From exile to jail

Ilya Azar talks about the political biography of Nikita Belykh

Pay attention - this text was written in 2016, shortly after the arrest of Nikita Belykh.

On Wednesday, July 6, the Moscow City Court refused to change the preventive measure to Nikita Belykh. The former leader of the “Union of Right Forces”, the governor of the Kirov region and one of the few nominal liberals in power remains in prison, where he was imprisoned on suspicion of receiving a bribe of 400 thousand euros in cash from the owners of the Novovytsk Ski plant, before the court. The special correspondent of Medusa Ilya Azar went to Perm, where the whites were born and raised, and Kirov, where he worked, and found out from the people who were friends and collaborated with the official, as the whites earned in the 1990s, why he went into politics, as he controlled the region, was the opposition-and why he was fond of dinosaur models.

Three days after the arrest of the governor on the main square of Kirov, opposite the building of the regional government, a young man with a poster of “Freedom Nikita Belykh” is standing. The slogan is relevant: on Friday, June 25, in Moscow, the Basmanny Court sent Belykh to the pre -trial detention center on suspicion of receiving a bribe of 400 thousand euros.

“I believe that the whites should not be in places of imprisonment. His right to fair trial was violated, ”explains the author of the poster, local human rights activist Arthur Abashev.

The picketer is clearly visible from afar - and a large man fiercely gesturing to him, violently gesturing.

“Why did you get here with this poster?” He shouts rudely.

- Do you think that a person whose guilt is not proved should sit behind bars? - politely answers the human rights activist.

- ***, do you think not? Its on the ass must be dragged before Perm! Freak! Disgrace to the whole area! They sent some idiot! You explainly explain that he did good, ”the man explodes. - If you go out again with a poster, I will break you *****!

On Monday morning, a huge theatrical square is empty, but a stone's throw from Abashev and his opponent, pensioner Svetlana Aleksandrovna presents Life to her arguments in favor of the arrested governor: “For everything that he did, white bow and respect. I hear that pensioners are sitting and saying: "I fell, Impatted." They do not understand the situation - our budget is not so rich. We walked forward! "

Took or did not take

Representatives of the regional political class, like people in the square, were divided in approximately in half. Elunur Huseynov, a member of the local public chamber, doubts the fairness of the accusations: “I know this person very close, and the amounts [were offered] much more significant, but Nikita Yuryevich was always for justice and cut off such moments.” “Nikita felt that [take bribes] Westlo,” agrees the “father” of the Perm market and former Minister of Regional Policy of the Russian Federation Yevgeny Sapiro, who was friends with the parents of the Governor of the Kirov region.

Mikhail Kurashin, Vice Speaker of the Kirov Parliament, indirect evidence of the innocence of the White believes that during searches, he did not find a collection of hours for a million dollars, nor a gold handle , and drove around the city of White in his car. “Even the residence of the Governor of the Black Lake, which is shown on the central television channels, was made not for itself, but for the region, and even modestly made. In general, there were no associations with the fact that this person was a corruption and a bribe taker, ”says Kurashin.

The opponents of the governor believe in the Investigative Committee. “I am not at all surprised by the situation that arose. I do not think that this is a setup, because at such a level the UK is incapable of it, ”says the chief Kirov opponent of the White - communist Sergei Mamaev. His spokeswoman, who constantly helps the boss with texture and formulations, explains: “Sergei Pavlinovich advise in writing a book about the economy employees of the foreign intelligence service and the FSB, and they told us that this is one of several trenches that the whites received. The development of the [governor] was carried out for several years, and the materials were on the table with Putin. "

The deputy of the regional parliament - the local oppositionist Dmitry of Russians is more careful in the assessment: "The court can determine his guilt, but that there are certain prerequisites - and they were a long time, this is a fact."

Supporters and opponents interpret the same facts of the white biography in their favor: Mamaev puts the governor in the appearance of his personal wealth; The senator from the Kirov region Vyacheslav Timchenko uses the same argument to carefully doubt his colleague’s guilt: “Nikita is a non-poor person, and 400 thousand euros are not the amount of which you can risk life, freedom.” Be that as it may, the governor got rich at all in his current post - he began to engage in business in his native Perm in his youth, long before the start of the political career. “Effective people who earned in the 1990s in the 2000s were correctly invested,” says Alexei Venediktov, the editor-in-chief of Echo of Moscow, who has been friends from the whites from the moment of his move to Moscow (now, in his own words, Venediktov is trying to convey the point of view of the arrested governor to the last events “upstairs”).

The kid with education

“As a child, the whites dreamed of working Brezhnev,” says Perm journalist Svetlana Fedotova. The representatives of the local scientific and technical intelligentsia from the family (father is the main metallurgist of the design bureau, mother-dean of the chemical faculty), at the White School was the chairman of the Council of the squad, and his brother Alexander, the future head of the prosecutor's office of the Volga Federal District, was the secretary of the Komsomol organization. In the early 1990s, Nikita, a student at once, two faculties of Perm State University-legal and economic-managed to participate in the then privatization then. As the White himself recalled in the mid-2000s, it turned out thanks to the television program about the business that he led on the Perm Canal, the local businessman first invited the journalist to write a terminal under his leadership, and then invited him to work in Sigma-2.

“The technology was simple. We bought voucher in Perm, then sold [on exchanges] for currency. They earned on the difference, ”the future governor himself said , how he earned money in 1993. Soon Belykh, together with a colleague in Sigme-2, Arkady Katsa ( he refused to talk about the whites-approx. "Medusa" ) established the financial company Fin-Iste.

Just then, the general director of the Free Capital investment group Alexei Chernov met with the White. In 1992, he founded his financial company Vitus. “The Perm business of the 1990s was no different from the Central Russian, but the region was not as criminal as Yekaterinburg,” he says. “Our crime, apparently, did not choose that the checks are the same money, and the financial and stock markets developed very actively.”

“People handed over vouchers, and in return received shares of a check fund. Check funds participated in auctions and bought shares of enterprises. The idea is good: a team of professionals buys shares, and shareholders receive dividends, ”explains Chernov and recalls that in practice the funds most often worked in a completely different way: their creators brought the purchased assets to their own companies, and the funds themselves were actually a cover for such operations, without bringing any income to the depositors.

True, the Finnish, according to Chernov, appeared late-all the main check auctions have already passed, and the fund did not participate in the revealing assets. “They had most employees botanists, like white, boys with education, they went on knowledge. For example, I started without economic education, and there was an example for us all for us, ”recalls Chernov. For example, the businessman recalls, in 1995, the Finnish organized the first bond loan in Russia for the Perm region, when not a single subject has yet entered the borrowing market.

Instead of answering the question, when the whites became a rich man, Chernov removes the voucher in the frame from the shelf. “Six thousand shares of Gazprom were then given him. In 1997, before the crisis, 250 thousand dollars could be obtained from such a voucher. It is clear what capital could accumulate in check funds, ”says Chernov.

In 1998, Belykh moved to the Perm financial and production group (PFPG), the head of which was the future vice-president of Lukoil Andrei Kuzyaev. The recent student immediately received the post of vice president of investment in the company, which, according to Chernov, was a salary leader in the region.

Andrei Agishev invited the whites to the PFP, a Perm businessman and a philanthropist, who has since turned into one of the most uncompromising enemies of the Kirov governor. In any case, he says so. “I partly saved him,” said Agishev “Medusa”. -They at Fin-Jest were engaged in collecting checks from the population. They wound up, there was a scandal, although then there was no such term as “deceived investors”. I don’t remember if the case was opened, but then his brother, the district prosecutor in Perm, was on constant connection with Nikita. As a result, depositors remained where they were. After that, I invited the whites to me. " Why? “Business is business, someone will make it, but [the whites] had a team, enthusiasm and ideas.”

Agishev and whites did not work together. Their conflict is associated with the Parma investment group (“daughter” of the PFPG), which in the early 2000s they headed until Agishev was removed from the leadership; According to the media -for trying to get one of the subsidiaries from under control.

It was then that they quarreled. “Speaking carefully, then Agishev found something there, abused his official position for personal purposes. Kuzyaev removed him, and Nikita stood at the mausoleum instead, ”says Sapiro. According to another version, the whites just caught Agishev by the hand. Agishev himself says that Parma, who controlled the assets of the Pyths, “according to all the laws of that time [threw] about 60 thousand depositors.” “The main beneficiary is Kuzyaev, but probably Nikita also earned,” says Agyshev.

One way or another, Kuzyaev has since taken patronage over the white. “Soon, Kuzyaev decided to move the whites to the Perm Legislative Assembly. White is ideal for the role of the deputy: he has an education, he is an extrovert, he is client -oriented, ”says Chernov. So the Belykh in 2001 became a member of the ATP faction in the Perm region parliament, and later, according to the former political strategist of the ATP Anton Bakov, the same Kuzyaev “was arranged” as vice-governor of the Perm region-as assistants to Oleg Chirkunov, who was also considered a liberal governor.

“The whites were rather a politician than a businessman, he loved to quickly realize ideas. He did everything organically: a person with ambitions, the youngest manager in the fund, vice president of the leading financial group of 20 with a penny of years. Kuzyaev’s support was colossal. The whites themselves [then] did not perceive, everyone knew that Kuzyaev was a financial bag, and Nikita was responsible for the connection in power, ”says Chernov.

However, the White administration did not work long. One of his favorite projects, Bakov recalls, was the Perm period - “by analogy with Yursky”: “There were a lot of models of small dinosaurs in our election headquarters [ATP]. He was burning with this idea. "

Federal politician

At the local level of white, it quickly became crowded. In May 2005, he was elected chairman of the “Union of Right Forces”, then - still the most successful liberal party in the country. “Why is he? There were no particularly wishing, because who sits in the party takes obligations to financing it, ”says Chernov, who, in turn, occupied the post of chairman of the Perm ATP.

“He is ambitious, proud, especially in the beginning, until Moscow broke it. I always told him: “Listen, this is not Perm, you are a Perm bear, this is Moscow, and here is a completely different relationship. Byzantine, not barbaric, as you have in Perm, ”Venediktov recalls. He is sure that the whites fit perfectly into the image of the new leader of the Democrats, whom the ATP was looking for since January 2004 (then the four co-chair of the party-Yegor Gaidar, Anatoly Chubais, Boris Nemtsov and Irina Khakamada-retired due to defeat in the State Duma elections).

“When it became clear that Yeltsin was leaving, they turned to the [sociologist of Alexander] Oslon, and he drew a portrait of a candidate who, in public opinion, could defeat [Evgenia] Primakov: young, Russian, nonsense, preferably military, with soldier's humor. Somewhere with the sixth attempt they found Putin. In the same way, Chubais decided to find a young, Russian, provincial, with certain glances, and the head of Nikita Belykh approached this cardboard model, ”says Venediktov.

The former political strategist of the ATP Anton Bakov, who has recently been engaged in the project “The Supposed State Imperial throne”, where he takes the post of Ertskantzler (as he appears on Facebook), is sure that Chubais chose the whites for being easy to control. “White is an absolutely loyal team player who did not claim anything and executed the teams of his higher comrades. He looked into Chubais in his mouth, and Gaidar was generally God for him, ”says Bakov.

He is sure that the whites never was the real leader of the party: “In my time, the ATP was a personal project of Chubais, who entered into a very difficult game with the presidential administration and lost it, and we were all pawns in this game.” “It was difficult for him. You come, and you seem to be a leader, but everyone understands that there are Nemtsov and Chubais. At the last congress of the ATP, the report of Chubais was declared, and in the end he spoke for three minutes, filtering what we could say. The whites were sitting on stage, puffing and turning the turnip what to do if those who really lead, did not formulate anything [specific]. As a result, half decisions were made, ”recalls Chernov.

According to the former press secretary of the Kirov Governor Denis Terekhov (in the last year he became famous for his accusations against journalists who ended with a judicial lawsuit from the Vedomosti newspaper), Chubais “deliberately gave everything to the excitement of the whites to demonstrate that it was not his party, because there was no one to the political project, no one wanted to give the general sponsor, no one wanted to give money. But the whites were not a boy whom Chubais drove by the handle. " The opposition politician who was friends at that time, the founder of the Corruption Fund, Alexei Navalny, also believes: “Chubais always played the first violin in the ATP, but the whites were definitely not some kind of puppet, but led an independent dialogue with him.”

Ertskanzler Bakov is sure that the whites are “not an alpha and in general, in principle, not a leader, but the ideal beta, a very neat artist who does not rush to create his own team and lead something.” According to Bakov, it was these qualities that he actively used during their work in the ATP in the mid-2000s. “Nikita, of course, was very burdened by communication with voters, he is much more interesting to communicate with the authorities, with some iconic people, but he absolutely did not want to talk with the old women in the outback,” he recalls.

Nevertheless, the whites fulfilled the election campaign of the spring of 2007. It turned out to be fun. “We had to get from Tomsk to Omsk,” recalls Bakov. - They asked the aircraft RAO UES [which was then headed by Anatoly Chubais] so as not to fly through Moscow. We go: Sarai Saray - and in the cabin a wild cold. It is good that Nikita had a bottle of some stupid cognac type “Derbent” with him, and we almost drank hats and mittens from his throat, without taking off their hats and mittens. In Omsk there was a meeting with voters, but the governor Polezhaev did not let us into the premises. In minus 30, we performed 40 minutes in the cold in front of our agitators, women in huge fur coats and Siberian hats. Miraculously did not go down - only cognac saved us, ”says Bakov.

In general, the campaign was successful: on average, the ATP received seven percent in Russia, and in the Perm region - as many as 16, and Bakov is grateful to the future governor. “I always had one image of a candidate: a truth -seeker, a fighter for the people, a people's stands. I pressed him very much, very much tormented him, he was very unpleasant, very painful. Nikita Yuryevich was very weighing this role, but he honestly worked it almost to the very end. Sometimes he began to pour in economic terms, and people were lost in understanding, but this is mainly from fear of the audience. On the very last day of permitted agitation, he could not stand it and escaped from the meeting, where I brought a thousand people. He said that he could no longer, ”Bakov recalls.

White in the ATP had achievements in the field of inter -party cooperation - a tactical union with Yabloko in the elections in the Moscow City Duma of 2005. “People stepped on the throat of their ambitions and tried to make a single campaign. Это заслуга Белых и Явлинского, но именно Никита был драйвером политического процесса», — говорит бывший пресс-секретарь Белых. Правда, считает Баков, никаких результатов в итоге альянс не добился: «Все [депутаты] голосовали по-лужковски, и оказалось, что это люди Лужкова, а не СПС».

Крах СПС случился в конце 2007 года. На выборах в Госдуму партия набрала только 0,96% голосов. «Весной 2007 года мы объездили все регионы, где были выборы. Хотя нас гоняли и обижали, мы набрали в среднем 7 процентов. Это и стало переломом — Путин велел нас всех приструнить. В Красноярском крае выборы были чуть позже, и там нас милиция давила уже по-настоящему. Нам звонил Чубайс из Лондона: «Вы там держитесь, есть команда вас всячески гнобить». Но мы выиграли Красноярск. После этого были приняты самые важные решения [в Кремле], и СПС закончился», — рассказывает Баков.

«Нам полностью отрезали источники финансирования, людей задерживали, на мою финансистку напали, отобрали ноутбук, все наши газеты и календарики с прекрасными ликами Никиты Белых арестовали в типографиях, а выдали обратно уже после выборов. Это была одна из самых жестких избирательных кампаний, — вспоминает Баков. — Для Никиты, который раньше жил среди абсолютно комфортной и всегда договаривающейся между собой пермской элиты, это было шоком». В конце кампании СПС ушел в радикальную оппозицию к «Единой России» и лично Путину (партия даже пыталась в суде отменить регистрацию Путина как кандидата в депутаты Госдумы).

Power

В сентябре 2008 года Белых ушел с поста председателя политсовета «Союза правых сил» и вышел из партии. Через два месяца СПС самораспустился, а еще через месяц кандидатуру Белых президент РФ Дмитрий Медведев неожиданно для многих внес в заксобрание Кировской области на пост местного губернатора.

Предложение возглавить Кировскую область Белых, судя по всему, обсуждал со многими знакомыми. Во всяком случае, Венедиктов и Баков вспоминают, что будущий губернатор специально приезжал к ним обсудить свое будущее. «Я ему посоветовал соглашаться, потому что два раза не предлагают. Чубайс о тебе заботится не больше, чем обо мне, — то есть никак, сказал я, поэтому вся надежда только на это предложение», — говорит Баков.

Венедиктов решение Белых, который заявил начальнику «Эха Москвы», будто бы поставил в Кремле условие, что пойдет в руководители области, не вступая в «Единую Россию», объясняет желанием использовать пост губернатора как трамплин на федеральную позицию. «Это было начало медведевского цикла, и многие ошибочно думали, что это надолго. Никита говорил: «Смотри, какие он [Медведев] вносит поправки в Уголовный кодекс. Я все-таки пойду на госслужбу»», — вспоминает журналист.

Баков считает, что выбор Кремлем кандидатуры Белых «был еще одним способом унизить либералов». «Член вашей команды, на которого вы делали ставку, побежал за пряником к тем, кто вас и его самого только что мордой об стол поелозил», — объясняет мотивы политтехнолог. Венедиктов не согласен: «Путин и Медведев увидели энергичного пацана, который работает не с их друзьями, но остался без дела. Почему не подобрать-то? Болтал, что страной неэффективно управляют, так давай сам поуправляй».

Управлять самому у Белых получалось не без сложностей — во всяком случае, целый ряд его приближенных имели проблемы с законом (Андрей Агишев считает это свидетельством того, что органы «вели» Белых давно). Бывший руководитель целевых проектов Кировской области Роман Шипов в 2010 году получил пять с половиной лет за мошенничество, советник Белых Андрей Вотинов в 2012 году был приговорен к трем годам, а директор департамента госсобственности Кировской области Константин Арзамасцев, подозреваемый в мошенничестве, бежал.

Противники Белых в Кировской области уверены, что губернатор уже давно покровительствовал приближенным к нему бизнесменам. «Если проанализировать правительственные льготы на прибыль или на налог на имущество, то там посторонних нет. Это или депутаты ЗакСа, или общественники, или близкие к правительству люди», — говорит депутат Русских. Система льгот была разработана еще при предшественнике Белых, единороссе Николае Шаклеине: преференции оказывались тем компаниям, которые вкладывались в развитие новых производств, — они могли получать лес по цене в четыре-пять раз ниже рыночной. «Из семи проектов, которые действовали при Никите, окончательно реализовались только два», — говорит Азиз Агаев, сопредеседатель экспертного совета при губернаторе, который оценивал экономические проекты в области.

Одним из льготников от Кировской области был тот самый Нововятский лыжный комбинат, в получении взятки от которого теперь обвиняют Белых. «На фоне остальных инвесторов больше всего внимания было к НЛК. Все знали, что Никита Юрьевич был в очень близких дружеских отношениях с [бывшим владельцем НЛК Альбертом] Ларицким. На «КВН» их показывали вместе федеральные каналы, в городе они ходили в рестораны, Белых в частном самолете Ларицкого летал. Но если люди дружат — это же не сразу означает что-то отрицательное», — говорит Русских.

Отрицательное, по словам Русских, появилось, когда подоспели заключения Контрольно-счетной палаты. «В 2012–2014 годах у Лыжного комбината вообще все полетело. Весь город смеялся, когда Медведев приехал в цех, который на самом деле никогда не работал, и народ туда набрали специально, чтобы показать премьеру. Финансовое состояние у НЛК такое, что 290 миллионов кредитных рублей находятся фактически в невозратном состоянии, убытки по 2015 году — 1 миллиард 200 миллионов рублей. При этом льготы сохранялись, а предприятие практически не работало», — возмущается депутат.

У главы НЛК на экспертном совете, вспоминает Агаев, спрашивали, почему он получил преференции и три года подряд терпит убытки. Тот отвечал, что изменилась конъюнктура. «Если ты не выполнил показатели, то цену аренды надо пересчитывать на рыночную. Выгоду, которую получало предприятие, сдавая лес в субаренду, надо было жестко контролировать», — говорит Агаев.

Агаев утверждает, что при предыдущей администрации «лоббизм не допускался». Белых же решил сам стать председателем совета. «Я ему говорил, что губернатор не может быть председателем экономического совета при губернаторе. После этого все [в совете] стало неподготовленно, давали пятистраничный документ, а надо ведь все [тщательно] проработать», — рассказывает он.

Источник в администрации Белых, согласившийся общаться лишь на условиях анонимности, считает, что господдержка предприятий необходима. «Есть в выдаче госгарантий риск для бюджета? Да, есть, но как-то надо поддерживать предприятия. А совет особо никому не нужен», — говорит он.

НЛК — не единственный случай, на основании которого к губернатору возникали вопросы. Особые отношения у Белых были, например, и с главой «Вятка-банка» Григорием Гусельниковым (тот уже не живет в России, но написал пост в защиту Белых). «В финансовой политике приоритет отдан «Вятка-банку». Только за шесть месяцев 2011 года Сбербанк потерял, а «Вятка-банк» приобрел контракты областных предприятий на 1,8 миллиарда рублей», — рассказывал в 2013 году депутат Госдумы от КПРФ Мамаев.

Защитники Белых наотрез отвергают обвинения в блатной раздаче льгот. «Я несколько раз звонил Белых, говорил про какой-нибудь тендер, а он в ответ: «Что ты мне звонишь? Хочешь — участвуй»», — говорит Терехов. Вице-спикер кировского парламента Курашин утверждает, что «не видел ни одного предпринимателя, у кого хорошие отношения с губернатором — и чтобы он за этот счет жировал». «Я не общался с Никитой с 2010 года, но коррупционной подоплеки я не наблюдал, — говорит Навальный, который был советником Белых в 2009-м. — Бизнесменов в Кировской области раз, два — и обчелся, поэтому Белых опекал всех, кто есть».

Предыдущего владельца НЛК Ларицкого арестовали в июне 2015 года. Следователи ФСБ обвиняют его в двух эпизодах мошенничества, связанных с кредитованием компании; именно Ларицкий из СИЗО якобы дал показания на Белых.

Однако в то, что целью взятки были именно льготы для НЛК, мало кто верит даже из противников губернатора. «Предприятие, которое второй год подряд дает убытки более миллиарда, — кто будет за него такие взятки давать?!» — недоумевает главный редактор газеты «Вятский край» Андрей Таджибаев.

Сторонники Белых уверены, что губернатор брал деньги не себе в карман, а на строительство Спасского собора в Кирове. Первым эту версию озвучил мэр Кирова Владимир Быков, опубликовав заявление на официальном сайте городской администрации в день ареста губернатора; впрочем, Быков отдельно отметил, что, несмотря на то что Белых собирал деньги с бизнесменов на инвестиционные проекты, «никаких средств в администрацию города не поступало». Впоследствии «Новая газета» сообщила , что именно о средствах на восстановление церквей шла речь в разговоре Белых с собственником НЛК Юрием Зудхаймером, который непосредственно предшествовал аресту.

«Если кто-то мне скажет, что какой-то глава поселения, района или субъекта Федерации действует по-другому, то это ложь. Так действуют все. Нынешние бюджеты не способны решать сверхзадач, поэтому приходится привлекать бизнес на благотворительность. Получив деньги, Белых должен был заявить эти деньги в тот же фонд поддержки социально-экономических программ «Вятка» ( через него местные бизнесмены помогали бюджету Кировской области — прим. «Медузы» ) — в этом я крамолы не вижу. Он просто физически не успел этого сделать», — утверждает Курашин.

Источник из администрации Белых говорит, что «задача губернатора — в том числе помогать бизнесу и предпринимателям»: «Иногда нужно в ручном режиме разруливать какие-то вопросы, тем более часто это касается жизнедеятельности. Куча примеров, когда на балансе предприятия, например, находится котельная, которая отапливает не только предприятие, но и весь поселок».

На апрельской встрече с предпринимателями Белых, напоминает источник из администрации губернатора, говорил, что правительство хочет реставрировать храм и поставить фонтан в парке Победы, — и призывал бизнесменов помогать бюджету. «Я слышал о том, что некоторые предприниматели готовы были помочь, но не хотели показывать те или иные движения денежных средств в силу тех или иных причин. Какая была реакция [губернатора], мне неизвестно», — говорит анонимный соратник Белых.

У Андрея Агишева, как водится, своя версия — он уверен, что Белых мог столь беспардонно взять наличные, просто потому что был уверен: он под защитой своего старшего брата.

Брат-прокурор

Александр Белых, начальник Управления прокуратуры Приволжского федерального округа (а до того прокурор Пермского края), уволен из органов по собственному желанию в конце июня (дата увольнения совпала с днем рождения Агишева, и тот, отмечая праздник в ресторане, шутил, что готов принять отставку как подарок). Со старшим братом Никиты многие связывают и карьерные успехи губернатора Кировской области. «Может, и взяли на работу в коммерцию не в последнюю очередь потому, что хотели наладить связь с его братом», — предполагает Баков.

Депутат областного парламента, местный оппозиционер Русских предполагает, что с братом может быть связан и арест Никиты Белых: «Насколько я знаю, [Александр Белых] рассматривался на должность замгенпрокурора к Чайке, был одним из реальных претендентов. Он был одним из прокуроров с хорошей репутацией, не был замечен в коррупционных скандалах, и возраст у него хороший», — говорит депутат, намекая, что кто-то из силовиков решил убрать конкурента.

Так или иначе, на двусмысленность родственных связей в администрации региона указывает не только Агишев. «Я написал 160 запросов по коррупции в Кировской области. Мои запросы про тот же Лыжный комбинат в правоохранительные органы шли к брату Белых ( Кировская область входит в Приволжский федеральный округ; впрочем, стоит отметить, что Александр Белых перешел в окружное управление Генпрокуратуры только в июне 2015 года, а до того 14 лет проработал в прокуратуре Пермского края — прим. «Медузы» ), — жалуется Мамаев.

Сам прокурор в интервью говорил про брата так: «Никита Юрьевич никогда не был врагом народа, и это главное. Да, его деятельность в определенной степени оказывала влияние. Но не отказываться же мне, как в 1937 году, от брата и не менять фамилию! Я сразу говорил, что такого никогда не будет! Это мой брат, единственный и любимый».

По мнению Агишева, «сама по себе конструкция, когда один брат возглавляет субъект, а другой брат возглавляет в соседнем регионе прокуратуру, — это нонсенс для демократического государства». «Брат его постоянно прикрывал. Когда украли и вывели деньги из «Ермака», Никита получил свою долю со всего этого. Я сказал Саше: «Никита поступает неправильно и противозаконно», и тот ответил: «Ну он же брат мой»».

Правый государственник

В интервью журналу The New Times Белых из СИЗО заявил : «Я не являюсь лидером оппозиции, я государственный чиновник, избранный губернатором Кировской области». Судя по всему, в этом нет кокетства. «Он, безусловно, имел договоренность с Путиным на ограничение политической деятельности», — говорит Венедиктов.

Впрочем, решение отказаться от политики Никите Белых, похоже, далось легко. «Политика — это не его. Есть такие люди, которые балдеют и тащатся на трибуне, излучают харизму, — тот же Боря Немцов. А Белых, в сущности, так же, как в СПС, потом работал губернатором — выполнял абсолютно все, что от него требовалось, даже рельсы заасфальтировал к визиту президента», — рассказывает Баков.

«Неправильно говорить, что он был политиком. Тусовка знала его как политика, но у него до этого [был] большой опыт в управлении бизнесом. У него есть любовь к централизации полномочий, он хочет все контролировать и с утра до вечера заниматься большим количеством вопросов. На посту губернатора он просто вернулся к хозяйственной деятельности», — говорит источник из его администрации.

Венедиктов считает, что Белых — «частичный оппонент Путина». «Он его поддерживает, но не безусловно. Например, он мне говорил: «Российский Крым — это же справедливо». Забрали как-то так, но по результату справедливо. При этом на встречах с Путиным он высказывался против ряда мракобесных законов. Тех, которые касаются хозяйственной деятельности, — например, закон об «иностранных агентах». [Белых] считал, что это тормозит развитие страны», — говорит журналист.

«Белых, конечно, никакой не оппозиционер, — рассуждает его бывший пермский коллега Чернов. — Невозможно быть оппозиционером и быть мало-мальски в системе. Тот же Немцов всегда говорил от своего имени, а Белых перед этим всегда стелил массу соломки, он очень компромиссный — и, как следствие, человек системы. Человек шел четко к своим целям по своему росту».

Выбирая между либерализмом и властью, амбициозный Белых выбрал второе. «Он пришел [в область] как хороший либеральный проектный менеджер, но постепенно превращался в классического функционера», — говорит вице-спикер Курашин. «Когда я с ним общался, мне казалось, что это человек демократических убеждений, который все-таки нарисовал для себя воображаемую красную линию, после которой от сотрудничества с властью откажется. Но как и большинство эспээсников, он стал жить по логике «лучше как Чубайс, чем как Немцов»», — считает Навальный.

По словам кировских политиков и активистов, вначале Белых пытался действовать либерально, но надолго его не хватило. «Он встроился в систему. Понял, что дистанцироваться от каких-то вещей и сделать выборы чистыми — невозможно, так как его начинают теребить и местные единороссы, и полпредство, и администрация президента. Им нужен результат, и они не хотят рисковать», — вспоминает Русских.

Вышедший на площадь с плакатом «Свободу Никите Белых» Абашев в 2012 году выходил туда же с похоронным венком с надписью «Вечная память либерал-губернатору». «Как либерал он тогда умер для меня — произошел массовый подкуп голосов избирателей по 500 рублей. По молчаливому согласию Белых я понял, что от либерала в нем ничего не осталось». С другой стороны, общественник Антон Касанов считает, что климат в области был «позитивным». «Мне, например, Белых сам написал в твиттере и предложил сделать путеводитель по Кирову», — рассказывает основатель экскурсионного проекта «Пешком по Вятке».

По словам Русских, к выборной кампании 2016 года в области все «закручено так, как не было при единороссах». «Сегодня все гораздо жестче и строже, я шесть месяцев запрещенный депутат в местных СМИ. У нас сегодня [вице-губернатор Борис] Веснин — как Суслов при СССР. Я бы ничего не сказал, если бы они не декларировали свободу слова и гражданское общество. Шаклеин хотя бы ничего и не декларировал, а Никита Юрьевич, например, ни разу не встал на сторону общественности по поводу захвата парков», — негодует Русских.

По словам бывшего пресс-секретаря Терехова, Белых «всю жизнь работал на власть» — пусть так и не вступил в «Единую Россию». «В нормальной стране власть не обязательно должна вся состоять в одной партии. Он ведь живая демонстрация, что можно служить отечеству, будучи других политических взглядов», — говорит бывший пресс-секретарь Белых.

Московский гламур

Первый и, возможно, главный просчет губернатора случился в сфере подбора кадров. В 2009 году он пригласил в Киров в свою команду московских друзей — оппозиционеров Алексея Навального и Марию Гайдар. Источник из администрации приводит это «не самое мудрое» решение как единственный пример ошибки Белых.

«Не думаю, что Никита Юрьевич воспринимал это как ошибку-ошибку, — добавляет он. — Скорее у него были вопросы, связанные с тем, что Навальный начал параллельно заниматься политической деятельностью в масштабах всей страны, подставив значительное количество людей, которые этого не хотели».

Навальный говорит, что принял предложение Белых стать его советником, потому что ему понравился его настрой «провести реальные реформы — и жизнь людей улучшить, и самому прославиться». «Я профессионально занимался защитой прав миноритарных акционеров и борьбой за прозрачность компаний, а именно это и нужно было. Область — миноритарий в огромном количестве контор, что там в них происходит, никто не понимал. Белых нужны были надежные люди, которые имеют амбиции политические, а не финансовые», — объясняет Навальный.

Гайдар позвали на должность зампреда правительства Кировской области по здравоохранению и соцполитике, и источник в кировском правительстве утверждает, что многие запущенные ей проекты «живы, работают и воспринимаются как местные вещи». Но в области многие ей припоминают покупку томографа за 92 миллиона рублей (при средней цене в 30 миллионов) и обнаружение токсичного стирола в свежепостроенном перинатальном центре. Кроме того, многие помнят историю со сбитой девочкой, которую сама Гайдар называет мифом.

С Навальным и Гайдар Белых вскоре расстался, но в итоге их работа в области Белых вышла боком — на пришельцев из Москвы нервно реагировали не только местные, считавшие, что губернатор брезгует региональными кадрами (впрочем, источник в правительстве отмечает, что никакой экспансии ни московских, ни пермских не было). Заметили друзей Никиты Белых и в Кремле. «Для Путина Навальный оппонент, и Путину, я знаю, докладывали, что Белых взял его в советники, что Никита его прикрывает. В администрации были очень недовольны», — говорит Венедиктов. То, что впоследствии Белых в суде не сдал Навального по делу «Кировлеса», также вызвало раздражение.

Кроме того, в начале правления Белых в области обсуждали его «гламурный образ жизни». «Для него идеально было быть вице-губернатором Пермской области или замминистра в Москве, ходить в дорогом костюме и курить сигару», — считает Баков. Действительно, в Москве Белых часто видели в барах с соратниками и журналистами, он выпивал и курил сигары.

«В Кирове у него достаточно быстро это прошло, и если в первые годы он получал по шапке за свои фото посиделок в кабаках, то потом он исключил попадание подобных фактов в паблик, а затем и вовсе от этих привычек отказался. Последние два года он провел в борьбе за здоровый образ жизни, и это перебило весь негатив», — говорит вице-спикер Курашин. Белых бросил пить, подтверждает Венедиктов; он сильно похудел.

Открытость Белых людям, напротив, импонировала. «Он первый политик, который завел ЖЖ и занимался этим сам. Я его учил, что соцсети, как и личная гигиена, — то немногое, что даже самый большой начальник должен делать самостоятельно», — говорит Терехов.

По его словам, Белых был «простым человеком, причем не напоказ». «Он начал летать экономом, когда это еще не стало модно. Он просто по-другому не мог. Он даже чуть ли не поэтому похудел, ведь влезать в кресло эконома с его комплекцией было тяжеловато», — смеется Терехов.

Успехи и провалы

«В СПС ему размаха не хватало», — говорит про Белых Терехов, утверждая: на губернаторской должности политика начало «переть». Венедиктов вспоминает, что Белых своей работой горел: «Когда он приезжал в Москву, у него было по три министра в день, он затаскивал к себе [вице-премьера РФ Дмитрия] Рогозина, так как в области много предприятий ВПК, и [министра культуры Владимира] Мединского. Думаю, не все губернаторы так работают».

«Белых активно работал первые два-три года, были попытки создать новые проекты и повысить инвестиционную привлекательность региона. По сравнению с предшественниками, он был просто высший пилотаж, особенно на первом сроке, пока не начались аресты помощников», — признает местный оппозиционер Русских.

Источник из правительства губернатора среди основных достижений Белых называет кировский аэропорт Победилово, который при нем наконец заработал (хотя прибыльным так и не стал). «Вообще его первый срок ушел на завершение долгостроев, — рассказывает он. — Например, ледовый дворец в Кирово-Чепецке начали строить еще в 1991 году, но закончили в 2010-м при Белых. Были и успешные проекты в экономическом плане — лекарственный завод «Нанолек». Если б ничего не было, то 70% за него в 2014 году не проголосовали бы».

В итоге Путин назвал Кировскую область в числе шести субъектов Федерации, которые достигли большого прогресса в развитии предпринимательства. «Это реальный внутренний рейтинг Агентства стратегических инициатив для Путина, им нет смысла придумывать», — говорит Венедиктов.

Навальный вспоминает, что добиться серьезных успехов в реформах «было невозможно». «Доходило до анекдотичных ситуаций. Решили провести вайфай на пятом, «губернаторском» этаже. Провели пять совещаний, два с участием губернатора, но вайфай так и не провели, — рассказывает политик. — Для того чтобы вести реформы, приходится конфликтовать с местной мафией, а для этого нужна воля и политическая поддержка из Москвы, а ее не было».

Впрочем, в Кировской области достаточно недовольных деятельностью Белых. Главным оппонентом губернатора всегда был коммунист Мамаев. Книга, которую скоро намерен опубликовать депутат, красноречиво называется «Коррупция в Кировской области: офшорный рай для предателей и изменников родины». Претензий у него масса — от «шествия националистов в поддержку бендеровцев», «памятника эсэсовцам» на территории Кировской области и попыток переименовать Киров в Вятку до коррупции при строительстве гостиницы Hilton. «Мэрией города был создан МУП, и через него за две тысячи был выкуплен земельный участок в рекреационной зоне, а конкурса не было», — объясняет коммунист; подтверждает тот факт, что часть денег Белых вложена в международный отельный бизнес в России, и Венедиктов. «Цифры сами за себя говорят. В 2013 году из Кировской области выехали 50 тысяч человек, 184 предприятия за шесть лет стерты с лица и так далее», — возмущается Мамаев.

Депрессия второго срока

Есть претензии к губернатору и у соратников — тот же вице-спикер кировского парламента Курашин признает, что «уровень активности всего правительства и губернатора за последний год сильно упал». «То, что Никита поставил жирный крест на области, всем было ясно видно. Он практически не был на территории — в командировках-отпусках, в заксобрание он не ходил восемь месяцев, интерес он потерял к области», — говорит Русских.

Собственно, и сам Белых в опубликованном уже после ареста интервью признавался, что «ему тяжело». «Усталость накапливается… Уже семь с половиной лет на этой должности. В общем-то, так долго не живут», — говорит в нем Белых. «Нет путей отступления?» — спрашивает журналистка Анастасия Каримова. «А какая сейчас альтернатива? Уезжать из страны я не собираюсь. Уйти с госслужбы — значит, жить с опасением, что на тебя всех собак начнут вешать. Therefore, we work. И кто-то же должен этим заниматься», — ответил губернатор.

Русских уверен, что Кировская область для Белых с самого начала была «ссылкой». «Это тяжелый регион, тут очень сложные отношения бизнеса и политических элит, тут свой менталитет, это реальное болото, и он от него просто уже устал. Он понимал, что не готов еще один срок тут провести, но в никуда уходить не хотел», — говорит депутат.

«Насколько я видел, Белых был губернатором лучше, чем остальные, но только до того уровня, пока это позволяла система. Он встал перед выбором: попытаться сделать, что задумал и что нужно, или остаться губернатором», — предлагает свою версию Навальный.

Из-за этого, рассуждает Венедиктов, Белых находился «в состоянии личной турбулентности». «Он переосмысливал жизнь и свое будущее. Он очень тяжело перешел сорокалетие в прошлом году, просто очень тяжело. Когда он отправился в поход в Гималаи ( в апреле 2016-го Белых провел отпуск в Непале, где, в частности, сфотографировался с сигарой на фоне гор — прим. «Медузы» ), я испугался, что его в религиозную секту затянет», — рассказывает Венедиктов.

«Он периодически как на друга выплескивал это все на меня, но я проходил это 20 лет назад и уже забыл, что надо делать, — продолжает главный редактор «Эха». — «Ну давай налью», — говорил я. «Я не пью», — отвечал он. На этом дискуссия заканчивалась, так как других советов у меня нет».

По его словам, Белых подыскивал себе другое место работы, и Путин про это знал. «У Никиты был разговор с некоторыми министрами на «потом», после 2018 года, но эта история все разрушила. Даже если он не сядет в тюрьму, он во власть не вернется, — считает Венедиктов. — Он всегда говорил: «У меня есть деньги и репутация». Репутации теперь нет, а деньги — мало ли у кого есть деньги?»

Ilya Azar

Москва — Пермь — Киров