Deja vu. Substitution

The program of Alexander Podrabinka is politician Sergey Mitrokhin, journalists Roman Dobrokhotov and George Jans

Alexander Podrabinek: Who did not encounter deception? You are offered to acquire something, painted virtues, promise a sea of pleasure. You come home, open, turn on, and this is not quite what you expected. Or even not at all.

And sometimes the country is offered a new political leader, they paint it in the best colors, and you give your only voice for him. And after the election, he comes to your house, and you see that this is not at all what you were counting on. Not at all what you promised and what you believed.

So it was for you that the goods were replaced, or were you too lazy to check it when they chose?

An unsuccessful purchase can be returned to the store. An unsuccessful policy to return to its original position is much more difficult. How many times in Russia were people promised one, but gave a completely different one?

An unsuccessful purchase can be returned to the store. Unsuccessful policy to return to its original position is much more difficult

Says Radio correspondent Freedom Andrei Korolev .

Andrey Korolev: October 25, 1917 according to the old style. The power in Petrograd is in the hands of armed workers and sailors, the Provisional Government is deposed. In Russia, the countdown of a new era begins, which almost 70 years later will be called a dive into myths. The new government, led by Vladimir Ulyanov, adopts the first laws on land, peace and power. The decree on the world proclaimed Russia's exit from the war and called on the peoples and governments of the warring countries to conclude a truce. The land decree canceled private ownership of land and established equalization rights of land use with periodic redistributions of the land. The decree on the authorities proclaimed the transition of the country's administration to the advice of workers, soldiers and peasant deputies. The new composition of the CEC was elected and the Council of People's Commissars, led by Lenin, was created. The government and its decrees had to act before the convocation of the Constituent Assembly.

For several decades of Soviet power, more than a thousand peasant uprisings and workers' rallies in Yekaterinoslav, Astrakhan, Votkinsk, Tula, Ufa and other cities have been drowned in the blood. The reprisals against people became the tougher, the more pathos were promises. The land decree as a socialization of agriculture without private property right has turned into a violent collectivization, which opened the sorester with the road to the Stalin Gulag and drowned the country in hunger. The result of the decree on the world was the signing of humiliating Brest agreements , in fact, unleashed the civil war within Russia. The decree on the authorities ended with the overclocking of the excessively liberal Constituent Assembly. The country finally embarked on the path of red terror, continuing to stuff ordinary citizens with newspaper bluff of industrialization, which actually performed with the hands of millions of political prisoners, and about the rights and freedoms that ended at the end of the feathers of Yezhov and Beria.

For several decades of Soviet power, more than a thousand peasant uprisings and working rallies have been drowned in the blood

Even the history of the war of the Soviet Union against Hitler is fulfilled by myths and legends on the verge of fictions. Lies will become a symbol for several post-war generations, from the promise of corn abundance and the final construction of communism in 1980, to the capture of Crimea, which put the country on the brink of international isolation.

Alexander Podrabinek: When totalitarianism collapsed, politicians had to seek support from society. At first there were even elections in the country. Politicians tried to please their voters. They tried to take into account the mood of the majority.

In the late 80s-early 90s, in the days of democratic changes, in order to get into power, it was necessary to look like a democrat.

Simply put, the task came down to look like a democrat, not being actually. Inflate the voter. To convince him of what really is not. Many of the so -called “foremen of perestroika” and “democrats of the first wave” coped with this task very successfully.

Now the question is not how the rogue has discredited in Russia the ideas of democracy and liberalism. Not even in what political inheritance they left behind. The question is how Russian society swallowed this bait. And in what bait he will be offered to swallow tomorrow.

When totalitarianism collapsed, politicians had to seek support from society

In the 90s, when political life blossomed in Russia, everyone who wanted to join power was recorded in the Democrats. Says journalist Roman Dobrokhotov.

Roman Dobrokhotov: To be honest, I can’t remember a single propagandist from even the most odious today's propagandists on television, whether deputies or journalists, anyone, who in the 90s would be on the other side of the barricades.

Alexander Podrabinek: New time required new views. And each time they were not shy in the new field. When the only goal is to break through to the authorities, what's the difference, what views to express?

Roman Dobrokhotov: If we look at such propagandists as, for example, Sergey Kurginyan, we will clearly see that at first he was a bright supporter of the CPSU, then publicly brightly supported the perestroika of Gorbachev, then even more odiously and brightly supported Yeltsin, he praised him with such excellent words, so it was just scary to read it. About what it is now, we also know.

When the only goal is to break through to the authorities, what's the difference, what views to express?

Alexander Podrabinek: We also know well such Duma characters as Irina Yarovaya and Elena Mizulina.

Irina Yarovaya, deputy of the State Duma from the United Russia party - co -author of laws on the protection of historical memory, the return of criminal liability for slander, the law on foreign agents.

All its legislative activity is aimed at increasing the number of prohibitions and tightening responsibility. She today is an ardent defender of the authorities and her faithful propagandist.

She once began as a prosecutor, then she was in the Yabloko party. The former chairman of Yabloko says Sergey Mitrokhin .

Sergey Mitrokhin

Sergei Mitrokhin: She was such an active, energetic woman, deputy, spoke about corruption and all sorts of other problems that existed. Then it was in the order of things, then no one punished anyone for this, did not deprive the deputy mandates.

Alexander Podrabinek: Her indifference to political ideas and fidelity to the one who is more successful, journalist George Jans notes.

For Yarovo that the Democratic Party, that any authoritarian is no difference

Georgy Jans: For Yarovoy, that a democratic party, that any authoritarian is no difference. There is a career question - how can you make a political career using one or another political party. In the province where she lived, the Yabloko was probably popular. Perhaps she considered that through the "Yabloko" you can make a political career and get to the capital. This is the dream of all provincial politicians - to get to the capital.

Alexander Podrabinek: No less than Yarovaya, deputy Elena Mizulina is also known.

She is a furious fighter with gay propaganda, abortion, obscenities, divorces, surrogate motherhood and foreign adoptive parents of Russian orphans. She advocates for censorship on the Internet, the leading role of Orthodoxy and an increase in “age of consent” from 16 to 18.

She considers herself a defender of traditional family values, but in her political biography only one “value” is noticeable - she jumped from one party to another, each time choosing the one that was, in her opinion, more promising.

Until 1991, she was in the CPSU, since 1995-in the "Yabloko", then he went over in the ATP. Now - in "Fair Russia".

Sergey Mitrokhin: Elena Mizulina moved to the ATP when the party was only created. She felt that this party, apparently, would enjoy greater support from the authorities. She held the “correct” position on the Second Chechen War. It was a serious watershed for people who were in Yabloko. Elena Mizulina realized that it was more promising now in the ATP, so first went there, and her further evolution is known.

The evolution of this variety of deputies is due to the struggle for political survival. These mutants adapt well to new conditions and easily change objects of their attachment

Alexander Podrabinek: The evolution of this variety of deputies is due to the struggle for political survival. These mutants adapt well to new conditions and easily change objects of their attachment.

Roman Dobrokhotov: These people do not particularly change in nature, they just, let's say, change their client. Therefore, nothing happens to them purely psychologically, and to calculate at what point they are sincere, and at which one is not, it is difficult, because, it seems to me, they themselves do not always understand this well. This is some kind of mixture between which man made himself sincerely believe, and some of his mercantile interests.

Alexander Podrabinek: However, no matter how muddy their ideological motifs are, mercantile considerations always remain in an important place. Sergei Mitrokhin recalls the claims of Irina Yarova.

Sergey Mitrokhin: The first thing she immediately wanted to get here was the car as soon as she became the deputy chairman. But we did not have such funds, so we could not satisfy this interest.

Alexander Podrabinek: No less requests were revealed among the future defender of the family values of Elena Mizulina.

Elena Mizulina greatly spoiled her image in Yaroslavl, because at some point she began to talk only about her apartment

Sergei Mitrokhin: On this she even greatly spoiled her image in Yaroslavl, where she was at first elected a deputy, and then she was simply not elected, because at some point she began to talk only about her apartment, that she had a good apartment, but they offer a bad one. This was what she said not only to us, her colleagues, but also under the camera in Yaroslavl.

Alexander Podrabinek: The Union of Right Forces became the launching pad for entering the orbit of power. His leaders Nikita Belykh and Sergey Kiriyenko safely joined the Putin's vertical.

Kiriyenko became the plenipotentiary of the President in the Volga Federal District, and then - the head of the state corporation Rosatom. Nikita Belykh left the ATP and became the governor of the Perm region.

Member of the Federal Political Council of the ATP Maria Gaidar, outraged by the betrayal of the party leader, said on this occasion that the whites sold his soul to the devil. However, not even a month passed, she changed her mind and went to work for him as an adviser.

Pavel Krasheninnikov, chairman of the Duma Committee on Legislation and a member of United Russia, also began a parliamentary career in the ATP.

Not only deputies of the parliament are enthusiastically falling under power. Sergei Markov, now representing a bright parody of a political scientist, began as a human rights activist

Not only deputies of the parliament are enthusiastically falling under power. Sergei Markov, now representing a bright parody of a political scientist, began as a human rights activist.

Roman Dobrokhotov: Sergey Markov was one of the main fighters for democracy in the 90s (though, now few recalls this). At first he was in the “For Human Rights” movement by the active assistant Lev Ponomarev. Leo Alexandrovich has many memories of how he helped him, contributed. In addition, he had his own projects, in particular, the well-known forum "Foros", which he began, if I am not mistaken, in the 90s. This forum was sponsored by IRI. And when he worked in a human rights party, there, respectively, grants were from NDI and other American organizations. Accordingly, Sergey Markov was just responsible for this direction of cooperation with the Americans, who have now turned into his main enemies.

Alexander Podrabinek: TV presenter Vladimir Solovyov, who is inspired by the Kremlin power today, was once listed in the ranks of the Democrats.

Roman Dobrokhotov

Roman Dobrokhotov: Journalist Vladimir Solovyov - how all is sparkling, ironic! All the same techniques that he now uses for his propaganda purposes, he used to use, on the contrary, like in the struggle for democracy. We remember what programs he led on the REN-TV television company. He was visiting Anna Politkovskaya (this is already in the early 2000s), they exposed the crimes of the regime together.

Vladimir Soloviev lived in America for some time, where he worked as participating in the election campaign of George Bush Jr.

And even earlier (few people know about this), Vladimir Solovyov lived in America for some time, where he was earned by participating in the election campaign of George Bush Jr., was, in fact, a professional agitator for the American president. Now the president has changed, but in general, all his techniques, skills are still relevant.

Alexander Podrabinek: If all these characters say that their activities are similar to political prostitution, then they will probably be offended by Irina Yarovaya for the article by George Jans “Political prostitution changes the floor”.

However, they have no idea about reputation. This concept has long disappeared from the lexicon of Russian politics.

George Jans

George Jans: “Reputation” - we have no such concept, probably, since the time of 1917. And in today's life, in my opinion, politicians do not know such a thing, and that on the left, that on the right, in the opposition, in power. Spit in the eyes - God's dew, everything is fine ...

Alexander Podrabinek: In the affection of their political position to the current conjuncture, these people do not see anything bad. Such, in their opinion, is politics. This is the policy to which they are used to. They consider it normal.

Meanwhile, it is possible that people gradually begin to understand: the success of tomorrow depends on the correctness of the choice made today.

If all these characters say that their activity is similar to political prostitution, then they will probably be offended

How great this understanding will be shown by the nearest elections. No, not those that will pass this fall, but the real ones, which someday and take place.

And then it will be necessary not to repeat the mistakes and not succumb to the temptation to support the most visible and the most generous promises, only because they can be seen and heard better than others. Look at everyone who promises to bring Russia to democracy - are they capable of this? Do they want this?

Such people appear today. Sometimes they act in agreement with the Kremlin, carefully imitating independence, such as Mikhail Prokhorov. Sometimes they are advanced on their own initiative, such as Mikhail Khodorkovsky. And sometimes we simply do not know which of these two categories they belong.

Mikhail Khodorkovsky, who has been in prisons and falsified charges in prisons and camps for ten years, was considered political prisoner, although the enemy was not an existing political system. Rather, on the contrary, he was part of it, a successful part of the financial and political elite.

Vladimir Putin, who brought him up on a disrespectful billionaire, all the power of the administrative resource. The abuse of law was so frank, cynical and systemic that the case acquired a political coloring.

The position of Mikhail Khodorkovsky on a number of questions is far from liberal and democratic

Having served ten years, Khodorkovsky gave President Putin a petition for pardon and was pardoned eight months before the end.

Having left Russia immediately after the liberation from the camp, Khodorkovsky after some time began political activities in Russia, without leaving Western Europe, where he lived.

He positions himself as a democrat and liberal, but, as we see, in this way many positioned themselves. And where are they now?

Already now it is clear that the position of Khodorkovsky on a number of issues is far from liberal and democratic. In 2008, Mikhail Khodorkovsky supported the entry of Russian troops into South Ossetia and approved the recognition of the sovereignty of Abkhazia and South Ossetia by Russia. Later, while maintaining democratic rhetoric, he at the same time demonstrated imperial and nationalist features.

From an interview with the chief editor of the weekly “The New Times” Evgenia Albats - Mikhail Khodorkovsky about the department of the North Caucasus from Russia.

Mikhail Khodorkovsky

Mikhail Khodorkovsky: I consider the war to be very bad, but if it is: the branch of the North Caucasus or war, which means war. If you ask me: personally will I go to fight or not? I'll go. This is our land, we won it. There is no earth not conquered in the world today, the whole earth has once been conquered by someone. Here is the North Caucasus won by us.

Evgenia Albats: Are you an imperialist?

I am to a certain extent a nationalist

Mikhail Khodorkovsky: No. I am to a certain extent a nationalist.

Alexander Podrabinek: Murderous logic: "This land is because we conquered it." That is, for example, if I, using the weakness or absent -mindedness of a passerby, took a wallet from him in a dark lane, then his money is considered my legal prey. From now on and forever!

Khodorkovsky returned to the topic of imperial excuses in connection with the annexation of Crimea. В 2014 году в интервью газете «Le Monde», он назвал ситуацию с аннексией не простой, так как «минимум две очень серьезные войны и бесчисленное количество войн менее масштабных, которые велись русскими за Крым, не дают возможности эту сильно политую кровью землю считать чужой».

Это вполне согласуется с путинской идеей о том, что Крым вообще и Севастополь в частности потому так важны для России, что русские столько раз покоряли Крым и пролили там столько своей крови (чужая кровь, конечно, не в счет), что земля эта стала для России сакральной.

Владимир Путин: В Крыму могилы русских солдат, мужеством которых Крым в 1783 году был взят под Российскую державу.

Не удивительно, что Ходорковский считает Путина не врагом, а оппонентом

Александр Подрабинек: Ходорковский согласен с этим: «Несомненно, вопрос Крыма не такой простой. Для российского общества Крым имеет некое сакральное значение».

Не удивительно, что Ходорковский считает Путина не врагом, а оппонентом. Собственно, он открыто признает, что во взглядах на будущее России во многом совпадает с Путиным. Интервью «Эху Москвы», 13 декабря 2014 года: «У нас с точки зрения цели, во всяком случае, так, как он декларировал до последнего времени: сильная страна, национальное государство, сильная экономика, — наверное, здесь расхождений нет в отношении целей. "Русский мир" - опять же, когда он об этом говорил в свое время, — наверное, и я бы это поддержал».

В некоторых вопросах он пошел дальше сегодняшнего Путина. В 1996 году Ходорковский подписал обращение с призывом поставить лидера КПРФ Геннадия Зюганова во главе кабинета министров.

Возможно, его прокоммунистические симпатии берут начало в его юности, когда он успешно делал комсомольскую карьеру, а возможно, в убеждении, «что на честных выборах неизбежно победят левые». Так он писал в своей статье «Левый поворот».

Там же он утверждал, что «левый поворот в судьбе России столь же необходим, сколь и неизбежен». И Ходорковский еще до своей посадки оказывал финансовую помощь коммунистической партии.

Возможно, прокоммунистические симпатии Ходорковского берут начало в его юности, когда он успешно делал комсомольскую карьеру

Это было давно, но это было. Списать это с личного политического счета невозможно, тем более, что на этот счет записывается и много нового.

По вопросу о западных санкциях Михаил Ходорковский придерживается умеренно кремлевской позиции: «Увлекаться санкциями нельзя — это очень неоднозначный инструмент. А излишняя изоляция России, особенно в области культуры, может даже оказаться выгодной режиму».

Михаил Ходорковский принципиально выступает против люстрации. Он говорит о ней так: «Я считаю, что это путь в никуда. У нас в стране слишком много ненависти. У нас общество слишком разобщено. Кто-то должен начать прощать. Если мы считаем себя людьми более моральными, чем наши оппоненты, — а мы так надеемся, — то прощать должны начать мы, как бы это ни было тяжело».

Тем самым он простодушно, или, может быть, намеренно, путает личное прощение как акт милосердия и люстрацию как механизм защиты демократии от реставрации авторитаризма.

По вопросу о западных санкциях Михаил Ходорковский придерживается умеренно кремлевской позиции

Ходорковский намерен играть, как он выражается, «заметную роль» при смене режима, и уже сейчас планирует шаги на будущее. Он не скрывает своих президентских амбиций и уже согласился в случае возвращения в Россию возглавить переходное правительство, которое должно управлять страной до демократических выборов. Он отводит на это примерно два года.

Ходорковский настолько увлекся картиной своего прихода во власть, что даже обмолвился, что рассчитывает избежать гражданской войны.

Моделируя переходный период, Ходорковский заявляет, что «амнистия может быть предметом предварительной договоренности о бескровной смене нынешней власти».

Каким образом человек действительно демократических убеждений может пообещать уходящим функционерам режима амнистию, если амнистия должна приниматься парламентским актом и к тому же - еще не избранным, новым легитимным парламентом?

Как он, хотя бы мысленно, может обещать за независимых депутатов? Или он рассчитывает управлять будущим парламентом так же, как Путин управляет нынешним?

Михаил Ходорковский принципиально выступает против люстрации

Возможно, такой коммерческий подход к политике – это результат долгих занятий бизнесом. Как раньше Ходорковский вкладывал деньги «ЮКОСА» в политиков и партии независимо от их идеологии - например, и в «Яблоко», и КПРФ, - так и теперь он готов поддерживать хоть демократов, хоть единороссов.

Вопроса о ценностях для него не существует. Он великий прагматик, считающий, что со всеми можно договориться. С Путиным - написав ему личное письмо. С оппозицией - пообещав ей свою поддержку. Со штатными путинскими пропагандистами - взяв их к себе на работу.

Договориться, наверное, можно. Кого-то можно и купить. Но рассчитывать при этом на демократические перемены как-то не приходится. Так можно только поменять одну ключевую фигуру на другую.

Ради этого кое-кому можно пообещать неприкосновенность в обмен на политический компромисс – что может быть естественнее для коммерсанта в политике?

«Я считаю, что правильно и достойно, если бывшие президенты и бывшие премьеры будут неприкосновенны», – говорит Ходорковский.

Возможно, такой коммерческий подход к политике – это результат долгих занятий бизнесом

«Вы нам - власть, мы вам - неприкосновенность». Упоительная сделка! Тем же, кто имеет счеты к нынешнему российскому руководству, но при этом суперщепетилен, Ходорковский рекомендует реализовывать свои намерения, но не подзуживать других, сидя на диване.

И это говорит человек, который занимается российской политикой, сидя на своем диване в Швейцарии!

Михаил Ходорковский: Революция в России неизбежна. Остатки резервов и угрозы репрессий лишь оттягивают ее неизбежное наступление. Она неизбежна и необходима. «Революция» — это хорошее слово.

Александр Подрабинек: Кстати, никто не мешает Ходорковскому вернуться в Россию и делать революцию, как никто не принуждал его покидать страну. Ходорковский выбрал эмиграцию добровольно, хотя теперь любит говорить, что его из России выслали: «Когда меня высылали за границу... Когда я вышел из тюрьмы и был выслан за границу»...

Разумеется, возвращаться в страну рискованно. Жить в России вообще опасно. Даже если ты не враг Путина, а только его оппонент.

История, как это частенько случается, может пойти на новый круг. Случится волею провидения новая оттепель, и новые демократы потянутся к теплым местам в новой власти. Одни – чтобы защитить демократию, другие – чтобы угробить ее. Можно ли уже сейчас понять, кто есть кто?

Если человек хотя бы один раз переменил сторону, то мы можем быть уверенными, что он будет менять ее каждый раз, когда меняется власть

Роман Доброхотов: Если человек хотя бы один раз переменил сторону, то мы можем быть уверенными, что он будет менять ее каждый раз, когда будет меняется власть. Такие люди есть уже сейчас среди так называемой либеральной журналистики. Мы знаем людей, которые успели побывать в средствах массовой информации, работающих на Администрацию президента, и вернуться. Их здесь приняли, их цитируют, читают их колонки, они тусуются со всеми на общих мероприятиях.

Такие есть и среди журналистов, и среди депутатов, и среди музыкантов. У меня нет ответа на вопрос о том, что действительно надо с ними делать. Например, Андрей Макаревич в свое время выступал на концертах Медведева и всячески поддерживал его избрание, а сейчас он считается борцом. Подвергать его остракизму — это означает, что мы задаем очень высокую планку, и не так много людей эту планку преодолеют. Я уже молчу про каких-нибудь журналистов типа Кашина и так далее… Соответственно, приходится выбирать между узостью круга и широтой политических убеждений. Этот выбор каждый делает индивидуально. Если мы смотрим на либеральную общественность в целом, то большинство предпочитает иметь все-таки широкий круг людей, но с весьма гибкими взглядами.

Александр Подрабинек: Иногда тщательно скрываемое проявляется в мелочах, на первый взгляд, не очень существенных, но достаточно выразительных.

В Фейсбуке, на страничке учрежденной Ходорковским «Открытой России», в логотипе размещена известная фотография Че Гевары. И претенциозное изречение: «Истинным революционером движет великая любовь». Очень пафосная ложь!

Имеет смысл очень тщательно анализировать слова и поступки тех, кто широким жестом обещает России демократические перемены

Че Гевара – коммунистический маньяк и патологический убийца. Самое успешное его место работы – тюрьма «Ла Кабанья» в Гаване, где после победы кубинской революции он был комендантом. Любимое его занятие по утрам, перед чашкой кофе – выстрел в затылок очередному политзаключенному.

Разместить на сайте демократической организации портрет такого палача? Это как если бы сегодняшние кубинские диссиденты вдруг повесили у себя на сайте портрет Лаврентия Берии. Пожалуй, тогда стоило бы подумать: что же это за диссиденты такие? Как думается и сейчас: что же это за демократы такие в «Открытой России»?

Иногда одна мелочь может дать о человеке большее представление, чем вся его политическая программа. Да и в самом ли деле Михаил Ходорковский – человек демократических убеждений? Judge for yourself.

В определенной степени националист. Готов воевать за удержание Северного Кавказа в составе России, поскольку «мы его завоевали». Крым не считает нужным безоговорочно возвращать Украине, поскольку это сакральная для России земля. Сторонник национального государства и «русского мира». Сторонник левой идеи и симпатизант компартии. Умеренный противник западных санкций и категорический противник люстрации.

Если политический климат в России потеплеет, то таких людей станет еще больше. Имеет смысл очень тщательно анализировать слова и поступки тех, кто широким жестом обещает России демократические перемены.