит.ру», «Бизнес Online», BFM.ru и «Медиазона» за публикацию интервью Алексея Навального, данного на выходе из Замоскворецкого суда после вынесения приговора по делу «Ив Роше»; интернет-изданию «Сиб.фм» за иллюстрации к статье «Новосибирские общественники выступили против монополии православной церкви на нравственность и духовность»; газете «РБК-Daily», газете «Век», информационному агентству «ВК Пресс», изданию «ИнтерНовости.Ру», сайтам «Лениздат.Ру» www.kurier-media.ru, RB.ru, RUNews24.ru, lenoblinform.ru, порталу «Республика», порталам «Грани.ру», Infox.ru за публикации карикатур на пророка Мухаммеда из французского журнала «Charlie Hebdo». Все эти предупреждения мы считаем неправомерными (ситуация аналогична тому, о чем мы писали годом ранее[43]).

Преследование за административные правонарушения

Наказания по антиэкстремистским статьям КоАП в 2015 году были более многочисленны, чем годом ранее.

Нам известно о 29 случаях наказаний по ст. 20.3 КоАП («Пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики»). Годом ранее мы писали о 18 случаях наказаний. Большинство таких решений вынесено за публикации нацистской символики в соцсетях, демонстрации татуировок со свастикой, продажу в магазинах предметов с символикой Третьего рейха[44], В этом году мы зафиксировали и случаи наказаний за публикации в соцсети символики «Правого сектора».

В основном все правонарушители были оштрафованы на суммы от тысячи до 3 тысяч рублей. Еще в одном случае, в Якутии, житель Нерюнгри за публикации в социальной сети «ВКонтакте» материалов с нацистской символикой был подвергнут административному аресту.

По ст. 20.29 КоАП («Массовое распространение экстремистских материалов, а равно их производство или хранение в целях массового распространения») мы знаем о 44 решениях. Годом ранее мы писали о 43 решениях. Во всех случаях нарушители были оштрафованы на 1–2,5 тысячи рублей за выкладывание в социальных сетях материалов из Федерального списка[45] (в основном эти материалы не названы).

Помимо этого, обращает на себя внимание административное предупреждение по ст. 5.35 КоАП («Ненадлежащее исполнение родителями несовершеннолетних обязанностей по воспитанию несовершеннолетних»), которое получила мать школьника, выложившего в социальной сети «ВКонтакте» несколько фотографий со свастикой и другой нацистской символикой. Комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав решила не штрафовать мать подростка, а ограничиться предупреждением.

Выше мы писали о тех решениях, которые считаем правомерными, количество же неправомерных случаев по этим статьям КоАП увеличивается. Нам известно как минимум о 31 случае неправомерного наказания по ст. 20.29 КоАП и 15 случаях по ст.20.3 КоАП. Таким образом, за первые полгода было вынесено 46 неправомерных решений против 73 правомерных.

Активность прокуратур в интернете

Прокуратуры продолжают активно бороться с экстремистским контентом в интернете, привлекая как новые, так и старые механизмы. Основным полем деятельности прокуратур в интернете за последний год стала блокировка доступа к запрещенным (или иным предположительно опасным) материалам.

Старые методы блокировок в виде представлений местным интернет-провайдерам с требованием заблокировать доступ к «экстремистским сайтам» постепенно отходят в прошлое. Мы знаем не менее 10 таких случаев в 2015 году (годом ранее – о 48), не считая явно неправомерных. К сожалению, прокуратуры и провайдеры нечасто сообщают о принятых мерах, поэтому наши данные заведомо фрагментарны.

Зато активно развивается новая система интернет-фильтрации, основанная на Едином реестре запрещенных сайтов[46] и функционирующая с 1 ноября 2012 г. По данным сайта «Роскомсвобода»[47], на 12 июля 2015 г. таковых ресурсов, по предварительным подсчетам, было не менее 216 (всего там 10 364 записи). По доступным данным (полной информацией обладает только сам Роскомнадзор), «за экстремизм» по решению судов в 2015 году туда попали 65 ресурсов. Среди них:

• ксенофобные материалы современных русских националистов (включая видеоролики наци-скинхедов, песни группы «Коловрат», книги В. Истархова «Удар русских богов» и Д. Нестерова «Скины. Русь пробуждается»);
• материалы классиков фашизма и неофашизма (включая книги Гитлера);
• материалы мусульманских боевиков и иные призывы политических исламистов к насилию;
• иные мусульманские материалы (книги Саида Нурси, материалы запрещенных организаций, включая Хизб ут-Тахрир, и др.);
• сайты украинских запрещенных организаций (сайты «Братства» и «Правого сектора»);
• материалы украинских СМИ (в том числе статьи против присоединения Крыма к России);
• различные материалы, направленные против властей, подстрекающие к беспорядкам;
• не поддающиеся идентификации материалы.

Материалов в реестре скоро явно будет больше, мы знаем как минимум еще о 35 обращениях прокуратур в суды с исками с требованием признать наличие на ряде интернет-страниц информации, «запрещенной к распространению на территории РФ» и внесении ресурсов в этот реестр, и вряд ли многие из этих исков были отклонены.

Складывается ощущение, что блокировки по Реестру проводятся так же бестолково, как пополнения самого Федерального списка. Блокировки видеороликов ультраправых и мусульманских боевиков сочетаются с блокировками вполне безобидных ресурсов, зачастую признанными экстремистскими явно неправомерно (книги Саида Нурси). И вообще создается ощущение, что ссылки для блокировки выбираются абсолютно случайно – ведь их огромное количество, и все заблокировать явно невозможно.

Закон о Реестре дополняется «законом Лугового»[48], предусматривающим внесудебную блокировку сайтов с призывами к экстремистским действиям и массовым беспорядкам по требованию Генеральной прокуратуры, но без суда. На сайте Роскомнадзора для работы с этим механизмом создан отдельный реестр.

По решению Генпрокуратуры по этому закону в 2015 году заблокировано 53 ресурса (всего на момент написания доклада – 209). Из них:

• ксенофобные материалы современных русских националистов (в том числе призывы по поводу народного схода в Минеральных Водах, информация о первомайских националистических акциях);
• украинские антироссийские материалы;
• сайты запрещенных украинских организаций (сайт УНА-УНСО);
• материалы татарских националистов;
• материалы мусульманских боевиков и иные призывы политических исламистов к насилию;
• иные мусульманские материалы (книги Саида Нурси, материалы запрещенных организаций, включая Хизб ут-Тахрир, и др.);
• различные материалы, направленные против властей, подстрекающие к беспорядкам.

Случаев неправомерного применения в этом реестре уже немало. Например, Роскомнадзор по требованию Генпрокуратуры внес туда сайт Общества защиты прав потребителей (ОЗПП) на основании обнаруженной там «памятки для российских туристов, направляющихся на отдых в Крым», в которой были усмотрены «призывы к осуществлению деятельности экстремистского характера». Такими призывами, в частности, сочтена рекомендация соблюдать украинское законодательство и получать разрешение на посещение Крыма у пограничной службы Украины, поскольку Крым, с точки зрения международного права, является оккупированной территорией. Мы полагаем, что действия Генпрокуратуры и Роскомнадзора неправомерны, так как в «памятке» нет призывов к деятельности экстремистского характера[49].

Случаев с блокировками страниц с призывами прийти на те или иные мероприятия («народные сходы») в реестр добавлялось немного. А ведь это именно то, чем объяснялось принятие «закона Лугового», – пресечением мобилизации для участия в возможных массовых беспорядках. Впрочем, остановить ситуативную массовую мобилизацию с помощью блокировок практически невозможно, что вновь подтвердила история с блокировками сообщений с призывами прийти на первомайские акции националистов. В этих случаях было задействовано слишком много каналов распространения одновременно, поэтому вся необходимая информация быстро дошла до предполагаемых адресатов, запланированные акции благополучно состоялись, а часть этих сообщений доступна до сих пор.

Прокурорские представления о недопустимости экстремистской деятельности в адрес руководства школ за отсутствие на компьютерах в учебных заведениях программ контентной фильтрации постепенно сходят на нет. Нам известно всего 6 таких представлений (годом ранее за аналогичный период – о 24). Мы не можем с точностью назвать причины этого: или прокуратуры, занятые другими делами, перестали следить за школами, или руководства школ во избежание дальнейших неприятностей предпочли установить выданные Рособразованием в марте 2008 года программы, несмотря на то, что эти фильтры с поставленной задачей не справляются, да идеальных контент-фильтров и не может быть.

---

[1] Годом ранее мы писали в аналогичном докладе о 74 человек, 13 из которых погибли, 1 угрозе убийством. Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Украина спутала националистам карты: Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в России в первой половине 2014 // Центр «Сова». 2014. 14 июля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2014/07/d29887/).

[2] Лидерами движения «Антимайдан» являются член Совета Федерации, заместитель председателя Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство» Дмитрий Саблин, лидер байкерского клуба «Ночные волки» Александр (Хирург) Залдостанов, сопредседатель партии «Великое Отечество» Николай Стариков.

[3] Годом ранее в аналогичном докладе мы писали о 24 объектах вандализма, так что, скорее всего, наша статистика, увы, пополнится.

[4] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Затишье перед бурей? Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в 2014 году в России // Центр «Сова». 2015. 26 марта (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2015/03/d31575/#_Toc379209529a).

[5] Астрахань: задержан лидер местного отделения Объединения «Русские» // Центр «Сова». 2015. 22 января (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/01/d31098/).

[6] В Москве задержан и арестован националист Виталий Шишкин // Центр «Сова». 2015. 16 февраля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/02/d31293/).

[7]Подробнее см.: Лидер «Рубежа Севера» обвиняется в истязаниях с применением пыток // Центр «Сова». 2015. 1 июня (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/06/d32088/).

[8] Обыски у администраторов группы «Русские Астрахани» // Центр «Сова». 2015. 25 мая (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/05/d32047/).

[9] Возбуждено уголовное дело против руководителя НСИ Д. Боброва // Центр «Сова». 2015. 23 июня (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/06/d32256/).

[10] Москва: возбуждено новое уголовное дело о лозунгах на «Русском марше» // Центр «Сова». 2015. 17 июня (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/06/d32203/).

[11] Москва: обыск в доме активиста Объединения «Русские» // Центр «Сова». 2015. 3 июня (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/06/d32114/).

[12] Перепост информации о сходе как нарушение порядка на массовом мероприятии // Центр «Сова». 2015. 2 февраля (http://www.sova-center.ru/misuse/news/other-actions/2015/02/d31181/).

[13] Народное ополчение России – организация-наследница запрещенного по решению Мосгорсуда от 18 февраля 2015 г. Народного ополчения им. Минина и Пожарского (НОМП).

[14] Активист «Другой России», арестованный в октябре прошлого года за срыв концерта Андрея Макаревича. Ему инкриминируется ч. 2 ст. 213 УК («Хулиганство») и п. «а» ч. 2 ст. 116 УК («Нанесение побоев»).

[15] Полиция задержала националистов на марше памяти Немцова // Центр «Сова». 2015. 2 марта (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/03/d31384/).

[16] Подробнее см.: В Санкт-Петербурге прошел «Международный русский консервативный форум» // Центр «Сова». 2015. 23 марта (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2015/03/d31558/).

[17] Подробнее см.: «Русский Первомай»-2015 в Москве // Центр «Сова». 2015. 1 мая (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2015/05/d31918/).

[18] Подробнее см.: Русский Первомай-2015 в регионах страны // Центр «Сова». 2015. 5 мая (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/racism-nationalism/2015/05/d31933/).

[19] «Русские Химки» ранее входили в Объединение «Русские», но в 2014 году вышли из состава организации из-за расхождения во мнениях по поводу украинского противостояния с московскими лидерами Объединения.

[20] Послевоенные действия // Коммерсантъ. 2015. 23 марта (http://www.kommersant.ru/doc/2688561).

[21] Интервью с координатором РИД Станиславом Воробьёвым // Youtube.com. 2015. 21 мая.

[22] Подробнее о «Русском жиме» см. Альперович В., Юдина Н. Затишье перед бурей...

[23] Подробнее см.: Альперович В., Верховский А., Юдина Н. Между Манежной и Болотной: Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в 2011 году в России // Центр «Сова». 2012. 21 февраля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2012/02/d23739/).

[24] Вынесен приговор по делу БОРН // Центр «Сова». 2015. 21 апреля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/04/d31834/).

[25] В Москве вынесен приговор по делу об убийстве антифашиста Ильи Джапаридзе // Центр «Сова». 2012. 18 апреля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2012/04/d24217/).

[26] Из сообщения о приговоре непонятно, какие именно комментарии и призывы вменялись интернет-пользователю. Непонятно, в каком контексте была употреблена фраза «убивать москалей». Остальные же материалы, перечисленные в новости, на наш взгляд, не стоят уголовного преследования.

[27] Два жителя Санкт-Петербурга заявили, что на них было совершено ксенофобное нападение, однако затем признались в инсценировке.

[28] Это уже третье уголовное дело в отношении Бориса Стомахина. 22 апреля 2014 г. Бутырским районным судом Москвы он был приговорен к 6,5 годам лишения свободы по ч. 1 ст. 280, ч. 1 ст. 282, ч. 1 ст. 205² УК и ст. 30 УК и ч. 2 ст. 205² за публикацию статей в интернете. В 2006 году Бутырский районный суд Москвы приговорил Стомахина к 5 годам лишения свободы по 1 ст. 282 УК и ч. 2 ст. 280 УК.

Подробнее см. например: Альперович В., Юдина Н. Затишье перед бурей… [29] См.: Там же.

[30] Напомним, что это уже не первое уголовное дело против националиста. 6 сентября 2014 г. Петроградский районный суд признал Дмитрий Евтушенко виновным по ч. 1 ст. 282 УК и назначил ему 160 часов обязательных работ за размещение постов в сети «ВКонтакте». Ранее Евтушенко находился под домашним арестом по обвинению в хулиганстве за участие в «Русских зачистках».

[31] По обвинениям, связанным с посягательством на здоровье и имущество иностранных граждан, суд прекратил уголовное преследование по нереабилитирующему основанию – за примирением сторон.

[32] Официальное название: «Перечень общественных и религиозных объединений, иных некоммерческих организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом “О противодействии экстремистской деятельности”».

[33] Подробнее о них см.: Лихачев Вячеслав. «Правый сектор» и другие: национал-радикалы и украинский политический кризис конца 2013 – начала 2014 года // Россия – не Украина: современные акценты национализма: М.: Центр «Сова», 2014. С. 230–275.

[34]Официальное название: Единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации террористическими

[35] Признана террористической решением Московского городского суда от 28 июня 2013 г.; вступило в силу 27 ноября 2013 г.

Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Госдума указала праворадикалам новые цели: Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в России в первой половине 2013 года // Центр «Сова». 2013. 12 июля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2013/07/d27507/).

[36] Признана террористической решением Московского городского суда от 17 декабря 2014 г.; вступило в силу 30 декабря 2014 г.

[37] Признана террористической решением Верховного суда России 29 декабря 2014 г.; вступило в силу 13 февраля 2015 г.

[38] Признана террористической решением Верховного суда России 29 декабря 2014 г.; вступило в силу 13 февраля 2015 г.

[39] НОМП был основан Владимиром Квачковым в 2009 году. Целый ряд материалов организации признан экстремистскими. Лидер организации и члены екатеринбургской ячейки НОМП, так называемой группы Хабарова, были приговорены к лишению свободы, фактически – за подготовку мятежа. К сожалению, доказательная база решения о признании НОМП террористической нам неизвестна. Квачков был осужден за реальное покушение на вооруженный мятеж (ч. 3 ст. 30 ст. 279 УК). У членов НОМП было оружие, они проводили учебные тренировки. Однако в подобной деятельности участвовали далеко не все активисты. Закон о противодействии терроризму оставляет открытым вопрос о том, считать ли терроризмом подготовку к мятежу. Так что можно сказать, что некие основания для решения о признании организации террористической могли быть, но они нам неизвестны. Однако у нас нет оснований считать решение суда неправомерным. Подробнее см.: Суд признал НОМП террористической организацией // Центр «Сова». 2015. 18 февраля (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2015/02/d31308/).

[40] См. например: Альперович В., Юдина Н. Затишье перед бурей…

[41] На момент написания доклада в нем насчитывается 2887 пунктов.

[42] В марте 2014 года Ленинский районный суд разом запретил практически всю библиотеку, изъятую при обыске у жителя Оренбурга Асылжана Кельмухамбетова, осужденного в июне 2011 года за создание ячейки «Нурджулар». 27 февраля 2015 г. Оренбургский областной суд снял запрет с части религиозных материалов. Подробнее см.: Пошутили и хватит: отменен запрет 50 из 68 религиозных материалов, признанных экстремистскими в Оренбурге // Центр «Сова». 2015. 27 февраля (http://www.sova-center.ru/misuse/news/persecution/2015/02/d31375/).

[43] Кравченко Мария. Неправомерное применение антиэкстремистского законодательства в России в 2014 году // Центр «Сова». 2015. 30 марта (http://www.sova-center.ru/misuse/publications/2015/03/d31610/).

[44] Включая случаи наказаний антикваров. По нашему мнению, ст. 20.3 КоАП следует применять прежде всего не к антикварам, а к современным производителям предметов с нацистской и неонацистской символикой (значки, одежда, копии оружия и пр.) и распространителям подобной продукции. Тем не менее, мы считаем, что антикварам не следует выставлять продукцию с нацистской символикой на всеобщее обозрение.

[45] Среди этих материалов: песни Тимура Муцураева, Александра Харчикова, песни групп «Коловрат», «Циклон Б», «Монгол Шуудан», «Белые войны», «Киборг», видеоролики «Белый вагон-2», «Скины», видеоролики «Обращение бойцов Славянского союза к русским», «Славянский союз!», «Письмо Фатимы Муджахидам», книги «Майн кампф», «Азбука “домашнего терроризма”», «Сады праведных».

[46] См.: обновляемый список: «Экстремистские ресурсы» в Едином реестре запрещенных сайтов // Центр «Сова» (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/docs/2014/08/d30056/).

[47] См.: Реестр запрещенных сайтов // Роскомсвобода (http://reestr.rublacklist.net/).

[48] См.: обновляемый список: Ресурсы в реестре сайтов, заблокированные по закону Лугового // Центр «Сова» (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/docs/2014/10/d30228/).

[49] Подробнее см.: «Памятка для российских туристов» внесена в «реестр Лугового»// Центр «Сова». 2015. 23 июня (http://www.sova-center.ru/misuse/news/persecution/2015/06/d32250/).

Источники

• Альперович В., Юдина Н. Прокремлевские и оппозиционные – со щитом и на щите // Полит.ру. 2015. 24 июля.